Ебучий Куртис

      — Блять, аккуратнее! Моё платье!       Это мудло пролило на неё чай. Ебучий Куртис в пирамидках. Теперь это последний напиток, который Соня хочет видеть на своём столе.       Андрей, ни капельки не стыдясь и не сдерживая себя, ржёт, и чуть не падает со стула, хватаясь за край стола. Игнат сдавленно выдаёт:       — Прямо на грудь, хорошая работа.       Они пришли поесть блинов и немного задержались на квартире Андрея. Ну, как немного, была почти полночь, но никто не собирался уходить. Родители ушли в гости к какой-то безымянной тёте, оставив непутёвого сына вместе с непутёвыми друзьями устраивать из квартиры цирк.       Горячие струйки чая стекали по груди и животу, оставляя после себя тонкий мокрый след и приятное чувство прохлады. Возмущалась Соня больше для того, чтобы сильно не наглели, и потому, что платье было жалко. Ещё бы, дорогое, новое, шёлковое. А теперь оно облито ебучим чаем.        Соня начала махать руками, но это не имело никакого смысла, потому что чай — это не водка и за пару секунд не испаряется.       — Э, Сонь, — Андрей странно косится на её дёргания. — Ты лифчик носишь вообще?       — Да, я сразу заметил, — вставил спокойно Игнат. — Платье такое, что не наденешь. Лямки торчат, а это неприлично.       — Лучше бы высушить помогли, чем языками трепать.       Соня недовольно цокнула языком и особенно сильно махнула рукой, «случайно» задев бок Андрея. Тот понял намёк и пошёл искать фен.       — Он никогда груди не видел? — с плохо скрываемой ехидцей спросила Соня.       — У тебя соски торчат, он и обратил внимание.       — От горячего чая?!       Игнат не спиздел, соски действительно торчали, и плевать им было на то, что ебучий Куртис был горячим. Девушка сложила руки на груди и старательно делала вид, что никакого дискомфорта по этому поводу не испытывает. Получалось так себе.       — Нашёл?       — Фена нет, — убил все её надежды вернувшийся Андрей. — Снимай платье, на батарею повесим, высохнет за пару минут. В моей кофте походишь пока.       — Я чужие шмотки на свои прекрасные плечики не надену, — отмахнулась от него Соня. — Ещё варианты?       — Ну, можешь снять платье и посидеть в другой комнате одна, полуголая, раз моя кофта непригодна для носки на ваши царские, блять, плечи.       Это было сказано с нескрываемым раздражением.       — Ты что, обиделся? Или просто не в настроении?        В ответ Андрей пнул по ножке стула.        — Или. Ну так что, будешь решать?       — Давай сюда свою кофту, хер с ним.        Всё ещё похожий на раздражённого взъерошенного воробья, Андрей гордо прошествовал к шкафу и после недолгих поисков извлёк оттуда серое нечто, отдалённо напоминающее кофту. Соня даже подумала, что у её юбки с оборочками больше шансов назваться кофтой, чем у этого полурваного чудовища.       — Шутишь? Ты перепутал половую тряпку с кофтой и случайно кинул нормальный предмет одежды в поломойное ведро? Можешь сразу пойти нахер с такими предложениями.       Андрей тихо усмехнулся, покрутил кофту в воздухе со всех сторон и резюмировал:       — Предложение посидеть полуголой ты, видимо, принимаешь, дорогуша. Ничего лучше у меня нет, а те кофты, которые я ношу сам сейчас, либо в стирке, либо не для ваших, — он покосился на грудь, — размеров.       Соня хмуро посмотрела на него, врезала подзатыльник тихо залипающему в телефон на обшарпанном диване Игнату, выхватила бесцветную тряпку из рук Андрея и с высоко поднятой головой удалилась, сопровождаемая потоком отборного мата.       Андрей дождался, когда дверь в соседнюю комнату захлопнулась, и только после этого сел рядом с потирающим затылок Игнатом, злорадно улыбаясь.       — У тебя же нормальные кофты есть, — протянул Игнат. — Та синяя с принтом, которую ты один раз надел. Зачем, а главное зачем ты отдал ей ту серую?       — В ней сдохла кошка.       — Не смешно.       — Ладно, это был спидозный кот.       — Зачем ту серую?       — Блять. — Андрей нервно провёл рукой по волосам и откинулся на спинку дивана. — Захотелось. Чтобы выёбывалась меньше.       — Конечно, причина только в этом. — Прищурился Игнат, откладывая телефон и притворно скучающим взглядом окидывая комнату. — Вовсе не в том, что эта кофта полупорванная, что одно плечо постоянно спадает из-за растянутого воротника. И конечно, не потому, что она короткая и ты сам перестал её носить, потому что я ржал над вырезом и щипал волосы на груди.       — Спасибо, что напомнил, обязательно пиздану тебе за это, — мрачно пообещал Андрей. — И кофта не короткая, Соня ниже меня, ей до середины бедра будет, может, чуть повыше. И вообще, мне бы тоже футболку надо с улицы переодеть.       — Мне выйти, дорогой? — прощебетал Игнат пискляво высоким голосом.       Андрей кинул на него убийственный взгляд, но не выдержал и рассмеялся, скидывая с себя грязную вещь и откидывая её куда-то в недра комнаты.       Пока парень рылся в шкафу в поисках чистой, а главное, презентабельной футболки, Игнат, в качестве прикрытия взяв в руки телефон, наблюдал за его ногами и обтянутой джинсами задницей — а нехер наклоняться к нижним полкам, не сгибая коленок.       — Ты думаешь, я не знаю, куда ты пялишься? — пробурчал Андрей, выуживая из глубины разноцветных завалов голубую футболку и разгибаясь.       — Знаешь, конечно, — ухмыльнулся Игнат, уже не пытаясь скрывать наглый взгляд, которым он старательно обводил каждый открытый участок тела. — На твои охуенные джинсы. Где покупал, д р у г? Андрей быстро натянул на себя предмет одежды и забавно поставил руки в боки, укоризненно глядя на друга.       — Нехер так старательно выделять слово «друг». И мы покупали их вместе. Друг.       — А мне замечания делает! — Игнат обиженно оттянул нижнюю губу — Пидор, что с тебя взять.       — Кто бы блять говорил.       — Заткнись.        Игнат молча уткнулся в спасительный телефон.       Пока Андрей садился на сонин стул, намеренно игнорируя место на диване рядом со вторым представителем мужского пола в комнате, он ощутил два укола совести — за грубость к Игнату и за то, что сел не на своё место — и один укол от этого самого не своего места. Ебучий стул давно было пора выкинуть, или отдать школе, где таких вот кольщиков татуировок на ляшках кровавыми царапинами очень любили. Уколы совести быстро прошли, а вот ляшке было больно, так что Андрей издал звук, отдалённо похожий одновременно на «ой» и стон раненой гиены.       — Ой? — послышался подозрительно спокойный голос от двери.- Ой, Андрей, да?       Игнат нарочито медленно оторвал глаза от экрана и, даже не пытаясь скрыть этого, совершенно наглым и пошлым образом улыбнулся.       Андрей круто развернулся на стуле, и сразу же повернулся обратно, выбирая меньшее из двух зол и внимательно разглядывая совершенно неприличное выражение на лице Игната.       — Это не ой, — с тихой злобой сказал всё тот же голос. — Это пиздец, за который ты сейчас вылетишь в окно. Или будешь сушить моё платье вместо батареи.       Соня стояла в дверном проходе, метая глазами молнии, злая настолько, что если бы она могла сжечь стул вместе с на нём сидящим, на этом месте давно была бы дыра до глубин Ада. И возможно, она сумела бы кого-то напугать, вот только до её глаз дело было разве что никому. Та тряпка, которую Андрей смело назвал кофтой, была явно выше колена. Ворот был действительно растянут, так что чудовищный кусок ткани, в дальнейшем, с позволения на то Господа Бога, всё-таки именуемый кофтой, упал с одного плеча почти до локтя. Судя по тому, что разъярённая девушка не пыталась поправить одежду, она либо не замечала произошедшего с ней от всепоглощающей злости, либо уже совершила пару сотен неудачных попыток. Отсутствие лифчика выдавало голое, без лямки плечо, и чертовски откровенный вырез. Кофта буквально держалась на её теле благодаря собранным на неё матам, груди и молитве из Корана о спасении заблудших душ. Оливковая кожа слегка блестела в свете монитора компьютера. Рыжие волосы, в момент появления откинувшиеся назад, теперь заняли своё законное место вокруг шеи, едва дотрагиваясь кончиками до плеч.       Андрей, не поворачивая головы, аккуратно, но с хорошо слышимой издёвкой, поинтересовался у Игната:       — Ну как, подошло?       — По моему, сидит идеально, — ехидно ответил ему Игнат, откладывая надоевший ему смартфон на диван. — Слегка великовата, немного коротковата, а так… БЛЯТЬ, СОНЯ! Ты охуела?       Андрей не видел всю траекторию полёта чашки, которую Соня буквально за секунду схватила со стола, но имел счастливую возможность наблюдать, куда и как она приземлилась. Остатки уже остывшего чая Куртис теперь находились на лице вскочившего Игната. Чашка предпочла не задерживаться и упала на пол, издав жалобный глухой звук удара об дерево.       Андрей бы посмеялся, если бы в другую секунду Соня уже не стояла перед ним, сложив руки перед собой и легко постукивая ногой по полу, ожидая, очевидно, извинений за предоставленное ей нечто.       Извинений не последовало, за что Соня уже собиралась со всей силы ударить Андрея по лицу. Она не любила подобные методы избиения, лицо, и своё, и чужое, Соня берегла больше других частей тела и могла врезать по нему только в случае, когда была очень зла. Как сейчас.       Соня резко замахнулась, но Андрей успех перехватить её руку в воздухе и сильно сжал, давая понять, что не потерпит подобного.        Не вздумай, — почти угрожающе сказал он, — скажи спасибо и за такую кофту.       После чего он добавил уже спокойнее, всё ещё не отпуская руки:       — Поправь её и сядь уже, мы поняли, что тебе не нравится мой гардероб.       Соня растеряла запал, растерянно выдернула руку и ещё раз злобно зыркнула на парня. Резкими и угловатыми движениями она поправила ворот кофты, стянула её, насколько это было возможно, вниз, и плюхнулась на диван.       Остатки чая на диване не побеспокоили девушку, она заботилась только о том, чтобы кофта оставалась на её теле в приличном положении и не задиралась ещё выше, хотя куда выше.       Игнат вернулся на своё законное место с левой стороны дивана, и вновь уткнулся в телефон, изредка поглядывая на Соню, которая сидела надутая, как воздушный шарик, и не смотрела на них обоих. Он поднял голову и поймал взгляд Андрея, который кивком головы показал ему на телефон. Глеб открыл переписку, прочитал сообщение, и удивлённо вздёрнул бровь. «Ну что, реализуем нашу идею?»       Он что, прикалывается?

«С дуба рухнул?»

«Ситуации лучше просто не придумать»

«Она и так нас чуть не убила, представляешь, что она сделает, если я начну домогаться её? Да нас в одном гробу похоронят, как палочки Твикс»

«Трус»       Игнат покачал головой из стороны в сторону и бросил взгляд на Соню.       Андрей демонстративно потянулся и лениво произнёс:       — Скучно. Давайте в карты поиграем.       Игнат отложил телефон в сторону, понимая, что этот отбитый уже не откажется от своей идеи. Ну раз уж на то пошло.       — Го. Соня, ты с нами?       — Давай переставай обижаться, мы не смотрим на тебя вообще.       Соня буркнула что-то нечленораздельное, но там вроде было слышно «да», а значит, поиграем.       Соня хорошо играла в карты. Ещё бы, её учил этому не кто нибудь, а сам великий Батя, которого она впервые обыграла в пять и с тех пор почти не проигрывала. Она легко согласилась поиграть на желания, и выиграла 3 раза подряд. Всё шло просто идеально.       — Таак, — Соня задумчиво прикусила губу, обмахиваясь своими картами и поджав под себя ноги, чтобы лучше спрятаться в кофте. — Я хочу, чтобы Андрей спел Глюкозу. Хотя нет, нет! Пусть сделает мне новый чай. Только не Куртис, пожалуйста.       Андрей, который пригрелся на своём стуле, и до этого исключительно кукарекал и лаял, остался недоволен таким раскладом вещей. Но чай принёс, хоть и с кислой рожей. Как будто не чай сделал, а ядовитые испарения из слюны Цербера. Конечно, это был ебучий Куртис.       — А я? — напомнил о себе Игнат с другого конца дивана.       На лице Сони стали проявляться признаки мысли и серьёзной работы мозга. Наконец, она не нашла ничего лучше, кроме как выдать:       — Поцелуй Андрея. В ключицу.       Соня довольно откинулась на спинку дивана и приготовилась наблюдать за мучениями несчастных.       Андрей наотрез отказался вставать во второй раз, и Игнату пришлось самостоятельно тащить зад в сторону ленивого хозяина квартиры.       — Раздевайся, — бесцеремонно заявил Игнат охреневшему Андрею. И аккуратно качнул головой в сторону Сони.       Андрей, к счастью, хорошо понимал намёки. Таким парням цены нет.       Изгибаясь как объевшийся сливок кот, он небрежно стянул с себя футболку и даже красиво отбросил её в сторону.       Мальчики решили устроить представление. Соня подавила порыв захлопать в ладоши, как маленькая.       Игнат медленно наклонился к любимому плечу и нежно прикусил кожу на ключице, немного оттягивая и тут же перехватывая губами. Он знает, что Андрею нравится так. За пару недель он неплохо успел изучить это податливое в его руках тело. После пары небольших полуукусов он пускает в ход язык, аккуратно вылизывая место будущего поцелуя.       Андрей тает на стуле, закатывая глаза и забывая о существовании каких-то там карт, желаний и планов по соблазнению. Он просто кайфует, чувствуя, как с его ключицей и психикой творят невообразимые вещи. Руки нервно сжимают стул, Андрей пытается не застонать в голос, и сильно закусывает внутреннюю сторону щеки, мысленно умоляя Игната не перегнуть.       Наконец Игнат целует истерзанную ключицу, оставляет Андрея в покое и возвращается на диван, улыбаясь так самодовольно, будто купил Марс за наличные.       Он поворачивает голову и видит шокированную Соню, которая напрочь забыла про свой внешний вид. Краешек бедра торчал так провокационно, что возбуждённый Игнат ощущал себя героем дешёвого порно.       — Как давно? — девичий голос звучит слишком громко.       — Пару недель, — хрипло отвечает Андрей, всё ещё млея на стуле и выискивая взглядом футболку. Не для того, чтобы надеть, а для того, чтобы прикрыть стояк.       — Ого. — Наконец реагирует Соня и деликатно отводит взгляд от выпирающего бугорка на штанах. — Ещё партию?        — Да, ещё партию.       Спустя 10 минут происходит невозможное. Соня проигрывает. Торжеству Игната и Андрея не было предела, они даже не пытаются вспомнить про существование совести и стереть триумф со своих наглых лиц.       — Не может быть, — громко возмущается Соня, кидая оставшиеся у неё карты на стол. — У меня же были почти все козыри!       Игнат тем временем незаметно придвигается ближе к девушке, закидывая руку на спинку дивана.       — Я должна была победить!       Соня активно жестикулирует, доказывая, что у неё были все шансы и что парням просто повезло и это нечестно. Кофта дёргается вслед за её руками, обнажая всё больше кожи, и оставляя всё меньше простора для фантазии.       — Ладно, — наконец выдыхает она и вспоминает про свой единственный предмет гардероба, поправляя его под двумя напряжёнными взглядами. — Загадывайте. Но учтите: денег не дам!       Игнат разочарованно вздохнул.       — Дамы вперёд, — ехидно заявляет он, получая второй за вечер подзатыльник.       — Оо, так вот кто нижний, — довольно прищуривается Соня.       Игнат хмыкает и ничего не отвечает. Он ждёт.       — Ты, — в открытую заявляет Андрей, подходя к дивану. — Сегодня нижняя ты.       Соня наивно хлопает глазами.       — Я хочу, — тянет гласные Андрей, — чтобы ты «случайно» пролила на себя свой любимый Куртис. Не расстраивайся, проблему с одеждой мы решим.       Соня подозрительно щурится и по выражению их лиц довольно быстро понимает, куда всё идёт, но отказывается в это верить. Она медленно поднимается с дивана, нехотя берёт в руки кружку с чаем и судорожно перебирает отговорки. — Он горячий ещё. — Он остыл. — Нечего же больше надеть. — Тебе и не понадобится, — спокойно отвечает Игнат, раскидывая ноги в стороны и садясь удобней на диване.       Девушка смотрит на них в состоянии какого-то странного оцепенения.       — Ребят, это не смешно, — тихим и серьёзным голосом отвечает Соня, теребя кружку в руках.- Вообще не смешно.       Кофта сползла ещё ниже, наполовину оголяя округлую половинку груди.       — Никто не смеётся, Сонь, — так же серьёзно отвечает ей Андрей. — Выполняй желание. Проигрывать надо уметь.       Девушка поднимает кружку, внезапно ставшую очень тяжёлой, и переворачивает её. Половина чая впитывается в кофту, остальное стекает тонкими струйками по телу, пробирая до мурашек. Её передёргивает от контраста температур. Кофта липнет к коже, очерчивая контуры и не скрывая уже почти ничего.       — Поставь кружку на стол и иди сюда, — командует Игнат. — Это моё желание.       Соня делает, как ей сказано и садится на край, жмётся в спинку дивана. Её снова передёргивает от холода и от абсурдности ситуации. Доигралась.       — Всё, довольны? — она нелепо смеётся, стараясь снять напряжение, которое уже можно было ножом резать. Просит что-нибудь согреться.       В её глазах страх, сомнение и где-то на дне проснувшееся любопытство.       — Могу предоставить своё теплое и измученное по твоей милости плечо, — как только возможно мягко предлагает Андрей, откидывая футболку, которая всё равно уже не справлялась с задачей «спрятать стояк».       — Ну, или член, — вульгарно шепчет Игнат сзади и хватает Соню, прижимая к себе.       Ух ты, даже тут контраст.       Соня, зажатая между двух парней, попыталась адекватно оценить ситуацию. Похоже, она сейчас потрахается. С двумя своими лучшими друзьями, которые, как выяснилось, больше, чем друзья. Соня любила секс, но как же их дружба, и как потом смотреть им в глаза, и… почему она до сих пор на диване и не просит её отпустить?       Обманывать саму себя бессмысленно. Язык тела был гораздо красноречивей. И вообще, она слишком много думает, потому что Игнат не терял времени даром и запустил руки под кофту, проводя горячими пальцами по спине, выглаживая там вертикальные линии.       А ещё это её чёртова эрогенная зона.       Блять.       Соня мгновенно выгнулась, резко выдыхая мат. Слишком, слишком хорошо.       — Блять, ладно, и то, и то звучит неплохо, — обречённо соглашается она и аккуратно касается кончиками пальцев груди Андрея, рисуя полукруги от ключицам к прессу и обратно. Она находит место, которое искусал до этого Игнат, и нежно зацеловывает его. Губы Сони почти невесомо касаются кожи, перетекают на шею, и это совершенно новые ощущения, в которых Андрей растворяется и расслабляется, откидывая голову назад. Это было не похотливо, это было почти влюблённо. Она вдумчиво изучала его тело, не пытаясь сделать что-то более весомое.       Её исследования грубо прервал Игнат, разворачивая Соню к себе и впиваясь в её губы. Он не церемонился, быстро отвоёвывая лидерскую позицию. Соня послушно открыла рот, разрешая Игнату сплести их языки, и прогнулась, позволяя осмелевшему Андрею просунуть руки туда, где давно закрепили позиции большие шершавые ладони.       — Кофту надо бы снять, — капризно пожаловалась она, когда Игнат наконец спустился ниже. Он всё ещё был достаточно напористым, и на коже вслед за его поцелуями расцветали засосы. — В ней теперь слишком жарко.       — Ручки вверх, — проворковал Андрей и нетерпеливо стянул кусок ненужной мокрой ткани. Его бледные и длинные пальцы быстро отыскали соски, и теперь забавлялись с ними, теребя и выкручивая в разных направлениях.       Соня кусала пальцы в попытках не начать позорно стонать, но сдалась, когда Игнат присоединился, но куда более смело — языком. Она вскрикнула, вцепилась в плечи Игната и окончательно перестала соображать. Девичьи стоны наполнили комнату, вышибая у обоих парней остатки самообладания.       Соня потянулась к ширике Андрея, но её руки тут же остановили, закидывая наверх.       — А разрешения спросить? — недовольно выдохнул Игнат ей на ухо. — Это частная собственность.       — Больно надо, — фыркнула Соня и вопросительно посмотрела на тяжело дышащего Андрея. — Сейчас государственная.       — О да, давайте об этом поговорим. Не останавливай, — Андрей раздражённо расстегнул пуговицу на джинсах и притянул Соню ближе, аккуратно подталкивая в нужном направлении. — Если девочка проявляет инициативу, надо поощрять.       — Твой стояк сейчас джинсы порвёт, я всего лишь забочусь о хорошей вещи, — совершенно невинным голоском протянула девушка, стягивая всё сразу вместе с трусами.       Игнат, который уже имел возможность лицезреть внушительное достоинство Андрея, и не только лицезреть, но и лизать, кусать и сосать, решил остаться сторонним наблюдателем.       — Нельзя себя так мучать, — покачала головой Соня, взяла в руку член и размашисто провела языком от основания к головке, проверяя реакцию. Ответом ей стал тихий протяжный стон. — Могли раньше со мной поговорить, извращенцы.       — Ты можешь сосать молча? — поинтересовался Игнат. Он оставил девушку в покое, расстегнул джинсы и теперь гладил себя через трусы, не отрывая взгляда от разворачивающейся сцены перед ним.       — Как вам будет угодно, — ухмыльнулась Соня, опустила глаза и наконец сжала губы вокруг члена. Игнат иногда запускал ладони в её волосы и задавал темп. Впрочем, девушка не очень то нуждалась в помощи.       Андрей выпал из реальности, наслаждаясь и самостоятельно толкаясь в податливый рот. Он старался не опускать глаза вниз, чтобы сразу же не спустить ей в горло. Соня привыкала к размеру, с каждым разом насаживаясь глубже, заставляя Андрея цепляться за её волосы и протяжно стонать. Девушка умело обращалась с языком, используя его везде, куда могла дотянуться. Руками она всё так же изучала его тело, но уже гораздо смелей и с вполне очевидной целью.       — Стоп, стоп, — прохрипел Андрей, оттаскивая Соню. — Иначе мы закончим не начав. Кто же знал, что тебе так нравится этим заниматься.       Соня не моргнула и глазом. Она вернула выбившуюся рыжую прядь за ухо, облизнула губы, и повернулась к Игнату.       — Тебе тоже нужно?       — Нет, я, пожалуй, помогу тебе. — с горящими глазами ответил ей парень.       — Смотреть на это так близко в сто раз круче порно. А участвовать в тысячу раз круче.       Соня хотела что-то ответить, но не успела — Андрей поцеловал её первый раз за всё это время. Видимо, благодарил.       Всё действительно пошло в пизду.