Истоки времён

      Следующую неделю Одвиг потратил на постоянные тренировки в часы отдыха, призывая даймонта раз за разом, ослабляя последствия и привыкая к ним. За эти дни он узнал больше о силе запечатанных сущностей, смог несколько раз поговорить с акеллой. В итоге всё оказалось намного проще: на первом этапе призыва сущность давала возможность увеличивать плотность вещества, или предмета, с которым соприкасается Одвиг, второй же этап создаёт вокруг летописца невероятно крепкую броню, пробить которую обычным оружием невозможно, также она даёт возможность ходить по любым жидкостям, увеличивая её плотность. Шлем, в свою очередь, работает как фильтр, что позволяет дышать в любых условиях при наличии воздуха. Третий – непосредственно призыв самого духа, способного не только к вышеописанному, но и имеющий огромную физическую силу и скорость. Даймонт же напротив, мог уменьшать плотность при соприкосновении, вплоть до возможности проходить сквозь твёрдые тела, а на втором этапе броня позволяла игнорировать любой физический, а порой и магический, урон, пропуская через себя потоки энергии и твёрдые тела.       Сам даймонт при призыве был физически медленнее и слабее акеллы, но являлся, по сути, неуязвимой сущностью, которая могла проникать в тела слабых противников, управляя ими. Взамен призванный требовал от Одвига большого количества физической выносливости.       Харон тоже не сидел без дела, всё доступное время оттачивая навыки магии сотворения. Осознав по каким принципам работают его силы, молодой маг смог достичь больших высот за такие короткие сроки. Свой арсенал заклинаний парень пополнил вполне, но ему всё казалось недостаточно. В один из дней тренировок он одиноко сидел у пруда, у которого боязливо пил воду незнакомый ему зверь. В голове Харона что-то щёлкнуло и он выпустил струю воздуха в голову существа, убив его практически мгновенно. Подойдя к телу он осмотрел его: согласно информации, которой обладали ниферумиане, оплотом разума любого живого существа являлся мозг, в котором находилась некая магическая энергия, словно концентрированная душа. Под её влиянием находился мозг, а уже он управлял и остальным телом. Если взять под контроль ячейку, в которой находилась душа, то в теории можно было бы управлять и телом, но стихийная магия была ограничена в своих возможностях. Сконцентрировав энергетический поток Харон направил его через отверстие, сделанное потоком воздуха, в мозг. Поток магии прошёл по каждой клетке, в поисках той самой ячейки и вскоре молодой маг добился успеха. Прилагая большие усилия он смог задать небольшую последовательность действий телу, которое вскоре само поднялось и начало, казалось бы, бесцельно ходить по кругу. Счастью Харона не было предела, ведь он смог контролировать тело убитого животного, но это был не конец. После нескольких кругов он вернул магический поток, который стал виден невооруженным взглядом: фиолетовая нить медленно возвращалась в руки творца, а маг словно открыл доступ в новые разделы памяти, где хранилась вся короткая жизнь существа.       Всё происходящее видела Лекса, которая не поняла ни причину убийства, ни сотворённое Хароном нечто, однако девушка всем сердцем чувствовала, как её брат уходит всё глубже в пучину познания новой силы. В тот вечер было решено остаться ненадолго в укрытии и разобрать дальнейший план действий, подготовить тактику при возможном столкновении с противником, будь то нелиафы или хаарды.       — Всё максимально просто. — пробурчал Одвиг, не слишком довольный подобным "сбором", оторвавшим его от тренировок. — В случае нападения нелиафов я займусь ими, в то время как Харон прикрывает Лексу.       — Я не малое дитя, а охотник. Не зазнавайся раньше времени, ведь именно мы спасли тебя.       —Но, к твоему сожалению, я тогда не был готов к долгосрочному использованию своих способностей, как и не мог... Харон, объясни ей, у меня нет желания тратить на это силы.       —Лекса от части права... — возразил парень, в глазах которого мелькнул огонёк, видеть который не доводилось даже его сестре.       Сейчас маг был уверен в себе и своих способностях, но при всём этом чувствовал ответственность за сестру. Впервые ощутив такой груз на своих плечах, он немного замешкался, но потом всё же закончил:       —...Я тоже могу сражаться. К тому же ты с тех пор как потерял сознание так и не спал, хотя прошло достаточно времени. Где уверенность, что ты вновь не попадёшь в такую ситуацию? Я соглашусь с тобой лишь при условии, что ты будешь отдыхать чаще, начиная с сегодняшнего же дня.       —Что? С каких пор ты стал такой заботливой наседкой? От девчонки нахватался? — оскалившись, летописец взглянул на девушку, которая находилась в замешательстве.       С одной стороны, она была рада, что Харон проявил такую настойчивость, с другой же её только что признали практически небоеспособной все находящиеся у костра. Смекнув это, историк успокоился, ведь в некотором смысле и парень был прав, но гордость подсказала ему, что в напускной заботе парня было что-то не то, что-то странное.       "Значит сейчас остаётся только согласится, а там надо будет кое-что проверить. Не знаю, что с этим мальцом, но заинтересовать меня он смог."       Следуя этому небольшому плану,Одвиг согласился, после чего вопрос касательно тактики был закрыт. Спустя пару часов Харон убедился, что все его товарищи уснули и вновь приступил к тренировкам. Вдруг из-за кустов вышло существо под два метра ростом, на его плечах свисал балахон, лицо прикрывала деревянная маска, и быстрым шагом направилось к парню. Маг немного опешил, но быстро придя в себя встал и создал несколько воздушных игл.       — Вначале я чуть ли не умираю, потом приходят неизвестные твари, пытающиеся меня убить, а теперь непонятный сброд мешает мне отдохнуть! — прохрипел идущий.       — Остановись, или пожалеешь. — перебил его Харон.       — Мальчик, ты замолчишь или нет? Какого вы всё ещё здесь? Вон пошли! — с этими словами он метнул небольшой электрический разряд в мага, но тот успел увернуться, "выстрелив" иглами. Воздух рассеялся, стоило ему соприкоснуться с чужаком.       — Вся ваша дрянная магия не действует на меня, идиот. Тебе бы бежать, пока моя молния не достигла твоего хлипкого тельца.       Игнорируя его слова парень встал на ноги и начал чертить под собою руну. Не прошло и пяти секунд, как новый разряд поразил Харона, но в этот раз у него был свой туз в рукаве. Молния, стоило ей войти в пространство руны, рикошетом вернулась к атакующему, от чего существо даже пошатнулось. Чувствуя себя в относительной безопасности маг отправил несколько магических потоков в разные стороны, а затем с помощью элементной магии взлетел на несколько метров, не выходя за пределы руны. С этого расстояния он мог вновь заняться сотворением уже нового заклинания, пока его противник наблюдал за пролетающим мимо него потока энергии. Харон тем временем атаковал незнакомца десятком ледяных шипов. Многие не попали, но несколько удачно пронзили противника, который взревел, выпуская десятки молний. Разогнавшись с огромной скоростью, он подпрыгнул, сумев дотянуться до парня и спустил его на землю, хорошенько впечатав в мягкую почву.       — Что за дерьмо ты творишь, мелкое отро...       Перебил его напавший зверь, которого ещё утром убил Харон. Выпущенный поток энергии с заданными действиями добрался до мозга и теперь на стороне мага действовал воскрешённый им же представитель местной фауны. Неожиданное нападение позволило перегруппироваться парню и теперь он создал максимально мощный поток энергии, который должен был стереть противника с лица земли, как вдруг неподалёку появился Израель. Харон мгновенно отменил своё же заклинание, уставившись на старого знакомого. Изобретатель изменился: теперь не только глаза, но и всё тело было разделено на чёрную и белую сторону, тело покрывали наросты в виде шипов, а зубы походили на клыки хищного зверя. Зверь был отброшен в сторону Израеля и мгновенно среагировал, напав на новую цель. Взмаха руки было достаточно, что бы тёмная энергия полностью уничтожила союзника Харона.       — А это что за тварь? Он выглядит довольно мощным. Эй, маг, как насчёт разобраться вначале с этим, а потом уже продолжить веселье?       Такого не ожидал ни Харон, ни сам Израель, который планировал разобраться с двумя враждующими сторонами разом. Тем временем на звуки боя пришли Одвиг с Лексой.       —Израель? Я надеюсь, ты вернулся с извинениями, иначе ты пожалеешь, что предал меня. — усмехнулся летописец, ответом которому была прямая атака тёмной энергией.       —Даймонт, я призываю тебя! — вскрикнул Одвиг, едва успевший прикрыться призванным существом. Пока оно восстанавливалось, историк буквально провалился сквозь землю, а Лекса выстрелила несколькими потоками огня, которые за мгновение были уничтожены потоками Израеля. Вынырнув из–под земли за другом детства Одвиг пронзил его каменным шипом, созданным элементарной магией. Быстрым движением руки Израель срезал камень, окружив себя светлой энергией, и пока регенерация исцеляла его ранение, изобретатель смог нанести несколько быстрых ударов. Одвиг был готов к тому, что будет использована новая фишка, но никак не ожидал прямых ударов, да ещё такой силы. Упав на землю, он вновь попытался воспользоваться силой даймонта, однако за ударами физическими шёл шквал магической атаки, от которого пришлось вновь защититься с помощью Ин Ту Гураши. Несмотря на не самую выгодную позицию, летописец решил перейти в наступление, используя каменные шипы как отвлекающий манёвр. Мощнейший шквал тёмной энергии поглотил как Одвига, так и весь его план контратаки.       — А я ведь и правда планировал остаться там... — иронично протянул Одвиг, оказавшийся за спиной Израеля. — Благо успел оставить копию из земли, иначе ты бы не повёлся. — с этими словами историк не только обратил на себя внимание противника, дав даймонту атаковать, но и подобрал выгодную позицию для атаки. До этого момента за спиной изобретателя находился Харон и неизвестный, но теперь был лишь лес. С помощью силы Ин Ту Гураши Одвиг поднимал огромные глыбы камней, ведь затраты маны на поднятие лёгкого камня сокращались в разы, затем было достаточно бросить его Израеля и рассеять свои же силы. Бывший товарищ его, в принципе, мог бы отразить эту атаку, но был занят сражением с даймонтом, который то и дело появлялся за его спиной, пронзая изменёнными конечностями. Регенерация Израеля помогала в заживлении даже смертельных ран, но раздавленное тело совершенно другая история, а потому ему пришлось уворачиваться, сосредоточившись на глыбах, следовательно, отвлекаться от боя.       —Одвиг! — вскрикнул Харон. — Я чувствую кукловода, управляющего разумом Израеля! Я могу оборвать связь, но мне нужно время!       Ответом был короткий кивок и новый шквал камней. Изобретатель понял, что такими темпами ему не победить, а потому остановился на секунду, накапливая силы, а затем выпустил невероятно мощную волну, которая уничтожила всё в радиусе нескольких десятков метров. Стоя в огромном кратере, он сконцентрировал всю силу в небольшом шаре, а затем рывком забрался на дерево и выпустил снаряд в Одвига. Даймонт пытался прикрыть своим телом историка, но шар буквально прошил его насковзь, продолжив движение. Летописец ушёл в землю, но даже так пострадал от взрыва. Не смотря на возможности брони Ин Ту Гураши, её носитель всё же оставлялся физическим телом, которое могло пострадать от тёмной энергии Израеля. Ослабевший Одвиг лежал глубоко в земле, где успел создать небольшую полость. Найти его сейчас было практически невозможно, но воздуха лишь на пару часов. Сейчас только историк почувствовал сильнейшую боль в плече. Рука его была полностью уничтожена атакой Израеля.       "Не сейчас, я слишком близок..." подумал Одвиг, вспоминая слова богов о помощи. Пусть ему казалось, что они лгали, на самом же деле он всё ещё держался на ногах не благодаря своей невероятной выносливости. Быстро придумав очередной план действий, он поднялся на землю, где Лекса безуспешно направляла в Израеля десятки стрел, а незнакомец создавал мощнейшие разряды. Всё без исключения было либо растворено новой силой изобретателя, либо проигнорировано как следствие слишком слабого урона. Появившись буквально под ногами старого друга,Одвиг схватил его за лодыжку и утащил с головой под землю, а сам выбрался на поверхность. Очередная волна энергии создала новый кратер, но историк вновь затянул Израеля всё глубже. Так продолжалось около минуты. Израель уже был в полукилометровой яме, когда Харон смог блокировать кукловода. В ту же секунду изобретатель потерял сознание, а незнакомец, наблюдавший за всем с самого начала, осмотрел троицу.       — Что тут вообще происходит?—       В этот раз его голос звучал даже растерянно, но Харон лишь улыбнулся, пожав плечами, а затем направился к Лексе.