Снейпрель (сборник драбблов)

      Фелис родилась в середине июля, в полнолуние. Ночь была ясной и очень тихой — как раз такой, чтобы все в мэноре — начиная от мальчиков в детской, эльфов в своих чуланах и заканчивая многочисленными животными в загонах и конюшнях, слышали её первый громкий крик, знаменующий собой появление новой жизни.       Имя для дочери Нарцисса выбрала задолго до её рождения, когда пожилая медиведьма, осматривающая её, подтвердила материнскую догадку.       — Дочка. Истинная Блэк. А ещё… — женщина почти наклонилась к уху будущей матери и смущенно зашептала. — Только ведь у неё другая аура, не такая, как была у Драко, словно…       Нарцисса перебила её, улыбнувшись.       — Всё в порядке. Девочка здорова?       — Да, да, — затараторила женщина, — но я должна сказать вам…       — Я знаю, — уже твёрже ответила Нарцисса, всем своим видом показывая, что не желает продолжать разговор. Медиведьма поджала губы и, сухо попрощавшись, покинула спальню, одарив присутствовавшего тут же Люциуса странным взглядом. В нём было словно бы даже сочувствие.       — Девочка… ты слышал, Люц? Дочка… ты же знаешь, как я мечтала о ней…       Люциус сел на постель и взял её руку в свою, нежно поглаживая пальцы.       — Когда мы скажем ему? Северусу?       — Ну… я хотела подождать до родов, сделать сюрприз…       — Ты считаешь, он не догадывается? Ведь он не хуже меня знает, что у Малфоев уже много лет рождается только по одному ребенку, мальчику!       Нарцисса обеспокоенно посмотрела в лицо мужа. От волнений последних дней на нём кое-где уже наметились морщинки, но женщина так любила его, что он казался ей самым прекрасным, идеальным мужчиной на свете. Он и Северус.       С тех пор как всё случилось, тогда, в коттедже на берегу моря, её душа словно бы стала больше, вместив в своём сердце сразу двоих. Их отношения не были простыми, но всё же, засыпая по ночам, она благодарила судьбу за то, что решилась на эти странные отношения.       Триады в магическом мире были довольно редким, но не полностью уникальным явлением и они с Люциусом всерьёз подумывали о том, чтобы включить Северуса в семью и род официально. Его и Гарри. И будущую малышку Фелис.       — Я поговорю с ним, надеюсь, он обрадуется, да? Он будет рад, что станет отцом? — Нарцисса была такой трогательной в этом нелепом волнении, что муж бережно обнял её и нежно поцеловал в щеку.       — Конечно, он будет рад. Не переживай…       Когда родилась Фелис, весь мэнор не спал. Северус, пожелавший лично принимать роды и для того изучивший несколько толстых книг, выглядел в тот момент донельзя вымотанным, дезориентированным, но счастливым. Никогда ещё Нарцисса и Люциус не видели его таким — чёрные глаза словно светились изнутри, и этим светом была сама жизнь — Фелис.       Мальчики прибежали тут же, обманув домовика, которому было приказано следить за ними — вдвоём девятилетние Гарри и Драко проказничали просто отменно, особенно, когда для этого был такой прекрасный повод.       Вбежав в спальню без стука, они смущённо застыли на пороге, не решаясь подойти ближе.       — Ну, поздоровайтесь с сестрёнкой, раз уж зашли, — тихо сказала мама, поворачивая уже уснувшую малышку в сторону мальчиков. От голода или может от бурления в животе она вдруг распахнула глазки и оба мальчика ахнули и посмотрели на мать.       — Красивая, правда? Её зовут Фелис…       — У неё чёрные глаза и волосы, мам… — медленно произнёс Драко.       — Да, — спокойно ответил Люциус и подошёл к сыну, — как у тёти Беллы       — Или как у крёстного, — не унимался Драко.       Гарри, стоявший рядом больно ущипнул его и тот ойкнул, но больше вопросов не задавал.       — Ну, а теперь спать, — скомандовал отец, выпроваживая детей за дверь, — ваша мама и сестрёнка очень устали, да и вам пора в постель, — с этими словами он легонько подтолкнул обоих к двери с помощью магии и затем, когда те скрылись, запечатал дверь.       — Мы ведь должны будем сказать им? — Северус выглядел невероятно трогательным и смущённым от увиденной сцены, и эти эмоции так причудливо смешивались на его лице с ничем не гасимой радостью от рождения.       — Они все поймут сами, Сев, — Люц чуть приобнял его, — и судя по тому, что мы видели, они уже обо всём догадались, ну а потому…       Малышка в руках Нарциссы сквозь сон захныкала и Люциус решил, что, наверное, сейчас не время и не место для предложения, поэтому он поцеловал сначала жену, затем дочку и молча вышел из спальни, пожелав женщине спокойной ночи.       Укол ревности всё же кольнул его отнюдь не холодное чистокровное сердце, когда он подумал о том, что оставил их там втроём, но ведь это был их ребёнок…       Когда же в гостевую спальню, которую он решил сегодня занять, неуверенно постучали, встрепенулся и сел на постели.       — Нам не хватает тебя, Люц… — Северус стоял на пороге в ночной рубашке и протягивал руки, не желая его отпускать. — Ведь мы же теперь семья…       А в детской ещё пару часов шло бурное обсуждение, закончившееся тем, что какая разница, чья она дочь, главное, что «наша» сестренка.