Продажные лондонские души.

Даже скрипы старой оконной рамы, порой доводившие Ирэн до бешенства в бессонные ночи, не вырывали ее из размышлений о странной реакции Шерлока на ее попытку ухватить мужчину за пальцы. Раз за разом она вспоминала события так отчетливо, что почти могла различить слабый запах кедра от фигурки коня на полке в доме Шерлока — ее прикосновение к толстой черной коже перчаток, попытка обхватить руку всей ладонью, и неожиданно резкая реакция. Наконец, повторяющуюся картину отогнала темнота окружающей комнаты, заставляя слипаться глаза, и вдруг девушка вспомнила свой сон. «Надо было рассказать Шерлоку, я совсем об этом забыла после всех новостей о деле». Непрошеным гостем перед глазами появилось покрытое кровью покрывало и выражение ужаса на лице умершего. «Я ведь тоже могу остаться так в номере. Только Шерлоку будет не плевать, если завтра он не увидит меня у себя дома. Наверное... А сможет ли он поймать убийцу без меня? Если ему понадобилась моя помощь — вряд ли...» Мысли не отпускали девушку, и лишь ближе к утру она смогла заснуть, то и дело рывком просыпаясь. В очередное пробуждение Ирэн почудилось что-то призрачно-белое, колышущееся над ее носом, но сон вновь одолел ее. Утро принесло лишь очередное разочарование. В зеркале вместо обычной уверенной в себе девушки, притягивающей взгляды окружающих, Ирэн увидела посеревшее лицо, больше похожее на печать в газете в колонке криминальной хроники, чем на обычного человека. — Ну ты и страшилище, — прямо заявила своему отражению девушка. — Знаю. И что же с этим делать? Такой уродилась, — ответила она про себя. — Не ври, ты знаешь, что обычно я выгляжу намного лучше. Еще одна ночь без сна — и я буду похожа на мертвеца настолько, что первый же прохожий укажет мне дорогу на кладбище. — Может, эта ночь просто сняла с тебя розовые очки? Ирэн нахмурилась. Она бывала самокритична, но никогда не просто так: она знала свои сильные и слабые стороны и не имела привычки без достойного обоснования принижать собственные качества. Поддавшись неожиданному порыву, она приблизилась к зеркалу и тщательно рассмотрела лицо. Все было как обычно, только, пожалуй, цвет кожи, в особенности вокруг глаз, был посветлее. — Совсем спятила, сама с собой спорю, да из-за чего? — пробормотала девушка и потянулась за кисточкой. — Что ты? — чуть не сбив с тумбочки пустой стакан, Ирэн вновь уставилась на зеркало. — Разве не хочется хоть иногда пообщаться на насущные темы с человеком, который знает все о тебе? Это никак не признак сумасшествия. — Раз так, с чего ты подала голос лишь сейчас? Другого времени не нашлось? Ее лицо в отражении неприязненно скривилось на доли секунд, заставив Ирэн моргнуть от неожиданности: она готова была поклясться, что не делала этого. — Время такое. Слишком много ты сделала в последнее время ошибок, вот и хочу уберечь тебя от последующих. — Что ты имеешь... — протянула Ирэн и чуть не прикусила язык, увидев, как ее отражение моргнуло. — Ты связалась с Холмсом — раз. Ты поддерживаешь его в борьбе против того, о чем ничего не знаешь — два. Ты хочешь убить себя? Существуют гораздо более легкие способы. Сквозь страх пробилось раздражение. Каким бы монстром не было то, что притворяется ее мыслями, оно наговорило слишком много. — Что же, ты вернулась в ясельный возраст и думаешь, что одно знание о существовании сверхъестественного делает тебя неуязвимой? Тебе ведь рассказывали огромное количество историй о разнообразнейших монстрах, а ты все еще думаешь, что сможешь победить всех своим средним умением стрелять из револьвера? — Знаешь, дорогая... — Ирэн замолчала, ловя неожиданную догадку. Что, если с ней беседует тот призрак, который лишь недавно рассуждал о слабости их с Шерлоком команды? «Какого черта я не рассказала о том сне? Я ведь хотела это сделать!» — Что, дорога-ая? — открыто усмехнулось отражение. — Отражение бьет в нужные точки, и, конечно, умеет поддержать и опустить как никто другой. Но... Стоит тому, что по ту сторону стекла, ошибиться, и иллюзия пойдет прахом. Ты допустила слишком много ошибок. Ирэн успела разглядеть что-то вроде улыбки на лице отражения перед тем, как, выдохнув, размахнулась и ударила в самый центр зеркала. Момента, когда призрак вышел из зеркала, девушка не различила — в ее ушах набатом стучало сердце, требующее выплеснуть неожиданно большую волну ярости. Лишь за секунду до удара она увидела то, что должно было отражать зеркало, и ее кулак врезался в собственное отражение. Время словно замедлилось, и Ирэн отчетливо увидела, как быстро бегущие по зеркалу трещины расползлись до краев. Острые осколки осыпались хрустальным дождем, и девушка, отступив на шаг, уставилась на свое отражение, раздробившееся на десятки маленьких частей. — К несчастью... — прошептала она и, обойдя разлетевшиеся осколки, выбежала из комнаты. *** Подняв руку, чтобы постучать в дверь Шерлока, Ирэн увидела свои костяшки, залитые кровью, и зашипела от боли, которая только сейчас догнала ее. Вместо обычного стука пришлось воспользоваться звонком, который девушка презирала как способ достучаться до всех соседей, но не до хозяина дома. — Войдите! — послышалось из-за двери. «Легко сказать». С трудом справившись с ручкой, норовившей выскользнуть из непривычных пальцев, Ирэн наконец захлопнула за собой дверь и прошла в гостиную. Шерлок выглядел куда лучше, чем она, и уже листал газеты. На другой стороне стола лежала стопка газет, просмотреть которые предстояло ей. Девушка уселась на свое обычное место и уже готова была приступить к делу, когда услышала голос Шерлока. — У вас кровь на руке. Подрались с кем-нибудь по пути сюда? — Можно сказать и так, — Ирэн чуть пристальнее осмотрела костяшки. Вопреки ее ожиданиям, осколков стекла в ранках не было, но растекшаяся по пальцам и уже немного подсохшая кровь производила не самое приятное впечатление. — Могу я помыть у вас руки? — Разумеется, но все же это мера ненадежная. Как вы относитесь к перевязке? Девушка с удивлением посмотрела на Холмса. Она уже хотела отказаться, но, только представив возможные дальнейшие события: постоянные заботы о том, чтобы не испачкать что-то, боль при каждом мытье рук, произнесла: — Исключительно положительно, если это не помешает вам заниматься рассмотрением нужных новостей. — Газеты могут подождать. Я не заинтересован в обустройстве ваших похорон, если вам вдруг вздумается умереть из-за заражения крови. Ирэн кивнула и откинула голову на спинку кресла, пока Шерлок, удалившись в другую комнату, гремел чем-то. Она не была готова навязываться настолько, чтобы попросить об этой услуге, но раз мужчина сам заметил ее затруднительное положение — почему бы не воспользоваться этим предложением? Наконец он вернулся с нехитрым набором — тазом с водой, двумя стопками полотенец и булавкой. Девушка покорно вытянула руку вперед, поврежденным местом вверх. Шерлок провел мокрым полотенцем по костяшкам, которые моментально откликнулись ноющей болью, и снова смочил его. Потом пришел черед сухого бинта, который Ирэн поначалу приняла за странно скрученную тряпку. Она с интересом наблюдала за тем, как мужчина, несмотря на перчатки, которые, как думала девушка, должны сильно ограничивать подвижность пальцев, неожиданно ловко размотал бинт и стал обматывать вокруг ее руки. Когда он натянул ткань чуть сильнее, чем нужно, Ирэн еле слышно охнула. — Больно? — мягко спросил Шерлок. — Немного, так и должно быть. Все в порядке, — девушка немного опешила из-за вопроса, неожиданного от того, кем она считала напарника. Ирэн внимательнее взглянула на него. Белесые брови, нахмуренные от сосредоточенности, чуть сморщенный нос с аристократически тонкими крыльями. Нос щекотнул слабый запах дорогого одеколона. В голову сами начали заползать неуместные мысли, которые она старательно отогнала: «Ты в своем уме, девочка? Нашла на кого заглядываться». Наконец мужчина взял со стола булавку и закрепил бинт. — Вот и все. Надеюсь, мои слабые навыки в этой области не принесли вам особо неприятных чувств? — Что вы, — улыбнулась Ирэн, — не смею сравнивать ваше умение с работой квалифицированного врача, но у вас получилось очень неплохо. Спасибо. Шерлок лишь молча наклонил голову и вышел из комнаты со всеми инструментами. Девушка пошевелила пальцами, прислушиваясь к ощущениям. Повязка не стесняла движения, но чувствовалась необычно — Ирэн впервые посочувствовала впряженным лошадям: не знай она, для чего ее руку стискивает этот тканевый отрезок, она бы тоже пыталась сбросить его любой ценой. Единственным новшеством оказалось краткое онемение ладони, ушедшее вскоре после активных движений пальцами. «Так, стоп, — мысленно указала девушка, когда поймала себя на ковырянии повязки здоровой рукой. — Позанимайся делом, не заставляй Шерлока, который и без того намучился с тобой, брать на себя всю работу». В комнате воцарилась тишина, время от времени нарушаемая шорохом бумаги — когда он или она находили что-то, похожее на искомые данные, они отделяли крупицы нужной информации от огромного количества ненужных им и устаревших минимум на месяц цен на хлопок и новостей о вспышке ящура в очередной деревеньке на четыре двора. Движения Ирэн все замедлялись и замедлялись, пока она не уставилась на какое-то слово, которое отказывался распознать мозг. Она перевела глаза чуть выше, но и там вместо внятного текста оказалась лишь мешанина из букв. Девушка прикрыла глаза и стала массировать виски. Бой крови, размеренно стучащей по пальцам, неожиданно заворожил ее — она остановилась и прислушалась к ее ритму. Перед глазами появилась белая рука — полупрозрачная, но настолько отчетливая, что не могла просто привидеться. По-театральному выразительно пальцы медленно сложились в щепоть и щелкнули. Бьющаяся о палец артерия замедлилась, с каждым ударом оттягивая удар все сильнее и сильнее. Не в силах удержаться, Ирэн рухнула на диван. Она осознавала свое положение, но не могла исправить его: тело не слушалось ее, словно все мышцы в один момент вышли из-под контроля. Шерлок склонился над ней, и хоть его лицо было спокойно, в глубине голубых глаз Ирэн почудилось что-то вроде беспокойства. Она закрыла глаза, но голубой свет не исчез, наоборот — стал настолько ярким, что пробивался через закрытые веки. Девушка вновь открыла глаза и отшатнулась, вместо гостиной увидев черноту и бьющий из глаз огромного пса голубой свет. — Это неправда... Это мне просто видится! — в панике пробормотала Ирэн и крепко сжала веки. Свет исчез, и девушка наконец провалилась в сон. Открыв глаза, она увидела не ожидаемую гостиную или черноту, а помещение, больше всего похожее на кабинет — стол, заваленный бумагами, простенький стул, два закрытых шкафа. Горло хрипело, каждый выдох словно продирался наждачной бумагой. Приподнявшись на локтях, Ирэн увидела заботливо оставленный у кровати стакан с водой. Она не успела выпить и половины содержимого, когда в комнату вошел Шерлок: — Рад, что вы очнулись. Надеюсь, вы чувствуете себя достаточно хорошо? Вместо ответа девушка кивнула и вновь припала к стакану. Мужчина подождал, пока она допьет, и неожиданно участливо спросил: — Еще воды? — Благодарю, не стоит, — Ирэн постаралась принять максимально достойный вид, не поднимаясь из горизонтального положения. — Сейчас я бы очень хотела рассказать вам об одном инциденте и услышать мнение со стороны — может ли он иметь отношение к нашему делу. Шерлок присел на стул, и девушка постаралась максимально точно, не упуская ни одной детали, рассказать ему о своем сне. — ... И я проснулась, — закончила она. Ирэн ожидала какой угодно реакции — возможно, отвращение или издевательский смех, но никак не долгое молчание и... — Я знаю, с кем мы имеем дело. — Что? — поперхнулась девушка. — Кто же это? — Я не готов сказать вам это сейчас. Вам необходимо прийти в себя, и тогда мы вместе разберем личность убийцы и решим, что с этим делать. Ирэн порывисто села, готовая возразить, но окружающий мир вновь поплыл, и она повалилась обратно. Чувствуя, что вновь засыпает, девушка не сдержалась: — Мне почудилось волнение в ваших глазах? Мужчина молчал. Ирэн уже думала, что он не ответит, но сквозь пелену сонливости услышала ответ. — Нет, не почудилось. Я беспокоюсь о своих партнерах. *** Вновь темнота, настолько густая, словно девушка лишилась зрения. Она не успела прождать и минуты, когда тьму осветил голубой свет. Та же картина, что и какое-то время назад — призрак, сидящая на чем-то не видном в темноте, и пес справа от нее. Призрачная девушка искривила шрам в подобие улыбки и прошептала: — Мы придем за тобой. Ирэн удивленно подняла брови. Слова не были неожиданными, в отличие от того, что они слышались со всех сторон, многократно сплетаясь в непонятную мантру. Вскоре шепот по громкости достиг уровня крика, и даже попытка зажать уши не заглушила его — словно он звучал не со стороны, а в голове девушки. — Хватит, — приказ призрака окончил пытку, наступившая тут же тишина зазвенела в ушах. — Можешь просыпаться, но... Не забывай, что здесь услышала. Ирэн открыла глаза. У ее кровати вновь сидел Шерлок. — С пробуждением, мисс Адлер. Я могу объяснить вам ваш сон. Готовы ли вы к работе? — произнес он. Моргнув пару раз, Ирэн твердо ответила: — Да, готова.