Мой принц

Шэнь Юань однажды умер в своем реальном мире. Затем он был переселен в вымышленный мир «Путь гордого бессмертного демона» в качестве подонка-злодея Шэнь Цинцю. С тех пор он пытался изменить свою судьбу: не стать человеком-палкой, обнимая бедра главного героя. Увы, судьба была не на его стороне. Как бы он ни был способен снять ограничения ООС, ему не позволили изменить один из самых важных сюжетных моментов — спуск главного героя в Бесконечную Бездну. Потом он расплачивался за то, что стал злодеем, застряв в Водяной тюрьме, избежал заключения ценой смерти невинного ученика — и, в конечном счете, своей собственной кончины. По крайней мере, с ним его товарищ-переселенец, Самолет. Годы упорного труда по посадке семян цветов Солнечной и Лунной росы не должны пропасть даром. Теперь у него будет другое тело, и он сможет жить свободно, вдали от ученика-демона и от обязанностей повелителя пика. В тот момент, когда его сознание возвращается, Шэнь Цинцю может почувствовать легкий ветерок. Он видит перед собой молодую девушку, которая пристально смотрит на него. Ха. Неужели эта молодая девушка только что нашла его? Должно быть, она испугалась, увидев человека, зарытого в землю, и внезапно ожившего. А как насчет одежды? Он голый? Он действительно чувствует себя голым. Потом девушка вдруг потянулась к его телу и сильно дернула. Шэнь Цинцю задыхается, хотя почему-то не может говорить. — Бабушка, огурцы такие красивые и большие! — Кричит дама. Она тянет его тело — на этот раз сильнее — и отрывает его от того места, где он висел. Такое чувство, будто в голове у него раздается громкий гром. Как… какого хрена я теперь огурец?! Я знаю, что на этот раз я пришел буквально из семени, но разве это не должно быть волшебным семенем?! Его тело неблагодарно бросают в корзину. Вскоре за ним следуют еще несколько огурцов, погребая его под горой овощей. Шэнь Цинцю, наконец, снова может дышать, когда его бесцеремонно сваливают на стол. Девушка, которая хватала его ранее, поднимает его и погружает в большую миску с холодной водой, которая почти вызывает у него шок. Если бы огурцы могли говорить, он бы орал на эту даму! Она откладывает его в сторону и продолжает мыть другие овощи. Шэнь Цинцю вздрагивает. Он замечает пожилую даму, входящую с только что наточенным ножом. — Блядь. Неужели это будет его концом? Вместо человеческой палки, теперь он будет изувечен какой-то случайной леди-НПС! Каких богов он оскорбил, получив такую судьбу? — Брат, ты с самого начала несешь чушь. Шэнь Цинцю чуть не вздрагивает. Он перекатывается на бок и видит рядом маленький огурец. — Ты со мной разговаривал? Черт, огурцы могут говорить?! — Кто же еще? Эти люди нас не слышат. Только мы, огурцы, слышим друг друга, — говорит маленький огурец. — Маленький огурец, откуда ты взялся? — Спрашивает Шэнь Цинцю. — У тебя хватает наглости называть меня маленьким, мы братья с одного дерева, — говорит маленький огурец. — Значит, ты изначально не был человеком, маленький огурец? Маленький огурец смеется. — Если человек умирает и возвращается огурцом, я думаю, что он должен быть самым подлым из подонков на земле, чтобы получить такую судьбу. -… — Он ничего не сделал, ах! Во всем виновата Система! Даже в прошлой жизни, будучи Шэнь Юанем, он был законопослушным гражданином, даже платил за доступ к веб-романам! — А как же ты, брат? Ты и раньше много болтал, ты когда-то был человеком? — Спрашивает на этот раз маленький огурец. -… — Шэнь Цинцю не успевает ответить. Он в ужасе смотрит, как молодая девушка безжалостно берет маленький огурец и рубит его пополам своим тесаком. — Бабушка, что нам делать с огурцами? — Спрашивает девица. — Давай засолим их. — Хорошо, — говорит девушка и макает только что порезанный огурец в соленую уксусную маринованную жидкость. — Маленький огурец! — Кричит Шэнь Цинцю. — Похоже… Это для нас, брат… — грустно произносит маленький огурец. — Жизнь хороша, даже если она временна. Может быть, когда-нибудь мы с тобой встретимся снова… как только закончим мариноваться. — Маленький огурец!!! — Кричит Шэнь Цинцю. Нет, он не хочет умирать! Он перекатывается всем телом и едва ускользает от острого лезвия. Девушка ворчит и пытается поднять его, но Шэнь Цинцю катит свое тело еще дальше. Она бежит за ним с тесаком в руке, и если бы не то, что он теперь огурец, это выглядело бы как сцена из фильма ужасов. Девушка в конце концов сдается и срывает еще один огурец, в то время как Шэнь Цинцю убегает из кухни ужаса. Он катится и катится все дальше, пока не находит небольшой ручеек и случайно не бросается прямо в бурлящую холодную воду. Шэнь Цинцю кричит, когда поток несет его вниз с вершины горы, отскакивая от острых зазубренных камней, которые почти царапают его. Он ловко маневрирует своим телом, чтобы избежать приветливых ртов рыб, плавающих вокруг него. В конце концов, после того, что кажется вечностью, Шэнь Цинцю оказывается застрявшим между двумя большими валунами. Он пытается выбраться из-под валуна, но безуспешно. — О, привет, еда! Шэнь Цинцю паникует. Бля, сбежал от маринования на тридцать дней только для того, чтобы все равно оказаться в чьем-то животике… его бедная, бедная удача.… Рука поднимает его. Шэнь Цинцю удивляется, увидев, что тот, кто забирает его, — подросток в белой форме пика Байчжань. Он чувствует, что уже видел этого мальчика… Ян Исюань! Разве это не Ян Исюань, которого он встретил в городе Цзиньлань? Он помнит, как однажды посоветовал Лю Цингэ взять мальчика в ученики к Байчжану, но не ожидал, что Лю Цингэ действительно последует его совету. Шиди Лю, этот Шисюн гордится тобой, но, к сожалению, похоже, что именно твой ученик покончит с моей жизнью. Я обязательно вернусь как призрак и буду преследовать тебя, ублюдок. Возможно, небеса наверху все еще имеют некоторую милость к Шэнь Цинцю, потому что вместо того, чтобы немедленно съесть его, Ян Исюань запихивает его в свою мантию. Похоже, что мальчик теперь сталкивается с несколькими демонами, стремящимися захватить его. Шэнь Цинцю не может видеть, что происходит за пределами ткани, но они, должно быть, сейчас сражаются, так как Ян Исюань много двигается. Однако он все еще неопытен и недостаточно способен противостоять группе демонов. Его вырубают и уносят демоны. К тому времени, когда Ян Исюань сваливается на пол и почти раздавливает Шэнь Цинцю — ну, слава богу, он крепкий огурец, а не хлипкий банан, — Шэнь Цинцю слышит звук закрываемой металлической клетки. Ян Исюань просыпается и начинает выкрикивать проклятия в адрес демона. Шэнь Цинцю улавливает еще один знакомый голос и еще одно знакомое имя. Это действительно такой плохой день, наполненный ужасными новостями. Он стал огурцом, его нового друга зарубили и замариновали, его дважды чуть не съели, а теперь оказалось, что Ло Бинхэ полностью захватил дворец Хуаньхуа, стал тираном-повелителем демонов, который перегружает своих подчиненных работой, а также похищает молодых культиваторов, чтобы уравновесить демоническую ци внутри себя. Ша Хуалин продолжает приводить случайных молодых людей каждый месяц, хотя, похоже, Ло Бинхэ отказывается использовать кого-либо с горы Цанцюн. — Черт, я так голоден… о, у меня все еще есть огурец, который я нашел раньше! — Восклицает Ян Исюань и вытаскивает огурец. Шэнь Цинцю отчаянно извивается всем телом, чтобы вырваться из широкого рта Ян Исюаня, но безрезультатно. К счастью, прежде чем подросток успевает вонзить зубы в его тело, несколько других заключенных, увидев в его руке огурец, начинают поднимать шум. — Это еда! — Отдай его нам! — Мы не ели с тех пор, как попали сюда! — Проваливайте, это моя еда, я тоже ничего не ел! — Ян Исуань сердито отталкивает их. В потасовке он случайно роняет огурец, который держит в руке. — Ах! Моя закуска!!! — Он плачет. Шэнь Цинцю не тратит времени, чтобы откатиться так быстро, как он может. Кто твоя закуска, а? Может, я и выгляжу так, но именно из-за меня ты носишь эту форму, сопляк! Шэнь Цинцю катится дальше — и видит, как дверь слегка приоткрывается. Он меняет направление и вкатывается в большую, роскошную, но, казалось бы, пустую комнату. Облегченно вздохнув, он прячется под кровать. Со всем, что происходит с момента его пробуждения (или воскрешения), он просто хочет иметь некоторое время, чтобы отдохнуть и подумать о том, что он должен делать дальше. Система не ответила ни разу, и единственное, с чем он может общаться, — это с другими огурцами. Черт возьми. Шэнь Цинцю так хочется плакать. Он пытается отключить свое сознание, чтобы, возможно, заснуть и снова проснуться человеком.

***

Божества еще не совсем оставили его. Он снова человек! Шэнь Цинцю радостно смотрит на свои конечности и длинные черные волосы, прежде чем осознает, что он все еще находится в своем теле Шэнь Цинцю, в знакомой зеленой мантии, и находится в бамбуковом лесу пика Цинцзин. Он видит, как его ученики бегают вокруг, затем к нему подходит молодой Ло Бинхэ, старательно сообщающий, что он закончил бегать десять кругов. Ах, сон. Он улыбается молодому белому лотосу Бинхэ и гладит его по голове. Молодой Бинхэ бежит обратно в свою комнату. Как это приятно — мечтать. — Как это приятно — видеть сны. Ошеломленный внезапным голосом, который звучит так, будто он просто читает его мысли, Шэнь Цинцю оборачивается и находит Ло Бинхэ, прислонившегося к бамбуковому дереву, в его взрослой форме и черных одеждах. Кажется, что он на самом деле не спит, а вместо этого был втянут в сон Ло Бинхэ. Как он может забыть, что Ло Бинхэ обладает способностью, которой он научился у Демона Сна. Подожди. Это и есть настоящий Ло Бинхэ. Он стоит лицом к лицу с кем-то, кто действительно его слышит! «Бинхэ!» Шэнь Цинцю кричит и бросается на него, заключая в крепкие, отчаянные объятия. Ло Бинхэ так потрясен, что на мгновение едва может перевести дыхание. Однако, как только к нему возвращается самообладание, он тут же обнимает Шэнь Цинцю сзади. — Возможно, мое воображение сегодня слишком прекрасно. Чтобы Шицзунь действительно пришел ко мне вот так… раньше ты даже не смотрел в мою сторону. — Что ты говоришь, Бинхэ? — Спрашивает Шэнь Цинцю и улыбается ему. Ло Бинхэ выглядит загипнотизированным. Похоже, Ло Бинхэ на самом деле не ненавидит его, в конце концов, хорошо. — Бинхэ… Я так рад тебя видеть. Ло Бинхэ нежно обхватывает лицо Шэнь Цинцю обеими руками. Слезы собираются в его глазах. — Шиузунь… правда? Ты действительно рад меня видеть? Если так, то почему ты всегда избегал меня? -…Это сложно объяснить. — Шицзунь… Шэнь Цинцю хватает его за руки и держит их в своих. — Бинхэ, ты должен мне помочь. Выражение лица Ло Бинхэ меняется. — Шицзунь? — Моя душа в ловушке, — говорит Шэнь Цинцю. — В ловушке… где… — ахает Ло Бинхэ. — В огурце. -… — Бинхэ? — Спрашивает Шэнь Цинцю, видя, что Ло Бинхэ замолчал. Ло Бинхэ вздыхает. — Я так и знал. В конце концов, это тоже просто еще один нелепый сон. Сон заканчивается там из-за прерывания из реального мира, и Шэнь Цинцю проклинает того, кто врезается в это место и мешает ему обратиться за помощью. Оказывается, это Лю Цингэ, который требует тело Шэнь Цинцю. Он здесь, чтобы потребовать тело Шэнь Цинцю. Погодите, что? Шэнь Цинцю выкатывается из-под кровати и с ужасом обнаруживает, что тело, которое лежало в кровати, на самом деле является его мертвым телом! Ло Бинхэ, что ты делаешь, храня тело своего мертвого Шицзуня?! Сколько еще шокирующих новостей ждет меня сегодня? Эти двое сражаются некоторое время, пока Лю Цингэ окончательно не побежден. К счастью, Ло Бинхэ достаточно великодушен, чтобы пощадить Лю Цингэ из-за его хороших отношений с Шэнь Цинцю раньше. Шэнь Цинцю просто хотел бы, чтобы его почерневший ученик был достаточно милостив, чтобы также избавить его тело от унижения быть сохраненным как музейный памятник. Возможно, это не то тело, в котором он родился, но он жил и умер в этом теле… Наступает утро, и Ло Бинхэ выходит из комнаты, чтобы управлять сектой и демоническими делами, которые он должен уладить. Шэнь Цинцю катается по комнате, пытаясь найти способ, если бы он мог, по крайней мере, только возможно, вернуться в свое мертвое тело, но безрезультатно. Остаток вечера он проводит, проклиная Шан Цинхуа, который определенно что-то напутал. Единственная причина, по которой Шэнь Цинцю мог думать о том, почему он находится в таком состоянии, — это, вероятно, автор, смешивающий какое-то странное удобрение в почву, заставляя огурцы расти вместо человеческого тела. Наступает ночь, и Шэнь Цинцю, наконец, снова находит свой шанс в мире снов Ло Бинхэ. Как обычно, Ло Бинхэ продолжает мечтать о мирных днях на пике Цинцзин. Шэнь Цинцю находит взрослого Ло Бинхэ и снова бросается на него. Он отчаянно хватает Ло Бинхэ за руки. — Бинхэ, о Бинхэ. Пожалуйста, ты должен помочь этому мастеру, — умоляет он. У Ло Бинхэ сложное выражение лица. Он обнимает Шэнь Цинцю за спину — жест слишком знакомый, но проигнорированный последним. — Шицзунь. — Бинхэ, теперь мое тело — овощ, — говорит Шэнь Цинцю. У Ло Бинхэ мрачный вид. — Я знаю. Это все моя вина. — Ты виноват? — Шэнь Цинцю в замешательстве. — Я довел тебя до смерти, и даже когда я стараюсь изо всех сил, в лучшем случае я могу только держать твое тело в вегетативном состоянии, я все еще не могу оживить тебя, Шицзунь… — бормочет Ло Бинхэ. Ты меня неправильно понял, я имел в виду не этот овощ! Шэнь Цинцю качает головой и кладет руку на плечо Ло Бинхэ. — Глупыш, ты ни в чем не виноват. Этот мастер решил отплатить тебе за свою собственную ошибку. Что бы это ни было, я не должен был бросать тебя и толкать в эту адскую дыру. Губы Ло Бинхэ дрожат. — Правда, Шицзунь? Разве ты не винишь меня? Разве ты не ненавидишь меня? — Этот мастер никогда не сможет ненавидеть Бинхэ. Этот мастер очень любит Бинхэ, — говорит Шэнь Цинцю. По щекам Ло Бинхэ катятся слезы. — Шицзунь… Ах, эта девичья душа главного героя. Шэнь Цинцю осторожно смахивает теплые слезы. — Поэтому ты должен помочь мне освободиться. Не так ли, Бинхэ? Выражение лица Ло Бинхэ меняется. Он хватает Шэнь Цинцю за запястье. — Этот ученик извиняется, но это то, что он не может сделать. Шэнь Цинцю замирает. Погоди, зачем?! Здесь я извиняюсь и выражаю свою любовь. У тебя такой вид, будто ты этому радуешься, так почему бы тебе не помочь мне?! — Шицзунь, пожалуйста, наберись терпения. Этот ученик скоро вернет тебя. Так что, пожалуйста, оставайся со мной и не уходи. Шэнь Цинцю качает головой. — Ты не понимаешь, Бинхэ. Я здесь! Я в одной комнате с тобой! Ло Бинхэ проводит пальцами по волосам Шэнь Цинцю. — Я знаю. Даже если это всего лишь твое тело, я держу тебя рядом. Почему так трудно понять его смысл, не звуча как сумасшедший? Шэнь Цинцю так громко хлопает Ло Бинхэ по щекам, что это звучит как пощечина. Он смотрит на Ло Бинхэ дрожащими глазами. — Ло Бинхэ, я теперь буквально овощ, и я прямо здесь. Я огурец. Сказочный пейзаж заканчивается, когда Лю Цингэ приходит на 799-й вызов и разрушает южное крыло дворца на этот раз. Шэнь Цинцю проклинает повелителя пика Байчжань и всех его семерых предков всю оставшуюся ночь. На третий день своей жизни в качестве огурца Шэнь Цинцю полон решимости. Он должен заставить Ло Бинхэ узнать о его существовании! Он ждет наступления ночи, прежде чем, наконец, выкатиться из своего укрытия. Он видит Ло Бинхэ, сидящего в одиночестве у окна и смотрящего на лунный свет. Он перекатывается ближе к главному герою, и именно тогда он замечает банки и ассортимент еды, лежащие рядом с Ло Бинхэ. Оказывается, его ученик пьет от горя. Ха, Шэнь Цинцю удивлен, так как он никогда не видел, чтобы Ло Бинхэ пил. Ну, в последний раз, когда они были в достаточно хорошей ситуации, чтобы спокойно выпить вместе, Ло Бинхэ было всего семнадцать. Сейчас ему 25 лет, и для него нет ничего ненормального в том, чтобы время от времени потакать алкоголю. И все же, сколько кувшинов этот почерневший лотос выпил в своем горе?! Ло Бинхэ, о Бинхэ, этот твой мастер не стоит того, чтобы доводить себя до печеночной недостаточности! Бинхэ! Ло Бинхэ слегка вздрагивает. Он оборачивается. Его глаза покраснели и остекленели то ли от слез, то ли от недостатка нормального отдыха. — Шицзунь? Мне показалось что я слышу твой голос… Бинхэ! Шицзунь здесь! Посмотри на меня, я здесь! Шэнь Цинцю возбужденно ерзает. Взгляд Ло Бинхэ падает на брошенный огурец, который даже не подозревает, что его положили в тарелку с маринованными овощами. Глаза Ло Бинхэ снова наполнились слезами. — Шицзунь… Мне показалось что я слышу… но ведь тебя здесь нет, не так ли… Он принюхивается, берет огурец и откусывает. Ло Бинхэ задыхается… — Он соленый, но горький. Он не замечает, что огурец кричит с каждым укусом. Ло Бинхэ оставляет огурец наполовину съеденным и сразу же ложится спать.

***

Этой ночью ему снова снится Шицзунь. В течение последних пяти лет, когда бы Ло Бинхэ ни снился Шицзунь, он никогда не смотрел в сторону Бинхэ. Шицзунь всегда остается ликом, который он может только видеть, но не может коснуться. Однако за последние пару дней Шицзунь во сне стал другим. Он продолжает просить Ло Бинхэ помочь ему, освободить его, и Ло Бинхэ не может понять почему. Может быть, это душа Шицзуня велит Бинхэ освободить его и вернуть тело в гору, чтобы он мог перейти к следующей жизни? Бинхэ много размышляет об этом. Он продолжает задаваться вопросом, действительно ли сохранение тела Шицзуня мучает его душу. Если это причинит боль Шицзуню, то даже если Бинхэ будет больно расставаться с Шицзунем, ему в конце концов придется отпустить его. Сегодня еще одна ночь, такая же, как и последние несколько дней. Он снова видит Шицзуня на пике Цинцзин, и Шицзунь смотрит на него. За исключением того, что этот Шицзунь больше не смотрит на него с нежной добротой, а вместо этого злостью, разочарованием, возможно, разочарованием. Более того, у этого Шицзуня нет ног. Ло Бинхэ прикрыл рот ладонью, чтобы не закричать и не метнуться. Кто это сделал с Шицзунем? Это Бинхэ? Неужели душа Шицзуня страдает из-за Бинхэ? — Шицзунь… это сделал я? — Спрашивает Ло Бинхэ дрожащим голосом. Шицзунь сердито смотрит на него. — Кто же еще, кроме тебя? Сколько раз я тебе говорил, что я теперь овощ, но ты не мог меня понять! А теперь посмотри, что ты со мной сделал! — Шицзунь… — кричит Бинхэ. — Прости этого тупоголового ученика. Как я могу… как я могу спасти тебя? — Меня уже не спасти, Бинхэ. Разве я не говорил тебе, что я огурец? Разве ты не помнишь, что ел перед сном? Ло Бинхэ делает паузу. Он помнит, как пил, закусывая маринованными овощами перед сном. Его глаза расширились. Он смотрит на Шэнь Цинцю. — Ши… Шизун, клянусь вегета… то есть ты действительно превратился в настоящий огурец?! — Ты чертовски прав, наконец-то! Перед смертью я посадил особое семя, чтобы возродиться, но кто-то все испортил, и вместо того, чтобы вернуться человеком, я вернулся гребаным огурцом! — Шицзунь кричит, что совершенно не в его характере, но Ло Бинхэ это не беспокоит. — Ты сожрал мое тело и оставил меня наполовину съеденным, болван! Что ты теперь будешь делать?! Мое тело сгниет! — Ученик извиняется, Шицзунь… Откуда ему знать, что человека можно оживить, как огурец? Неудивительно, что Шэнь Цинцю все время просит его о помощи. — Скорее проснись и сделай что-нибудь! Ло Бинхэ покидает царство снов и просыпается. Он пробирается к окну, где пил накануне вечером, и с ужасом обнаруживает, что поднос с банками и остатками еды убран. Он бросается наружу и хватает ученика, ответственного за уборку. — Кто велел тебе войти в комнату и убрать тарелку?! Ученик дрожит. — Я… Извините… — Где поднос со всей едой?! — Я отправила его на кухню. Ло Бинхэ пробирается на кухню с нечеловеческой скоростью. Весь кухонный персонал удивлен, увидев его. Он лихорадочно ищет поднос, только чтобы услышать, что… — А, мы уже опустошили поднос, чтобы его помыть. Остатки еды были брошены свиньям. Ло Бинхэ едва сдерживается, чтобы не задушить всех до единого во дворце Хуаньхуа. Затем он бросается к свинарнику, не обращая внимания на громкие крики Ша Хуалин, которая зовет его по срочному делу. Гигантская змея нападает на них, но Ло Бинхэ было все равно. Он отгоняет всех свиней и прыгает к куче объедков, которые с раннего утра сваливали на корм свиньям. В дрожащих руках он держит засохший, наполовину съеденный огурец, след от зубов все еще там. Шицзунь… он снова убил своего Шицзуня. Он действительно съел Шицзуня и позволил своему Шицзуню умереть в этом унизительном, вонючем свинарнике. — Шицзунь!!!!! — Вопит Ло Бинхэ.

***

Тем временем в Священном Мавзолее Шэнь Цинцю счастливо просыпается в своем тщательно сохраненном, полном человеческом теле, доходя до того, что обнимает Тяньлан Цзюня и Чжучжи Лана, чтобы выразить свою благодарность. Нет нужды говорить, что небесный демон и его племянник очень довольны. Ло Бинхэ простирается ниц перед Шэнь Цинцю, не обращая внимания ни на аудиенцию, ни на то, что они все еще находятся в палатке посреди территории Тяньлан Цзюня. — Шицзунь, пожалуйста, прости этого бесполезного ученика! Как я посмел съесть тебя! Тяньлан Цзюнь поднимает бровь. — Я слышал то, что только что услышал? — Я уверен, что тебе было больно, когда я взял тебя в рот… а когда я тебя укусил… — Ло Бинхэ всхлипывает. Тяньлан Цзюнь смеется. — Мальчик, тебе еще многому надо научиться. Ты не должен пользоваться зубами, только языком. Лю Цингэ, Юэ Цинъюань и Ци Цинци прибывают, чтобы спасти Шэнь Цинцю, но только для того, чтобы услышать длинную лекцию Тяньлан Цзюня о фелляции, а затем яростный крик Шэнь Цинцю.

***

К счастью, все хорошо закончилось. Шэнь Цинцю возвращает «одолжение» Шан Цинхуа, повторяя импровизированную лекцию Тяньлан Цзюня Мобэй Цзюню, заявляя, что это то, что повелитель пика Аньдин тайно желает сделать с Мобэй Цзюнем. Он не забывает приправить его некоторыми примечательными откровенными сценами из его новеллы просто назло автору, который действительно подмешал в землю какое-то странное удобрение и забыл обезопасить место от других. Ло Бинхэ в конце концов получает прощение за свое «преступление» — поедание Шэнь Цинцю. К сожалению, после этого случая они больше не могли есть огурцы.