Один на миллион

      Мы дружной толпой зашли в довольно большое помещение с красными пуфиками, какими-то дымящимися кольцами и с симпатичной женщиной. По ней видно, что она добрая. А в людях я хорошо разбираюсь. Как оказалось, это наш психолог. Елена Божук.       – Степа, что тебя привело в стены этой школы? – психолог посмотрела на Степу в ожидании.       – Отношения с родителями... Недопонимание у нас с мамой, потому что отчим настраивает маму против меня. Он меня вообще ненавидит, как бы, – Степа стер руками слезы со своего лица. Было видно, что разговор о семье вызывал в нем много не самых приятных чувств и воспоминаний. Как и у всех нас.       – Расскажи мне о чувствах, с которыми ты находишься дома, – голос Елены был мягкий и спокойный. Она успокаивала Степу, просто разговаривая с ним.       – Злость, ненависть, – тут уже я не выдержала и села рядом с парнем. Обняв его, я положила голову на его плечи и погладивала его по руке. А Степа лишь через раз издавал тихие всхлипы.       – Я предполагаю, злость и ненависть проявляется тогда, когда к нам обращаются как-то так, как с нами не должны обращаться.       Следующая к психологу подошла Ника. И ее история повергла меня в полнейший шок.       – Это произошло из-за мальчиков. Типо, все курят... Я думала, что это просто сигарета, а это был косяк, – Ника вздохнула, чтобы чуть успокоится. – Я была как овощ и со мной делали все что хотели, – Пиздец       – Тебе об этом рассказали после? – все без исключения сидели и сочувствовали Нике, ведь пережить такое трудно.       – Мне это показали.       – Почему ты не сказала маме?       – Я не смогла. Я себя винила, – Бляяять       – Человек, которого насилуют никогда не виновен, – жаль в нашем мире не все это понимают. Мне стало жалко Нику. Да, моментами она пиздец как бесит, но она же не такая плохая, какой кажется.       – Теперь ты, Ангелин. С какими чувствами ты пришла в эту школу? – черт. Вот и настала моя очередь.       – С ненавистью к себе, своей семье, жизни. Ко всему, – глубокий вздох, – в особенности к себе.       – Какие у тебя отношения в семье?       – С папой нормальные. И то, только из-за того, что мы видимся несколько раз в год, потому что ему вечно некогда. А с мамой и отчимом когда как. То есть, – от мыслей о семье, слезы сами скатывались по щекам, – сегодня мы с мамой можем веселиться, смеяться, шутить друг над другом. А на следующий день мы с отчимом сильно ругаемся и я ухожу на всю ночь. Типо, после каждой ссоры я просто беру, и ухожу к подруге или просто куда-нибудь, а потом когда прихожу, меня ожидает заплаканная мама и очередной скандал.       – У тебя есть вредные привычки?– глупый вопрос. Конечно есть и она это знает. Наверное ждёт чисто сердечного.       – Да, есть. Сигареты, временами алкоголь, подавление эмоций, селфхарм. И раньше это были наркотики, – одиннадцать пар глаз удивлённо уставились на меня.       – Ты употребляла наркотики?– я кивнула, – Как все это началось?       – Мы в очередной раз поругались с мамой и отчимом. Мне написала подруга, мол один из нашей компании устраивает вечеринку. Я согласилась. Когда мы пришли, этот друг предложил покурить. У него отец продавал косяки. Лиза, это моя подруга, отказалась. А я... согласилась. Думала, что это всего на раз. И все поехало. После всех больших скандалов я звонила этому другу и покупала у него наркоту. А потом этот парень чуть не умер от передоза и я поставила на этом табу. Но легче не стало и я просто начала срываться на всех. Ссоры, драки в школе. Новые полосы на руках. Постоянные попадания, потому что я не хотела, чтоб мама видела меня в таком состоянии, – смахнув пару слезинок с щек, я ожидающе смотрела на Елену. В ушах зашумело, в глазах потемнело и стало трудно дышать. Все слышалось будто из-под толщи воды.       – Ангелина, держи,– взяв стакан, который держал, судя по всему, Никита я сделала большой глоток. Это не особо помогло, но я хотя бы начала все чётко видеть и слышать. Но ощущение, что я нахожусь где-то, но не здесь меня не покинуло. Все что я почувствовала, было то, что меня подняли на руки и куда-то понесли. Дальше я не помню вообще ничего.       Открыв глаза, я увидела ребят, столпившихся рядом со мной. Окей, а я вообще где?       – Она проснулась, – сказала Рика, которая была ближе всех.       – Наконец-то, – Влад.       – Как же ты нас напугала, – Никита.       – Еще раз ты так упадёшь в обморок, я тебя лично убью, – Даниелла.       – Че какие грустные. Я ж не померла. Не дождётесь, – прохрипела я. Боже, это что реально мой голос? Даже у Валеры он мелодичней будет.       – Ангелина, как ты себя чувствуешь?– спросила директриса.       – Терпимо, – я приподнялась на локтях, чтобы осмотреть всех присутствующих. Все с облегчением смотрели на меня. Кроме Маши, которая стояла чуть ли не на другом конце спальни.       – Хорошо. Ребята сейчас пойдут, а ты как сможешь, приходи ко мне в кабинет, – старушка встала и удалилась из комнаты.       – Напомни, куда вы идёте?– шепотом спросила я Рику.       – На очередное испытание. Нам самим ещё не сказали куда, – ясно. Даже хорошо, что я так удачно отключилась. – Так. Геле надо отдохнуть, а нам нужно собираться. Давайте, на выход, – даже я испугалась бы такого тона. Вот кого надо было старостой ставить. Все послушались и покинули мои покой. Остался один Валера.       – Ты как?– спросил парень, садясь на край кровати.       – Да вроде жива. Это от переизбытка эмоций, наверное.       – Ты нас всех очень сильно испугала. Мы уж думали скорую тебе вызывать, – я улыбнулась. Приятно, когда о тебе так заботятся.       – Я, конечно, не против ещё с тобой поболтать, но тебе пора на задание, а мне к директору.       – Да, конечно. Потом поговорим, – Валера встал и пошел к выходу. Через несколько минут и я вышла их комнаты.       За два последних года в школе, я была в кабинете у директора раз сто. Но именно сейчас мне стало очень страшно. А что если они отправят меня домой из-за недавнего обморока? Да нет, вряд ли. Постучавшись, я вошла в небольшую комнатку, где сидела Анна Эрнстовна.       – Рада, что тебе лучше, Ангелина. Присаживайся, – я села на ближайший стул и в ожидании посмотрела на директрису, – Я позвала тебя не просто так. Сегодняшний инцидент поставил под вопрос твое дальнейшее обучение в этой школе. Мы не вправе подвергать опасности ментальное здоровье наших учеников. И мы считаем, что тебе будет лучше поехать домой, – твою за ногу... я не могу уйти– Но в это же время, мы осознаем, что тебе нужна помощь не меньше, чем остальным. Поэтому выбор только за тобой.       – Я хочу остаться, если это ввозможно, – недумая ответила я. Плевать, что считают учителя. Если я покинул эту школу, то все может стать ещё хуже.       – Тогда счастлива сообщить, что ты остаёшься в этой школе. Но это не дает тебе право ослушиваться наших правил, – я кивнула, – А теперь ты можешь идти в свою комнату и отдыхать.       Попращавшись с Анной Эрнстовной, я направилась к себе. Я только что могла покинуть это место. Я была на волоске. Дважды за один день. Какого черта происходит в моей жизни? Уже придя в спальню, я легла на кровать и закрыла глаза, в надежде уснуть. Может хоть тогда все мои проблемы исчезнут и я буду скакать по радуге на моем пегасе.