Подчиняя хаос

30 октября, 1984 год. Бывают моменты, когда изнеможение накрывает так сильно, что хочется плюнуть на всё у самой финишной прямой, лишь бы избавить себя от мучений. Когда от пота слезятся глаза, а руки дрожат от напряжения, которое отзывается ноющей болью во всем теле. Когда воздух царапает горло, оседая в лёгких неподъёмной ношей. Усталость. Такая безграничная, что теряешься во времени, а каждая прожитая секунда тонет в водовороте бесконечной пытки. — Теряешь хватку, Коутс! Мэрилин всего на долю секунды перевела взгляд в сторону Аластора Грюма, чувствуя неподдельную ярость, и в следующий миг что-то внутри щёлкнуло, наполняя тело энергией. Второе дыхание. Девушка пригнулась ровно в тот момент, когда заклинание одного из авроров проскользнуло над её макушкой, и всего через несколько секунд нападавший схлопотал ответное проклятие, от которого не успел защитить себя. — Рочестер выбывает! — объявил Грюм, однако Мэрилин была настолько увлечена схваткой, что едва услышала его голос, который с трудом пробивался через шум в ушах. Осталось двое противников. Девушка на автомате выставила перед собой щит и, стиснув зубы, послала в нападавшего серию из трёх заклинаний, одно из которых всё же настигло свою цель. Второй противник повалил Мэри на деревянный пол, надеясь вывести её из строя без помощи магии. Это был заранее проигрышный для неё ход, ведь громила Томпсон был едва ли не в два раза крупнее неё, однако помощь пришла, откуда её не ждали. — О-о-о, — раздался по помещению протяжный хор голосов удивлённых зрителей, когда в Томпсона случайно угодило проклятие второго противника, и он, выпучив глаза от неожиданности, свалился вбок, парализованный Петрификусом Тоталусом. — Валлок, чтоб тебя, зараза такая! — выругался Грюм, которому совершенно не понравилось то, что с одним из противников Мэрилин расправилась чужими руками. — Томпсон выбывает! Коутс, хорош ухмыляться! Но убрать ухмылку было не так-то просто, ведь девушка знала: ей остался один противник. Дакота Валлок, одна из немногих девушек в аврорате, славилась своей выносливостью и жесткостью. Она была одной из лучших в подразделении «Альфа», и несмотря на то, что ей было уже за пятьдесят, Дакота была в прекрасной форме. И она была явно разочарована тем фактом, что Мэри успела среагировать на луч заклинания, подставив под него спину Томпсона. Разочарована и зла. Их дуэль была похожа на танго смерти, ведь никто не хотел проигрывать. Они обе сражались с такой отчаянной яростью, что вместе с разноцветными вспышками заклинаний в воздухе летали искры. Небольшой рост Мэри часто играл ей на руку, ведь она успевала пригнуться или сделать резкий кувырок в сторону нападавшей, орудуя при этом волшебной палочкой, однако её миниатюрность не была полезна в рукопашной схватке. — Сдавайся, Коутс, — прошипела Дакота Валлок, сбив Мэрилин с ног. Она прижала её к полу, лишая возможности пошевелить хотя бы рукой, и девушка с отчаянием осознала, что проигрывает. «Неужели я столько лет шла к цели, чтобы запороть последний экзамен?» — проскочила в её голове мысль, от которой к горлу подступили слёзы. Она видела отражение своего лица в огромных зрачках Дакоты Валлок, и то выражение ярости, что Мэри увидела, придало ей сил. — Ещё. Чего! — выплюнула Мэрилин, резким движением ноги столкнув Дакоту чуть в сторону, из-за чего она немного ослабила хватку. Девушка выдернула свою руку из захвата и невербальным заклинанием откинула Валлок назад, завершая свой выпад контрольным ударом. — Инкарцеро! Последняя противница рухнула на пол грузным мешком, скованная верёвками по рукам и ногам, и Мэрилин с облегчением откинулась на спину. В помещении раздался оглушительный рёв авроров и всплеск аплодисментов, отчего на губах девушки сама по себе расцвела победная улыбка. Она едва не задыхалась от усталости, однако знала, что ещё никогда в жизни не чувствовала себя настолько прекрасно. Ведь она прошла последний экзамен. — Что разлеглась, Коутс? — рявкнул Аластор Грюм, перекрикивая гомон чествующих её авроров, однако в его голосе чувствовалась гордость. — Поднимай свою подбитую задницу и тащи её сюда! Девушка проглотила вязкий ком в горле и подчинилась, зная, что сможет отдохнуть чуть позже. Она на ватных ногах проковыляла к главной трибуне, где находился её наставник, и стоило ей остановиться напротив Аластора Грюма, как десятки голосов сплелись в отрывистом «Агуаменти», окатив ее волной ледяной воды. Ещё один из этапов посвящения в авроры, который ранее казался Мэри совершенно нелепым, однако сейчас она была рада даже этому. — Добро пожаловать в семью, аврор Коутс! — объявил Аластор Грюм, и Мэри почувствовала, как вместе с холодной водой по лицу потекли горячие слёзы. — Никогда не сдавайся перед лицом врага и всегда храни в себе огонь бойца! — Спасибо! — сбивчивым шёпотом ответила она, пытаясь сдержать рыдания, от которых тряслись плечи. Девушка с ликованием посмотрела на своих коллег, с которыми сражалась последние два часа, однако так и не увидела на их лицах хоть малейший намёк на злость или раздражение. Каждый из них искренне радовался за новоиспечённого аврора, и теперь они смотрели на неё как на равную себе, а не как на очередную ученицу. Обговорив график дежурств с Аластором Грюмом, Мэрилин наспех приняла душ и покинула аврорат. Несмотря на ноющую боль в мышцах, она чувствовала приятную лёгкость, и улыбка не сходила с её лица на протяжении всего пути домой в Вестбери. Ей хотелось поскорее обрадовать бабушку, которая всей душой верила в успех Мэри, пусть и мало что понимала в магии. Она растила их с Мойрой с пяти лет и поддерживала все начинания любимых внучек. «Мама и папа наверняка тоже гордились бы мной», — подумала Мэрилин, чувствуя привычную тяжесть на душе, стоило ей вспомнить своих родителей. Она знала, что если бы мама хоть вполовину была так же сведуща в боевых чарах, то ей бы удалось спасти не только себя в ту ночь, но и своего мужа-маггла. Однако Мейсса Коутс, неугодная дочь своих чересчур требовательных родителей, никогда не интересовалась подобным, за что сполна расплатилась собственной кровью. — Я дома! — воскликнула Мэри, стараясь отбросить в сторону дурные мысли. Ответом ей была лишь звенящая тишина, которую нарушало мерное тиканье старинных часов в коридоре. Девушка повесила плащ на вешалку и, на ходу расплетая волосы, отправилась на поиски бабушки. — Можешь меня поздравить! Теперь я полноправный аврор подразделения «Альфа»! Однако она так и не дождалась ответа и сделала вывод, что бабушка куда-то ушла. По дому разносились умопомрачительные ароматы, что свидетельствовало о недавнем приготовлении еды, и девушка надеялась, что никто не станет возражать, если она поужинает в одиночестве. Вот только все мысли о приеме пищи вылетели из её головы в тот миг, когда она замерла в проеме кухни. Улыбка медленно сползла с её лица, а взгляд с плиты, на которой все ещё томился ужин, перешёл на неподвижную фигуру в кресле-качалке у самого окна. — Н-нет, — запнувшись, прошептала Мэри, чувствуя, как с лица в один миг сошла вся краска. Она на негнущихся ногах подошла ближе, и звук её сердцебиения эхом отдавался в ушах. В горле встал ком, не давая вдохнуть воздух, но девушка не могла замедлить шаг, желая лично удостовериться в том, что ей не показалось. Кожа на запястье Вивиан Коутс ещё была тёплой, однако Мэри так и не смогла почувствовать биение пульса. В голубых глазах, у которых собралась паутинка морщин, не было ни единой эмоции, и они безучастно смотрели перед собой, не замечая встревоженного лица Мэрилин. «Если бы я поспешила, то успела бы помочь ей!» — с отчаянием подумала она, сморгнув горячие слёзы, что заструились по щекам. Мэри не сомневалась в том, что сумела бы вовремя доставить бабушку в больницу, чтобы ей оказали необходимую помощь. Но было поздно предполагать, как всё могло бы произойти, ведь она не успела. Мэри потеряла ещё одного члена семьи, и теперь у неё осталась лишь Мойра. Мойра, которая ещё не подозревала о том, что ожидает её после работы. Которая хоть и была не сильна в выражении тёплых чувств, но всё же с трепетом относившаяся к заботливой и немного сварливой бабушке. Тогда Мэри ещё не знала, что они поругаются в тот вечер и что Мойра в очередной раз сбежит от ответственности, взвалив всё на плечи сестры. Ещё не знала, что ей захочется спрятаться от проблем в «Дырявом котле», сделав выбор не в пользу заботливых подруг, а в пользу дешёвого пойла. Не знала, что необратимый механизм пришёл в движение, погружая девушку в бездну, сотканную из множества случайных событий. Сентябрь, 1996 год. Мэрилин оглядела чужой кабинет недоверчивым взглядом, чувствуя себя скованно. Она только сейчас поняла, на что обрекла себя, когда дала согласие провести свободное время не за проверкой домашних заданий в комфортной для себя обстановке, а в мрачном и холодном кабинете Зельеварения. Да ещё и во время отсутствия его хозяина. — Мисс Грейнджер, напомните мне, на какой теме вы остановились? — спросила Мэри, проглотив вязкий ком в горле. Чужой рабочий стул, на котором она сидела, был жутко неудобным, и дело было скорее не в его форме, а в том, кто обычно сидел на нём. — Мы должны были приступить к приготовлению Напитка Живой Смерти, — с энтузиазмом ответила Гермиона Грейнджер, которая, в отличие от Мэрилин, была рада внезапной смене преподавателя. «И о чём я вообще думала, когда ляпнула Дамблдору о том, что неплохо разбираюсь в Зельеварении?» — в очередной раз подумала она, открыв личный шкаф Северуса Снейпа, в котором хранились необходимые для работы учебники. — Прекрасно, — Мэрилин взяла в руки потрёпанный экземпляр «Расширенного курса Зельеварения» и, не желая вновь садиться на рабочий стул Северуса Снейпа, остановилась около стола. — Откройте свои учебники на странице… Она нахмурилась, увидев, что страницы учебника были исписаны мелким, но аккуратным почерком. Часть слов настолько была перекрыта писаниной, что Мэри едва могла разобрать исходный текст, и девушка настолько была возмущена этим фактом, что на несколько мгновений потеряла дар речи. Мэрилин подняла растерянный взгляд на ожидающих продолжения студентов и несколько раз моргнула, пытаясь собраться с мыслями. — Пошаговую инструкцию приготовления зелья вы сможете найти на десятой странице, — продолжила она, захлопнув учебник. — Если у кого-то возникнут проблемы, то вы можете обратиться ко мне за помощью. Работаем! Шестикурсники пришли в движение, отправившись в кладовую за ингредиентами для зелья, а Мэри, бросив угрюмый взгляд на стул, всё же решила присесть, чтобы подробнее ознакомиться с записями в учебнике. Она считала вопиющим кощунством так осквернять книгу, однако её заинтересовали те заметки, что попались на глаза. Человек, который исписал книгу, был явно не удовлетворён техникой приготовления зелий, поэтому внёс в каждое из них свои коррективы. Однако в учебнике были не только исправления рецептов, но ещё и заметки, не относящиеся к Зельеварению. Также на полях книги ей попадались заклинания, с которыми она никогда ранее не сталкивалась, и, скорее всего, владелец учебника и был их автором. «Это книга является собственностью Принца-полукровки», — эхом пронеслось в её голове, когда она прочла одну единственную надпись на внутренней стороне обложки книги. Это заставило задуматься о том, кто же являлся владельцем книги и почему она лежала в шкафу с остальными учебниками. Мэри даже допустила мысль о том, что она могла принадлежать Северусу Снейпу, ведь это объяснило бы и её нахождение в его кабинете, и значение всех пометок. Ведь тот, кто написал их, явно разбирался в Зельеварении, а также был очень умён, раз изобрёл несколько заклинаний. «Нужно поискать в библиотеке хоть что-нибудь об этих заклинаниях. Вполне вероятно, что я просто могла не знать об их существовании, и владелец книги лишь хотел выписать их для себя. Может, он и не изобретал их.» Но чутьё подсказывало, что она не найдёт в библиотеке ни одной заметки об этих заклинаниях, ведь Мэри явно знала бы о той же «Сектумсемпре», которая была помечена как «от врагов». Перед обучением в аврорате девушка выучила все заклинания, которые могли использоваться в бою, поэтому она не сомневалась в том, что запомнила бы его. «Кто бы ни был этим Принцем-полукровкой, он явно имел склонности к Тёмным искусствам. Ведь не каждому волшебнику придёт в голову создавать авторское заклинание, которое можно использовать как оружие против врагов.» — Профессор Коутс, у меня не получается выдавить сок из дремоносного боба, — отвлёк её от мыслей голос девушки из Слизерина, и Мэри, нахмурившись, перелистнула страницы учебника на рецепт Напитка Живой Смерти. — Попробуйте надавить на боб, а не проткнуть его, — не отрывая взгляда от записей в учебнике, ответила Мэри. Владелец книги советовал поступить именно так, и девушке было интересно, насколько удачным окажется его способ. — Но, мэм! — вклинилась Гермиона Грейнджер, волосы которой распушились из-за испарений. — В учебнике сказано, что нужно проткнуть боб, чтобы извлечь сок. — И как ваши успехи? — с интересом спросила Мэрилин, заглядывая в котёл гриффиндорки. — У вас получилось добыть необходимое количество сока дремоносного боба? — Нет, но… — Вот пусть мисс… не напомните мне свою фамилию? — Гринграсс, — самодовольно отозвалась слизеринка, бросив на Гермиону насмешливый взгляд. — Пусть мисс Гринграсс проверит мой способ, а мы уже посмотрим на результат, — спокойно продолжила Мэри, стараясь не думать о том, что помогла вражескому факультету. «Не вражескому, а факультету Слизерин», — мысленно поправила себя Мэрилин, вспоминая о попытках отставить в сторону свои предубеждения. А ведь она действительно пыталась вести себя терпимо не только со студентами Слизерина, но и с деканом их факультета. Чего только стоило её согласие провести урок Зельеварения вместо профессора Снейпа, который на день отлучился из Хогвартса по каким-то очень важным делам, если верить словам Альбуса Дамблдора. За прошедшую неделю они даже ни разу не пререкнулись, однако это не мешало Мэри бросать на профессора Снейпа короткие яростные взгляды, когда тот не видел. Но самого конфликта не было лишь потому, что они не разговаривали друг с другом. Это полностью устраивало девушку, ведь все попытки вести себя цивилизованно пресекались лишь одной мыслью о том, что он находился с ней в одном помещении. Все установки, которыми Мэри пыталась настроить себя на «доброжелательное» отношение, вставали комом в горле, когда ей приходилось сталкиваться с ним взглядами, и девушка чувствовала, что это было взаимно. — Ой, получилось! — послышался радостный голос Гринграсс, и Мэри подняла на слизеринку заинтересованный взгляд. — Из боба вытекло столько сока, что зелье тут же приобрело нужный оттенок! Спасибо за помощь, профессор Коутс! — Обращайтесь, — растерянно отозвалась Мэрилин, понимая, что рекомендации Принца-полукровки имели практический успех. Теперь она ещё больше заинтересовалась тем, кто был владельцем учебника, ведь он хоть и имел склонности к вандализму, его познания в области Зельеварения казалась ей уникальными. «Надеюсь, что это не Снейп, иначе мне придётся признать, что хоть в чем-то он хорош!» — с усмешкой подумала Мэри, а вслух спросила: — А профессор Снейп когда-нибудь давал вам рекомендации, которых не было в учебнике? — Ага, — фыркнул Рон Уизли. — Заткнуться и не бесить его. На удивление, над его замечанием посмеялись не только гриффиндорцы, но и слизеринцы. Мэри растянула губы в усмешке, вспоминая свой седьмой курс, и это лишь подтвердило правдивость высказывания Уизли. «То, что Снейп не озвучивал свои же рекомендации из учебника, ещё не означает, что это не он написал их», — подумала Мэрилин, гадая над личностью Принца-полукровки. Пока что самым мощным аргументом в его пользу было то, что книга находилась именно в кабинете Зельеварения и что Снейп не стал бы держать учебник здесь просто так. «Может, он нагло пользовался чьими-то записями, чтобы повысить уровень своих знаний? Какой из него Принц-полукровка?» Мэри думала об этом даже после вынужденной замены, возвращаясь в свой кабинет. Она решила оставить книгу у себя до вечера, чтобы как следует ознакомиться с записями, ведь если верить директору, Северус Снейп должен был отсутствовать до завтрашнего дня. Девушка собиралась вернуть учебник до того момента, как он заметит пропажу, однако ноющее чувство тревоги не давало полностью расслабиться и довериться своему плану. После уроков она отправилась к себе в комнату, собираясь выписать для себя несколько заметок из книги, которые привлекли особое внимание. До ужина оставалось не больше пяти минут, и девушка собиралась перед ним заглянуть в подземелье, чтобы оставить книгу в кабинете Зельеварения. Каждый её шаг эхом разносился по пустому коридору, и Мэри чувствовала себя нашкодившей студенткой, которая боялась попасться на глаза преподавателям. Но попалась она всего лишь Алану. — Что ты здесь делаешь? — хмуро поинтересовался он, и Мэри плотнее прижала руки к животу, где под пиджаком находилась книга Принца-полукровки. — Хотела встретить тебя перед ужином, — невозмутимо ответила она, прикусив нижнюю губу. — Ты ведь на ужин собрался? — Да, — Алан чуть прищурил глаза, заподозрив что-то неладное. — Так ты идёшь? — Конечно. Мэри бросила тоскливый взгляд в даль коридора, где находился кабинет Зельеварения, и пошла следом за Аланом, понимая, что придётся отнести книгу чуть позже. — Тебе правда не о чем беспокоиться, — сказал мальчик, когда они поднимались на первый этаж. — Со мной всё хорошо. Мэри перевела на него взгляд, чувствуя толику облегчения, ведь Алан решил, что её появление в подземелье вызвано не чем иным, как беспокойством. — Как твои успехи? — она решила перевести тему, тем более её действительно интересовала жизнь Алана в Хогвартсе. Мэри видела, что мальчик всё так же держался особняком на своём курсе, хоть с начала учебного года уже прошло чуть больше недели. — Пока всё получается. Только мне не нравится делить комнату с другими мальчиками. — Они… они не обижают тебя? — настороженно спросила Мэри, зная, что обычно происходило с Аланом во время вспышек агрессии. — Нет, — спокойно ответил мальчик, останавливаясь около открытых дверей Большого зала. — И я подозреваю, что они просто боятся тебя. Я имею в виду, что ни для кого не секрет, кем ты приходишься мне, поэтому мальчики не хотят лишних проблем. — У меня такая репутация? — с усмешкой поинтересовалась Мэри, чувствуя себя немного скованно из-за того, что ей постоянно приходилось поддерживать краешек книги, чтобы она не выпала из пиджака. — А сама как думаешь? — мальчик улыбнулся и бросил беглый взгляд в сторону столов, где собирались студенты. — Ладно, я пойду. Поговорим позже? Я зайду к тебе в комнату перед отбоем. — Договорились. Алан галантно пропустил ее вперёд, и Мэри оставалось лишь покрепче прижать к животу проклятую книгу и войти в Большой зал. Наспех поужинав, она вновь отправилась в подземелье. Все студенты ещё находились в Большом зале, поэтому Мэри надеялась остаться незамеченной в этот раз. К счастью, ей удалось пробраться в кабинет Зельеварения, и теперь дело оставалось за малым — быстро положить книгу обратно в шкаф и смыться. Однако удача покинула её гораздо раньше, чем Мэри успела завершить своё дело. Девушка замерла, услышав шаги за дверью, а её глаза в страхе расширились, отражаясь в зеркальной поверхности стеклянной дверцы шкафа. Кто-то дернул за ручку, однако запирающие чары не дали человеку тут же войти в кабинет, и это дало Мэри всего несколько секунд для того, чтобы спрятаться. Она нырнула под стол, радуясь, что её излишняя осторожность в этот раз сыграла ей на руку, ведь она чисто инстинктивно заперла за собой дверь. Мэри скрючилась, проклиная каблуки своих туфель, которые звонко проехались по поверхности пола, и этот звук сплёлся со скрипом открываемой двери. Послышались осторожные шаги. Мэри зажала нос рукой, ведь она боялась выдать своё местоположение малейшим вздохом. Ей казалось, что стук сердца, что бешено колотилось в груди, был слышен даже в самом дальнем углу кабинета, однако она тут же успокоила себя, зная, что это неправда. «Неужели Снейп вернулся раньше времени? А если он решит сесть за стол и обнаружит меня здесь?» Каждая новая мысль в её голове была ещё хуже предыдущей, и Мэри с замиранием сердца прислушивалась к шагам в кабинете. Вдруг перед самыми её глазами показались мужские ноги, скрытые полами чёрной мантии, и она невольно вздрогнула, вытащив из внутреннего кармана пиджака свою волшебную палочку. Каждая секунда была наполнена мучительным ожиданием неизбежного, и Мэри лишь надеялась на удачу. «Лучше бы я вообще не пряталась! Сказала бы, что оставила в кабинете свою сумочку!» — подумала она, но потом вспомнила, что сумка покоилась на тумбе в ее комнате, так что ей нечем было бы оправдаться. Но, видимо, удача решила улыбнуться ей ещё раз, потому что Северус Снейп, а у Мэри не было никаких сомнений в том, что это был именно он, положил на стул чёрный матерчатый мешок и отошёл от стола. Она медленно выдохнула, услышав, что шаги вновь направились в сторону двери, и через несколько секунд послышался громкий хлопок. Мэри прислушалась к тишине, чтобы удостовериться в том, что действительно осталась одна в этом кабинете, после чего её взгляд сам по себе скользнул по чёрному мешку на стуле. Сгорая от любопытства, она осторожно приоткрыла мешок, так и не покидая своего убежища на случай возвращения профессора Снейпа, и увидела, как в свете свечей блеснула золотая чаша с гравировкой герба Пуффендуя. «На кой черт ему чаша?» — подумала Мэри, выбираясь из-под стола. Она хотела ещё раз взглянуть на свою находку, однако стоило ей выпрямиться, как за спиной раздался ледяной голос: — Что вы здесь делаете? У Мэри от страха сердце ухнуло в пятки, и она так и замерла с руками на пятой точке, которую отряхивала от пыли. Лицо сморщилось в гримасе, и стоило ей бросить взгляд на стеклянную поверхность шкафа, как она увидела у самой двери чёрный силуэт, который неподвижно наблюдал за ней. — Я задал вопрос. Мэри в очередной раз поморщилась и обернулась, чувствуя себя настолько неловко, что хотелось провалиться сквозь каменный пол. Но она быстро взяла себя в руки, нащупав в кармане брюк свою губную помаду. — Я оставила у вас в кабинете свою помаду, — отчеканила Мэри, стараясь выглядеть невозмутимо. «Я только что вылезла из-под его рабочего стола, о какой невозмутимости вообще идёт речь?» — мысленно отругала себя девушка, не сводя настороженного взгляда с профессора Снейпа. — Вы оставили свою помаду? — с насмешкой спросил он, однако его взгляд был таким же колючим, как и секунду назад. — В моем кабинете? Под столом? — Она была на столе, — сочиняла на ходу Мэри, прикусив внутреннюю сторону щеки. — Тогда что вы делали под столом? Искали свою совесть, может? Девушка возмущённо фыркнула, словно это он ворвался к ней в кабинет, а не наоборот, и скрестила руки на груди, всё ещё крепко сжимая свою волшебную палочку. — Сработали мои аврорские инстинкты, когда я услышала, что кто-то вошёл в кабинет, — ответила Мэри, понимая, что хоть в этом она не соврала. — А зачем вы заперли кабинет? — спросил он, вгоняя девушку в очередной тупик. — Почему вы вторглись сюда без моего ведома? И что ваша… помада, — его голос был пропитан брезгливостью, — делала в моем кабинете? — Я замещала вас на уроке у шестого курса. Можете не благодарить, кстати. — Как любезно с вашей стороны, — язвительно отозвался он, скривив рот в усмешке. — Раз мы решили все вопросы, то я пойду, — сказала Мэри, надеясь, что он отпустит её, однако профессор Снейп так и не сдвинулся с места, когда она подошла к нему. Точнее, к двери, доступ к которой он блокировал своим телом. — Что еще? — нетерпеливо спросила Мэри, вздёрнув подбородок. Даже при условии, что она была в обуви на каблуке, профессор Снейп был выше её почти на голову, из-за чего она чувствовала себя мелкой букашкой рядом с ним. — Я надеюсь, что больше не увижу вас в своём кабинете, профессор Коутс. И ещё кое-что, — он смерил её насмешливым взглядом, упиваясь своим превосходством. — Вас выдал запах. — Запах? — с вызовом спросила Мэри, впиваясь ногтем большого пальца в древко волшебной палочки. — Стоило мне подойти к столу, как я почувствовал запах ваших… духов, — в его голосе снова проскочили нотки брезгливости, словно речь шла не о женском парфюме, а о бубонтюберах. Мэри поджала губы и нетерпеливо цокнула кончиком каблука по каменному полу, однако профессор будто специально игнорировал её желание поскорее убраться из кабинета. — Забавно, что вы узнали запах, — язвительно отозвалась Мэрилин, надеясь смутить его. — Нравится? — Мне придётся до ночи проветривать кабинет, — так же колко ответил он, сделав шаг в сторону. Мэри усмехнулась себе под нос, понимая, что её трюк сработал, однако стоило ей коснуться дверной ручки, как её левое запястье сковало крепкой хваткой. Она обернулась и подняла на профессора Снейпа яростный взгляд, попутно выдернув свою руку из его холодной ладони. — И больше никогда не теряйте свои личные вещи. Особенно в моем кабинете. — Непременно. Она пулей вылетела из его кабинета, чувствуя себя так, будто была на пытках. По коже бежали мурашки, но они были вызваны не привычной прохладой подземелья, а чужим прикосновением, которое вызвало воспоминание двенадцатилетней давности. Ей хотелось взять мочалку и как следует очистить руку от ощущения холодных пальцев на ней, однако она сомневалась, что это поможет. Мэри заперлась в своей спальне и достала небольшой котёл, чтобы сварить обещанное зелье для Мойры. Она надеялась, что сможет отвлечься от воспоминаний о минувшей встрече за кропотливой работой, однако вместе с мыслями о последовательности добавления ингредиентов в её голове также были и другие. Те, от которых не было спасения. От которых сердце уходило в пятки, стоило ей вспомнить свой страх. Алан, как и обещал, зашёл к ней за полчаса до отбоя, и разговор с ним хоть немного отвлёк Мэри. Она была рада видеть своего сына улыбающимся, а не привычно хмурым, поэтому позволила мальчику остаться подольше, обещая проводить его потом до гостиной Слизерина. Однако стоило ей вновь оказаться в подземелье, как её тут же окатило волной паники, ведь девушка боялась вновь наткнуться на профессора Снейпа. Но вместо него она встретила лишь директора, который, судя по всему, шёл прямиком из кабинета Зельеварения, и он лукаво подмигнул Алану. — Отправляйтесь в постель, юноша, — пожурил его Дамблдор. — Время уже позднее. Мэри проследила за тем, чтобы Алан скрылся за проёмом гостиной Слизерина, после чего попросила директора о небольшой услуге. Ей хотелось прямо сейчас отправиться к Мойре, чтобы лично передать ей зелья, и к счастью, Дамблдор был не против. Оказавшись напротив своего дома, Мэри почувствовала, как удавка на шее чуть ослабила свой напор, а родные пейзажи успокоили разум. Она быстрым шагом прошла к входной двери, чтобы скрыться от накрапывающего дождя, и вошла в дом. — …говорят, что Тёмный лорд вскоре захватит министерство магии, — донёсся до ее слуха незнакомый мужской голос, и Мэри замерла на пороге. — Всё так и будет, — подтвердил другой голос, который был отдалённо знаком ей. — Это лишь дело времени. Кстати, Мойра, как успехи? Ты сделала, что он хотел? Или струсила? — Завали, Руквуд, — Мэри вздрогнула, услышав насмешливый голос своей сестры. — Всё идёт по плану. — Что идёт по плану? — строго поинтересовалась Мэрилин, привлекая к себе внимание Мойры и двоих мужчин. И она могла поклясться, что увидела во взгляде сестры страх, от которого перехватило дыхание. Ведь эмоции Мойры были настолько яркими, что они ворвались в сознание Мэри, оглушив ужасающей истиной.