Подчиняя хаос

Мэри с самого детства придерживалась мнения о том, что проработанный план был намного лучше импровизации. Она считала себя неплохим стратегом, поэтому не раз выступала лидером во время аврорских операций, возлагая на себя самое сложное: план действий и ответственность за допущенные ошибки. Даже за те месяцы, что Мэри проработала в аврорате, она показала себя как первоклассного специалиста, на которого можно было положиться, однако и чёткий план не давал гарантию, что всё пройдёт хорошо. Тогда она научилась импровизировать. Мэри никогда не считала себя медлительной, потому что могла взять себя в руки даже в экстренной ситуации. Решить текущую проблему, отключив эмоции, страх и сомнения, полагаясь лишь на собственные чутьё, рефлексы и разум. И лишь после удачно выполненного задания Мэри могла позволить себе дать слабину и впустить в сознание все те сомнения и страхи, что подавляла ранее. Сейчас Мэри старалась действовать по той же схеме, но что-то бесповоротно изменилось. Мойра была права, когда сказала, что её мозги плавились от нагрузки, ведь если в обычной ситуации это не так сильно бросалось в глаза, то сейчас… ей приходилось несладко, и это ещё было мягко сказано. Меньшее, что Мэри могла для себя сделать, — перестать корить за непрофессионализм. Напоминать самой себе, что она живой человек, а не машина, и что в тех стеснённых условиях, в которых ей приходилось работать, она действовала на высшем уровне. — Ваш план — катастрофа, — заявил Снейп, когда Мэри вкратце изложила ему порядок грядущих действий. — Почему-то я ожидала нечто подобное, — ответила она, удаляясь из центра зала, где всё ещё танцевали волшебники. — Если у вас есть план получше, то я с радостью выслушаю его. Что? Неужели нет никаких идей? — Если бы вы вчера не сбежали, мы могли бы придумать что-нибудь другое, — ворчливо отозвался Снейп, остановившись около дальней стены. Он бросил на Мэри недовольный взгляд, и ей пришлось приложить немало усилий, чтобы сдержать порыв злости. — Если вам не нравится мой план, то можете не участвовать в нем. Разрешаю вам сказать Дамблдору, что вы совершили всё в одиночку, только избавьте меня от своего бубнежа, — Мэри поджала губы, не понимая, как она могла обрадоваться помощи всего семь минут назад. Ей хотелось получить порцию поддержки, а не выслушивать упрёки, ведь из-за его слов она начала сомневаться в собственных силах. — Ещё чего! — тихо пробурчал Снейп, наблюдая за гостями Тёмного лорда. — Ладно, будем работать с тем, что имеем. Когда вы собираетесь улизнуть из зала? — Сначала мне нужно обеспечить себе алиби, чтобы никто не заподозрил Мойру. — И как вы это собираетесь сделать? — недоверчиво поинтересовался он, оглянувшись по сторонам. Говорить около других Пожирателей было слишком рискованно, поэтому они оба только и делали, что проверяли окружение. — Скоро увидите, — Мэри расслабленно ухмыльнулась, несмотря на внутреннее напряжение, и, бросив последний многозначительный взгляд на Снейпа, пошла к столу с напитками и закусками. За то время, что они танцевали, к гостям присоединился Тёмный лорд, и теперь он сидел за одним из небольших круглых столов, со стороны наблюдая за весельем. Также в главный зал вернулись Беллатриса и Родольфус Лестрейндж, которые заняли места около Волдеморта. Белла что-то сбивчиво рассказывала Тёмному лорду, но тот сидел с таким скучающим лицом, что Мэри сомневалась в том, что он ее слушал. Решив, что ей стоит быть на виду, Мэрилин взяла стакан с огневиски и села за соседний столик, рассматривая окружение с безразличием во взгляде. Крепкий напиток обжигал горло горечью, и её радовало лишь одно: благодаря специальному зелью она не опьянеет. Поэтому за первым стаканом Мэри сразу выпила второй, а к концу третьей порции на её губах уже блуждала хмельная полуулыбка. — Весело проводишь время? — спросил Рабастан, присаживаясь рядом с ней. — Я бы на твоём месте так не увлекался. — К счастью, я на своём месте, и мне хочется заглушить душевные муки стариной Огденом, — Мэри усмехнулась и отсалютовала стаканом, залпом допив остатки. — Какие ещё душевные муки, Мойра? — с недовольством в голосе поинтересовался Рабастан, на что Мэри пожала плечами и ответила: — Я ещё не придумала. — На нас смотрит Тёмный лорд, и если ты не хочешь показаться в его глазах алкоголичкой, то лучше завязывай, — посоветовал Рабастан, и Мэри бегло бросила взгляд в сторону соседнего столика. Тёмный лорд и в самом деле наблюдал за разговором своих последователей, и Мэрилин не придумала ничего лучше, чем растянуть губы в улыбке и отсалютовать ему пустым стаканом. — Мерлин, Мойра! Что ты творишь? — Постой, хочу поздороваться с лордом, — отмахнулась Мэри, после чего встала со своего стула, притворно покачнувшись, взяла ещё порцию огневиски и плюхнулась рядом с Беллатрисой. Рабастан молча последовал за ней и присел около Родольфуса. — Мое почтение, господин, — сказал Рабастан, чуть склонив голову. Тёмный лорд кивнул ему и перевёл внимательный взгляд на Мэри. — Очень добрый вечерочек, — Мэрилин растянула губы в игривой полуулыбке и уперлась головой в ладонь. — Не передать словами, как я счастлива быть здесь, мой лорд! Вокруг столько замечательных людей, все танцуют, общаются… Должна признать, что это лучшее Рождество в моей жизни! Ваша щедрость и доброта не знают границ, мой лорд! — Рад, что тебе понравился мой скромный приём, — с долей насмешки и высокомерия ответил Волдеморт, снисходительно сверкнув красными глазами. — Рождество — семейный праздник, а все мы как одна большая семья. — Точнее и не скажешь, мой лорд! — Мэри широко улыбнулась, словно ей и в самом деле приносило удовольствие нахождение здесь. Будто она не чувствовала сковывающий грудь страх за каждое своё слово или жест. Не было и минуты, чтобы Мэри мысленно не сравнивала своё поведение с поведением Мойры, ведь проигрыш мог обернуться настоящей трагедией. — Пойду пообщаюсь с Кассиусом Лестрейнджем. Рабастан считает, что он идеальная партия для меня, а у меня нет поводов не верить ему. — Кассиус Лестрейндж? — переспросил Тёмный лорд, отыскав парнишку взглядом среди толпы. — Да, думаю, он станет идеальной кандидатурой для брака. Дальнее родство не станет преградой для смешения крови, однако именно оно не даст роду Лестрейндж зачахнуть на корню. — Вы очень благодушны, повелитель, — Мэри склонила голову в знак уважения, после чего поспешила встать со своего места. Почему-то её насмешил тот факт, что Тёмный лорд невольно выступил в роли свахи, и это никак не вязалось с образом жестокого тирана, который был у всех на виду. Возможно, Волдеморт и в самом деле мог быть добр к своим последователям, но даже это не могло перечеркнуть все его злодеяния. — Так ты решила прислушаться к моему совету? — с удивлением в голосе поинтересовался Рабастан, последовав за Мэри. «Вот же приставучий тип!» — подумала она, а вслух сказала: — Я уже выпила достаточно, чтобы Кассиус показался мне симпатичным. Надеюсь, что я не пожалею об этом завтра, когда протрезвею и проснусь. Тем более сам Тёмный лорд одобрил его кандидатуру, а его мнение очень авторитетно для меня. — Ты делаешь правильный выбор, — заверил её Рабастан, на что Мэри усмехнулась и сделала ещё несколько глотков. — Но с этим тебе пора завязывать. Кстати, о чём ты толковала с Северусом? Не припомню, чтобы вы раньше общались. — Я всего лишь попросила его о небольшой услуге, — отмахнулась Мэри, стараясь не показать напряжение, что сковало по рукам и ногам. — Мне нужны некоторые зелья, которые мало кто может сносно сварить. — Это всё объясняет. — Что объясняет? — Мэри сделала последние три глотка, чуть сморщилась от горечи и поставила стакан на чей-то столик. — Всего на минуту мне показалось, что ты нравишься ему, — сказал Рабастан, а Мэри почувствовала, как огневиски едва не пошло в обратную сторону. — Но Северус действительно помешан на своих зельях, поэтому не удивительно, что в его глазах был интерес. Мэри выдавила из себя ухмылку, но внутри всё сжалось от слов «ты нравишься ему». Отношения между ними всегда были очень сложными, и их скорее можно было описать как «запретная связь», «я родила от него ребёнка» и «он меня постоянно бесит», но описание «нравится» никак не подходило под их связь. — Я плачу ему бабки, конечно, я ему нравлюсь! — небрежно ответила Мэри, невольно бросив в сторону Снейпа долгий внимательный взгляд. Он стоял в окружении нескольких Пожирателей, будто и не обращая на неё внимание, однако всего на миг он точно так же посмотрел на Мэри. Посылая немой вопрос, на который она, конечно же, не могла ответить. — Ладно, где там Кассиус? Пойду налаживать контакт. — Умная девочка, — сказал Рабастан, подталкивая ее вперёд. — Помни о манерах. И хорош хлестать огневиски, не спугни парня. — Предпочитаю сразу показывать козыри, чтобы потом не было претензий, — огрызнулась Мэри, натянув притворно-милую улыбочку, и сделала ещё несколько шагов вперёд. — И хватит таскаться за мной. А то, глядишь, в первую брачную ночь тоже будешь давать мне наставления! — Мерлин упаси, — усмехнулся Рабастан, но всё же сделал невозможное. Он заткнулся, развернулся и пошёл обратно к ненаглядному Темному лорду. А Мэри вздохнула с облегчением и приступила к следующему шагу в своём коварном плане по отводу глаз. — Потанцуем? — спросила она, растянув губы в игривой улыбке, отчего две барышни, что до этого мило общались с Кассиусом, нахмурили носики и с упрёком посмотрели на парня. — Э… конечно! — Кассиус немного растерялся из-за внезапного предложения, но быстро взял себя в руки. Бросил беглый взгляд на своих родителей, которые стояли с такими лицами, будто держали в руках плакат с надписью «Вперёд, сынок!». Протянул руку в приглашающем жесте и, когда Мэри вложила в неё свою ладонь, уверенно повёл спутницу на танцпол. — Признаться честно, я и сам собирался позвать тебя на танец, — сказал Кассиус, положив одну ладонь на талию Мэри, после чего медленно закружил её в ритме вальса. — Но не хотел отвлекать от общения с гостями. — Чего не скажешь обо мне, ведь я вырвала тебя из общества двух прекрасных дам, — с ноткой язвительности ответила Мэри, подумав о том, что с каждой минутой ей становилось всё легче притворяться Мойрой. — Сразу скажу, что мне не жаль. — Мне тоже, — спешно ответил он, растянув губы в ухмылке. — Этот разговор вводил меня в уныние. — Именно поэтому я накатила в самом начале вечера, — Мэри заговорщически подмигнула Кассиусу и едва не наступила ему на ногу. — После пары стаканчиков и люди вокруг кажутся добрее, и солнце светит ярче. — Сейчас же вечер, какое солнце? — А ты выпей и обязательно увидишь его, — ответила Мэри, с облегчением замечая, что Кассиусу нравился такой ход беседы. — Так ты вчера принял метку? Это было твоё решение, или родители надавили? — Это допрос? — Кассиус чуть напрягся, но всё же выдавил из себя полуулыбку. — Проверка на вшивость? — Личный интерес, — отмахнулась Мэри, стараясь выглядеть непринуждённо. — Думаю, что тут верны оба варианта, — задумчиво ответил Кассиус, устремив взгляд вдаль. — Отец настаивал на том, что я обязан занять верную сторону в войне. Да и я сам заинтересован в том, чтобы быть на стороне победителя. — Умный мальчик, — Мэри ободряюще улыбнулась ему, чувствуя нотку сомнения в его голосе. Понимая, что Кассиус не до конца потерян и что его действия были продиктованы волей родителей. А на этом можно будет сыграть в будущем. — А ты? — поинтересовался Кассиус, остановившись на пару секунд, когда музыка остановилась. — Ты сама захотела принять метку? Мэри лишь загадочно улыбнулась ему и кивнула у сторону горячительных напитков. — Думаю, что мне нужно выпить, прежде чем ответить. — Не имею возражений, — игриво сказал Кассиус, приглашающе оттопырив локоть, чтобы Мэри смогла взять его под руку. И Мэри сделала это. Обхватила его руку своей ладонью, крепко сжав пальцы на мягкой ткани парадной мантии, и позволила увести себя к столу с напитками. Смеялась над его шутками и вставляла свои пять сиклей, делая вид, что ей действительно нравилось проводить время с Кассиусом. Она кривила губы в усмешке, пила, танцевала. Разбила несколько стаканов, заставив гостей Тёмного лорда обращать внимание на неё. Была шумной и весёлой, чтобы каждый видел её в нетрезвом состоянии. Опять танцевала. И всё это время Мэри чувствовала на себе взгляд, который выбивался из десятков других. От этого взгляда то пробирал холод, то бросало в жар, но одно было неизменно: Мэрилин не смотрела в ответ. Ей было необходимо довести свою роль до конца, чтобы под звук фанфар удалиться из праздничной залы. Чтобы не позволить кратким вспышкам эмоций испортить спектакль, в котором она была главной героиней. — Уверена, что не хочешь, чтобы я проводил тебя? — спросил Кассиус, который принял на себя немалую дозу огневиски. — Кажется, ты немного перебрала. — Буду не против, если ты проводишь меня до крылечка, — ответила Мэри, ведь ей хотелось, чтобы все увидели, как она покидает поместье Малфоев с Кассиусом. Чтобы все думали, что она непричастна к тому беспределу, что разразится в скором времени. — Уверена, что не хочешь воспользоваться камином? Ты сейчас неспособна на полноценную трансгрессию. — Мальчик, я сейчас готова горы свернуть, что мне какая-то трансгрессия? — отмахнулась Мэри, фыркнув себе под нос. — Как думаешь, Тёмный лорд не сильно обидится, если я не стану прощаться? — Думаю, что он поймёт тебя, — уклончиво ответил Кассиус, намекая на то, что Мэри следовало как можно быстрее отправиться к себе домой и лечь спать. — Идём! Она улыбнулась ему и бегло обернулась назад, бросив на Снейпа красноречивый взгляд. А он будто только и делал, что ждал сигнал к действию, ведь на его лице промелькнуло облегчение. Уже перед самым уходом Мэри встретила мальчика, которого не ожидала увидеть на званом вечере Тёмного лорда. Он стоял в полном одиночестве у самого выхода и нервно теребил рукав парадной мантии. Словно пытаясь сделать дырку на левом предплечье или стереть грязь. «Нет, не может быть!» — подумала Мэри, окинув Драко Малфоя внимательным взглядом. Мальчишка обернулся к ней, и всего на долю секунды в его глазах появился страх, а лицо покрылось розовыми пятнами. — Идём, Мойра, — поторопил ее Кассиус, и, услышав имя, Малфой младший с облегчением перевёл взгляд в сторону. Она думала о Драко весь путь до главного входа в поместье и не могла представить его, шестнадцатилетнего юнца, одним из Пожирателей смерти. Вдруг обвинения Поттера не показались такими уж и выдуманными, ведь Малфой и в самом деле мог принять метку. Иначе зачем бы ему приходить на званый вечер к лорду, если он мог остаться в школе? А судя по лицу мальчишки, он явно не горел желанием находиться там. — Всё в порядке? — поинтересовался Кассиус, замерев на крыльце поместья. Прямо перед ними расстилался зимний сад, украшенный блёклыми огоньками, а извилистая дорога к главным воротам была покрыта вуалью таинственности. — Да, просто в сон клонит, — отмахнулась Мэри, желая как можно скорее отвязаться от Кассиуса. — Поэтому я пойду, а ты возвращайся. Я слышала, что Тёмный лорд приготовил нечто забавное. — Ещё увидимся? — Разумеется! Мэри позволила Кассиусу поцеловать себя в щеку, после чего быстрым шагом направилась по извилистой дороге. Она видела, что с балкона за ней наблюдал человек в чёрном одеянии, и у неё не было сомнений в том, что это Северус Снейп. Мэри шла до тех пор, пока Кассиус не скрылся за входной дверью, после чего шмыгнула в кусты и сделала то, что хотелось сделать очень давно: трансфигурировала неудобную и тесную юбку в обычные брюки. Она открыла небольшую сумочку и вытащила из неё свои ботинки, которые по всем законам физики не могли уместиться в ней, переобулась и достала чёрную мантию с глубоким капюшоном. Маску она также решила сменить, чтобы те, кто на неё случайно наткнутся, не смогли узнать. И дело оставалось за малым: проникнуть в камеру, что находилась в подвале дома, добраться до Тонкс и её матери. И слинять с помощью портключа, что ей передал Снейп. — Браво, я поверил, что вы действительно пьяны, — послышался тихий голос из-за кустарников, мимо которых шла Мэри. Всего на пару мгновений она подумала, что на неё наткнулся кто-то посторонний, но с облегчением узнала язвительные нотки Снейпа. — Я же говорила, что план хорош, — пробурчала она, фыркнув себе под нос. — Вы спрыгнули с балкона? — Это было куда незаметнее, чем ваш фееричный спектакль, — хмуро ответил он, поравнявшись с Мэри. — Зато никто не заподозрит Мойру. Весь этот спектакль был только ради неё. — Вы удивительно заботливы к той, кого должны презирать, — подметил Снейп, заворачивая за угол дома. — Я не намерена это обсуждать с вами, поэтому можете сами придумать себе достойный ответ, — хмуро ответила Мэри. — И нам вообще не стоит разговаривать, иначе привлечём к себе внимание. — Да мало ли ваш спутник все же решит проводить вас, — язвительно отозвался Снейп, и Мэри с трудом сдержала ухмылку. — Неужто в ледяных жилах закипела кровь? — спросила она, бросив на товарища по несчастью лукавый взгляд. — О чем вы? — Если бы я не знала вас, то сказала бы, что вы ревнуете, — Мэри всё же усмехнулась и едва не споткнулась о выступающий корень дерева, что не заметила из-за тонкого слоя снега. — Я всего лишь беспокоюсь о том, чтобы все прошло успешно, — хмуро отозвался он, недовольно поджав губы. — Вы хотите пробраться в дом через окно? — Там есть люк, который ведёт в подвал, поэтому лучше войти через него. Или вы хотите прогуляться по первому этажу, чтобы нас точно кто-нибудь увидел? — Вы уверены, что алкоголь не поразил ваш мозг? Вы сегодня таки блещете вздорными фразочками. — Единственный вздор во всей этой ситуации — так это то, что мы действуем сообща, — фыркнула Мэри, заклинанием очистив люк от снега. — Что ж, начинаем? — Дамы вперёд, — пробурчал Снейп, и Мэри с усмешкой отворила дверцы люка. — Кто бы сомневался. В подвале было очень темно, и он больше напоминал коридор подземелья, покрытого необработанным грубым камнем. Мэри освещала себе путь обычным маггловским фонариком на батарейках, чтобы палочка была свободна для схватки. Чутьё ей подсказывало, что без неприятностей она не покинет это поместье, и поэтому она постаралась полностью сконцентрироваться на органах чувств, чтобы услышать малейший шорох или увидеть неясную тень. Все её тело было как оголенный нерв, который воспринимал каждое шевеление воздуха. — Это место здесь, — прошептала Мэри, указывая кончиком волшебной палочки на железную дверь, на которой были видны следы ржавчины. — Я видела, как Мойра доставила Тонкс сюда. — Прекрасно, — так же тихо ответил Снейп, нахмурив брови. — Давайте поскорее закончим это и… Не успел он договорить, как по узкому коридору пронёсся резкий скрежет, после чего тишину подвала наполнили скрип и приглушённые голоса. — Прячьтесь, а я быстро взломаю замок и вытащу наших пленников, — прошептала она, почувствовав бодрящий прилив адреналина. Мэри бросила на Снейпа умоляющий взгляд, чтобы убедить его затаиться в тени, ведь на его лице было чётко написано противоречие. — Вам нельзя отсвечивать, прячьтесь! Мэри тяжело вздохнула и погасила свой фонарик, после чего послышались тихие удаляющиеся шаги. Ушёл. «Давай, Мэри, не теряй время!» — напомнила она себе, после чего принялась за дверь. К счастью, дверь поддалась без дополнительных обременений, однако это не лишило её последующих проблем. «Зараза!» — мысленно воскликнула она, когда дверь издала протяжный скрип, который можно было услышать даже на подходе к подвалу. Она поморщилась от досады и быстро шмыгнула в небольшую комнату, тускло освещенную догорающей свечёй. В самом углу без сознания находились две женщины, перепачканные собственной запекшейся кровью, и Мэри постаралась загнать куда подальше чувство жалости. Сейчас она лишь отвлекала. Мэри за пять шагов пересекла небольшое помещение и присела около Тонкс и её матери, чтобы проверить пульс. В то же время она другой рукой сняла с себя брошь, которая должна была доставить их в Хогвартс. Портключ был самым надёжным вариантом для перемещения ослабленных волшебников, и чаще всего он срабатывал в определенное время. Этот же портключ, который Дамблдор сделал специально для Мэри, был немного другого типа, и для активации ему требовалось около двух минут. Вот только Мэрилин не располагала этим временем, поэтому молниеносно встала в стойку, встречая незваных гостей. — Посторонние! — послышался громкий мужской голос, от которого кровь в жилах заледенела. — Чейзи, предупреди Беллу и Родо, а я… Мужчина не ожидал, что Мэри сделает первый выпад, поэтому не успел договорить, как вылетел обратно в коридор. Он с силой приложился о каменную стену, но, к разочарованию Мэри, это не вывело его из строя. Мужчина был настоящим громилой по сравнению с ней, однако она уже имела опыт борьбы с такими противниками. Мэрилин рьяно защищала пленников и нападала первая, в то время как количество пожирателей становилось больше. «Да откуда ж вы берётесь?» — мысленно воскликнула она, чувствуя, как один из мужчин пробился вперёд и схватил ее за шею. Мэри с силой пнула его ногой промеж ног, а когда он согнулся почти вполовину, зарядила кулаком под подбородок. До активации порт-ключа оставалось не больше тридцати секунд. — Чертовка! — проскулил он, не теряя попыток схватить Мэри. В один миг он сумел выбить палочку из её рук, и та с глухим стуком откатилась в сторону. До активации порт-ключа оставалось не больше двадцати секунд, а у неё даже не было палочки, чтобы сражаться. — Я и без палочки завалю тебя! — яростно прошипела Мэри, извернувшись так, что сумела высвободить одну руку. Она схватила мужчину за волосы и с силой приложила его голову к стене, но это лишь на несколько секунд сумело отвлечь нападавшего. И Мэри воспользовалась этим временем, чтобы вернуть свою палочку. До активации порт-ключа оставалось не больше десяти секунд. Мэри почувствовала резкий рывок назад, из-за чего её пальцы лишь вскользь прошлись по древку палочки, но так и не взяли её. Мужчина развернул её лицом к себе, но не успела Мэри в очередной раз врезать ему, как помещение осветила красная вспышка, и громила упал на пол без сознания. Прямо за ним стоял Снейп с волшебной палочкой наперевес, а во взгляде его была мольба: «Беги!». И Мэри рванула назад, слыша в отдалении топот подкрепления Пожирателей. Снейп несколько раз выстрелил заклинанием в стену, чтобы создать видимость борьбы, и его мимолетная улыбка была последним, что Мэри успела увидеть до того, как активировался порт-ключ. «Палочка!» — мысленно простонала Мэри, совершенно забыв зацепить её перед отправлением в Хогвартс. Ей осталось лишь надеяться на то, что Снейпу хватит смекалки забрать её до того, как кто-нибудь её заприметит. Ведь по ней можно будет вычислить волшебника, которому она принадлежит. И тогда весь спектакль Мэри будет насмарку. «Ещё никогда в жизни я не была в такой плохой форме!» — подумала она, приземлившись аккурат посреди Больничного крыла. — Мэрилин! Мэри с гримасой разочарования обернулась на голос и увидела перед собой мадам Помфри. — Они без сознания, но живы, — доложила она, поднимаясь на ноги. — Знаю, что моя просьба прозвучит немного нагло, но не могли бы вы одолжить мне свою палочку на двадцать минут? — Д-да, — с запинкой ответила мадам Помфри, принимаясь за новых пациентов. — Но только через пару минут. Где ваша палочка? — Она… там, — Мэри неопределенно махнула рукой в сторону окна, имея в виду поместье Малфоев, и присела на краешек кровати. — Не успела забрать её. — Впервые теряете палочку? — Да я сегодня вообще сама не своя, — призналась Мэри, запустив пальцы в волосы. — Пора мне завязывать. — Завязывать с чем? — поинтересовалась мадам Помфри, попутно осматривая Тонкс и ее маму. — Не берите в голову, — отмахнулась Мэри, прямо сейчас принимая несколько важных решений. — Я закончила диагностику, и вы можете взять мою палочку. Но вы уверены, что не хотите пройти осмотр? Вы выглядите помято. — Потому что меня помяли, — с усмешкой ответила Мэри, взяв из рук мадам Помфри палочку. — Она мне нужна только для перемещения, поэтому я скоро вам верну её. — И я проведу осмотр, когда вы вернётесь. Даже не пытайтесь сопротивляться! Мэри покорно кивнула и поспешила выйти из Больничного крыла. Всё тело отзывалось ноющей болью, ведь в минувшей схватке ей тоже неплохо досталось. Единственное, что Мэри радовало, так это то, что ей удалось в самом начале выбить из рук громилы его палочку, и по этой причине он не нанёс ей большого вреда. Тот мужчина был по-настоящему сильным противником, ведь именно он продержался в бою дольше своих товарищей. Мэри вошла в спальню, где до сих пор спала Мойра, и на несколько секунд замерла. До неё только сейчас дошло, что несмотря на некоторые осложнения, ей удалось вытащить Тонкс и её маму из поместья Малфоев. Да и помощь Снейпа была очень даже кстати, ведь Мэри не могла себе представить, как бы справилась без неё. В изначальном плане у неё был совершенно иной вариант бегства с пленниками, и, учитывая возникшие проблемы, все могло закончиться очень печально. Чтобы подкорректировать память Мойры, ей потребовалось около десяти минут, и всё прошло бы в разы быстрее, если бы палочка мадам Помфри исправно слушалась другого волшебника. Мэри оставила сестре обрывки воспоминаний, в которых она почти безостановочно хлестала огневиски и танцевала с Кассиусом. Остальное можно было спихнуть на кратковременную потерю памяти из-за сильного опьянения, и это должно было оставить Мойру без лишних вопросов. Мэри переоделась в свою одежду, а наряд Мойры оставила на кровати. Пришлось раздеть сестру до нижнего белья и впопыхах накрасить её, чтобы не оставалось сомнений в том, что она действительно была на этом балу. И теперь действительно всё было закончено. Мэри могла с почти чистой совестью вернуться в Хогвартс и позаботиться о себе. Принять душ, чтобы смыть с себя налёт напряжённого вечера, затянуть несколько ссадин и уснуть. В этот план хорошо вписался бы бокал сухого вина, но зелье должно было отпустить лишь завтра утром. «Отличное выдалось Рождество, нечего сказать!» — мысленно фыркнула Мэри, вернувшись в Хогвартс. Мадам Помфри, как и обещала, провела осмотр, затянула несколько ссадин и отпустила девушку в её покои. Мэри чувствовала себя неполноценно без палочки, поэтому завтрашним утром она планировала отправиться за новой, пусть и не представляла, где достанет её, если не в лавке Олливандера, которой больше не существовало. А пока ей нужно было восстановить силы, чтобы встретить новый день без липкого ощущения неправильности. Отделаться от угрызений совести за то, что она в очередной раз воспользовалась Мойрой в своих целях, перестать корить себя за то, что она использовала свои навыки углубленной легилименции для того, чтобы подменить воспоминания. Мэри представляла, что всё это стекало вниз вместе с каплями горячей воды, очищая разум. Но десятки мыслей всё так же кружили в её голове, а воображение рисовало картины того, что могло произойти. Если бы Снейп не дал ей портключ. Если бы он не оглушил того пожирателя, и она не успела бы переместиться в Хогвартс вместе с Тонкс и её матерью. Всё могло закончиться трагедией, в ходе которой Пожиратели не только бы прикончили своих пленников, но и убили бы её саму. Чистое везение, что спасло её неудачный план, на который Мэри так надеялась. «Всего на минуту мне показалось, что ты нравишься ему», — прозвучал в её голове грубый голос Рабастана, и Мэри невольно усмехнулась себе под нос. Снейп никогда не говорил о том, что чувствует к ней, а ядовитые слова, пропитанные желчью, лишний раз убеждали Мэри в том, что она ему неинтересна. Но почему-то больной разум подкинул ей другие сцены. Как он помогал Алану сварить для неё Феликс Фелицис на дополнительных уроках. Как он касался и смотрел на неё, пусть вслух и говорил всякие гадости. Ей и вправду показалось, что Снейп приревновал ее к Кассиусу сегодняшним вечером, что опять же не вязалось с его манерой общения. Вспомнился их танец на балу, хотя Снейп едва не плевался ядом от перспективы провести с ней время таким образом. «Вы и танцы в равной мере доставляете одни лишь неудобства», — сказал он тогда, но язык его тела говорил иное. То, как он касался её, как доверился плану, пусть и сомневался в нем. Как, рискуя своим разоблачением, оглушил Пожирателя, а напоследок едва уловимо улыбнулся Мэри. Всё это путало ещё больше, и она не знала, во что верить. В его слова или действия, что так разнились. Своим чувствам или доводам рассудка, которые сбивали с толку. Мэри замерла около окна, высушивая полотенцем влажные волосы, и посмотрела на улицу. Даже в темноте ночных сумерек на фоне снега виднелись очертания мужчины. Он быстрым шагом пересёк лужайку перед замком и всего на несколько мгновений замер, подняв голову наверх. На окно, что ярким пятном выделялось на фоне стены величавого Хогвартса. На Мэри, что растерянно смотрела вниз, чувствуя смесь противоречивых эмоций. И это стало последней каплей. Мэри резко отошла от окна и задернула его плотными шторами, после чего растерянно огляделась по сторонам. Ноги сами повели её в спальню к большому шкафу с одеждой, и она, почти не соображая, натянула на себя первые попавшиеся кофту и штаны. Ещё несколько раз промокнула полотенцем влажные волосы и бросила взгляд на зеркало во весь рост, едва узнав незнакомку в отражении. У неё щёки горели румянцем, а глаза блестели в свете огней почти лихорадочным блеском. Бледные губы жадно глотали воздух, а сердце стучало так гулко, что его биение эхом отдавалось в ушах. Она вышла из своих покоев с чётким ощущением уверенности в своих действиях. Мэри знала, что должна извиниться перед Снейпом и поблагодарить его за помощь, ведь это меньшее, чем она могла отплатить. Вот только её ноги приросли к порогу, а из лёгких будто выбили весь воздух, когда Мэрилин увидела его. Снейпа. Он быстрым шагом направлялся прямо в её сторону, а Мэри не могла даже пошевелиться. Словно заготовленная впопыхах речь напрочь испарилась из её мыслей, а уверенность покинула тело. Зато пришло другое осознание, от которого она бежала очень давно. — Я лишь хотел вернуть вашу палочку, — сказал Снейп, замерев в трёх футах от Мэри. — Вы подобрали её? — изумилась она, проследив внимательным взглядом за тем, как Снейп достал из кармана мантии её волшебную палочку. — Подумал, что у вас могут возникнуть проблемы, если Тёмный лорд узнает, кто владелец палочки. — Спасибо. Мэри вытянула перед собой руку и взяла свою палочку, которую Снейп точно так же передал на вытянутой руке. Будто они оба боялись хоть немного сократить дистанцию и усилить без того высокое напряжение. — У вас всё нормально? — спросил он, нарушив недолгое молчание. — Да, а у вас? — машинально ответила Мэри, спрятав палочку в карман. — Да, — он сделал несколько шагов назад и опустил взгляд в пол. — Что ж, мне надо идти. Рад, что ваш план сработал. Мэри молча наблюдала за тем, как Снейп сделал ещё пару шагов назад и, не дождавшись ответа, развернулся к ней спиной. Нужные слова комом стояли в горле, но она не могла их сказать. Не могла поблагодарить и заверить Снейпа, что без его помощи ничего бы не сработало. Не могла выдать заготовленную речь, ведь в голове всё перемешалось. — Я вас не ненавижу, — сказала Мэрилин, и её голос прозвучал так тихо, что Снейп мог и не услышать. Но он остановился в семи футах от неё и, судя по напряженной позе, слышал каждое её слово. — Я вас не ненавижу, — чуть громче повторила Мэри, чувствуя необычайную легкость после каждого сказанного слова. — Мне казалось, что это так, но единственный человек, которого я действительно ненавидела, была только я сама. — Почему вы это говорите сейчас? — Снейп развернулся к ней лицом, но так и остался стоять на своём месте. — Не знаю, — Мэри покачала головой и опустила взгляд в пол. — Вы мне очень помогли сегодня, и я хочу отплатить тем же. Но даже самые искренние слова благодарности не прозвучат правдоподобно от человека, который только и делал, что выказывал неодобрение. Знаю, что всё длится уже очень давно, и это вошло в привычку. Весь этот обмен колкостями. Вечные придирки. Поэтому мне просто захотелось сказать, что я вас не ненавижу. И что я благодарна за помощь. Снейп так и стоял с выражением потрясения на лице, не в силах вымолвить в ответ и пару слов, и Мэри восприняла это иначе. Она лишь ненадолго подняла на него взгляд, после чего вновь опустила его в пол и сделала два шага назад. Переступила порог и тихо закрыла дверь, чтобы избавить себя от возникшей неловкой паузы. Прижалась спиной к двери и глубоко вздохнула, пытаясь успокоить расшалившиеся нервы. «Дело сделано, иди спать», — сказала себе Мэри, прикрыв глаза и запрокинув голову назад. Ей именно так и следовало поступить, но внутреннее беспокойство не отпускало. Оно подталкивало вперёд, пусть Мэри и не знала, что ей стоит сказать ещё. Она просто чувствовала незавершенность, что зудела под коркой мозга, разгоняя по телу дрожь. «Не стану же я его догонять, чтобы напроситься на продолжение разговора! Я буду выглядеть идиоткой в его глазах!» — мысленно говорила себе Мэри, но чувство незавершённости оказалось сильнее, чем доводы рассудка. Она сделала шаг вперёд, развернулась, резко распахнула дверь и… И замерла, ведь прямо перед ней стоял он. С таким же растерянным выражением лица и еле уловимым чувством вины во взгляде. — Я лишь хотел сказать, что мне не все равно, — Снейп не мигая смотрел прямо в её глаза, а Мэри заметила за собой, что задержала дыхание на эти две секунды. — И что я сделал бы всё то же самое без указки Дамблдора. — Да? — почти шёпотом переспросила Мэрилин, боясь даже пошевелиться. — Да. Мэри невольно улыбнулась, почувствовав ещё одну волну облегчения. Задержала дыхание, когда увидела ответную еле заметную улыбку, которая была столь редкой гостьей на лице Северуса Снейпа. — Будет неуместно, если я приглашу вас войти? — тихо спросила Мэри, едва дыша от страха. Она боялась, что он вновь растянет губы в язвительной ухмылке и скажет какую-нибудь колкость. Но ещё больше Мэри боялась того, что он согласится, ведь это изменит всё. — Совершенно неуместно, — ответил он, но действия его в очередной раз отличались от слов. Снейп сделал шаг вперёд, сократив без того ничтожное расстояние, и провёл ладонью по щеке Мэри. — Но я соглашусь. И в этот же миг все страхи растворились, как и беспокойные мысли, ведь что-то с щелчком пальцев встало на своё место. Все эти напряжённые разговоры и грубые касания были лишь скрытым желанием вывести на эмоции. Так поступала Мэри, так поступал Снейп. Они ходили вокруг да около, прячась за ненавистью и неприязнью. Отрицая влечение и симпатию, которая лишь ещё больше заставляла отталкиваться назад. Теперь Мэри видела, что была симпатична Снейпу, и что он больше не пытался отрицать это. Видела в его глазах мягкость, от которой у неё подгибались коленки. Чувствовала нежное касание его ладони, от которого по коже бежали мурашки. И тогда она подалась навстречу. Встала на цыпочки и притянула его к себе за шею, почти невесомо касаясь своими губами его рта. Впервые за всю историю их отношений целуя его без злости. Впервые желая не простой близости, а чего-то большего. Чувствуя нежность в каждом движении губ и в каждом прикосновении кончиков пальцев. Впервые зажигая огонь не с помощью ярости или желания что-либо доказать. А по нарастающей. Этот поцелуй отличался от всех предыдущих своей эмоциональностью и зрелостью. Будто пробуя друг друга в первый раз, нежно соприкасаясь губами и кончиками языков. Так несмело и бережно, словно боясь разбить хрупкость момента, разрушить незримую связь и сломаться. В очередной раз всё испортить и вновь спрятаться в свои панцири. Но нет. Мэри чувствовала, как поцелуи с каждым мгновением становились все более настойчивыми, а касания более требовательными. Каждое прикосновение разжигало искры и сильнее стягивало внутренности в тугой ком. Её пальцы сбивчиво расстёгивали пуговицы на его рубашке, сбрасывая ненужную одежду на пол, а его руки забрались под её кофту, высекая невидимые искры на коже спины и прижимая к себе с таким остервенением, будто пытаясь слиться с ней в одно целое. Мэри оторвалась от него всего на пару секунд, чтобы с помощью волшебной палочки закрыть дверь. Потянула Снейпа следом за собой в спальню, вновь чувствуя его губы на своих губах. Разрывая поцелуй лишь для того, чтобы стянуть с себя кофту, оставляя её на полу рядом с его мантией и рубашкой. Его пальцы запутались в её влажных волосах, притягивая к себе ещё ближе за затылок, а губы со всей страстью впивались в её мягкий полуоткрытый рот. Мэри с силой ударилась икрой о деревянный уголок кровати, но в следующий же миг она почувствовала, как Снейп подхватил ее под бёдра и немного грубо уложил на кровать. Снимая последние остатки одежды, чтобы подмять её под себя, пробегая кончиками пальцев по дрожащему телу, очерчивая контур груди, с силой сжимая ладонями её бёдра. — Мы опять совершаем ошибку? — рвано спросила Мэри, подставляя шею под поцелуи. Чувствуя настойчивые прикосновения его пальцев на внутренней стороне бедра, что двигались все выше. — В этот раз я постараюсь не сбежать, — ответил Северус, вновь накрывая её губы своими. Чтобы не слышать ответ или не видеть удивление в ее взгляде. Чтобы заткнуть остатки сомнений, которые обычно не позволяли раскидываться подобными фразочками. Но Мэри была рада и такому смутному обещанию, ведь важен был лишь этот миг.