Подчиняя хаос

Понедельник

Мэри опаздывала. Завтрак уже подошел к концу, а она только выскочила из своих покоев, впопыхах застёгивая на ходу пуговицы на пиджаке. Подобная несобранность была совсем не в ее духе, и Мэри оставалось лишь надеяться на то, что успеет подготовиться к первому уроку. — Доброе утро! — Доброе! — поспешно ответила она профессору Макгонагалл, с которой столкнулась на пороге учительской. — Я оставила вам список замен на эту неделю, надеюсь, что это не сильно потревожит ваш график. — А что такое? — Мэри нахмурилась, пытаясь настроить себя на рабочий лад, но взбудораженные мысли то и дело возвращали её назад, где в полумраке кабинета были двое: она и Северус Снейп. — В четверг отменяются занятия у шестых и седьмых курсов, поэтому директор дал указание взять в остальные дни недели дополнительные часы, — пояснила профессор Макгонагалл. — Разве вы не слышали объявление во время завтрака? — Услышала бы, если присутствовала на нем, — сконфуженно ответила Мэри, завязывая волосы в высокий хвост. — А что за объявление? — К старшекурсникам прибудет целая делегация из министерства магии, директор расскажет об этом подробнее завтра во время совещания. — Прекрасно, — отчеканила Мэри, обменявшись с профессором Макгонагалл многозначительными взглядами, в которых читались усталость и недовольство. Никому не хотелось перекраивать расписание и брать всю неделю дополнительные часы из-за прихоти министерских чиновников. Профессор Макгонагалл покинула учительскую, оставив Мэри в одиночестве, и девушка поспешила взять необходимые ей записи и список замен. Время до начала урока не позволяло ей задерживаться, поэтому она сложила пергаменты в сумку, бросила взгляд на часы и едва не врезалась на пороге в другого преподавателя, когда спешила покинуть учительскую. — Доброе утро. Мэри подняла взгляд, и ее губы невольно дрогнули в улыбке, дыхание сперло, а по телу пробежалась волна мурашек. — Доброе, — ответила она, крепче сжав ремень сумки на своём плече, пытаясь найти опору для равновесия. Взгляд опустился чуть ниже глаз собеседника, заприметив кривую полуулыбку, и ее щеки опалило жаром. — Тебя не было на завтраке, — сказал Северус, не сдвинувшись с места, а Мэри совершенно позабыла о том, что ещё двадцать секунд назад отчаянно спешила добраться до своего кабинета, чтобы подготовиться к первому уроку. — Проспала, — коротко ответила она, нервно усмехнувшись себе под нос. — Легла поздно, знаешь ли. На его губах вновь дрогнула полуулыбка, ведь Северус прекрасно знал, почему Мэри поздно легла спать прошлой ночью. Пусть они и разошлись по своим комнатам во втором часу, он понимал, что их вчерашний разговор оставил много поводов для размышлений в одиночестве. Неловкость. Вот что чувствовала Мэри, вспоминая о минувшем разговоре. Волнительное предвкушение, от которого по телу разбегались волны дрожи, чувство новизны и налёт страха. Она ещё никогда прежде не видела Северуса настолько искренним и смущенным, как вчера вечером. Ловила его робкие взгляды, пока он сбивчиво отвечал на её вопросы. Задерживала дыхание, когда правда причиняла боль, открывая старые раны. С облегчением выдыхала, когда осознавала, что очередной рубеж позади. Мэри не помнила, когда время текло так быстро, как вчера вечером. Оно убегало, сплетаясь с обрывками фраз, что навсегда останутся в памяти, сгорало, подобно свече в канделябре. Оно оставляло их наедине, заставляя вновь переживать моменты из прошлого и по-новому смотреть на одни и те же вещи, которые казались изученными вдоль и поперёк. Долгий разговор — вот что было вчера. Не было касаний — то грубых, то нежных. Не было и поцелуев. Но тот разговор был гораздо интимнее любых прикосновений, ведь он установил благоприятную почву, на которой можно было вырастить что-то крепкое. — А я не ложился, — с запозданием ответил он, не отрывая от Мэри задумчивого взгляда. — Было не до сна, знаешь ли. Она скривила губы в усмешке, чувствуя непреодолимое желание прикоснуться кончиками пальцев к его руке, что замерла в воздухе, не решаясь нарушить личное пространство Мэри. — И каков итог твоих размышлений? — спросила она, с опаской затаив дыхание. — Желаешь поговорить об этом вместо урока? — уклончиво ответил Северус, бросив взгляд на часы за ее спиной. — Вот чёрт! — Мэри несколько раз моргнула, вспоминая о спешке и неподготовленном материале для седьмого курса, которым должна была заняться ещё вчера вечером. — Мне пора бежать. — Не смею задерживать, — Северус сделал шаг в сторону, чтобы Мэри сумела быстренько проскочить мимо него и скрыться в коридоре. Подняться этажом выше, чтобы вновь оказаться в своём кабинете, стены которого молчаливо хранили обрывки вчерашних фраз. — Я был влюблён в другую, когда у нас все только начиналось в первый раз… Мэри качнула головой, пытаясь выбросить из неё голос Северуса, что назойливо повторялся со вчерашнего вечера. — Я хотел прийти на встречу перед твоим выпуском, но боялся признаться себе, что забываю её рядом с тобой. Она на автомате раскладывала учебники для уроков, чувствуя солоноватый привкус крови на кончике языка. Беспорядочные мысли выплескивались наружу мелкой дрожью рук, частым дыханием и покусыванием нижней губы, на внутренней стороне которой проступали бисеринки крови, а в голове всё так же звучали обрывки его фраз. — Я ответил тебе на письмо, которое ты прислала мне после встречи в баре, но так и не решился отправить его. Я думал, что совершу ошибку, если позволю тебе стать ближе, чем… девочкой на одну ночь. Откровения шли неохотно, но Мэри ловила каждое его слово, сопоставляя их с информацией в своей голове. Дополняла картинку пазлами, наконец понимая причину его поступков, и пусть это причиняло временную боль, она чувствовала облегчение. — Сейчас я понимаю, что за всю мою жизнь только ты сумела подобраться ко мне ближе всех. Я отталкивал тебя, когда ты училась у Хогвартсе, но ты была рядом. Я думал о тебе, пусть и не хотел этого. Даже гомон семикурсников едва мог перебить тихий голос в ее голове, и Мэри почти безучастно наблюдала за тем, как студенты практикуют новые изученные заклинания на манекенах. — Разумеется, я сразу узнал тебя, когда увидел в сентябре за столом в Большом зале. Это стало шоком для меня, и со временем я все больше понимал, что вновь поддаюсь тому… чувству, которое заметил ещё во время твоего обучения в Хогвартсе. Это пугало. Вспышка заклинания пронеслась в трёх дюймах от лица Мэри, и в это же время раздался звон колокола, оповещающий о конце урока. Так быстро? На смену семикурсникам пришли новые группы студентов, и Мэри на автомате выполняла заученные действия. Она диктовала конспекты, замечая, что это немного отвлекает от мыслей, демонстрировала заклинания, рассказывала об опасных магических тварях. Студенты плавно сменяли друг друга, перед её глазами мелькали их лица, звучали юношеские голоса. Так продолжалось до самого обеда, на который Мэри шла с гулко бьющимся сердцем, учащённым дыханием и ознобом. Всего на пару мгновений грудь сдавило от предвкушения, когда их взгляды пересеклись, и она поспешила занять своё место, чтобы не привлекать к себе внимание студентов и преподавателей. — После того, как ты поставила точку, я думал, что легко вернусь к прежней жизни. Но я ошибся, ведь ты и мысли о тебе заняли важную часть внутри меня. Не думал, что смогу привязаться к кому-то настолько сильно. Мэри повернула голову чуть вправо, замечая, что Северус точно так же мельком наблюдал за ней, и это заставило содрогнуться от волнующего предвкушения. Вечером они должны были встретиться вновь, чтобы продолжить разговор с того момента, на котором остановились. С её последнего вопроса, на который он так и не смог ответить.

Вторник

Мэри ждала этот день с волнением и страхом, пытаясь убедить себя, что связь с Мойрой ни в коем случае не повлияет на её повседневную жизнь. Она завтракала и одновременно прислушивалась к своим же мыслям, надеясь и страшась услышать голос сестры. Вела уроки и чувствовала себя так, будто балансировала на шатком мосту, готовая в любой момент спикировать вниз. Ближе к вечеру Мэри начала думать о том, что Мойра её обманула. Что она придумала всю эту затею лишь для того, чтобы хоть ненадолго получить доступ к её мыслям и узнать нечто важное. Мэри не раз порывалась принять зелье, которое на всякий случай оставила в шкафу с остальными склянками, но либо её отвлекали, либо ей становилось не по себе от мысли, что Мойра всё же не солгала в этот раз. «Расслабься, детка, я тоже сначала подумала, что ты облапошила меня», — раздался в её голове голос, из-за чего Мэри выронила вилку из рук и с осторожностью огляделась по сторонам, будто кто-то в Большом зале тоже мог услышать Мойру. Но это было невозможно. «Ты меня напугала!» — призналась Мэри, привыкая к новым ощущениям. Последний раз, когда они общались подобным образом, был ещё во времена учебы в Хогвартсе, поэтому она с трудом сдержала порыв ответить вслух. Ответа от Мойры не последовало, и Мэри, сосредоточившись на мыслях сестры, подглядела, что она как раз заканчивала рабочую смену в министерстве. Она чувствовала её раздражение, обращённое к начальнику отдела, и это немного путало её собственные эмоции. «Мудила усатая! — мысленно выругалась Мойра, прощаясь с начальником. — Мэри, ты ещё здесь? Эй, ты там ужинаешь? Жуть как хочу есть! Во сколько ты освободишься?» «У меня совещание через двадцать минут, не знаю, надолго ли», — так же мысленно ответила Мэри, опустив взгляд в тарелку, чтобы не выглядеть подозрительно. «Через два часа я иду к лорду, и мне нежелательно там твоё присутствие. Поговорим обо всем завтра?» — спросила Мойра, на что Мэри сначала кивнула, а потом, закатив глаза из-за собственной глупости, ответила: «Так даже лучше». «И не подсматривай за мной! — наказала ей Мойра. — Если не хочешь увидеть что-нибудь пикантное, конечно». «Ты тоже особо не суйся». Мэри прикрыла глаза, понимая, что с этого момента всё станет ещё сложнее, ведь Мойра могла подсмотреть за ней в любой момент. Могла забраться к ней в голову и услышать каждую мысль, узнать все самые сокровенные тайны и страхи. Даже в подростковом возрасте это было мучительно для них, не говоря уже о том, как это ощущалось сейчас. Будто Мэри стояла абсолютно голая на площади, кишащей любопытными зеваками. Она встала со своего места за преподавательским столом и, натянув на лицо маску безразличия, направилась в сторону выхода из Большого зала. Оставила на тарелке недоеденный ужин, к которому пропал аппетит, старалась не обращать внимание на настороженный взгляд, направленный прямо ей в затылок. Мэри понимала, что Мойра в скором времени узнает об изменениях, что произошли на личном фронте, однако ей хотелось оттянуть этот момент как можно дальше. А не думать о том, что Северус Снейп провёл в ее покоях половину ночи, ей давалось очень сложно. Совещание преподавателей традиционно проходило в учительской за длинным столом, и Мэри едва не поперхнулась воздухом, когда на соседний стул сел Северус. Он бросил на неё хмурый взгляд, как бы спрашивая, всё ли у неё хорошо, на что Мэри лишь неопределённо повела плечом и прикусила нижнюю губу. «Нет! Скажи мне, что вы не… Мэри! Твою же!» — раздался в её голове голос Мойры, наполненный отчаянием и раздражением. Мэри вздрогнула и тут же отвела взгляд в сторону, чувствуя себя так, будто готова была провалиться сквозь землю. «Иди к черту, Мойра! Что ты вообще делаешь в моей голове?» — мысленно ответила ей Мэри, прослушав начало вступительной речи, которую начал толкать Дамблдор. «Хотела посмотреть, как проходят ваши совещания, и узнать, что новенького в Хогвартсе! — язвительно отозвалась Мойра, и Мэри не составило труда представить, как сморщилось лицо сестры в этот самый момент. — А вместо этого узнала, что ты опять повелась на игру этого ублюдка!» Мэри промолчала, чувствуя лишь злость на сестру за то, что она имела наглость отчитывать её, словно маленькую девчонку. Ей не хотелось доказывать Мойре, что в этот раз всё иначе и что Северус не такой уж и ублюдок, как она считает, ведь всё это было бестолку. Вместо этого Мэри опустила руку под стол и нащупала ладонь Северуса. Переплела пальцы и мрачно усмехнулась себе под нос, чувствуя удовольствие от такой маленькой мести. «Ты ещё в штаны ему руку засунь, дура!» — незамедлительно отозвалась Мойра, заставив Мэри покраснеть от картинки, возникшей в её голове. «А ты вернись через пару часиков, и всё будет!» — язвительно ответила Мэри, поставив точку в этом нелепом мысленном разговоре двух сестёр.

Среда

Мэри вновь проспала. Только причиной этому был вовсе не Северус, с которым она целомудренно попрощалась в девять вечера, а дурацкая связь. Мэри стоило бы раньше вспомнить о том, что из них обеих Мойра была более мстительной, и что за слова во время совещания ей придётся ещё поплатиться. Ведь она проснулась в начале первого ночи от того, что её сестра веселилась с каким-то незнакомым парнем в номере маггловского отеля. Самым поганым в этой ситуации было то, что Мойра нарочно старалась выплескивать через связь грязные фрагменты своего «свидания», а Мэри даже не имела возможности отстраниться. — Выглядишь уставшей, — подметил Северус, столкнувшись с Мэри около Большого зала, где как раз заканчивалось время завтрака. — Моя сестра чертова нимфоманка и извращенка, — тихо ответила она, скривив лицо. Мэри ещё вчера вечером рассказала Северусу о связи, которую пришлось вернуть, и он даже счёл это забавным. — Она же не?.. — О, она именно это и сделала! — пробурчала Мэри, разрываясь между желанием позавтракать и излить душу. До первого урока оставалось не больше двадцати минут, и Мэри выбрала второй вариант, решив, что взорвется, если не выскажет наболевшее. — Отойдём? Уборная на первом этаже была не лучшим пристанищем для разговора, однако они не располагали большим количеством времени, чтобы искать другой вариант. Северус первый скрылся за дверью, а Мэри последовала за ним лишь спустя тридцать секунд, чтобы никто из студентов, случайно проходящих мимо, не начал распространять по Хогвартсу нелепые сплетни. — Мойра делает это назло мне! — сказала Мэри, заперев дверь заклинанием. — И это было унизительно! — Чего она добивается? — с усмешкой спросил Северус, забавляясь ситуацией. — Мойра хочет показать, насколько ей противны наши отношения! И это не смешно, Северус! Посмотрела бы я на тебя, если бы ты оказался на моем месте! — Мерлин упаси, — фыркнул он, сделав несколько шагов в сторону Мэри. — А знаешь что я сделаю? — в ее глазах промелькнули недобрые огоньки, которые заставили Северуса замереть на месте, ожидая вердикта. — Что же? — Отплачу ей тем же! — она в спешке начала растягивать пуговицы на своей рубашке, вплотную приблизившись к Северусу. — Она сейчас как раз отсыпается после бурной ночи, и я… — Так, стоп, — Северус перехватил её ладони своими руками, заставив Мэри остановиться, и с усмешкой покачал головой. — Не уверен, что хочу участвовать в ваших играх, хоть мне и нравится твой план, — он опустил взгляд на её рубашку, которую Мэри успела наполовину расстегнуть, и вновь посмотрел ей в глаза. — Прости, я… — Не извиняйся. Я понимаю, что тебе хочется наказать Мойру, но таким способом ты ничего не добьёшься, — сказал Северус, приподняв её подбородок чуть выше, когда Мэри опустила взгляд в пол. — Мойра считает, что я вновь играю с тобой? Прекрасно, давай докажем ей, что это не так. Она побесится и успокоится. — Ты плохо знаешь Мойру, она… — Она любит тебя позлить, да. Но это не означает, что она будет постоянно мучить тебя. Мойра пытается заботиться о тебе, пусть и делает это своим извращенным способом. — Северус? — Мэри улыбнулась одним уголком рта и наклонила голову вбок. — Да? — Мне показалось, или ты только что оправдывал поведение моей сестры? — она лукаво прищурила глаза, заметив тень смущения, что промелькнула на его лице. — Тебе показалось. — Ну-ну, — Мэри встала на цыпочки и поцеловала его в уголок губ, действуя не из мести к Мойре, а по велению своего сердца. — Мы же вроде не хотели спешить? — он в удивлении вздёрнул бровь, и Мэри почувствовала, как кончики его пальцев медленно заструились от её ладоней к плечам. — Мы и не спешим, — ответила Мэри, прикусив нижнюю губу. — Уверена? — Абсолютно. Северус смотрел на неё с нескрываемой усмешкой, встречая точно такой же лукавый взгляд Мэри. Касание его пальцев вызвало мурашки даже через рубашку, которая скатилась с одного плеча, открывая ему больший доступ для просмотра. И Северус нагло пользовалась этим, проводя указательным пальцем по оголенному плечу, спускаясь взглядом ниже, замечая, как грудь Мэри приподымалась и опускалась от тяжелого дыхания. Чувствуя, как её ладони мягко коснулись его торса, плавно поднимаясь выше. — К черту, — прошептала Мэри, и в следующий же момент они оба подались вперёд, сокращая без того ничтожное расстояние. Откинули в сторону свои же ограничения, забывая обо всем на свете. Важно было лишь ощущение его мягких губ на своих губах. Его горящие огнем глаза. Теплые ладони, что спускались всё ниже, смелее и напористее. Подхватывая Мэри под бёдра, чтобы с силой впечатать её спиной в стену. — Прости… — прошептал Северус между поцелуями, на что Мэри лишь крепче обхватила ногами его талию, наплевав на кратковременную вспышку боли в затылке. Притянула за шею, вновь впиваясь губами в его полуоткрытый рот, не желая тратить драгоценное время на болтовню. Северус подтянул ее вверх и плотнее вжал в стену. Удерживать её на весу было не так уж и сложно, но это лишало их обоих манёвренности, коей и так было недостаточно в стеснённых условиях. Поэтому Северус в несколько шагов достиг раковины и усадил Мэри на неустойчивую керамическую конструкцию. Девушка задела рукой смеситель, который с протяжным скрипом выпустил из крана холодную воду. — Ай! — воскликнула Мэри, скатившись задницей в мокрую раковину. Струя ледяной воды попала за пояс юбки, стекая по пояснице вниз, и она поспешила спрыгнуть на пол. Подняла на Северуса взгляд, полный отчаяния, и покачала головой. — Не сейчас. Скоро начнётся первый урок. И словно в подтверждение ее слов раздался звон колокола. — Надо идти, — ответил Северус, стараясь отдышаться. — Иди первым, а я пока приведу себя в порядок, — сказала Мэри, высушивая юбку невербальным заклинанием. — Стой! Помаду сотри с лица, а то… — Да, конечно, — отмахнулся он, задержавшись около зеркала на пять секунд, чтобы убрать следы размазанной помады. — Встретимся вечером? — Угу. Мэри за это время успела привести себя в порядок, поэтому вышла через десять секунд после Северуса, надеясь, что все студенты уже разошлись по аудиториям. Но её ждал сюрприз. — Привет, мам. — Алан стоял у противоположной стены, скрестив руки на груди, и исподлобья наблюдал за вышедшими из школьного туалета родителями. — Я уж думал, что не дождусь вас. Мэри оглянулась по сторонам и, к счастью, никого больше не обнаружила. Северус стоял недалеко от двери, выглядя при этом настолько невозмутимо, словно это он был хозяином положения. Будто не смущаясь сложившейся ситуации, как Мэри. — Нужно было срочно обсудить кое-что, — ответила она, однако Алан смотрел на неё с огромным сомнением. — Почему здесь, а не в кабинете? — Далеко идти до кабинета, — отмахнулась Мэри, и в этот момент, словно в наказание, раздался голос Мойры в её голове: «Столько времени прошло, а вы всё по туалетам ныкаетесь!» Мэри тяжело вздохнула и оставила сестру без ответа, понимая, что она в чём-то права. — Пошли на урок, Алан. — Так у меня Зелья первым уроком, — отмахнулся мальчик, бросив лукавый взгляд на Северуса. — Думаю, что я сумею уговорить преподавателя, чтобы он не снимал с факультета очки. «Передай Алану, что этот преподаватель снимет с его матери не только очки, но и всё остальное!» — вновь раздался насмешливый голос Мойры, на что Мэри с раздражением вздохнула и пошла в сторону лестниц. День предстоял нелёгкий.

Четверг

Шёл третий день с тех пор, как сестры Коутс наладили ментальную связь, и Мэри не могла не признать, что они достигли небольшого прогресса. Мойра ещё во время зимних каникул сообщила ей, что с помощью окклюменции можно спрятать некоторую информацию, и Мэри решила попробовать этот вариант. Как оказалось, защищать своё сознание от сестры далось гораздо сложнее, чем она могла представить, ведь для этого требовалось прилагать немало усилий. Но стоило отдать Мойре должное, ведь она перестала врываться в сознание сестры без острой необходимости. Несмотря на прежние опасения, им удалось обговорить все детали их вынужденного сосуществования, чтобы не нарушать личные границы. Девушки не могли контролировать свои действия во время ярких вспышек эмоций, однако они могли отдаляться друг от друга, чтобы сохранить иллюзию обычной жизни. А ещё Мойра смирилась с тем, что если ей хочется быть с Мэри на короткой ноге, то ей придётся смириться с присутствием Снейпа в её жизни. — А в чём дело? — спросила Мэри у профессора Макгонагалл, которую застала около окна в учительской. — Почему Дамблдор не пускает людей из министерства? Минерва на короткий миг обернулась, бросив на Мэри задумчивый взгляд, и ответила: — Утром он получил анонимное предупреждение, в котором было сказано, что среди министерских клерков есть пожиратели смерти. Мэри встала рядом с ней около окна, наблюдая за волшебниками, что толпились за воротами Хогвартса. Дамблдор как раз повернулся к ним спиной и пошёл в сторону замка, и Мэри даже с такого расстояния могла заметить, что директор был в весьма хорошем расположении духа. — А как же профориентация для старшекурсников? Это было лишь поводом, чтобы кто-то из пожирателей смог проникнуть в Хогвартс? — спросила Мэри, нахмурившись. — У Дамблдора будут проблемы, когда министр узнает об этом. Он и так с трудом согласился на то, чтобы пустить в школу посторонних, а теперь, когда Дамблдор оставил их за воротами… — Что-то мне подсказывает, что Дамблдор не сильно переживает об этом. И я его понимаю. Уж лучше выслушать нравоучения от министра, который не может уследить за тем, кто работает в министерстве магии, чем пустить на порог школы кого-то из Пожирателей! «Тем не менее в Хогвартс вхожи двое Пожирателей. Дамблдор неплохо торгуется с совестью, когда чувствует выгоду!» — раздался в её голове голос Мойры, и Мэри, замерев на несколько секунд, чтобы прислушаться к собственным ощущениям, едва не выругалась. — Извините, мне нужно срочно отойти, — Мэри перебила профессора Макгонагалл на середине предложения и быстрым шагом покинула учительскую. Практически перешла на бег, чтобы поскорее попасть в свой кабинет, и замерла на самом пороге, увидев сестру за своим рабочим столом. — Дин-дон, — с наигранно-невинным видом сказала Мойра, растянув губы в улыбке. — Что ты тут делаешь? — спросила Мэри, закрывая за собой дверь. — Насколько я знаю, Дамблдор велел тебе, чтобы ты больше не появлялась в Хогвартсе. — Разве? — переспросила Мойра, закинув ноги на стол. — По-моему, он был очень рад, когда получил утром моё письмо. — Это ты послала анонимку? — Анонимку? — усмехнулась Мойра. — Не смеши меня, Мэри, я не влюблённая первокурсница, чтобы оставаться анонимной. Я подписала письмо так, чтобы Дамблдор понял, кто отправитель. — И всё же, что ты тут делаешь? — не унималась Мэри, прогнав Мойру со своего стула. Та неохотно прошлась по кабинету и села за одну из учебных парт, снова закинув ноги на стол и проигнорировав суровый взгляд сестры. — Хотела поговорить с тобой лично. Заодно Дамблдора навещу на обратном пути. — Давай только быстрее, а то у меня окно закончится через двадцать минут, и сюда набегут студенты, — Мэри не сводила с сестры напряженного взгляда, сдерживая себя из последних сил, чтобы не влезть в ее мысли. — Мы могли бы устроить детишкам целое шоу. Ты была бы доблестным аврором при исполнении, а я — Пожирателем смерти! Как тебе, а? Мэри закатила глаза и собиралась отбрить Мойру язвительной фразой, однако не успела она открыть рот, как раздался стук в дверь. А через секунду на пороге показался Северус. — О, как мило! — с усмешкой воскликнула Мойра, хлопнув в ладоши. — Пришёл навестить девушку? Северус хмуро оглядел их обеих, заострив внимание на Мойре, но так и не решился войти в кабинет. — Зайду позже, — отчеканил он, собираясь развернуться, однако Мойра невербальным заклинанием захлопнула дверь прямо перед его носом. — Куда же ты? Оставайся! Так будет даже веселее, — воскликнула она, и Северус бросил на Мэри вопрошающий взгляд. — Может, и Дамблдора позовём? — пробурчала Мэри, скрестив руки на груди. — Не в этот раз, — отмахнулась Мойра, наблюдая за тем, как Снейп прошёл вперёд и остановился около окна, чтобы видеть обеих сестёр Коутс. — В общем, такие новости: лорд планирует захватить министерство в понедельник, и я ответственна за то, чтобы всё прошло хорошо. Профориентация тоже моих рук дело, но, как вы могли заметить, я же и предотвратила это. Что будем делать? Мэри в удивлении вздернула левую бровь и обменялась с Северусом встревоженными взглядами, будто безмолвно совещаясь с ним. — Каким образом произойдёт захват министерства? — осторожно поинтересовался Северус, переведя взгляд на Мойру. — Кто ещё в деле? — Лестрейнджи в полном составе, — лениво ответила Мойра, покручивая между пальцами своей волшебной палочкой. — Даже Кассиус в деле. Спасибо тебе за это, Мэри. — Пожалуйста, — отмахнулась она, вспоминая бал в поместье Малфоев, который Мойра упоминала при каждом удобном случае. — Первым пунктом в плане значится убийство Скримджера, — продолжила Мойра, сосредоточив внимание на своей палочке, чтобы не отвлекаться на внимательные взгляды Мэри и Снейпа. — Он и так почти развалил министерство, так что нам остаётся не так уж и много, чтобы сделать масштабный переворот. — Кто заменит Скримджера? — спросила Мэри, замечая такой же заинтересованный взгляд Северуса. Тёмный лорд не спешил делиться конфиденциальной информацией со всеми Пожирателями, не говоря уже о Снейпе, которого держал в своих рядах как главного шпиона и искусного зельевара. — Пий Толстоватый. Он не захотел по доброй воле вступать в ряды пожирателей, поэтому лорд взял его Империусом, — Мойра подняла на сестру рассеянный взгляд, находясь глубоко в своих мыслях, и продолжила: — Поэтому его назначение будет номинальным, а руководить магической Британией будет непосредственно наш великий и ужасный лорд Волдеморт. — Значит, захват министерства в основном состоит из одного шага? Убийства Скримджера? — уточнил Северус, и Мойра перевела на него взгляд, в котором была насмешка. — Так будет казаться со стороны, но на деле ведутся куда более масштабные изменения. Прямо в эту самую минуту. — Что ты имеешь в виду? — осторожно поинтересовалась Мэри, задержав дыхание. — С каждым днём в рядах министерских работников проводятся… беседы. Лорд вербует народ, чтобы они не подняли бунт и дали отпор в случае чего. Делает он это не своими руками, конечно, но суть остаётся прежней. — Значит, к тому моменту, как Тёмный лорд встанет за руль, большая часть работников министерства будет на его стороне? — уточнила Мэри, и Мойра утвердительно кивнула. — И что мы можем сделать, чтобы помешать? — А в этом деле нам может помочь один очень изворотливый зельевар, — с кривой полуулыбкой ответила она, бросив на Северуса лукавый взгляд. — Что от меня требуется?

Пятница

Конец рабочей недели обычно вызывал у Мэри облегчение, ведь можно было наконец расслабиться, набрать ванную с ароматной пеной, понежиться в ней, попивая красное полусладкое, и лечь спать, зная, что утром не надо вставать с первыми лучами солнца. В эту пятницу Мэри была напряжена до предела, и на то были причины. Во-первых, вчерашний разговор с Мойрой и Северусом оставил после себя множество нерешенных вопросов, ответы на которые могли дать им фору в грядущей битве. Во-вторых, Северус два часа назад покинул Хогвартс ради поисков информации о зелье, которое среди волшебников считалось выдумкой. Мифом, в который верили не больше, чем в счастливую загробную жизнь, однако именно это зелье могло нарушить планы Тёмного лорда. В-третьих, Мойра должна была провести целый вечер в компании Лестрейнджей, и Мэри уже сейчас чувствовала её зудящее беспокойство. Рабастан в последнее время всё больше наседал на Мойру, требуя от неё расправы над родной сестрой, и как бы она ни пыталась скрыть это, Мэри чувствовала её страх. В-четвёртых, её очень беспокоило поведение Драко Малфоя, который должен был по приказу Волдеморта убить Дамблдора. Мэри наблюдала за ним издалека, замечая, что парень срывался на однокурсниках пуще прежнего, практически не ел и, судя по мешкам под глазами, имел проблемы со сном. Ей было жаль Малфоя, который в подростковом возрасте стал марионеткой Волдеморта, и в качестве первого задания должен был убить величайшего волшебника столетия. А помочь ему в этом деле должен был Северус. И круг её переживаний вновь смыкался на нём, ведь на плечах Снейпа сейчас лежала огромная ответственность. Было страшно представить что будет, если Тёмный лорд узнает, чем занят его сторонник в эту самую минуту. Жизнь Северуса была сплошным риском, и если он сделает один неверный шаг, то навлечёт на себя гнев лорда. А Мэри даже не могла помочь ему. — О чём задумалась? — спросил Алан, перекатившись со спины на живот, чтобы лучше видеть мать. Мэри варила зелье на полу в своей спальне, совмещая это дело с проверкой домашнего задания Алана, но как мальчик верно подметил, она немного выпала из реальности. — Тебе лучше не знать, — уклончиво ответила Мэри, не желая врать сыну. Она могла бы сказать, что все её мысли были сосредоточены на последовательности добавления ингредиентов в зелье, однако это было настолько далеко от правды, что даже Алан не купился бы на ложь. — Ты ведь думаешь о нём? — осторожно спросил он, и Мэри подняла на сына удивленный взгляд. — О профессоре Снейпе, я имею в виду. — С чего ты взял? — Мэри стало не по себе от проницательности сына, ведь он попал точно в яблочко. — Я не слепой, мам. Я вижу, что между вами что-то происходит. Вы о чём-то шушукаетесь, запираетесь в туалете, смотрите друг на друга, когда думаете, что никто не видит, — Алан поочерёдно загибал пальцы, перечисляя пункты своих наблюдений, а Мэри с каждым его словом всё больше хмурилась. — А ещё ты сама не своя с того момента, как он ушёл два часа назад. — Откуда ты знаешь, что он ушёл? — переспросила Мэрилин, едва не пропустив момент, когда надо было добавлять следующий ингредиент в зелье. — Ты следишь за ним? — Неделю назад я узнал, что он мой биологический отец, — Алан фыркнул, будто объяснял ей элементарные вещи. — Конечно же я слежу за ним! Так что у вас? Вы снова вместе? Мэри добавила в зелье последний ингредиент и подняла на Алана задумчивый взгляд. С одной стороны, ей хотелось сказать мальчику правду, но с другой стороны, ей не хотелось его обнадёживать. Мэри понимала, почему у Алана был такой нездоровый интерес к их отношениям, ведь он втайне надеялся на воссоединение семьи. — Рано делать такие громкие выводы, — ответила Мэри, понимая, что пауза неприлично затянулась. — А ещё это не та тема, которую нам стоит обсуждать. Давай лучше вернёмся к истории магии? Помнится, ты хотел пересказать мне параграф, который вам профессор Бинс задал для самостоятельного изучения. Алан тяжело вздохнул и захлопнул учебник по истории магии, за которым провёл последний час в попытке запомнить неинтересные ему даты и события. — Может, лучше зельями займёмся, раз ты закончила? Мэри усмехнулась себе под нос и покачала головой. — Сначала история магии, а потом уже зелья, молодой человек. И не хитри мне тут. — Ладно, — с обреченностью в голосе протянул он, отбросив учебник в сторону. — Только чур зелье я выберу сам. Мальчик приступил к пересказу параграфа, а Мэри пока занялась уборкой импровизированного рабочего места. Зелье для Алана было готово, и ему оставалось лишь настояться сутки, после чего можно было использовать его для нейтрализации проклятья. Северус за время своего отсутствия обещал разжиться зельем жидкой удачи, а там уже дело оставалось за малым. Одна мысль о том, что в скором времени её мальчик перестанет страдать от проклятия, вызывала улыбку на лице. Главное, чтобы всё сработало по плану.

Суббота

Мэри плохо спала, не в силах справиться с переживаниями. Она знала, что Северус провёл ночь за пределами Хогвартса, пытаясь отыскать всю известную информацию о зелье, снимающем эффект Империуса. Счёт шёл на часы, поэтому им крайне важно было сварить зелье, чтобы министерство сумело устоять во время глобального переворота. Северус не появился во время завтрака, куда Мэри пришла одной из первых. Его не было на трибунах квиддичного поля, когда сборная Слизерина проиграла сборной Гриффиндора. Он пропустил обед и собрание Ордена, которое неприлично затянулось до самого ужина. Мэри не находила себе места, теряясь в мыслях и сомнениях, и с трудом улавливала главную тему обсуждения, которая будоражила сознания орденцев. Всех беспокоил грядущий переворот в министерстве, и они с жаром обсуждали варианты действий, чтобы не дать Тёмному лорду захватить власть. Северус появился лишь после ужина, когда она едва не изнывала от зудящего под кожей беспокойства. Он нашёл её в кабинете Защиты от Тёмных искусств, когда Мэри справлялась со стрессом привычным ей способом, а именно оттачивая заклинания на манекенах. — Ты знаешь, что выглядишь невероятно сексуально во время сражений? — послышался его насмешливый голос за спиной Мэри, и она, вздрогнув от неожиданности, резко обернулась. Северус невербально блокировал заклинания манекена, которые непременно бы попали в цель, и Мэри поспешила отключить противника. — Ты вернулся. — Вернулся, — кивнул он, улыбнувшись одним уголком рта. — И не с пустыми руками. — Ты нашёл рецепт зелья? — недоверчиво поинтересовалась Мэри, не решаясь сделать хоть шаг вперёд, несмотря на огромное желание обнять Северуса. — Я нашёл старые записи, в которых упоминается рецепт, но я не могу с уверенностью сказать, что это подействует. К тому же я могу ошибиться, потому что рецепт зашифрован самой Кандидой Когтевран. — Ты за сутки сумел найти записи Кандиды Когтевран, которые считались выдумкой в магическом мире? — с нервной усмешкой спросила Мэрилин, с трудом веря его словам. — Нет ничего невозможного, когда есть хорошая мотивация. И связи. — Смотри, чтобы твои связи не разболтали лорду, чем ты занимаешься, — подметила Мэри, нахмурившись. — Ещё не хватало, чтобы он узнал… — Он не узнает, — заверил ее Северус, взяв лицо Мэри в свои ладони. — Сейчас я отправлюсь к себе, чтобы заняться зельем. Вполне вероятно, что это займёт немало времени, и мне хотелось бы получить ещё немного мотивации. — Что же ты хочешь? — она с вызовом вздёрнула левую бровь и потерлась щекой о его ладонь, чувствуя, как его вторая ладонь спустилась на её талию. — Тебя. Если до завтрашнего вечера я справлюсь с зельем, то получу тебя. Как захочу. Где захочу, — Северус склонился к её лицу, однако вместо того, чтобы поцеловать, наклонил голову вбок и прошептал на самое ухо: — И сколько захочу. Мэри прикрыла глаза, чувствуя, как от его низкого голоса по коже побежали мурашки, а воображение так некстати подкинуло ей картинки того, какими яркими и волнующими были моменты их близости. Они старались не спешить, если не брать в расчёт тот случай в туалете на первом этаже, и Мэри прекрасно понимала, что они оба были на грани срыва. — Как тебе ванная старост? — с придыханием поинтересовалась Мэрилин, прикусив нижнюю губу. — Встретимся там завтра после отбоя, — прошептал Северус, приблизив свои губы к её. Касаясь их одним дыханием, заставляя Мэри трепетать от желания поцеловать его. — Я буду крайне возмущена, если ты не придёшь в случае провала с зельем, — Мэри с трудом узнала свой низкий голос, пропитанный вожделением. Она прошлась кончиком языка по своей нижней губе, нарочно задев его губы, с которых сорвался тяжелый выдох, и, поборов желание остаться, сделала мучительный шаг назад и усмехнулась. — Тик-так, профессор. Тик-так.

Воскресенье

С самого утра Мэри была как на иголках, чувствуя волнительное предвкушение перед вечерней встречей с Северусом. Она вглядывалась в его лицо за завтраком и обедом, пытаясь разгадать мысли, что прятались в глубине темно-карих глаз. Ловила в ответ его тяжёлый взгляд, который так и кричал о том, что он с ней сделает сегодня вечером, из-за чего Мэри нервно ёрзала на стуле, надеясь, что никто из преподавателей не заметит тягучего напряжения, что повисло в воздухе. Прятала взгляд в тарелку, вспоминая о том, что Алан особо тщательно следил за ними, а потом краснела, когда выслушивала мысленные наставления Мойры. «Отблагодари его так, чтобы у него искры из глаз полетели, — говорила она, забавляясь реакцией Мэри. — Хоть он мне и не нравится, я постараюсь пережить ваши любовные утехи!» Мойра появлялась в её голове в самые неожиданные моменты, когда Мэри готовилась к встрече. Сестра продолжала подшучивать, когда она тщательно укладывала волосы, зная, что причёска испортится от «купания» в бассейне. Когда Мэри примеряла одежду, пусть и понимала, что останется в ней ненадолго. «Клянусь, Мойра, если ты скажешь хоть одно слово, то я найду тебя, где бы ты ни пряталась, и поколочу!» — мысленно сказала ей Мэри по пути в ванную старост. «Ничего не могу обещать», — с усмешкой ответила Мойра, и Мэри без проблем представила себе выражение её лица в этот момент. Она пришла в ванную старост за десять минут до отбоя, чтобы успеть набрать воду в бассейн к приходу Северуса. Мэри старалась не думать о том, что он не сумеет справиться с зельем вовремя, ведь её напряжение достигло такой точки, что казалось, выше уже не может быть. Мэри в очередной раз посмотрела на часы, понимая, что стрелки будто нарочно двигаются так медленно. Северус опаздывал на пять минут, и это заставляло её нервничать, сгорая в ожидании. «Он придёт», — успокаивала себя Мэри, когда прошло ещё десять мучительных минут. К счастью, Мойра больше не подавала голос, ведь она просто не вынесла бы, если бы сестра начала подшучивать над ней. — Готово, — послышался низкий голос со стороны выхода, и Мэри резко обернулась, вздохнув с облегчением. — Можем опробовать прямо сейчас. — Хочешь напоить меня и заставить делать всякие непристойности? — шутливо поинтересовалась она, стараясь отвлечься от мыслей о том, что зелье могло не сработать. — Ты даже не представляешь себе, насколько я этого хочу, — ответил Северус, ухмыльнувшись уголком рта. Он подошёл к ней почти вплотную и вложил в её ладошку маленький пузырёк с зельем. — Но будет всё-таки лучше, если ты выпьешь зелье и займёшься непристойностями по своему желанию, а не по велению Империуса. — Так давай проверим это, — с придыханием ответила Мэри, чувствуя сладострастное предвкушение. Она откупорила пузырёк, не отрывая от Северуса многозначительного взгляда, в несколько глотков выпила сладкое зелье и постаралась не показать своего разочарования, когда не почувствовала эффект. — Империо, — твёрдо отчеканил Северус, сделав несколько шагов назад, и Мэри с облегчением поняла, что не почувствовала должного ощущения эйфории, которое описывалось в книгах. Уголок её рта дрогнул в кривой улыбке, стоило ей осознать всю ценность зелья, которое станет козырем в их рукаве, и она сделала два шага вперёд, вплотную приблизившись к Северусу, что ждал её реакцию, затаив дыхание. — Я так сильно хочу тебя, что у меня даже коленки дрожат от нетерпения, — с хрипотцой в голосе сказала она, пройдясь кончиком языка по нижней губе. — Ч-что? Но… — Северус замялся, несколько раз моргнув, не веря своим глазам, а Мэри усмехнулась себе под нос. — Это не Империус, профессор, — успокоила она его, пройдясь кончиками пальцев по его торсу, чувствуя, как напряглось тело под одеждой. — Это исключительно моё желание. — Дьявол, Мэрилин! — на шумном выдохе ответил он, притянув её за талию, вплотную прижимая к себе. — Я люблю тебя! Она на миг опешила, услышав признание, о котором мечтала с восемнадцати лет, а Северус нагло воспользовался её замешательством. Он приподнял её подбородок, заставив откинуть голову назад, обхватил лицо горячими ладонями и с вожделением впился в её губы поцелуем. Не дав ей и малейшей возможности, чтобы обдумать или ответить на его слова, отключая разум на полумысли. Северус спустился поцелуями ниже, почти не слыша того, что Мэри сбивчиво шепчет, дрожа от дыхания на шее; он целует легко, а тело каждой клеточкой отзывается. Эта пытка такая — нежностью: бесчеловечная, дикая, безжалостная и сумасшедшая пытка. Она с трудом расстёгивала пуговицы на его сюртуке, почти не замечая, как Северус ловко потянул молнию на её платье. Мэри чувствовала лишь, как его губы на её шее с каждым мгновением становятся всё требовательнее, а прикосновения — решительнее. Платье соскользнуло к ногам, и она в несколько движений скинула с себя туфли и сделала то, чего Северус никак не ожидал. Она толкнула его в бассейн с тёплой водой, благоухающий тропическими цветами, и с кривой усмешкой прыгнула следом за ним. — Чертовка, — прошипел Северус, широким жестом убирая мокрые волосы с лица, а в его глазах лишь ещё больше разжёгся огонь, отражая пламя свечей около бассейна. — Я тоже люблю тебя, Северус Снейп, — ответила Мэри, урвав момент ясности мыслей. — Так сильно, что хочется задушить тебя. Он забавно фыркает и зарывается носом в её влажные волосы, прижимая к себе. Спускаясь пальцами ниже, высекая на голой коже невидимые искры. Сжимая бёдра, притягивая ближе, будто Мэри могла исчезнуть в любой момент. Вновь целуя с такой непоколебимой страстью, раскрывая её рот почти до хруста. На ощупь избавляясь от последних предметов гардероба, чтобы слиться в жарком объятии. — Люблю, — вновь шепчет Северус, и затуманенный страстью разум Мэри впитывал его слова, в то время как движения становились решительнее, а прикосновения грубее, откровеннее. Двигаясь в унисон, срывая дыхание отчаянными стонами, что эхом отражались от стен и сплетались с резкими шлепками. Целуя его со всей страстью, задыхаясь от нехватки воздуха и ощущений, что расползались под кожей волнующими мурашками. Двигаясь то плавно, наслаждаясь неспешными прикосновениями и скольжением, то быстро, не в силах справиться с наваждением. Как оголенный провод из ощущений. На коже. Под кожей. Мэри знала, что завтра вступит в свои владения новая неделя, а вместе с ней начнется борьба за выживание. Но сейчас был лишь их вечер, где силу имели только жадные прикосновения, грубые толчки и опьяняющие поцелуи. Мэри терялась в этом моменте, чувствуя невероятное и долгожданное счастье рядом с человеком, которого так отчаянно любила. Она была поглощена эйфорией, не догадываясь, что через час их сказка подойдёт к концу, и вместо жарких объятий ей придётся уклоняться от Непростительных заклинаний.