Дерьмо…

      Форкс был убежищем для Алекс в детстве. Его леса, бесконечные дожди, племя Квилетов и маленькие серые дома. Безопасное место, где она могла отпустить себя и просто наслаждаться жизнью. Вместо этого, годы спустя Алекс чувствовала только навязчивые попытки вторжения в её жизнь, построенную с трудом и всё ещё такую хрупкую.       Самым отвратительным оказалось отсутствие даже намёка на какую-то реальную опасность или угрозу. Только что-то глубокое, проникающее глубже в разум и душу Алекс, чем был способен пройти даже Адам. А он был рядом почти столько же, сколько она себя помнила. И Алекс не могла даже сказать хорошо это или плохо.       Сейчас с полной уверенностью можно сказать одно — останавливаться в доме Чарли было ошибкой. Алекс согласилась на это из-за идеи Йена, как всегда безгранично милой, дать Белле поддержку и возможность высказаться о своих тревогах. В этом не было никаких сложностей, даже не подразумевалось знакомство с Калленами или встреча с тенью той, кем когда-то была Белла.       И конечно же не подразумевалась бесконечная тревога, раздирающая разум Алекс утром всего лишь второго дня в Форксе. Йен исчез, оставив свой телефон и вещи там же, где они были вчера. Единственная подсказка о том, что его не похитили и не убили — пропавший мотоцикл и короткая записка:

Уехал в ветеренарку, скоро вернусь.

      Ничего необычного или требующее особого внимания, но сейчас Алекс нужно было двигаться, собрать вещи и уехать, что нельзя было сделать без Йена. И она не могла позвонить и сказать ему поторопиться, где бы он ни был. Чувствуя себя на грани, она решила быстро принять душ, чтобы хоть как-то снизить градус напряжения в своём теле. Это помогло достаточно, чтобы позволить Алекс начать собирать вещи, не отвлекаясь на каждый шорох со стороны входа.       По крайней мере, так предполагалась, пока не прозвучал дверной звонок и Алекс чуть не навернулась с лестницы в своей спешке, в итоге врезаясь в стену прямо рядом с дверью. Распахнув дверь и тут же захлопнув её обратно. Там был не Йен, там были надоедливые, крайне тактильные блондинки, а Алекс всё ещё была в полотенце, мокрая и теперь дрожащая от холода.       Тихо выругавшись, она прислонилась лбом к двери. В ответ прозвучал удивительно красивый смех с другой стороны, заставляя переживать разочарование в себе на ходу. Отбросив полотенце куда-то в угол, Алекс схватила первую попавшуюся одежду, которая оказалась джинсами и растянутой футболкой Йена. Кое-как застегнув молнию, ей удалось натянуть кеды, споткнувшись в процессе о шнурки, и практически на четвереньках вернуться к двери. Взяв секунду на вдох-выдох, Алекс снова открыла дверь.       Глупые мысли и переживания о растрёпанном внешнем виде промелькнули в её сознании и так же быстро забылись. Скрестив руки на груди, Алекс ждала, когда веселье и похоть этих женщин уляжется. Момент затянулся, пока Кейт и Таня пытались сжечь её одежду одним взглядом, тратя чуть больше нескольких секунд, рассматривая рисунки, выглядывающие из-под футболки.       Ирина снова отличилась, оставшись немного позади. Ожидая или надеясь оказаться в центре её внимания. Беспокоясь об Алекс больше, чем можно было ожидать от почти исчезнувшей от горя женщины ещё позавчера. — Рада видеть тебя, Александра. — Промурлыкала Таня, прерывая обмен взглядами с Ириной. — Кажется, ты ждала нас.       Алекс закатила глаза ещё до того, как Кейт закончила предложение, облокотившись на дверную раму. Отсутствие их попыток приблизиться удивительно, но предпочтительно. — Что вы здесь делаете? — Неужели ты не скучала по нам? Мы считали секунды до момента, когда сможем снова увидеть тебя.       Алекс пришлось дважды повторить эти слова в своей голове, чтобы понять случайную искренность в них, но так и не нашла ответные слова. Таня же даже не моргнула, наслаждаясь полученной реакцией.       Вздох смирения случайно раскрыл чувства Алекс, но её мысли уже были в другом месте, а взгляд рассеяно осматривал округу. Они с Йеном не взяли много вещей, уже наученные опытом частых путешествий, что сейчас было как никогда кстати. И успели достать только что-то для сна и ещё пару вещей на выход. Была ещё техника, которую по какой-то причине Алекс захотела достать вчера. С ней было больше проблем, но ничего слишком сложного.       Таня сказала что-то вежливое какое-то время назад, не стоящее внимания. Больше внимания стоило случайное место на плече, которое Алекс не могла остановиться расчёсывать, ненавидя своё тело за очередное предательство.       Алекс заметила руку, слишком близко к себе, и отшатнулась быстрее, чем смогла понять, кому она принадлежит. Удар о дверную раму ужалил. Кейт замерла в одном шаге от Алекс, наблюдая за ней широкими глазами. Удивлённая и смущённая своей реакцией, Алекс неловко откашлялась, снова выпрямляясь и позволяя Кейт приблизиться. Та воспользовалась возможностью, утешая Алекс мягкими медленными прикосновениями, словно испуганное животное. — Белла передала, что не смогла разбудить тебя. Мы волновались. — Объяснила Ирина, чьи слова Алекс не смогла сразу понять, впервые отметив отсутствие гнева, скорби или отчаяния.       Но она смогла смутно вспомнить, как Белла пыталась растолкать её. И вроде Алекс даже ударила её в полусне, хотя это скорее всего был сон. И Йена тогда уже не было. — Что-то произошло?       Да, много чего, подумала Алекс. Опираясь на Кейт для поддержки, даже не задумываясь об этом. И, конечно, Кейт восприняла это, как приглашение полностью прижаться к Алекс, за что её нельзя было винить. — Зачем вы приехали? — Ирина уже объяснила… — Да, хорошо. — Алекс перебила Таню, проводя рукой по лицу, разглаживая хмурость от незаслуженно сложного разговора. — Почему вы волновались? — Потому что ты нам не безразлична.       Алекс смотрела на Таню, не понимая её уверенности в заявлении. Она же прекрасно понимала ответа на какой вопрос ищет Алекс. И, наверняка, уже придумала ещё одно расплывчатое заявление о любви и заботе. — Хорошо, я в порядке. Вы можете идти.       Алекс отмахнулась от Тани, отталкиваясь от Кейт, снова вспоминая об ускользающем контроле в их присутствии.       Подъезжающий к дому мотоцикл остановил зарождающийся спор, в основном из-за того, как быстро изменилось настроение Алекс с раздраженного безразличия на гнев. Ирина случайно оказалась в поле зрения, ухмыляясь чему-то. Можно было только предположить о реакции Тани и Кейт по тому, как Кейт начала игриво водить пальцами по руке Алекс.       Что Йен заметил, запнувшись в своих шагах. В одной руке пакет с едой, рюкзак на плече и растерянность от представления, устроенного специально для него. Что не было в плане Алекс. Она скрестила руки, встречая взгляд Йена, по которому он смог понять, что что-то не так. — У нас гости? — Они как раз собирались уходить.       Йен коротко поцеловал Алекс в качестве приветствия и извинения и она впервые захотела оттолкнуть его. Кейт крепко схватила её плечо, как только их губы встретились. Её злость, такая очевидная для Алекс, обожгла. Прикосновение Йена, его любовь к Алекс в их присутствии была оскорбительной, чему не было объяснений. — Йен. — Поприветствовала Таня, приближаясь, чего Алекс ожидала от неё раньше.       Спокойствие Тани удерживалось железной волей. Воздух вокруг накалился, одно неверное движение и будет взрыв. И Алекс не могла понять, почему ей были важнее их чувства, чем всё, чем был Йен. — Таня. — С очаровательной ухмылкой кивнул Йен, не замечая того, как её глаза задерживаются на его руке на плече Алекс, будто хотела оторвать её.       Как и Кейт, мягко оттягивающую Алекс в своё тело. И Ирину, шагающую за спиной Тани. Они будто вышли на охоту, где Йен — главная добыча.       Йен вслух угадал Кейт и Ирину, всё ещё поддерживая дружелюбие, но он сдвинулся, пытаясь спрятать Алекс за собой. Это был единственный намёк, что он что-то заметил. И единственная причина, по которой Алекс решила спасать его и больше не подпускать к Денали. — Можешь собрать вещи? — Тихо спросила Алекс, отталкивая Йена в дом.       Больше не требовалось слов. Йену нужно было только взглянуть на Алекс, чтобы понять, что с Беллой покончено. Увидеть, что ему нужно уйти из-за чего-то, что ему не понять. И Алекс, как всегда, получила его поддержку и понимание, на которые рассчитывала. — Ты уезжаешь? — Кейт была проигнорирована Йеном и Алекс, слишком погружённые в свой немой разговор. — Ты будешь в порядке? — Как всегда.       Йен разделил ухмылку Алекс, склоняя голову. Руки поднялись в капитуляции и он исчез в доме, с последним взглядом на Денали. Алекс учуяла еду, которую он привёз, жирную и, наверняка, вкусную, вспомнив о своём голоде с урчанием живота.       Надежда на то, что Денали спокойно и быстро уйдут была хрупкой, но они не дали даже шанса на её выживание. Только Алекс открыла рот, чтобы повторить просьбу оставить её в покое, как Таня притянула её к себе, сжимая её футболку в кулаке так крепко, что было удивительно, что она не порвалась. Кейт захлопнула дверь за её спиной, перекрывая любую возможность сбежать, своим телом подталкивая её ближе к Тане.       Не то, чтобы Алекс вообще собиралась бежать. Она была слишком растеряна, даже забыв про возможность выпрямиться и убрать руки с плеч Тани. — Алекс? — Крикнул Йен из дома. Маска спокойствия треснула, глаза Тани закрылись, ноздри раздулись. — Я в порядке. — Быстро ответила Алекс, сжимая плечи Тани до боли в пальцах.       Несколько секунд молчания. Надежды, что прикосновения Алекс хватит для того, чтобы удержать Таню на месте. От её запаха, сладкого и манящего, кружилась голова, их с Кейт тела согревали, всё ещё оставаясь ледяными, пуская дрожь от этого странного ощущения. Или это была дрожь страха? Возбуждения?       У неё не было ответа. Как и на каждый вопрос, оставленный после очередной встречи. Алекс оставалась одна с кучей эмоций и переживаний, объяснения которым не было. И она помнила об этом, когда Таня подтолкнула бёдра Алекс к себе. Когда Кейт уткнулась лицом между её лопаток, дыша, как нормальный человек. Когда Ирина прожигала взглядом Алекс, продолжая бродить вокруг, без единого звука. — Ты уезжаешь? — Прошипела Таня, борясь за свои слова и, как Алекс показалось, здравомыслие. — Из Форкса, да.       Таня отпустила футболку Алекс, скользя ладонью от груди к шее. Обхватывая её затылок с нежностью, не совпадающей с резкостью слов. — Куда? — Вас это не касается. — Алекс качнула головой, пытаясь отстраниться. Очнувшись от тумана в своём сознании. И замерла, как только увидела оскал и потемнение глаз Тани. — Скажи, зачем тебе это знать, и я отвечу куда и зачем я еду. — Мы не можем рассказать тебе. — Прорычала Кейт из-за спины, запуская руки под футболку Алекс. Мышцы дрогнули от ледяного прикосновения и почти сразу прикосновение Кейт снова стало тёплым, безопасным. — Нам просто нужно быть рядом с тобой. Или хотя бы знать, где ты. — Не нужно. — Нервно усмехнулась Алекс, чувствуя себя в ловушке больше, чем когда-либо. — Я не заинтересована в этих играх. Я уже занята, — говорить это вслух было риском, но они нуждались в этом напоминании. — У меня уже есть жизнь и планы на будущее с этим человеком, во что вы пытаетесь вмешаться. И даже не можете объяснить почему? Чего вы ожидали? — Взаимности. — Ответила Ирина, раньше чем Таня и Кейт смогли сделать что-то импульсивное, что было близко.       Таня скалилась, её пальцы впились в бедро Алекс, достаточно сильно, чтобы оставить синяк, но не причиняя реальной боли. Кейт обвила её талию, из-за чего задралась футболка, держась за неё из-за чего-то гораздо более глубокого, чем простое желание. Но Ирина была холодна. Говоря с ледяной уверенностью, не замеченной ранее, она потянулась к руке Алекс, слишком резко приближаясь к её лицу. Она видела цель, частью которой была Алекс и была готова сделать всё, чтобы достичь её. — Ты хотела помочь мне, ещё до того, как узнала моё имя. — Алекс отшатнулась, собираясь покачать головой, но рука Тани всё ещё была на её лице. Заставляя слушать. — Тебе нравиться быть в центре нашего внимания. Ты наслаждаешься тем, как мы желаем тебя, даже если не понимаешь почему. Даже если, наш способ показать чувства — не то, к чему ты привыкла. И я вижу, как ты пытаешься бороться с ответным желанием. — Я не пытаюсь. Я отказываюсь от любого желания к вам. — Алекс слышала эхо собственных слов в голове. Увидела и почувствовала боль, вызванную ими, но не собиралась забирать их обратно. — Из того, что я узнала, слепые чувства приводят либо к боли, либо к смерти. И очень редко к счастью. Так что, как бы велико не было моё надуманное удовольствие от вашего внимания, я вполне смогу обойтись без него. — Мы не можем обойтись без тебя. — Прошипела Таня, упираясь носом в щёку Алекс. Умоляя её понять что-то, чего не могла произнести. — Этот разговор не имеет смысла. Просто уезжайте. — Сдалась Алекс, обмякая в их руках. Кейт переменила свою хватку, больше не сдавливая её в своих руках, но оставляя ладони на животе. И даже Таня отпустила её лицо, что больше не имело смысла.       Разговор продолжал бы ходить вокруг того, что они не могли сказать и их общего влечения друг к другу, которое переросло для Денали в причину преследовать Алекс и ненавидеть Йена. Некоторая правда в словах Ирины всё же была, но их внимание ощущалось естественным и Алекс наслаждалась правотой каждого момента, подмечая малейшее сходство в их поведении, внешнем виде, взглядах и словах. И восхищалась различиями, сложными личностями, с которыми хотелось проводить больше времени.       Они интриговали, притягивали, каждая по-своему. И Алекс сказала Ирине такую же полуправду. Она не отказывалась от желаний, просто предпочла пока их игнорировать, в пользу затухающего романа с Йеном и их общей безопасности. — Хорошо. — Слишком легко согласилась Таня, замолкая на несколько секунд. Секунд, позволяющие собрать её волю в кулак для того, чтобы отстраниться. Кейт и Ирина странно спокойно восприняли её слова, из-за чего Алекс напряглась. — Но только если ты приедешь в дом Калленов. Завтра. — И зачем мне это? — Ты получишь ответы. — С чего вы взяли, что я вообще хочу их получить?       Алекс дёрнулась в раздражении от всего диалога. Нежные узоры, которые Кейт рисовала на её коже отвлекали, собственническое сжатие Тани на бёдрах подталкивало Алекс бросить вызов и всё это произошло из-за их наглости, заявившись в дом Чарли, продолжая держать Алекс в темноте, насчёт своих мотивов. — Ты хочешь. — Прошептала Кейт, касаясь губами челюсти Алекс.       Её голос привлёк больше внимания к прикосновениям. Кейт не просто выводила случайные узоры. Она обводила пальцами мышцы пресса, очертание рёбер и бедренных костей, изучая тело Алекс единственным доступным для неё способом. Потому что Кейт нуждалась в физическом контакте в разы больше, чем Алекс когда-либо сможет понять. — Чувства — не то, от чего можно просто отказаться. И, конечно, ты не сможешь отказаться от нас так просто. — Таня вернулась к игривому соблазнительному тону так просто, будто всё это просто игра. — Осталось только понять, ты придёшь к нам или мы к тебе.       Предупреждение было ясно для Алекс. И отсутствие выбора. Точнее говоря, крайний сомнительный выбор между добровольной и принудительной компанией, с которой Алекс могла бы очень легко смириться с минимальными потерями. Риск был только в их нестабильности относительно всего, что касалось Алекс. Для Йена, по большей части. — Хорошо. Тогда я приеду завтра.       Таня поймала подбородок Алекс, улыбнувшись своей победе. С любовной нежностью оставляя поцелуй на щеке, оставляя горящий след от ощущения её губ. — Тогда до завтра, moja drahá. — Ласково прошептала Таня, задерживаясь взглядом на губах Алекс, делая свои истинные желания слишком очевидными. — Ты совсем не то, чего мы ожидали от тебя. — Призналась Кейт, вынимая руку Алекс из-под её футболки, чтобы оголить плечо и оставить на нём поцелуй. — Вам пора. — Выдохнула Алекс, снова повторяя свою просьбу.       С печальной снисходительной улыбкой, Таня взяла свободную руку Алекс и поднесла к губам одновременно с Ириной. Их глаза не отрывались от Алекс, передавая какое-то обещание. Обречённость, от которой не сбежать.       Таня отстранилась первой, уступая сцену Ирине и позволяя Кейт ещё немного побыть на фоне. — Мне жаль, что наша первая встреча прошла так, как прошла.       Ирина прислонила руку Алекс к своему лицу, позволяя выдохнуть напряжение от напора Тани и Кейт. Увидеть, как они помогали друг другу в общении с Алекс и давали возможность сделать первый шаг в уединении, насколько оно было возможно. — Не о чём жалеть. — Попыталась отмахнуться Алекс, оттягивая руку, словно третью конечность. Ирина с лёгкостью отпустила её, робко улыбаясь. — Есть. Но пока я смогу справиться с этим в одиночестве. — Когда ты стала такой милой?       Улыбка Ирины стала смелее, но Алекс всё ещё пребывала в приятном удивлении. Это был резкий переворот всей личности Ирины. — Вообще-то я самая милая в нашей семье. — Прошептала Кейт с наигранной обидой, крадя внимание Алекс. — Но я с радостью уступлю это место тебе.       Кейт кокетливо наклонилась, обводя лицо Алекс пальцами, едва касаясь. Слишком близко к поцелую, в последний момент передумывая и целуя лоб на прощание.       Алекс не стала ждать дольше, возвращаясь в дом ещё до того, как Денали успели сойти с крыльца. Йен как раз заворачивал микшерный пульт в плёнку, всё остальное уже было собрано и даже постельное бельё, аккуратно сложенное, лежало на кресле рядом с диваном. — Я уже думал спасать тебя. — Полушутя усмехнулся Йен, не отрываясь от своей задачи. — Всё в порядке? — Нам надо поговорить.       Алекс улыбнулась про себя, не имея в виду ничего плохого. Но люди обычно пугались этих трёх слов. Большинство, но не Йен. Он просто кивнул, закрепляя защитную плёнку скотчем, готов выслушать всё, что скажет Алекс.       С тяжёлым вздохом, она откинула влажные волосы за плечи. Замечая, что Таня всё же порвала футболку Йена по швам, совсем немного. Почему-то это вызвало нежную улыбку. Хотя раньше её вызывала вдумчивость Йена, который достал для неё чистую рубашку и лифчик. Сейчас же это было простой обыденностью. — Ты всё ещё любишь меня так же, как несколько месяцев назад?       Йен замер. Медленно поворачиваясь к Алекс, будто на него только что вылили ведро холодной воды. — Я люблю тебя. — Это не то, о чём я спрашиваю.       Алекс села на диван, подзывая Йена к себе. Было бы гораздо проще просто передать все свои мысли и переживания ему, зная, что он будет пытаться понять и поймёт, в конце концов. Необходимость разговора раздражала. — Что произошло, пока меня не было?       Нежность Йена, попытка не задеть то, что могло причинит боль, ранило, особенно, видя его собственную боль, которая была для него не важна. Он взял руки Алекс в свои, разминая костяшки, успокаивая. Зная, что ей трудно говорить и как помочь.       Йен с самой первой встречи доказывал раз за разом, маленькими вдумчивыми жестами, готовностью сделать для Алекс иногда слишком многое и непоколебимым желанием лучшего для всех, кто по его мнению этого заслуживает, что достоин лучшего из того, что могла дать ему Алекс. И отдала всё, что смогла. С появлением Денали их маленький мир начал рушиться и Алекс отказалась полностью терять его из-за недомолвок и спутанных чувств.       Говорить о том, что проснулась от того, что Эдвард пялился на неё из угла комнаты было просто. Как и о его внезапном исчезновении. О том, почему ей нужно было уехать. Слова о раздражении на рассеянность Йена, который снова забыл свой телефон дома, текли так же просто и немного разрядили атмосферу смехом и лёгкими извинениями. Только когда разговор дошёл до Тани, Кейт и Ирины стало сложнее. — Ты… влюблена в одну из них? В Таню? — Нет. — Алекс скрестила ноги, подбирая правильные слова, успокоенная лёгкой улыбкой Йена. — Но я думаю, что мне будет очень просто влюбиться во всех них.       Йен замер в ошеломлённой тишине на несколько секунд. Ему была чужда идея полиамории, Алекс уже знала об этом. Он справился со свободными отношениями и установленными рамками, не принятыми в обществе, но это потребовало очень много объяснений от Алекс и обсуждений. — И ты хочешь закончить наши отношения, чтобы попробовать что-то с ними? — Ты любишь меня, Йен? — Всегда.       Алекс улыбнулась, сжимая его руку в своих. — Как своего любовника? — Страсть ушла, но так всегда происходит, когда ты остаёшься с одним человеком так долго. — Не только страсть. Но и романтика. — Йен замолк, а Алекс больше не могла смотреть в его глаза, на которых появились слёзы. Посмотрев наверх, она надеялась не выпустить своих. — Но я всё ещё люблю тебя. Просто не так. — Я всё ещё хочу поцеловать тебя.       Алекс рассмеялась, слабо и водянисто, обнимая его лицо. Его губы были солёными на вкус. Йен прижимал к себе Алекс, будто она собиралась исчезнуть, если он немного расслабится. — Мы никогда не видели будущего вместе. — Прошептала Алекс, причёсывая его волосы, всегда слишком быстро падающие обратно на его лицо. — И думаю, это момент, когда мы должны пойти разными путями. — Я не хочу этого.       Алекс снова поцеловала его, зная, что ни у одного из них нет большого выбора. Йен тоже это знал, но они могли держаться друг за друга ещё немного.

***

      Таня Денали мало, что знала о сожалении. Ошибки и боль были лишь необходимыми инструментами для получения опыта. Потери были неприятными, но Таня считала свою удачу хорошей, по-настоящему пережив это чувство только однажды в своей вечности. В остальном, Таня была довольна своей жизнью и решениями.       Но то, что Таня испытывала сейчас было очень похоже на это горькое послевкусие жалости. Не имея возможности сделать то, что искренне хотела, как и возможности закрыть глаза и представить ту, что сейчас хотела, пока где-то рядом бродил Эдвард.       Мальчик раздражал одним своим видом после трюка, который выкинул при Алекс. Поднимать интерес Тани, действительно было низким поступком, что ему доходчиво объяснила её девушка. Даже учитывая, что интерес был весьма поверхностным, Таня удивилась, как её вообще мог привлечь кто-то, кто не был Алекс.       Всё же закрыв глаза, Таня попыталась успокоить свои мечущиеся в огне мысли, так или иначе возвращающиеся к Алекс. На её глубоком, немного хриплом голосе. Глазах, цвета океана, тёмных, но всё равно сверкающих смиренным принятием, не подходящим для юной девушки. Худом лице, всегда носящее лёгкую сардоническую ухмылку. Тонком, хрупком теле, возвышающемся над ней. Непоколебимой уверенности и грациозности, с которой она двигалась и саркастичных шутках, приготовленных для любого поворота разговора.       Глаза Тани резко распахнулись, услышав приближающееся жужжание мотора мотоцикла, поняв, что её план отвлечения провалился. К её досаде, не только её клан ожидал прибытия Алекс. Облегчением было, что только Эммет и Элис проявили упрямство, убедив Таню позволить им поприветствовать Алекс в их доме. Они были детьми, едва понимающими важность того, кем была Алекс. Но Таня убедилась в том, что они знали о запрете прикосновения к ней. — Так рано? — Эммет появился внизу лестницы с вопросом, который действительно имел смысл.       Солнце только начинало свой восход, часы показывали шесть утра, когда люди только начинали покидать свои постели. Но Таня слишком хорошо помнила о том, что Алекс уезжала и предположила, что та решила исполнить своё обещание на последок. Девушка могла принизить любого мужчину своим благородством. К сожалению для неё, это означало, что было слишком просто предсказать её действия и вовремя исправить.       Кейт и Ирина подошли к Тане, ещё раз проверяя ту информацию, которую они согласились открыть Алекс. Ни одна из них не была довольна такой малой частью знаний о том, чем они были. Но как бы сильно они не желали открыть ей всё, обернуть Алекс в день их встречи и провести следующий век в отдалении, изучая друг друга, сначала им было необходимо влюбить в себя Алекс, полностью расположить её к себе, чтобы их связь обрела свою полную силу. Таня просто знала, что иначе нельзя, так же, как Кейт и Ирина. С той же простой, с которой знала, что Алекс суждено быть любимой ими.       Мотоцикл остановился, как и всё движение в доме. Одно сердцебиение, Алекс приехала одна, что беспрекословно радовало. Если бы Йен появился здесь, снова прикасаясь к Алекс с такой наглостью, Таня не стала бы волноваться о том, чтобы остановить Кейт или Ирину от его убийства. Тихого, разумеется.       То, как Эммет прислушивался к мягким шагам Алекс раздражало, но, зная, что это не продлиться долго, Таня решила смириться.       Ей нравилось думать, что обольщение Алекс — самая важная охота в её жизни. Требующая терпения, оправдывающая века ожидания, чтобы их семья снова стала полной. С Кармен и Элеазаром рядом, которые стали так же важны. Имя Саши было ироничным, но столько лет наблюдая за подтверждением существования чего-то такого абстрактного, как судьба, Таня восприняла его просто, как огромный знак, куда ей нужно смотреть, если вдруг она не смогла бы понять это в ту же секунду, как встретила взгляд Алекс.       Что не могло быть возможным.       Эсме уже начала спускаться, услышав звонок в дверь, но её остановила Кармен, почти так же собственнически относясь к Алекс. Таня с ухмылкой встретила её взгляд, одобряя. Это может быть дом Калленов, но Алекс принадлежала Денали. Эта принадлежность была слишком неустойчива, чтобы они рисковали хоть каким-нибудь излишним контактом с кем-то не из их семьи.       Секундная заминка дала Алекс возможность просто ворваться в дом. Таня ощутила прилив нежного юмора к её наглости. Начиная гадать, что могло настолько торопить Алекс, чтобы та проигнорировала простые нормы поведение, которые, насколько понимала Таня, не изменились.       Кейт гордо ухмыльнулась чему-то в своей голове, что, вероятно, вызвало шипение Эдварда с верхнего этажа и приглушённое ворчание. Ирина тихо посмеивалась, только больше веселя Кейт, которая сверкнула злым блеском глаз в сторону Тани.       Алекс поднялась в гостиную, немного шатаясь, принося с собой слабую, неприятную смесь запахов чужого пота, алкоголя и сигаретного дыма, учуяв которую Таня скривилась в отвращении. Её туманный взгляд осмотрел комнату, вызывая беспокойство в Тане о том, как Алекс вообще удалось добраться до их дома, если не могла даже смотреть прямо.       Ни Таня, ни Кейт, ни Ирина не рискнули приблизиться. Таня из-за того, что опасалась не сдержать гнев, из-за бесполезного риска, который Алекс навела сама на себя. Можно было только предположить, что Кейт и Ирина мыслили примерно в том же направлении.       Но даже в таком виде Алекс умудрилась успокоить её одним своим присутствием, подтверждением, что она жива и в безопасности. Неприятный запах почти выветрился за время её путешествия, оставляя только манящий, сладкий аромат, струящейся по венам крови, заполняющий комнату, умоляющий заменить её своим ядом. Сердце Алекс выстукивало ровный ритм, приманивая Таню ближе, взывая к тёмным уголкам её разума. К желаниям о потном теле, криках удовольствия и безумном сердцебиении, которое она остановит, как только они обе будут удовлетворены.       Этим желаниям пока не суждено было исполниться, но Таня могла восхититься красотой Алекс, решившей испытать её контроль совершенно новым способом. Волосы были короче, чем вчера, жёлтые пряди были выкрашены в светло-голубой. Её лицо было покрыто блёстками под глазами, словно слёзы застыли в изображении печального праздника. Вероятно, они были нанесены в начале весёлой ночи Алекс, из-за чего размазались по всему лицу, но не избавили от иллюзорности и без того эфирной красоты.       Длинный плащ струился вдоль её тела, никак не скрывая белые свободные брюки и очень маленький белый топ, больше напоминающий бра. Алекс оказалась более мускулистой, чем Таня ожидала, но всё же в её теле сохранилась мягкость женственности. Очерченные мышцы пачкали мелкие шрамы, что только возвысило ценность сокровища, которое по счастливой случайности досталось Тане.       Мифическая нимфа, хрупкое неземное существо, которое следует оберегать. Связь соединяющая их не означала мгновенную любовь, но смотря на Алекс сейчас, Таня чувствовала, как её сердце дёргается с чувством, которое ей ещё не было знакомо. С которым Таня была слишком готова познакомиться. — Уборная? — Прохрипела Алекс.