Дерьмо…

— Уборная? — Прохрипела Алекс, не в силах заботиться о том, каким беспорядком себя чувствовала.       В гостиной было не так много людей, но всё равно больше, чем рассчитывала Алекс. Её взгляд остановился на Элис, застывшей в растерянности на лестнице, рассматривая одежду Алекс. — Разве прилично так носить нижнее бельё? — Неуверенно спросила Элис, что действительно удивило Алекс. — Минутка плоского юмора. — Алекс отдёрнула плащ в сторону, демонстрируя отсутствие того, что могло смутить Элис, тут же спрятав глаза от стыда за себя, дрожа от немого смеха. Это не то, что она собиралась сказать.       Смех Эммета сотряс воздух. С трудом собирая себя обратно в свои руки, из-за непрекращающегося басистого гогота, Алекс откинула волосы с лица и пару раз откашлялась. Розали прижала лицо Эммета к своему плечу, заглушая звук, появившись из неоткуда. С весёлой улыбкой наблюдая за Алекс, будто обвиняя в том, что Эммет потерял контроль. Вина, которую Алекс была счастлива принять. — Я пьяна. Прошу прощения. — Не зная точно, к кому обращаться, Алекс смотрела в пол, ёрзая на месте, нуждаясь в том, чтобы опереться на что-то. — Могу я воспользоваться вашей уборной?       Алекс подняла глаза, как раз вовремя, чтобы заметить Кармен, осторожно разворачивающую её к двери у лестницы. Почему-то Алекс была готова полностью довериться всему, что скажет или сделает Кармен. При этом пытаясь не опираться на её прикосновения и выглядеть более собранной из-за неодобрительного взгляда, который не смогла смягчить сдержанная весёлая улыбка.       Но Алекс заметила несколько рядов шапочек выпускников над лестницей. Ужасную, угнетающую инсталляцию. Скривилась и поспешила к ванной, вспоминая где и с кем она находиться.       Её тело пыталось сжечь само себя, Алекс была в этом уверена. Поездка немного помогла, но вот она снова движется со скоростью улитки, а воздух вздумал душить её своей плотностью. Скинув с себя плащ, натирающий кожу словно наждачка, в нетерпении от возможности смыть всё, что прилипло к её лицу. Каблуки слишком громко стучали, раздражая чувствительный слух и Алекс снова приостановилась, снимая босоножки.       С плащом на предплечье и босоножками, болтающимися на пальцах другой руки, Алекс вошла в крошечную, тёмную комнатку, в которой было невозможно включить свет с первой попытки. Бросив вещи в случайное место и, с трудом нащупав выключатель, Алекс коротко поблагодарила того, кто установил здесь такой мягкий свет.       Выдохнув, Алекс позволила себе почувствовать истощение. Ледяная вода ощущалась чистым наслаждением на горящих руках. Она наклонилась, глотая воду из-под крана, будто от этого зависела её жизнь.       Брызнув немного воды себе на лицо, Алекс почувствовала немного облегчения. Облокотившись на широкую тумбу, в которой была установлена достаточно глубокая раковина, что бы в ней могла поместиться Алекс, если правильно согнётся.       Усмешка от этой мысли быстро пропала, когда Алекс встретила в зеркале свой взгляд. Размазанная косметика, лихорадочный румянец, растрепанные, теперь слипшиеся от воды, волосы. И всё же, несмотря на крушение, которым она выглядела, Алекс чувствовала только лень при мысли о необходимости привести себя в порядок.       Собрав волосы в пучок, отталкивая все протесты, влажными руками пригладила маленькие выбивающиеся прядки. Без лишних церемоний Алекс начала смывать косметику обычным мылом за неимением вариантов. Это должно быть новым видом пыток. Тушь только размазалась, помада оставила неприятный красный контур вокруг губ, создавая неприятную иллюзию припухлости. И ещё блёстки. Они были везде, на лице, в волосах, под ногтями. И кажется только распространялись с каждой новой попыткой Алекс смыть их. Правда, попытки было всего две, после которых Алекс сдалась.       Как только Алекс остановила поток воды, она услышала стук. Дверь уже была открыта, Ирина опиралась на косяк с невозмутимым видом осматривая результат её тяжких трудов. — Нужна помощь? — Нет, спасибо.       Ирина зашла в комнату, игнорируя слова Алекс, закрывая за собой дверь. В её руке была какая-то тряпка, которую она бросила рядом с раковиной и снова включила воду, доставая полотенце из ящика под раковиной. Когда Ирина повернулась обратно к ней, Алекс могла только продолжить растерянно наблюдать. — Оставлю тебя наедине с собой. — Пробормотала Алекс, проходя мимо Ирины к двери. Далеко она не смогла пройти, Ирина поймала её руку и подтолкнула обратно к тумбе. — Садись. — Приказала Ирина, смачивая полотенце водой.       Алекс остановилась для более развёрнутых объяснений, но Ирина могла предложить только молчаливое ожидание. Алекс закатила глаза от такой многословности, запрыгивая на тумбочку. Она сгорбилась, чтобы Ирина могла достать до её лица, полагаясь на свою способность правильно угадывать немые намерения. И Ирина действительно улыбнулась ей, мягко и нежно.       Алекс закрыла глаза под холодным направляющим прикосновением, так хорошо ощущавшимся на её щеке. Полотенце было тёплым, приятным контрастом и так мягко двигалось по её лицу. Её тело постепенно лишалось костей, оставляя только гудение удовлетворения. — Столько блёсток. — Выдохнула Ирина и Алекс улыбнулась, открыв глаза. — Мой друг их очень любит. — Что-то щёлкнуло в сердце Алекс в наблюдении за умиротворением Ирины. Что-то тёплое, не эгоистичное. Что-то, что делало Ирину бесконечно красивее. — Ты выглядишь гораздо лучше, чем пару дней назад.       Улыбка Ирины на секунду померкла, её рука сжала подбородок Алекс, но она быстро восстановила свою сосредоточенность, предпочитая смахивать снова выбившиеся прядки, обводя контур лица Алекс с особой осторожностью, так и не встречая её глаз. — По большей части, благодаря тебе. — Призналась Ирина.       Алекс могла спросить о её сожалении и боли. Могла спросить о том, что произошло и почему она занимала такое важное место в этой истории, зная, что получила бы ответ. Но как бы ей ни было интересно, это было не её дело. Поэтому Алекс просто улыбнулась, надеясь больше не увидеть Ирину такой разбитой. — Надеюсь, что я сделала что-то невероятное. — Твоего существования было достаточно.       Алекс усмехнулась игривой ухмылке Ирины, пропуская смысл слов мимо ушей. Больше удивлённая светящимся счастьем в золотых глазах, лишённые любой затянувшейся тени и уверенным флиртом, больше ожидаемом от Тани или Кейт. — Ты продолжаешь удивлять, Ирина. — Я постараюсь и дальше удивлять тебя.       Ирина отбросила полотенце в раковину, скользя руками по тумбе рядом с бёдрами Алекс. Прислоняясь телом к её ногам таким желаемом холодом. Дыхание застряло в груди от наслаждения ощущением, будто Ирина пыталась удержать её на месте. Их лица были в жалких миллиметрах и Алекс явно почувствовала влияние алкоголя. Её глаза скользнули к тонким, раскрывшимся губам Ирины, не способные сдвинуться. Образ Йена всплыл в сознании, как раздражающая трезвость.       Их носы едва соприкоснулись, чужое дыхание коснулось губ Алекс и она резко выпрямилась, отдаляясь. Упираясь рукой в грудь Ирины, останавливая её от погони. — Я не могу сказать нет. — Алекс удивилась глубине своего собственного голоса, но не показала этого. Слишком сосредоточенная на том, чтобы выдержать в миг потемневший взгляд Ирины. — Но это не будет иметь никакого значения для меня.       Глаза Ирины закатились за веки с глубоким вдохом. То, насколько ей сложно было просто остановить себя, должно было волновать, но Алекс показалось это забавным. И милым в каком-то странном свете, из-за чего появилось желание осторожно коснуться её щеки, от которого Алекс не смогла удержаться. Ирина последовала за прикосновением, ложась на плечо Алекс, опьяняя тем, как просто она таяла лишь от нескольких касаний. — Ты злодейка, Алекс. — Выдохнула Ирина. — Постараюсь поддерживать этот образ дальше.       Алекс ухмыльнулась ворчанию на иностранном языке, выключая воду. Ирина покачала головой, отстраняясь не смотря в её сторону. Ирина подошла к той тряпке, которую принесла, а Алекс занялась своим делом, возвращаясь к брошенным вещам.       В воздухе витала неловкость пробуждения рядом с незнакомым человеком. Решив, что это чувство неоправданно, Алекс отряхнулась от него, защёлкивая застёжки на босоножках. Она обернулась к зеркалу, коротко оценивая, насколько посвежевшей она выглядела. Взгляд Ирины, прожигал, не оставляя возможности быть незамеченным.       Алекс с любопытством наблюдала за её приближением, слегка разочарованная в том, что Ирина просто набросила ткань, оказавшуюся рубашкой, на её плечи. Послушно протягивая руки в рукава и растерянно наблюдая за тем, как Ирина застёгивала пуговицы.       Рубашка была велика и коротка для Алекс, но она не собиралась протестовать, подозревая, что Карлайл или Эдвард потеряют сознание, если она откажется надеть что-то сверху. И от ткани пахло Кейт. Это было хорошо, по какой-то причине.       Ирина закончила и наклонилась за плащом Алекс, раньше, чем она смогла сделать это сама. Навязчивая забота нервировала, но разговор об этом мог подождать. Пока Ирина отряхивала её плащ, Алекс быстро заправила рубашку в штаны и пошла в гостиную, к разговору, за которым приехала. Ирина следовала, едва касаясь поясницы, пытаясь играть в джентельмена, что должно было остановиться. — Она жива! — Крикнул Эммет, как только она ступила за порог ванной.       Алекс развела руки, будто это действительно было заслугой, делая маленький круг пальцами в воздухе. — Нам показалось, что Ирина может так долго раздумывать только над тем, где спрятать тело. — Заметила Розали. — Ну, о каком-то теле Ирина думала.       Розали явно ожидала подобного ответа и закатила глаза от ещё одного громкого смешка Эммета. Алекс решила, что они ей нравятся. По крайней мере, ей не хотелось закрыть уши, чтобы не слышать о чём они говорят. — Разве её можно винить?       С широкой зубастой улыбкой, Кейт наклонила к себе лицо Алекс, теперь ощутимо низко из-за каблуков. И подарила долгий приветственный поцелуй в щёку. Алекс хотела, чтобы он продлился дольше из-за прохлады, так прекрасно ощущаемой на снова разгорающейся коже. — Ты выглядишь гораздо лучше. — Задорно объявила Элис, подпрыгивая к Алекс. — У вас с Беллой одинаково ужасный вкус. Но ты же не будешь такой упрямой.       Алекс застыла, свободно проявляя отвращение к словам. Ей не хотелось быть рядом с Элис сейчас, не хотелось даже отвечать. — Вообще-то Белла училась у меня. Так что предлагаю тебе уйти и больше никогда не говорить со мной. Ради нас обеих. — Всем вам уже пора уйти. — Приказала Таня, встав между Алекс и Элис.       Розали и Эммет быстро ушли с коротким кивком и подмигиванием от Эммета. Кармен и Элеазар остались, видимо, с разрешения Тани, потому что в их сторону она даже не смотрела.       А вот за Элис оказалось больно наблюдать. Девочка выглядела растерянной, почти в слезах, массируя свой висок, будто не понимала, что сделала не так. Смотря на Таню, в поисках какой-то поддержки и, не получив её, убежала наверх. — Я же говорила. Само зло. — Прошептала Ирина в плечо Алекс, смелее обнимая её. — У меня было сложное детство. — Алекс состроила грустное, невинное личико, крутясь в руках Кейт и Ирины.       Алекс с маленьким поклоном вышла из их рук, гордясь вызванными улыбками. Но сделав всего один шаг, она врезалась в Таню за своей спиной, быстро оборачиваясь. — У тебя сегодня игривое настроение. — Прошептала Таня, осторожно проверяя границы, обнимая талию Алекс, прижимая к себе.       Мыча в согласии, даже если не до конца понимала смысл слов, Алекс упала на Таню, зарываясь лицом в её твёрдую шею. Наслаждаясь источаемым холодом, так хорошо ощущаемым на её лбу. — Ты такая холодная. — Выдохнула Алекс, прижимаясь ещё ближе.       Таня застыла, перестала дышать и, наверное, даже моргать. Только её рука слишком медленно двигалась по спине Алекс к волосам. Пучок, который собрала Алекс, распустился, чтобы Таня могла расчесать пальцами пряди. Время остановилось. Мир расплылся, оставив только их с Таней.       Пока Кейт не решила вмешаться, утаскивая Алекс к дивану. И почему-то это казалось чем-то совершенно нормальным. Таня осталась застывшей, смотря в пустоту, руки всё ещё повисли в воздухе и Алекс нравилось, что она была причиной этого. — Ты в порядке, querida? — Ласкающий слух испанский привлёк внимание Алекс к внезапному прикосновению Кармен к её лицу.       Давление чужих мыслей и воспоминаний заставило её нахмуриться и откинуть голову от Кармен на плечо Кейт. В который раз задаваясь вопросом, почему три женщины, которые не могут держать свои руки при себе, никогда не вызывали такой же реакции. — Да, не стоит волноваться. — О чём ты думала, когда садилась не трезвой за руль? Ты могла серьёзно пораниться. — Я… — Алекс была потеряна. Она понимала беспокойство Кармен, её неодобрение, но просто не знала, как на него реагировать. Не могла понять, почему вообще была в центре этого беспокойства. — Я знаю, как позаботиться о себе. Спасибо, но… Хватит.       Кармен грустно, натянуто улыбнулась, сжимая бедро Алекс, пока она пыталась не прятаться за Кейт. Кейт и не позволила бы этому произойти, учитывая, как она успокаивала Алекс мягкими прикосновениями и игрой с её волосами. Позволяла Кармен делать, что она хотела и подталкивала Алекс принять это. — Тебе что-нибудь нужно? Вода, еда? — Нет, спасибо. — Насколько ты пьяна? — Таня взяла руку Алекс по обыкновению, приходя в себя и отстраняя Кармен на второй план. — Слушайте, я полностью в своём уме. Просто потеряла некоторые запреты. Если я вас чем-то смутила, мне жаль. Я… — Оставайся на месте. — Прошипела Кейт, откидывая Алекс обратно на себя, едва позволив отстраниться.       Алекс усмехнулась, не видя смысла договаривать то, что собиралась сказать. Очевидно, они не хотели, чтобы их продолжали отталкивать. — Нам просто нужно было убедиться. — Ухмыльнулась Таня, сжимая руку Алекс, давая понять, что в ближайшее время её не отпустят. — Тебе не обязательно было приезжать так рано. — Если бы я не приехала сейчас, я бы не приехала вообще. У меня ещё есть планы на сегодня. — Посмотрев на часы, Алекс продолжала, не понимая, что будет делать всё это время. — Так что вам придётся терпеть мою компанию ближайшие пять часов.       Алекс посмотрела на Кармен, прищурившись на новое беспокойство на её лице. Ждала, осмелиться ли она высказать его. Кармен сжала губы, отворачиваясь к Элеазару. Качая головой, видя его весёлую ухмылку. — Мы бы хотели наслаждаться твоим обществом ещё дольше. — Плавно ответила Ирина, останавливаясь за спинкой дивана, нависая над Алекс. — Но, кажется, мы задолжали тебе некоторые ответы.       Алекс кивнула, устраиваясь удобнее. Кейт двигалась вместе с ней, подстраиваясь под нужды и комфорт, необходимые Алекс. Таня тоже сдвинулась, переплетая их пальцы на бедре Алекс, поднимая ноги на свои колени. Кармен и Элеазар по немой команде двинулись из комнаты вниз. Вероятно, из дома, что, опять же, не было странно.       Секунды молчания, ожидания, в которые Таня не отпускала её взгляда. Алекс молчала о том, как её голова склонилась, прислушиваясь к чему-то. И о раздражении на что-то. — Ты знаешь что-то о родственных душах? — Алекс дёрнулась от неожиданности, как самого вопроса, так и голоса Тани. — Конечно. — Ты веришь этим историям?       В глазах Тани был расчёт, заученные фразы той части, которую она хотела рассказать. Что-то щёлкнуло в общей картине их одержимости Алекс, но она не обратила внимания на эту часть своего сознания, закатывая глаза. — Я не хочу это слышать. — Ты хотела ответов. — Прорычала Таня, своим любимым жестом поворачивая лицо Алекс обратно к себе. — Но ты мне их не дашь. Ты расскажешь мне красивую историю, может быть даже отчасти правдивую, которая удовлетворит часть моего любопытства. Которое не так велико, если быть честной. И я не тот человек, которого может осчастливить сказка об истинной чистой любви с первого взгляда. — Тогда что ты хочешь услышать? — Правду. Но, как я понимаю, сейчас это не вариант. — Единственное подтверждение, которое дала Таня, дёрнувшиеся от гнева желваки и дикие глаза. — Так что давай начнём с того, что вы хотите от меня? — Иногда я не понимаю, как ты можешь быть такой холодной и тёплой одновременно.       Таня качала головой и Алекс ухмыльнулась её закрытым глазам, хоть и не до конца понимая, что она имела ввиду. — Годы практики.       Кейт усмехнулась, убирая волосы Алекс за спину. Касаясь губами челюсти, вдыхая аромат кожи.       Дом, подумала Алекс, замечая самодовольный взгляд Ирины. Тепло, доверие, знакомство. Так должен ощущаться дом. В этом не было смысла. Пока что. И Алекс убедилась в решении понять, откуда исходит это чувство. — Расскажи о себе.       Просьба Тани была тихой, глаза жадными и Алекс не могла отказать. Начиная с основ, возраст, город, в котором родилась, монолог перешёл в диалог. Любопытство каждой из них было приятно и Алекс свободно отвечала на любой поставленный вопрос. Было удивительно, как просто оказалось быть свободной рядом с ними. Смеяться и шутить, не сдерживая тёмного юмора, обычно отталкивающего людей.       Вопрос за вопросом сыпался о её работе, пытаясь разобраться в каждой детали, что было неудивительно. Известность, как Саши — то, с чего всё началось. Одно видео, одна песня, выложенная в интернет и на следующий день её имя знали все. Тогда казалось именно так. Через неделю Алекс уже была богата и точно знала, что делать с этими деньгами.       Полтора года спустя, ей удалось открыть несколько компаний, закрыть некоторые из них и сосредоточиться на том, что рассеивало её бесконечную скуку или приносило больше всего денег. В основном искусство; театр танца оказался лучшим вложением, которое могла сделать Алекс. Её музыка, её песни продолжали появляться и большинство знали её именно как певицу, но теперь это превратилось просто в рутинную работу. Любимую, но всё же не достойную такого большого интереса или внимания от окружающих. — Как много можно сделать за семнадцать лет? — Ты удивишься. — Улыбнулась Алекс, хотя Ирина уже звучало достаточно удивлённой.       Алекс часто встречалась с подобным среди старшего поколения, ещё не успевшего понять, насколько ускорился мир. Не понимающем, как можно делать одновременно несколько вещей так быстро, не проходя сложный путь, которому их научили верить. — Но ты так молода. Ты не должна нести такую ответственность.       Таня очертила лицо Алекс, возвращаясь к вырисовыванию узоров на бедре. Забавно, но Таня оказалась первой, кто подумал о том, через что приходиться проходить Алекс. Об огромных суммах, надеждах и любви миллионов, рисках, которые действительно не должен принимать на себя ребёнок.       Это никогда не было проблемой для Алекс, но забота Тани оставила трепет в её сердце. — Кто-то из нас на самом деле способен выбрать, какую ответственность нести?       Таня грустно улыбнулась, пытаясь невзначай спросить о величине её известности. Алекс честно ответила, что не знает. Люди узнают её на улицах, какое-то время охотились за любыми передвижениями по миру, но сейчас накал публичного интереса пошёл на спад. И пока не было ясно, как ситуация обернётся дальше.       Тема семьи не была приятной и слишком сложной, из-за чего Алекс дала лишь короткое изложение факта её наличия. Тема Йена заметно избегалась. И в конце концов, разговор легко перетёк в обмен мнениями о сложных вопросах и вкусах.       Первыми их разговор прервали Элеазар и Кармен, невинно интересуясь, как дела. Они вместе устроились на одном из кресел, слушая близкий к хвастовству об Алекс пересказ их разговора. Оставаться безразличной оказалось сложно, но не невозможно. — Твои родители, наверное, так гордятся тобой.       Несмотря на очарование Кармен, ей снова удалось задеть что-то болезненно неловкое в Алекс. К счастью, она давно научилась не отвечать на такого рода вопросы, а просто вежливо кивать. Элеазар увидел сквозь этот жест, но сохранил молчание.       Следующей в комнату ворвалась Белла в компании Элис, принося с собой нервную суетливую атмосферу. Она остановилась в центре комнаты, перекатываясь с носка на пятку, после неловкого приветствия. Проваливаясь в попытке смотреть на кого-либо из Денали дольше пяти секунд, вызывая сдержанную терпеливую улыбку Тани, которая позабавила Алекс. — Я… — Прорвался голос Беллы, когда Элис потянула её из комнаты. — Я хотела бы поговорить с тобой, Алекс. Наедине.       Последнее слово было явно адресовано Элис. И её протест был удивительно быстро заглушен Беллой, слегка чрезмерно агрессивно отталкивающую её от себя. Элис снова ушла, как побитый щенок, но сперва подарила долгий взгляд Алекс. Будто говоря исправить это, что бы это ни было.       Белла снова посмотрела на Алекс, быстро опуская глаза обратно в пол. Две ночи проведённые в одном из самых тоскливых мест всплыли в памяти Алекс. Две ночи, которые были даны Белле, чтобы начать разговор, но она решила начать его сейчас. В доме своего жениха, среди кузенов своего жениха.       Выдыхая в смирении, Алекс собралась встать, но Таня железной хваткой удержала её ноги на своих коленях. — Уверена, Белла не против, поговорить с тобой здесь. — Нагло улыбнулась Таня, прожигая взглядом бедную, и без того трясущуюся, Беллу.       Алекс почти начала спорить в пользу просьбы Беллы, но смогла вовремя остановить себя. Ожидая решения Беллы, которая никогда не была девочкой, не смеющей сказать и слова против, забыв о своей просьбе в момент. Алекс не знала, кто это сломленное, несчастное существо и не думала, что хотела узнать.       Расслабляясь в руках Кейт, Алекс подготовилась ко всему, что Белла хочет ей сказать.