Кровь (Blood)

— Я уже говорила это однажды и готова повторить ещё дюжину раз: единственное, что можно делать с такими людьми, это казнить их, — сказала Мардж, потягивая чай. Она сидела на диване в гостиной рядом с Дадли. В последние несколько дней она часто высказывала своё мнение о системе уголовного правосудия в Соединённом Королевстве. — Совершенно согласен, — сказал дядя Вернон, вставая с кресла. — Люди, которые вынесли им приговоры, должны быть ответственны за всё, что эти люди сделают после побега, — дядя Вернон и Мардж всегда во всём соглашались. Наблюдать за их спором было довольно страшно — они просто повторяли друг за другом одни и те же пункты и, казалось, чувствовали, что мир был бы намного лучше, если бы все остальные видели его так же, как они. Тётя Петуния сидела на подоконнике, потягивала чай и время от времени издавала одобрительные возгласы, пока брат с сестрой обсуждали смертную казнь, а её сын Дадли сидел на диване со своей тётей, не обращая внимания на разговор и поглощая печенье в сухомятку — про свой чай он уже благополучно забыл. — Конечно, ещё много кто за них ответственен, и они были виноваты задолго до всего этого, — сказала Мардж, подхватив слова брата. — Не только убийцы легко отделываются — создаётся ощущение, что в наши дни просто у каждого есть возможность безнаказанно продолжить свой отвратительный путь. Я готова поставить очень большую сумму на то, чтобы сказать, что если бы мы оставались верны нашим старым идеалам, нам не пришлось бы иметь дело с таким сбродом. А сейчас я могу только с уверенностью сказать, что все эти преступники, вероятно, начинали с малого, и наверняка тогда они получили лишь испытательный срок, а потом всё становилось хуже и хуже. Было время, когда людям отрубали руки за воровство. Верните этот закон, и, держу пари, вы увидите, как резко упадёт уровень преступности. — Совершенно верно, совершенно верно, — сказал дядя Вернон, протягивая руку, чтобы взять печенье с кофейного столика. — С собаками точно так же — большинство тех, кто с ними работает, скажет вам: собака не виновата, виноват владелец. Что говорят о Мардж её собаки, Гарри гадать было не нужно. Они все были злые. — Конечно, я не говорю, что ты виноват в этом, — она кивнула головой в сторону Гарри. Тот понадеялся, что они будут игнорировать его до конца дня. Не так давно они набросились на него за то, что он «пялился» на чай. В тот день Гарри хорошо научился сдерживаться и не закатывать глаза. Уже в пятый раз за время чаепития его приводили в пример. — Я видела тебя с этим мальчишкой, и ты отличный воспитатель, Вернон, но из всех правил, конечно, есть исключения. Время от времени не имеет значения, как их воспитываешь — иногда просто всё начинается с мусора, и ничто это уже не исправит. — Я понимаю, что ты имеешь в виду, — сказал дядя Вернон, свирепо глядя на Гарри. — Я с самого начала знал, что он гнилой. С ним всегда что-то не так. — Конечно, с такими родителями чего можно ожидать? Мальчик не будет сильно отличаться от своего отца, — ну, Гарри совершенно точно не был похож на Снейпа, так что что там насчёт его отца? — Я имею в виду, просто посмотри на нашего Дадли, — Дадли даже не поднял глаз при упоминании его имени. — Он уже на пути к тому, чтобы стать хорошим человеком, как и его отец. Нет, подумал Гарри, Дадли не так уж и далек от своего отца. Ему показалось забавным, что Мардж только что перешла от споров о воспитании к природным качествам, не видя в этом никаких противоречий. Интересно, что он получил от родителей? Кроме глаз, унаследованных от матери, лица и волос от отца, он не знал ничего, что мог бы им приписать. Он перечитал письмо накануне и попытался вспомнить, как его родители написали письмо и что они рассказали ему о себе. Он не мог вспомнить о них ничего, что напоминало бы ему о нем самом. Он пожалел, что не может воспользоваться волшебной палочкой, чтобы увидеть то, что увидел бы любой другой, кто прочтет это письмо, — истории о его родителях, а не о нежелательной беременности. Однако, как бы неловко и сердито ни звучало это письмо, оно помогало ему отвлечься от присутствия Мардж и ее оскорбительных слов. — Тебя в этой школе бьют тростью, мальчик? — вдруг спросила Мардж у Гарри. — Не то чтобы я ожидала, что это ему как-то поможет, это скорее вопрос принципа, — добавила она, обращаясь к брату. Гарри пришлось напомнить себе, что его школа — это школа Святого Брутаса, а не Хогвартс. Он взглянул на дядю Вернона, не зная, что ответить. Мужчина резко кивнул. — Да, — сказал он. — Все время. — Понятное дело, что бьют они тебя в пол силы, если ты всё ещё такой пылкий, — она повернулась к его дяде. — Ты должен написать в его школу, сказать, что разрешаешь применять по отношению к нему дополнительную силу. Наверное, Снейпу это понравится, подумал Гарри. На самом деле это вдруг напомнило ему о его разрешении и дало ему представление о том, как он мог бы его подписать. Но потом у него будут ужасные неприятности. — Вообще-то, — сказал он, и его сердцебиение сразу же участилось от опасности его идеи. — Это напомнило мне кое о чем, я сейчас вернусь, — и с этими словами он вышел из комнаты и побежал наверх. Он вынул листок о разрешении на поход в Хогсмид из-под расшатанной половицы в своей комнате и сбежал вниз по лестнице. Прежде чем вернуться в гостиную, он взял с кухни ручку. — Это разрешение на телесные наказания из школы свтого Брутаса, — сказал он, передавая бланк и ручку дяде. Дядя Вернон, конечно, прекрасно понимал, для чего нужен этот бланк, но он не собирался говорить об этом сестре, сидящей напротив, и не собирался отказываться от подписи. — У меня будут большие неприятности, если я не получу подписи, — добавил он. — Вам просто нужно подписать прямо здесь внизу, чтобы дать им разрешение использовать розги. — Не забудь сообщить им, что они могут применить к мальчику дополнительную силу, — снова сказала Мардж брату. Дядя Вернон смерил его убийственным взглядом, и на мгновение Гарри испугался, что он порвет бумагу, несмотря на присутствие Мардж, но затем он одарил Гарри мерзкой улыбкой и подписал бланк, прежде чем вернуть его обратно. — Ну, — сказал Гарри. — Я просто уберу его к своим школьными вещам и постараюсь держаться подальше от неприятностей в этом учебном году. Мардж фыркнула, как будто сомневалась, что Гарри так и сделает. — Петуния, дорогая, — сказал дядя Вернон, — почему бы тебе не показать Мардж свои тюльпаны? Я слышал, что им завидуют все соседи. Времени у него было немного, но много ему было и не нужно. Он взбежал наверх и снова сунул руку под расшатанную половицу и схватил письма, которые написал Рону и Гермионе. Букля выпорхнула из клетки, увидев конверты. — Вот, девочка, у меня нет времени, поэтому мне нужно, чтобы ты забрала их прямо сейчас. Букля ухнула и крепко схватила письма в когти вместе со свернутым листком разрешения. Гарри широко распахнул окно, и его снежная сова исчезла. Мгновение спустя тяжелые шаги за дверью его комнаты возвестили о приходе дяди Вернона. — Ты думаешь, что сможешь загнать меня в угол, мальчик? — прогремел дядя с порога. — Скоро ты увидишь, что я всегда выигрываю. Единственное место, куда пойдет твое разрешение, это в шредер. А теперь отдавай его. Гарри не знал, была ли улыбка на его лице вызвана нервами или осознанием того, что он уже победил. Но, уж точно не из-за того, что произойдет сейчас. — У меня его больше нет, ты опоздал. — Опоздал? — крикнул дядя, но тут его взгляд метнулся к открытому окну, а затем к пустой клетке Букли. Войдя в комнату, он хлопнул дверью. Все равно, это того стоит, — сказал себе Гарри, когда его желудок сжался, а на лбу выступил пот. Позже, если кто-то и заметил рану над его бровью или легкую хромоту, то ничего не сказал.

***

В течении нескольких дней по половине каналов показывали только это. У Дадли случались припадки каждый раз, когда какое-нибудь его шоу не выходило в эфир. Мардж сказала, что он очень настойчивый. Гарри подумал, что он ведет себя бесчувственно, но решил оставить это мнение при себе. Хотя это было не первое, из того, что попало в новости после побега заключенных, что Гарри мог приписать волшебству, и это уже было намного хуже. Во-первых, две семьи были найдены жестоко убитыми в своих домах, их соседи сообщили о странных огнях и шуме из дома. На следующий день в Лондоне на тротуаре был найден мертвый мужчина без какой-либо видимой причины смерти. Телекомментатор заметил, что он был одет достаточно эксцентрично. Но самое последнее событие было совсем на другом уровне. — Следователи по поджогам сначала изо всех сил пытались найти источник пламени, прорвавшегося через Лондонский музей науки, но теперь находят фрагменты мощного поджигательного устройства. Контртеррористическая организация опубликовала изображение с ближайшей камеры наблюдения за несколько мгновений до взрыва. Они подтвердили, что человек, пойманный на камеру, — не кто иной, как Александр Беккет, один из пяти ныне печально известных беглых заключенных, которые возглавили список особоразыскиваемых приступников, и поставили в тупик всю полицию в тупик. Дурсли, как и весь остальной маггловский мир, теперь думали, что сбежавшие заключенные были террористами, и Гарри полагал, что они были правы, но никто из них на самом деле не знал, с чем они имеют дело. Хотя если Дурсли и были обеспокоены тем, что несколько сотен человек были сожжены заживо, они не были склонны показывать это. В доме Дурслей все было как обычно, и, поскольку это был последний вечер Мардж, то должна была состояться небольшая вечеринка. Тетя Петуния весь день готовила ужин на кухне, и Гарри иногда вытаскивали из комнаты, чтобы он им помог. Когда Гарри не мыл посуду и не мешал содержимое кострюлей, он слушал радио в своей комнате, пытаясь разобраться в новостях, связанных с волшебным миром. — Мальчик, — крикнула его тетя, поднимаясь по лестнице. Гарри застонал, скатываясь с кровати. Он надеялся, что тете Петунии не нужно больше чистить картошку, он ненавидел чистить картошку. Гарри спустился по лестнице, радуясь, что дома сейчас только тетя Петуния. Дядя Вернон ушел на пару часов в офис, чтобы справиться с каким-то кризисом, а Мардж повела Дадли по магазинам, чтобы купить ему подарок. — Нарежь лук и будь аккуратнее, я хочу, чтобы он был одинакового размера, — сказала тетя, когда он вошел в кухню. Она могла быть такой же требовательной, как профессор Снейп со своими ингредиентами для зелий. Он нахмурился, вспомнив об этом человеке. — И следи за миксером, чтобы крем не стал слишком жестким. — Миксер стоял на стойке и жужжал на полной скорости. Гарри принялся за работу, надеясь как можно скорее сбежать из кухни, и некоторое время работал спокойно, пока тетя Петуния делала себе бутерброд на обед. — Они такие же как ты? — спросила она ни с того ни с сего. Гарри не нужно было переспрашивать, чтобы понять кого она имеет в виду. — Думаю, да, — сказал он. — Почему такие, как ты, не могут просто оставить в покое порядочных людей, почему они всегда создают проблемы? Нам было бы хорошо, если бы вас всех нашли в Средние века. — Гарри не был уверен, была ли она расстроена из-за людей, которые умерли, или она просто расстроилась, услышав о магии, вторгшейся в ее нормальный мир. — Во время охоты на ведьм никого не нашли, просто сожгли кучу таких, как ты, на костре, — он сделал ударение на словах «таких, как ты» точно так же, как тетя Петуния. Без сомнения, она хотела, чтобы Гарри сожгли на костре. — Кроме того, даже если бы они это сделали, это не помешало бы моей маме родиться волшебницой. Тетя Петуния бросила свой нож и бросилась к нему. — Не смей произносить это слово в моем доме, — прошипела тетя Петуния. На мгновение он напрягся, но больше не последовало ни слова. Однако он наругал себя за то, что чувствовал себя так. — Это какое же слово? — наконец произнес Гарри, поворачиваясь к ней и делая ударение на слове «какое». Она влепила ему пощечину, а потом они просто посмотрели друг на друга. — Волшебник, волшебник, волшебник, — взорвался он, крича на нее впервые на своей памяти. — Магия, фокус-покус, абра кадабра. Небо не падает, соседи не пялятся, мир не кончается, когда мы говорим о магии. Тетя Петуния сначала испугалась, когда Гарри вышел из себя, но потом ее охватила ярость. На мгновение Гарри испугался, что она схватит сковородку или, что еще хуже, нож. Он запоздало заметил, что все еще держал в руке поварской нож, когда кричал на нее. Но тут, словно из ниоткуда, взгляд его тети обратился к миксеру, все еще работавшему на полной скорости. — О-о-о! — воскликнула она. — Я же велела тебе следить за миксером, почему ты не можешь просто делать то, что тебе говорят, мерзкий мальчишка! — Она выключила машину и схватила миску, как будто их спора никогда и не было, как будто магия и ее сестра не были произнесены в одном предложении. При всей своей ненависти к воображению тетя Петуния очень хорошо умела притворяться, что проблем не существует, или, в данном случае, заменять одну проблему другой. — Ты масло хочешь сделать? — язвительно спросила она, соскребая содержимое миски в мусорное ведро. Она открыла дверцу холодильника и тут же захлопнула ее. Гарри все еще смотрел на нее, не зная, стоит ли притворяться, что их ссоры не было. — Вот, — сказала она, сунув ему в лицо пятифунтовую купюру. — Возьми это и сходи в магазин, купи еще сливок. Густые взбитые сливки, ни в коем случае не бери десяти процентные. И поторопись, мальчик, не вздумай испортить мне ужин. Гарри просто схватил деньги и вышел, радуясь, что его может быть вне дома. Он быстро зашагал по улице. Теперь, когда он успокоился, он испытал огромное облегчение от того, что так легко отделался, и ему повезло, что дяди в это время не было дома. И все же ему не следовало испытывать судьбу: чем скорее он вернется со сливками, тем скорее тетя забудет, что сердится на него. Гарри заметил его краем глаза в трех кварталах от Тисовой улицы. Кто-то пристально смотрел на него. Он обернулся, чтобы посмотреть, кто это, но там никого не было. Он огляделся на мгновение и потом продолжил свой путь. Всю дорогу пока он шел к магазину, ему казалось, что за ним кто-то наблюдает. Дважды он оборачивался на звук шагов, но никого не видел. Он почувствовал зуд между лопатками и ускорил шаг. Сейчас ему особенно хотелось, чтобы его волшебная палочка не лежала в шкафу под лестницей. Выйдя на главную улицу, Гарри обрадовался, что его окружают люди. Вокруг него суетились пешеходы, автомобилисты и странный велосипедист. Ощущение, что за ним следят, исчезло, и он просто стал наслаждаться тем, что находится в толпе. Войдя в магазин, Гарри прямиком направился к молочному отделу и уже через минуту стоял в очереди у прилавка. Девушка-кассирша искоса посмотрела на него, и Гарри не знал, то ли из-за его слишком большой одежды, на которой все еще оставалось несколько пятен от еды Дадли, то ли из-за отпечатка руки, который, вероятно, был на его щеке. Гарри просто смотрел на прилавок, пока она не пробила ему сливки. Направляясь к двери, он снова помчался быстрым шагом, как ни странно, ему хотелось поскорее вернуться на Тисовую улицу. Он покинул оживленную улицу слишком быстро и вернулся на пригородные улицы Литтл-Уингинга. Снова вернулось ощущение, что за ним наблюдают, и Гарри поймал себя на том, что постоянно оглядывается через плечо. — Ну-ну-ну, маленький Гарри Поттер, гуляет сам по себе, — раздался за его спиной хриплый голос. Гарри резко обернулся и выпрямился, когда увидел, кто это. Он выглядел слегка истощенным, и у него был немного дикий вид, но в его глазах был очень расчетливый взгляд, когда он смотрел на Гарри с хищным видом. — Интересно, что бы он подумал, если бы увидел тебя сейчас, ты выглядишь так, будто готов обмочиться. Что ж, я сделаю из тебя что-нибудь, теперь ты мой. Ты будешь первым в моей новой стае. И я догадываюсь, что он подумает об этом. Гарри не знал, кто такой «он», но он знал, кто этот человек перед ним. Фенрир Сивый, заключенный, о котором говорили в новостях, который охотился за детьми. Ну, он не мог заполучить Гарри. — Я не твой, — сказал он мужчине, и как бы он ни был зол, ему пришлось выдавить из себя эти слова. Он пытался скрыть, хоть и прекрасно понимал, что находится в ручье без весла. Мужчина улыбнулся ему и сделал шаг вперед. Гарри не был уверен, стоит ли ему попытаться убежать или, наоборот, драться, ни один из вариантов, казалось, не очень ему поможет. Он поднял кулаки, как люди, которых он видел по телевизору. — Ты даже палочку не достал, парень, — рассмеялся Сивый. — Или ты решил оставить её дома? — Я и твоей не вижу, — сказал Гарри, тяжело сглотнув. Человек был близко, может быть, ему удастся выхватить у него палочку. Хотя, может быть, если ему повезет, Сивый еще не добрался до палочки, и у него будет больше шансов убежать. Палочка внезапно оказалась в пальцах мужчины, и стала вращаться, пока глаза Гарри с тоской следили за ней, прежде чем она снова исчезла в рукаве. — Бывшему владельцу она больше не нужна, — сказал он со злой усмешкой. — Но она мне не понадобится, чтобы забрать тебя. — Он вдруг стал похож на зверя, готового к прыжку, и драка победила во внутреннем споре Гарри. Его рука метнулась вперед, коробка с кремом полетела в лицо мужчине, когда Гарри повернулся, чтобы бежать, но мужчина, кажется, прыгнул на него, отбросив коробку в сторону. Гарри увернулся и побежал к ближайшему дому, направляясь прямиком к боковым воротам. Он услышал смех Сивого, когда тот бросился в погоню, он звучал почти как вой. Гарри перепрыгнул через низкий забор и, обогнув дом, оказался на заднем дворе. Через мгновение он уже был у забора на заднем дворе, перепрыгивая и через него. То, что Гарри был вынужден играть в так много игр под названием «охота за Гарри», когда он был младше, очень ему пригодилось. Он очень хорошо знал задние дворы и переулки Литтл-Уингинга. Конечно, до Тисовой Улицы оставалось еще три квартала. Когда он бежал, прыгал и время от времени нырял через задние дворы Мэриголд-лейн, у Гарри сложилось впечатление, что Сивый позволил погоне продолжаться дольше, чем она должна была продолжаться. Все это время он чувствовал, что Сивый идет прямо за ним по пятам, и звуки, которые издавал этот человек, когда он кричал и кричал, создавали впечатление, что он крайне наслаждался этой погоней. Гарри добрался до конца квартала и, перейдя улицу, прибавил скорость. Он приближался к дому, где обереги должны были охранять его. И все же он знал, что слабеет, и что не сможет поддерживать такой темп. Вопрос был в том, сможет ли Сивый? Он перепрыгнул через забор на другой стороне улицы, нырнул под спортивный комплекс и перепрыгнул через наполовину сдувшийся детский бассейн. Он нырнул в соседний двор, когда его повалили на землю. Он тяжело приземлился, очки на его лице покосились, и он почувствовал, как грубые руки перевернули его и удержали. — По-моему, тут достаточно близко к твоим фантастическим опекунам. Они довольно неприятны, я пытался нанести тебе визит в течение некоторого времени. Как хорошо, что ты забрел в мою берлогу. Гарри попытался вырываться из его хватки, но мужчина нависал сверху и крепко держал его. Сивый схватился за его лицо, и Гарри почувствовал, как его длинные ногти впились в кожу. Он мог видеть каждый из его острых зубов, когда тот ухмылялся ему. Он выглядел воодушевленным. Гарри почувствовал, как все его существо восставало против ощущения человека, лежащего на нем. Он знал, что должен позвать на помощь, но не мог. В любом случае никто не мог ему помочь. — Этот ублюдок отнял у меня все, все, и теперь я получу то последнее, до чего ему есть дело. Но вот увидишь, мальчик, сейчас я действительно освобождаю тебя, и когда-нибудь ты поблагодаришь меня. А теперь, где бы мне тебя отметить? — Слезь с этого мальчишки, — крикнула женщина. Гарри не мог повернуть голову, чтобы посмотреть, но звук доносился как будто из дома, на заднем дворе которого он находился. Он услышал, как открылась раздвижная дверь. — Не подходите! — крикнул он так громко, как только мог, когда Сивый сжал его лицо. — Он опасен. — Я сказала, немедленно отвяжись от этого парня, — сказала женщина, проигнорировав предупреждение Гарри. Сивый ухмыльнулся Гарри, и рука, держащая его лицо, повернула его голову в сторону, чтобы Гарри мог посмотреть. Женщина была пожилой, лет шестидесяти, и держала в руках каминную кочергу. Она шла к ним. Другая рука Сивого поднялась, и в ней внезапно оказалась зажата палочка. — Давай повеселимся, — сказал он злобно. Гарри не хотелось видеть, что он собирается с ней сделать, но его голова все еще была прижата к земле и он не мог отвернуться. Он попытался схватить мужчину за руку, но не смог пошевелить ею, поэтому начал царапать его лицо, впиваясь в глаза. Сивый зарычал и ударил Гарри наотмашь. — Эй, — услышал он крик женщины. Следующее, что помнил Гарри, это как Сивый взвыл от злости и спрыгнул с Гарри. Женщина, казалось, замахнулась на него, и загнутый конец кочерги разорвал его руку, из которой теперь сочилась кровь. Теперь закричала женщина, когда Сивый набросился на нее. Гарри вскочил на ноги, в ужасе наблюдая за происходящим. Сивый был похож на дикого зверя, терзающего женщину, которая изо всех сил боролась с ним. Затем он заметил палочку; и кочерга, и палочка лежали в траве, от ярости забытые обоими их владельцами. Гарри быстро схватил палочку и выкрикнул «Петрификус Тоталус». Палочка, что очевидно, Гарри совсем не подходила. Тем не менее, это возымело часть желаемого эффекта, и Сивый встал с женщины. Он повернул голову к Гарри, зарычал, его лицо было покрыто чужой кровью. Гарри пожалел, что схватил волшебную палочку, а не кочергу. Гарри прыгнул за кочергой, а Сивый прыгнул за Гарри. Мужчина снова оказался на нем. Окровавленное лицо Сивого выглядело каким-то нечеловеческим. И Гарри зажал кочергу в обеих руках, чтобы удержать этого человека, скрежещущего зубами, подальше от себя. К сожалению, битва была проиграна. Сивый был довольно худым, но по меркам тринадцатилетнего подростка он весил достаточно, и Гарри требовалось совсем не малых усилий чтобы удерживать его лицо подальше от себя. Однако Сивый внезапно напрягся, и вокруг него посыпались разноцветные осколки керамики. Он зарычал, обернулся, забыв о Гарри, и повернулся лицом к источнику того, что ударило его по спине. Он повернулся как раз вовремя, чтобы получить удар в лицо. Садовый гном, отметил Гарри. Гарри попытался замахнуться кочергой на тело Сивого, пока тот на него не смотрел, но угол был не тот, и он даже необратил на Гарри внимания. Потом вдруг Сивого на нем уже не было, а там, где он только что был, приземлилась лопата садовника. Гарри вскочил, готовый к бою, но внезапно его отбросило в сторону, он ударился о столик во внутреннем дворике и с грохотом упал. Сивый снова взял волшебную палочка, играть ему расхотелось. Сивый резким движением опустил палочку и прорычал слова, которых Гарри не разобрал, и оказался этому рад, потому что он не очень хотел знать, как заставить чью-то грудь взорваться. Там, где стояла женщина с окровавленным лицом, уже готовая упасть, но готовая зашвырнуть в Сивого ещё что-то, теперь было просто кровавое месиво. Гарри мгновенно понял, что она мертва, а как иначе? Он на мгновение замешкался, вставая, и заметил довольный взгляд Сивого, когда тот осматривал свою резню. Почему она просто не осталась внутри и не позвонила в полицию? Если бы она только послушалась, то была бы еще жива, а Сивый, скорее всего, уже забрал бы Гарри. Гарри почувствовал, что его сейчас вырвет. — У вас все в порядке, мисс Адлер, — раздался из-за забора мужской голос. Сивый повернул палочку в ту сторону, откуда донесся голос. — Нет! — крикнул Гарри. Сивый посмотрел в его сторону. Гарри решил, что сделает ему одолжение если побежит в противоположном направлении. К счастью, именно там была Тисовая улица. Он был уже за забором, когда услышал, как Сивый решил оставить магла и преследовать Гарри. Гарри снова перепрыгивал через изгороди, нырял под кусты и бегал вокруг бассейнов. Однако на этот раз Сивый не играл с ним. Он быстро догонял его, и Гарри знал, что, когда догонит, погоня закончится. Гарри подошел к последнему дому в квартале, там был прямой перебег на другую сторону улицы, никаких препятствий, и вполне вероятно, что именно там Сивый снова поймает его. И все же Гарри продолжал бежать. Он выскочил на улицу как раз в тот момент, когда из-за угла на большой скорости вывернул черный «БМВ». Водитель ударил по тормозам, но Гарри знал, что сейчас его собьют. Он подпрыгнул, приземлившись на капот машины с резким ударом и перекатился на лобовое стекло. Водитель начал сигналить, и Гарри мельком заглянул внутрь, чтобы увидеть, что его сбил не кто иной, как дядя Вернон, у которого было совершенно красное лицо и, казалось, что он превращал воздух внутри машины в синий. Он оглянулся назад, Сивый остановился, когда Гарри сбили, и теперь выглядел так, будто думал, что погоня закончилась. Гарри подобрал под себя ногу и спрыгнул с капота. Он бежал, когда ударился о землю и повернул голову, чтобы посмотреть, что сделает Сивый. Сивый не стал обходить машину, он вскочил на капот и спрыгнул вслед за Гарри. Вскоре мужчина уже наступал ему на пятки, и Гарри, пробегая вдоль стены дома, опрокинул несколько мусорных баков. Толку от этого было мало, Сивый собирался его поймать. В этот момент Гарри начал задыхаться. Впереди он увидел лежащую в траве чьей-то лужайки крикетную биту. «Пора сражаться», — подумал он. Он прыгнул за битой, снова поднялся, повернулся лицом к Сивому, готовый замахнуться. Он услышал глухой удар и обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как падает Сивый. — Это была случайная магия? — спросил Гарри. Сивый, однако, вскочил в мгновение ока. Он поднял руку, и Гарри приготовил биту. Но для всего мира это выглядело так, словно Сивый упирался в невидимый барьер. Обереги, понял Гарри. Они добежали до того места, где они начинали действовать, и Сивый не мог пройти дальше. Мужчина взвыл от ярости. — А теперь беги домой, мальчик. Скоро ты будешь моим, — сказал Сивый. Он вытащил палочку, развернулся и с треском исчез. Вдалеке, в том направлении, где он оставил бедную мисс Адлер, он услышал этот треск ещё дважды. Гарри бросил биту и повернул к Тисовой улице.

***

— Ты помял мою машину, парень! — взревел дядя, когда Гарри вошел в дом. Вскоре мужчина прижал Гарри к стене. — Где мои сливки? — резко спросила тетя Петуния, увидев пустые руки Гарри. Хотя Гарри и знал, что ожидать этого нельзя, ему все же хотелось услышать что-нибудь вроде: «С тобой все в порядке?» «Что с твоим лицом?» или «Что это за человек преследовал тебя?» — За мной гнался человек, темный волшебник, — сказал он. — Не смей произносить это слово в моем доме, — крикнул дядя Вернон, в ответ ударив Гарри по лицу. Гарри сплюнул кровь, не заботясь о чистых полах своей тети. — Вы что, не понимаете? Сейчас это не имеет значения. Кто-то пытается похитить меня, или убить, или что-то в этом роде, и он убил женщину, которая встала у него на пути, — сердито сказал Гарри. — Эти люди? — спросила тетя Петуния. — Да, — ответил Гарри. — По крайней мере, один из них поддерживал парня, который убил моих родителей. — Убирайся из моего дома, — холодно сказал дядя Вернон. — Что? — спросил Гарри. — Я сказал, убирайся из моего дома. За тобой охотятся убийцы? Ты подвергаешь опасности мою семью. С меня более чем достаточно. Если за тобой охотятся убийцы, преследующие тебя по всему нашему району, то тебе пора уходить, скатертью дорожка. — Нет, — ответил Гарри. — Здесь обереги, он не может пройти. Мардж и Дадли выбрали именно этот момент, чтобы вернуться. — Что же он натворил? — спросила Мардж, наблюдая за происходящим. — За ним охотятся, — мрачно сказал дядя Вернон. — Наркоторговцы. Мардж ахнула, а Дадли просто растерялся. — Нас всех убьют. — сказала она. — Поэтому он и уезжает, — сказал дядя Вернон. — Конечно, — сказала Мардж. — Он должен немедленно уехать. — Тетя Петуния, — сказал он, глядя на нее. Он не знал, чего он ожидает, но это она приняла его. Петуния хмурилась, но она не смотрела на него, и помогать она не собиралась. — Отлично, — сказал Гарри. Он оттолкнул дядю Вернона и побежал наверх. — Дверь внизу, мальчик, — крикнул дядя, поднимаясь по лестнице. — Я забираю свои вещи, — отозвался Гарри. Он сорвал наволочку с подушки, открыл расшатанную половицу рядом с кроватью и запихнул туда все, что там хранил. Он спустился по лестнице, где его уже ждали Дурсли. Мардж как раз говорила им о том, что Гарри прогнил до мозга костей. Гарри перебил её, повернувшись лицом к дяде Вернону. — Я без этого не уйду, — сказал он. Дядя Вернон рассердился на его тон, но повернулся к шкафу под лестницей и отпер его. Гарри сунул палочку в карман, чувствуя себя с ней в руках намного увереннее. Он взял свой чемодан и потащил его к двери. Тетя Мардж открыла ему. Гарри вышел, почти ожидая, что на него нападут, как только он выйдет наружу, но это было глупо. Обереги, вроде как, действовали примерно на полтора квартала от дома. Он обернулся, не зная, что сказать или сделать, но дверь уже захлопнулась перед его носом. Глупо, подумал Гарри, сейчас чувствовать себя брошенным Дурслями. Не то чтобы они когда-либо заботились о нем. Но это не мешало ему чувствовать себя расстроенным из-за того, что его выгнали из дома. Что ему теперь делать, куда идти? Ни один из его друзей даже не был в городе, и он только подвергнет их опасности. Он должен был где-то прятаться, но у него почти не было денег, и уж точно не хватило бы, чтобы жить самостоятельно, пока не начнутся занятия в школе. Он подумал о том, чтобы попытаться связаться с Дамблдором или министерством, но что, если они попытаются заставить Дурслей забрать его обратно? Хотел ли он вернуться? Нет, это было еще хуже, чем чувствовать что они бросили его, подумал он. В любом случае так ему будет лучше. Они ему не нужны, он справится сам. Ему понадобятся деньги, так что придется пробираться в Косой переулок. Но как он туда доберется? Ему придется полететь, у него есть метла и плащ-невидимка, но что он будет делать со своим сундуком? Даже если бы он мог привязать его к своей метле, было бы ужасно опасно пытаться летать с ним, если использовать магию, чтобы облегчить его. Осмелится ли он? У него действительно будут неприятности, если его выгонят от Дурслей и из Хогвартса в один и день. Но разве побег от сумасшедшего темного мага не был хорошим оправданием? Но тут ему в голову пришла ужасная мысль: он колдовал, он использовал палочку Сивого. Это, однако, было совершенно точно оправдано. Он ни о чем не беспокоился. Кроме того, заклинание было настолько слабым, что министерство, вероятно, даже не уловило его. И все же, что делать с сундуком? Вдруг его осенила одна мысль. Вероника, подруга тети Петунии, жила дальше по улице, но Гарри знал, что она была в отпуске. Дом пустовал. Он мог бы оставить свой сундук в сарае на заднем дворе, а потом пойти в Косой переулок, чтобы взять деньги. Тогда он мог бы вернуться сюда на такси, забрать свой багаж и уехать куда угодно. Приняв решение, Гарри потащил свой чемодан вниз по улице и припарковал его в сарае на заднем дворе Вероники. Ему пришлось перелезть через забор и отпереть калитку с другой стороны. Застегнуть мантию так, чтобы она не развевалась во время полета, оказалось довольно трудно, но менее чем через пятнадцать минут он был уже в воздухе. Летать, когда ветер не бьет тебе в лицо было не так весело, но после того дня, что у него был, или, вернее, всех последних недель, было очень приятно наконец оторваться от земли. Гарри достал компас для метлы, который шел вместе с набором, подаренным ему Гермионой на день рождения. Теперь он знал общее направление на Лондон. До него было меньше пятитидесяти киллометров, а на Нимбусе этот путь будет действительно быстрым. Несколько часов спустя, когда Гарри начал сильно мерзнуть от долгого полета, он подумал, что упустил ключевой фактор. Найти Лондон и впрямь удалось быстро, он добрался туда меньше чем за двадцать минут. Однако найти вход в Косой переулок во всем Лондоне оказалось куда труднее. Тем более, что у него было большого опыта в навигации по Лондону. Солнце уже село, стало темнеть, и Гарри впал в отчаяние. Он уже собирался найти станцию метро и попытаться воссоздать свою первую поездку в Косой переулок с Хагридом, как вдруг заметил знакомый знак. Дырявый котел. Наконец-то он был на месте. Приземлившись, он слез с метлы, но мантию снимать не стал. Он вошел в паб. Денег, для того чтобы взять еды у него было достаточно, поэтому он решил согреться, прежде чем отправиться в банк. Он подошел к прилавку и позвал Тома, хозяина. Когда мужчина просто огляделся, Гарри понял, что он всё ещё невидим. Он стянул плащ с застенчивой улыбкой. — Простите, — сказал он. — Я… — Мистер Поттер, — шепотом воскликнул мужчина. — О, вы живы. — А почему я должен быть мертв? — так же шепотом спросил Гарри. — Потому что на вас напал Фенрир Сивый, а потом вы исчезли, — сказал мужчина. — Пойдемте, наденьте мантию, я провожу вас в столовую. Вас не должны видеть, они могут следить за вами. Пожилой мужчина проводил его в заднюю комнату. Гарри и не думал, что кто-нибудь знает о нападении. — Ну, я сбежал, — сказал Гарри. — И пришел сюда. — Ну, слава Мерлину, — сказал Том. Он провел Гарри в маленькую столовую и усадил его за стол. — Как насчет миски тушеного мяса, пока я свяжусь с министерством и скажу, чтобы они прекратили поиски. — Он взмахнул палочкой, и перед Гарри появилась дымящаяся миска. Пахло вкусно, и Гарри понял, что не ел с самого утра. — Звучит здорово, — сказал он. Он предпочел бы не связываться с Министерством, но если его ищут, то это неизбежно. Том ушел, и Гарри с минуту смотрел на его тушеное мясо, прежде чем приступить к еде. Оно было так же вкусно, как и казалось по запаху. Однако не прошло и пяти минут, как дверь распахнулась, и Гарри волосы дыбом встали. Через мгновение палочка уже была у него в руке, но он узнал первого вошедшего. У Гарри перехватило дыхание, когда он понял, что это был министр магии. Вслед за ним вошел человек в красном халате, а за ним — пожилой Том. — О, мистер Поттер, я так рад, что с вами все в порядке. Вы заставили нас поволноваться, — весело сказал министр. — Простите, — сказал Гарри, — я не знал, что вы знаете, что на меня напали. — О, конечно, мы знали. Использование магии несовершеннолетним возле дома Мальчика-Который-Выжил. С тем, что сейчас происходит. Конечно, мы послали кого-то на разведку. Мы предположили худщее, когда увидели мертвого магла, особенно когда соседи сообщили, что видели Фенрира Сивого, преследующего мальчика, похожего на тебя. Потом мы связались с твоими родственниками, и они сказали, что не видели тебя весь день. Ведь он даже не должен был знать, где вы живете. Нет, нет, мистер Поттер, мы действительно очень волновались. Как же вам удалось спастись? — Эта женщина спасла меня, — печально сказал Гарри. — Она была бы сейчас жива, если бы не вмешалась. Мне удалось добежать до оберегов после того, как он убил ее. — Она действительно спасла его. И Гарри действительно не знал почему. Как оказалось, Мардж была не единственной, кому Дурсли сказали, что он учится в школе Святого Брутоса. Большинство соседей слышали эти сплетни. И даже если она не слышала о последних слухах, Гарри в последнее время много разных слухов преследовало. Он давно привык быть изгоем в их городке. Может быть, она его не узнала. Несмотря на это, она спасла его, а о себе даже не подумала. Даже после того, как на нее напали, она продолжала сражаться. Гарри не стал бы спрашивать, на каком факультете она бы училась, будь она ведьмой. Без сомнения, она была бы грифиндоркой. Она была бы жива, если бы он побежал другим путем. — Какая трагедия, ты, должно быть, устал. Теперь, Гарри, я понимаю, почему ты решил, что тебе нужно попытаться связаться с волшебным миром, но давай отвезем тебя домой, — сказал он, как будто решил все проблемы Гарри. Гарри не думал, что встреча министра с Дурслями была хорошей идеей, и ещё Гарри не думал, что министра волнуют мертвые маглы. — Подождите, — сказал Гарри. — Я не могу вернуться. — Почему нет, парень, — буркнул министр. — Я уверен, что там ты будешь в безопасности. — Ну… — Гарри задумался. — Для них это небезопасно, — сказал Гарри. — Сивый сказал, что ждал, когда я выйду из дома. Что, если он увидит моего дядю по дороге на работу или тетю по дороге на рынок? Он может причинить им вред. Но если я буду здесь, он перестанет шататься вокруг дома Дурслей. — А здесь он будет в безопасности? — спросил Том. — Ну, конечно, он будет в безопасности, — весело сказал министр, внезапно просияв. — Я именно об этом постоянно и говорю людям. Министерство держит ситуацию под контролем. Косой переулок безопасен. Том, ты заглядывал в свою столовую? Там полно людей, потому что они знают, что Министерство защитит их. Это не старые времена с Сам-Знаешь-Кем, те люди это всего лишь пять человек, которых скоро поймают, попомните мои слова. Человек в красной мантии нахмурился, но возражать министру Магии не стал. Однако Том кивнул. — Сейчас, — сказал министр. — Дмитрий осмотрит твои раны. Сивый, конечно, заставила тебя попотеть. — Он ведь не укусил тебя? — в первый раз заговорил Дмитрий. — Сэр? — не понял Гарри. — Сивый ведь не укусил тебя? — спросил мужчина. — Нет, — покачал головой Гарри. — Он пытался, наверное, собирался укусить. Но все так, как я сказал. Эта женщина спасла меня. Он не был уверен, почему мужчина смотрел на него так серьезно, пока он отвечал. — Да, — сказал министр. — Ладно, я пойду, у меня много дел. С этими словами Фадж вышел. Дмитрий вытащил бутылку с каким-то зельем и щелкнул по ней палочкой. Часть зелья выплеснулась наружу и размазалась по лицу Гарри. Было не приятно, но его лицо вдруг стало ощущаться намного лучше. — Что-нибудь еще? — спросил мужчина. — Гм, у меня на руках царапины, — сказал Гарри, поднимая их. У него все болело от машины, но не было похоже, что он что-то сломал, и мракоборец смотрел на него очень серьезно, и Гарри просто хотел, чтобы все закончилось. С его руками мужчина поступил точно так же, и ушел ничего больше не сказав. — Хорошо, — сказал Том. — Почему бы тебе не доесть мясо, а я пока приготовлю твою комнату. Гарри принялся за ужин, наконец-то почувствовав, что может расслабиться. Дела налаживались. Он больше не был у Дурслей, и, похоже, он сможет остаться в Косом переуке до начала занятий, и можно будет спокойно делать уроки. При этой мысли Гарри застонал. Сундук он оставил в графстве Суррей. И ему очень не хотелось за ним возвращаться. Он встал. Нужно пойти сказать Тому, что у него есть кое-какие дела на Тисовой улице Но все же это было лучше, чем еще одна ночь с Дурслями. Хотя он бы вернулся и провел там остаток лета, если бы мог вернуть то, что случилось с мисс Адлер.

***

— Директор, мальчик Поттер… — начал профессор Северус Снейп, быстрым шагом входя в кабинет Альбуса Дамблдора. — В целости и сохранности, — спокойно ответил старик. — Или, по крайней мере, он не был серьезно ранен и не попал в плен. Однако остаток летних каникул он проведет в Косом переулке. — Что? — спросил Снейп, не садясь на место, на которое указал ему директор. — Похоже, сбежав от Фенрира Сивого, мистер Поттер направился в Косой переулок. Сам министр отправился к нему, чтобы убедиться, что с Гарри все в порядке. Так или иначе, в конце концов было решено оставить Гарри в «Дырявом котле». Похоже, Гарри убежден, что его присутствие на Тисовой улице поставит под угрозу его семью. — Мальчик должен быть под защитой, в Косом переулке он не будет в безопасности. — Увы, я умолял Корнелиуса изменить свое решение, но он был непреклонен. Я верю, что он хочет, чтобы Гарри был символом продолжающейся безопасности переулка. Конечно, есть несколько мракоборцев, охраняющих переулок, но я согласен, что там Гарри нуждается в бОльшой защите. Фенрир Сивый провел двадцать лет, скрываясь от министерства, прежде чем его схватили, и Беллатрисса Лестрейндж без колебаний убила бы Гарри на глазах у дюжины мракоборцев. Нет, я не смогу спать спокойно, пока Гарри снова не окажется за стенами Хогвартса. — А до тех пор? — спросил Северус. — А до тех пор я верю, что ты выполнишь свою клятву в полной мере, — уверенно сказал Альбус. Снейп застонал. — Тебя это раздражает после стольких лет? — спросил директор. — Меня раздражает Поттер, — только и сказал Снейп. — О твоих школьных обязаннастях можешь не беспокоиться, я куплю все, что тебе может понадобиться. — Мне еще понадобятся ингредиенты для оборотного зелья, — сказал Снейп, выходя из кабинета.