Благие намерения

Винтовка у Намджуна была оформлена по закону, хранилась согласно правилам, в закрытом шкафу в отдельной комнате подвала. По назначению ее использовать удавалось не часто, все таки Хосок был более в бизнесе, чем в криминале, и старался оставаться на светлой стороне. Максимум,что Джуну удавалось сделать- пострелять по колесам машин конкурентов, чтоб, так сказать, обозначить границы дозволенного. Обычно за ее сохранность он не беспокоился — оружием в их компании никто не интересовался. Но сейчас, сложив воедино облик Чимина, который приближался к облику призрака, и мрачно-напряженное лицо Хосока, пришел к выводу,что стоит ее проверить. Оставив двух воркующих голубков на диване, он отправился в подвал и даже не удивился, застав там Хоби, заряжающего магазин под завязку. —Что делать будем?— жалобно шепчет подошедший Сокджин,— Он в таком состоянии, что перестреляет всех! Намджун закусил щеку в задумчивости — Джин ведь был прав, а босс, при всей своей внешней сдержанности, в гневе был абсолютно неуправляем, уничтожая все на своем пути, за что и получил свое прозвище «Солнце», которым в лицо его, разумеется, никто не называл. Ему требуется еще пара секунд, чтоб решиться, и он запирает комнату со шкафом и Хосоком. Несколько минут все тихо, затем парни слышат жуткую ругань и удары в дверь, похоже, ногой. Хосок обещает им самые страшные муки, как только выйдет из заточения. —Его, наверное, только Чимин сможет успокоить.— вполголоса говорит Джун. Они поднимаются в гостиную -Тэхен с Чонгуком, похоже, даже не заметили, что остальные ушли, Чимин сидит напротив них в кресле, поджав губы. Ругань из подвала была слышна даже здесь. Чимин хмурится, ощущая на себе взгляды четырех пар глаз. —Даже если я смогу удержать его сегодня, он от своей идеи не откажется — говорит он со вздохом на молчаливый вопрос остальных. —Не думал, что скажу это, но Инсона надо спасать — обреченно выдает Тэхен. —Не знаю, поможет ли это,— тихо говорит Чимин,—но обычно он снимал на камеру меня… Если я ,например, напишу заявление в полицию, и к нему будут приложены эти записи?… Остальные переглядываются — идея не нравится, но других вариантов пока не предвидится, а Хосок внизу, судя по звукам, уже стал стрелять по дверному замку. Совместным обсуждением пришли к выводу, что «на дело» пойдут Тэхен, как знающий местоположение дома, Чонгук, как разбирающийся в компьютерах, и Сокджин в качестве водителя и прикрывающего тыл. Намджун с Чимином оставались дома, чтоб по возможности сдерживать Чона старшего. Намджуну эта идея не нравится больше всех. Как человек вдумчивый, он абсолютно уверен, что без предварительной подготовки проворачивать такую операцию глупо и опасно. Но Чонгука, если уж что-то засело в его голову, свернуть с пути тяжело, а если на его сторону встает Сокджин (что чаще всего и бывает),то и вовсе невозможно. Поэтому троица вскоре уезжает, Джун заваривает себе наикрепчайший кофе, а Чимин спускается в подвал, попытаться уговорить Хосока не уничтожать собственное жилище. В закрытый поселок, куда Тэхен ездил на день рождения сестры, в этот раз попадают без помех. По какому-то невероятному стечению обстоятельств в нем же живет отец Сокджина, охрана его узнает и пропускает. Дом Инсона погружен во тьму, на первый взгляд кажется, что вообще необитаем. Со всеми возможными предосторожностями они пробираются к задней двери — по словам Лиен, которой Тэ звонил по дороге, там самый слабенький замок — и вскоре оказываются внутри. Чимин говорил, что все записи Инсон хранит на своем ноутбуке в зашифрованных скрытых папках, поэтому Чонгук, завладев техникой, погружается в изучению содержимого ноута, а Тэ и Джин напряженно таращатся в темноту, прислушиваясь к своему сердцебиению и звукам вокруг. Они слышат как где-то вдалеке визжит автосигнализация, лают псы, как чертыхается Чонгук, и все равно пропускают момент, когда в комнате их становится четверо. Яркий свет озаряет комнату, служившую, судя по внутреннему убранству, и кабинетом и местом для развлечений. Сам хозяин дома, похоже, визитом не удивлен, поскольку держит в руке беретту, пока еще направленную на пол. —А я то все гадал, кто под меня копает, —тянет он противным елейным голоском, глядя на Тэхена, стоящего к нему ближе всех. Его взгляд перемещается дальше, на Джина, и лицо удивленно вытягивается. Затем он видит Чонгука, который еще в машине снял маску, чтоб не мешалась. Ехидная улыбочка исчезает с лица Инсона, и он направляет беретту на Сокджина, видимо посчитав его самым опасным. —За взлом и проникновение я вас всех посажу, — злорадно вещает он, - наряд уже едет! —Это разумное решение, что ты вызвал полицию заранее. — кивает Чонгук. —Тебя на ринге по голове часто били? —Бывало. Но полиция нужна прежде всего для тебя. Помнишь Чимина? —Вы доказать ничего не сможете! —выплевывает тот, — Мало ли куда совала нос эта шлюха, что ей конечности укоротили! —Не суди сам да не судим будешь. — глубокомысленно изрекает Джин, заставляя всех перевести взгляд на себя. —И не понадобится доказывать,—продолжает Гук, — но так уж вышло, что мой брат влюблен в Чимина, а мой брат, если ты не в курсе, Чон Хосок. —Ч-Чон Хосок? — заикаясь, повторяет Инсон. Рука с пистолетом опускается вниз и заметно дрожит. Впрочем, как и он сам. Повисает напряженная тишина, нарушаемая только их дыханием и воем полицейских сирен. Джин кивает парням, и они, обойдя Инсона, замершего статуей, покидают дом тем же путем, что и пришли, вскоре выезжая из поселка на скорости, которой бы сам Доминик Торетто позавидовал. На обратном пути все расстроено молчат — миссия провалена.