Сломленные

Черной нерушимой колонной Снейп буквально плывет по длинным школьным коридорам Хогвартса в кабинет директора. О пропаже Гарри Поттера шептались на каждом углу, верная герою парочка не успевала отбиваться от настойчивых вопросов, неустанно повторяя, что он наверняка вернется. Однако, Северус видел… Считывая на растерянных лицах страх, неверие и зарождающуюся панику. Поттер никогда не шел на какие бы то ни было приключение, не предупредив никого. Сейчас же — он просто исчез. Исчез из гостиной Гриффиндора, исчез из Хогвартса и, как профессор выяснит спустя несколько минут, исчез из Магической Британии, не оставив и следа. Дом мальчишки на Гриммо был запрятан древнейшим родовым заклинанием и закрыт для любых посетителей. Сам Дамблдор, со своими связями, многочисленными друзьями и Орденом Феникса, не смог пробраться в поместье Поттеров, дабы найти хоть какую-нибудь мало-мальскую зацепку. Гоблины разводили руками, все время повторяя, что ничего не знают — врали. Именно эти существа и обладали необходимой всему Магическому сообществу информацией. Однако, пытаться выудить её у них дело абсолютно провальное. Эти твари даже под крициатусом не расскажут известных им сведений. Древняя магия не позволит. А уже через неделю весь Маг. мир был в курсе пропажи Мальчика-который-выжил. Об этом трепались за каждым столбом, это вставляли в заметки под каждой колдографией. Все газеты пестрили вызывающими заголовками: «Гарри Поттер пропал», «Герой Магической Британии исчез из самой охраняемой школы», «Гарри Поттер — новый Темный лорд?» и прочие, порой даже совершенно абсурдные. Репортеры кидались из крайности в крайность выдвигая наиглупейшие теории об исчезновении несносного мальчишки, начиная от смерти подростка и заканчивая какими-то только им самим понятным заговорам. Стараниями Директора Дамблдора в маггловском мире тоже организовали поиски мальчишки. Малюсенький Литтл-Уинг сыщики разобрали буквально по камешкам. Весь Лондон был обклеен фотографиями чертового Поттера. Снейп практически уверен, что это очередной выпад неугомонного мальчишки. Новый способ привлечь к себе внимание. Однако, ему явно кто-то помог, Поттеру бы ума не хватило… Гоблины, не иначе. Те умеют запрятать человека, если им отвалить целое состояние. У Поттера оно было. Не мало проблем доставлял и его крестник — Драко Малфой. По какой-то причине мальчишка, после исчезновения несносного Поттера сильно изменился. В первые дни это было не особо заметно всему его окружению, кроме, разве что, самого Северуса. Тот считывал парня слишком быстро. Возможно, потому что был блестящим легилиментом, а может быть и потому, что знал Драко с самого его рождения. Малфой буквально ежеминутно искал его, Поттера, глазами в толпе, выглядывал за гриффиндорским столом. Но не находил. А когда школа уже в открытую загудела о пропаже драгоценного героя, а газеты атаковали своими заголовками мысли всех магов, Малфой младший, кажется, окончательно тронулся. Его кожа, благородного белого оттенка, приобрела серый подтон; блондин практически перестал питаться, зарывшись в ворох старинных свитков, книг и фолиантов; его лицо сильно осунулось, а глаза глубоко провались — и все это за каких-то жалких пару недель. Он был зависим. Зависим от Поттера. Что удивительно, Снейп не мог найти этому причину. Люциус беспокоился о сыне, предпринимал попытки разговорить его, но результата это не дало ровно никакого. Переходя на крайние меры Малфой даже забрал сына домой на неопределенный срок, в связи с болезнью, разумеется. Не зачем школе знать об истинных причинах отсутствия отпрыска древнейшего рода. — Он был очень растерян, напуган и зол, — поясняет Люциус Снейпу, когда они оказываются в Малфой-мэноре. — Но всё это каким-то образом связано с Поттером. Я провел все известные мне диагностические ритуалы, но так и не выяснил почему мой сын, мой единственный наследник, так зациклен на этом жалком полукровке. — со злостью он швыряет стакан с огневиски о стену. Тот разлетается на десятки осколков оставляя некрасивый темный след на рубиновой стене. — Северус, ты должен мне помочь, — в голосе отчаянная мольба. Снейп же мрачнеет. Хмурится, сильнее прорезается морщинка на лбу. Под грохот тяжелых мыслей он сортирует все известные ему рецепты зелий и заклятий, решая начать с банальной легилименции. Её Люциус точно не применял, наверняка, боясь повредить рассудок сына еще больше. И когда в тот же вечер он порылся в воспоминаниях крестника, то пазл в голове сложился. Драко, конечно, выглядит шокированным, испуганным. Не может отвести взгляда от Северуса. Подросток ждет с нетерпением, почти что с предвкушением облегчения, что сейчас зельевар уйдет, поймет, какой он ублюдок. Просто развернется на каблуках и хлопнет тяжелой дверью, даже не удостоив подростка взглядом. Так и происходит. Взмахнув полами черной мантии Снейп покидает комнату крестника, оставляя того наедине со своими мыслями. Северусу отвратительно мерзко. Хочется стереть себе память и вернуть время на несколько минут назад, чтобы он даже не зашел к нему в комнату. Хочется все также продолжать считать Поттера глупым мальчишкой с шилом в заднице; хочется продолжать винить подростка в поднявшемся шуме и репортерах, облепивших все здание Хогвартса; хочется думать о нем как о бестолковом мальчишке; хочется все так же видеть в нем своего школьного обидчика — Джеймса… Но теперь не выходит… Снейп терпеть не может насилие, особенно он презирает насильников. И от одной мысли, что мальчишка, которого он знал с пеленок вырос в… в ебучего насильника, не способного усмирить собственную похоть... Снейпу становится дурно. Резко открыв дверь в кабинет Люциуса, зельевар прямиком проходит к камину, холодно прочеканив: — Драко изнасиловал Поттера и бросил. А потом он пропал и знаешь, если бы на месте мальчишки был я, то убил бы твоего сына самым изощренным и болезненным проклятием, — он даже не смотрит на Малфоя. Чувствует, как злость клокочет внутри. — Уйдешь? — спрашивает одними губами, практически беззвучно. — Ему я помогать не буду. Пусть радуется, что избежал наказания и… — он все же взглянул на старого друга: — И отдохни, ужасно выглядишь. Хлопок. И Люциус остался наедине с отпитой бутылкой огневиски.

***

После видения Элис, у Эдварда внутри все словно бы перевернулось. Семьей они сбились вместе, наблюдая за приближением вампиров. Тех, которые охотятся в их городе, убивая людей и знатно усложняя им, Калленам, жизнь. Он уже готовился к худшему, перебирая мысленно варианты, как безопасно увести отсюда Поттера. — Бесполезно, я чую его через все поле, — прокомментировала Розали действия Эдварда, когда тот растрепал Гарри волосы, убрав в сторону кепку. Подросток замер тогда где-то на пару секунд, взвешивая что-то в голове, а затем, кивнув собственным мыслям, прошептал что-то на латыни и воздух вокруг них наполнился ароматом хвойного леса, свежести и собирающегося дождя. — Думаю, мячик ваш, — высокий темнокожий вампир. Босой, как и все трое, внимательно осмотрел взглядом каждого члена вампирского семейства. — Спасибо, — Карлайл смотрел прямо перед собой, так же тщательно изучая незнакомцев. — Я Лоран, а это Виктория, — он легко кивнул в левую сторону, не отводя взгляд от глаз Карлайла, в сторону яркой рыжеволосой женщины со стальным блеском в алых глазах. Она кивнул в знак приветствия и мужчина продолжил: — И Джеймс, — от этого вампира исходила опасность. Читая его мысли, Эдвард еще ближе придвинул к себе подростка, готовый в любой момент сорваться. — Я Карлайл, а это моя семья. — Привет. — Вы тут недавно охотились и это осложнило нам жизнь. — Извините нас, — наконец-таки смена эмоций на лице темнокожего. Его брови чуть приподнялись, и он действительно был искренен в своих словах: — Мы не знали, что территория занята. — Да. Мы здесь поселились неподалеку, рядом, — продолжал беседу Карлайл, пытаясь выглядеть непринужденно. У него отлично получается. — Вот как, — вампир, растягивая слова, посмотрел на Джеймса, вероятно, оценивая его реакцию, но блондин продолжал упорно вглядываться в глаза Эдварда, когда тот считывал каждую его мысль, не упуская ничего. — Мы просто шли мимо. — Люди нас облажили, но мы увели их на восток, — подала голос Виктория, очевидно очень довольная собой. — Береги себя. — Прекрасно. — Итак, примите троих игроков? — интересуется Лоран, улыбаясь белоснежными зубами. Элис и Розали бросили осторожны взгляды на Карлайла. Эдвард погладил Гарри по плечу, потому что тот был слишком напряжён, искоса наблюдая за незваной троицей. От неожиданного прикосновения он слегка вздрогнул и перевел взгляд на Каллена, вглядываясь в правильные черты лица и тут же глубоко вдохнул, попытавшись успокоиться. — Бросьте, всего одна игра. — Конечно, почему нет. Подмените тех, кто собрался уехать, — Карлайл бросил быстрый взгляд на Эдварда, заметив его утвердительный кивок. — Подавайте. — У меня коварный бросок, — предупредила Виктория, перехватив мяч. — Я думаю, мы справимся. Эдвард все же слышал беспокойство в мыслях семьи, пока каждый уходил на свое место в игровом поле и чувствовал прожигающий взгляд Джеймса, что тщательно втягивал носом воздух, прежде чем развернутся наконец. — Посмотрим, — небрежно бросил он, устремляя на дальнюю позицию. — Пошли, — Эдвард подталкивал Гарри в спину, стремясь поскорее усадить того в машину и увезти в безопасное место. Открыв переднюю дверцу автомобиля, Каллен быстрым движение пристегнул подростка, усаживаясь рядом и вдавливая педаль газа в пол, сжимая руками руль. — Эдвард, все хорошо, — пытался успокоить его подросток. — Ты не представляешь, что было у него в голове! — воскликнул Каллен, разворачиваясь к Поттеру. — Да, не представляю, но сейчас уже все в порядке, — продолжает Гарри, переведя взгляд в сменяющийся за окном пейзаж: — Он догадывался… Джеймс. — Что? — Ну… Что я не такой как вы. — Джеймс — ищейка, — вампир поворачивает прямо к дому Гарри, продолжая разъяснение: — У него острое чутье и он действительно о чем-то таком догадывался. Я слышал это в его мыслях: он ощущает, что ты отличаешься, но человеческий запах не почувствовал. Кстати, что ты сделал, чтобы убрать свой запах? — О-о, это, — Поттер слегка смущается, запуская руку в лохматые волосы: — Мы учили это заклинание еще на втором или третьем курсе и, честно говоря, я думал, что оно никогда мне не понадобится, — он слегка смеется, прикрыв ладонью рот. — В нашем мире есть вампиры, но они встречаются крайне редко. Я вообще удивлен, что вспомнил это заклинание! — восторгается подросток. — Нет, ну правда, я не то чтобы хорош в учебе. Это скорее бы Гермиона вспомнила, она у нас любительница дополнительных знаний и прочего, но видишь, её сейчас нет, а я… — в конце фразу Гарри как-то резко сникает, все больше погружаясь в собственные мысли. — Да, если бы она была здесь, то вспомнила бы это заклятие гораздо раньше. Эдвард останавливается возле небольшого домика, окруженного весенней зеленью и внимательно рассматривает подростка, который уткнулся взглядом в собственные руки, очевидно, глубоко о чем-то задумавшись. Наверняка ведь у него были друзья, были родные и близкие, и расставание с ними дается ему тяжело. Это тяжело. Когда ничем не можешь помочь и унять тоску. — Расскажи еще что-нибудь про тот мир, — предпринимает вампир попытку перевести разговор в другое русло. — Ох, ну знаешь, — Гарри сразу как-то веселеет. — Я ведь сам живу там не так уж долго, — смеется: — Узнал про существование Магической Британии только в одиннадцать, когда поступал на первый курс, — поясняет, развернувшись корпусом к Эдварду. — Он значительно отличается от этого мира. Знаешь, там есть гоблины, русалки, огромные пауки и еще куча всяких существ. Еще там есть летающие метлы и машины, шары-напоминалки, кричащие мандрагоры и живой плющ… О, и еще у меня есть, вернее был, плащ-невидимка — подарок отца, кажется, я оставил его на Гриммо, — снова Поттер сник. — Я вообще многое там оставил… Кажется… Чувствуя, что Гарри вновь начинает копаться в себе, Каллен спрашивает его о жизни до того, как он узнал, что волшебник. Поттер как-то истерически хихикнул: — Ну, знаешь, — почесал затылок. — Мои родственники меня не то чтобы не любили — я бы сказал, что они меня ненавидели. — и все. Кажется, внутри у Каллена что-то разорвалось, — У меня не было своей комнаты, или даже кровати. Я как бы… Ну, знаешь, я жил в чулане. Под лестницей. Там был матрас и небольшая тумбочка, где лежали мои очки и книги. У меня было довольно много обязанностей по дому: я готовил еду, убирался и занимался садом. Поэтому практически не было времени на учебу из-за чего я довольно слабо учился в обычной школе, меня даже хотели исключить, представляешь. Еще до того, как я узнал, что я волшебник, меня часто наказывали, ну, запирали или морили голодом. А прямо перед моим одиннадцатилетием Вернон обещал лишить меня еды на целую неделю и, наверное, так бы и было, но мне пришло письмо из Хогвартса. И еще... — Боже мой, Гарри, — не выдержал Эдвард, поддавшись вперед, заключив Поттера в объятия. — Прости… Прости, я ведь не знал. Я ведь… — внутри все разрывается от злости и несправедливости. — Гарри… — снова начинает Каллен через пару минут, когда смог наконец утихомирить внутреннюю бурю, но парень не дает ему закончить. Поттер подается вперед, обхватывая Эдварда руками и утыкаясь носом в его плечо. Он никогда так прежде не делал. И вампир отвечает ему. Обнимает так нежно, аккуратно и успокаивающе, как только может. — Я оставил это в прошлом, — шепчет Поттер. — Эта тема уже не так болезненна, тем более, я сейчас здесь, с тобой. У меня есть дом и собственная одежда, а о еде ты позаботишься, — заключает он, чуть смеясь.