Сломленные

— Ужасно выглядишь, — констатировал Эдвард, подойдя в плотную к кровати. Гарри поглубже укутался в одеяло, коротко кивнув. Он безотрывно смотрел на Каллена, отмечая, что тот тоже выглядит так себе. — Я подумал, что тебе было бы лучше немного прогуляться, — Эдвард усаживается на край кровати и оттягивает угол одеяла с лица гриффиндорца. — Я хочу побыть один, — ежится и разворачивается к стенке. Гарри чувствует, как Эдвард переместил руку на его плечо, слегка сжав, поглаживая большим пальцем. — Ты из-за чего-то на меня обижен? Поттер пожимает плечами и глубоко выдыхает, оставаясь на том же месте. Разве что, коленки подтянул к груди. Затылком он чувствует тяжелый взгляд янтарных глаз и прислушивается к собственному дыханию. — Ведешь себя, как девчонка, — холодно замечает Эдвард. У Гарри в животе похолодело, но он не подал виду, тяжело вдохнув. — Послушай, у меня столько проблем, — неожиданно мягко продолжает Каллен: — Поэтому я имею право злиться, но… Я ведь извинился, так в чем проблема? Эдвард запустил руку Гарри в волосы, легко поглаживая. «Я должен помнить, что он ведет себя так неосознанно, — думает гриффиндорец: — Это всё заклятие», — уговаривает он себя. — Я просто хочу побыть один. — Отлично, Гарри, — Каллен отдернул руку и гриффиндорец почувствовал, как промялся матрас, когда Эдвард встал. — Такими темпами, мы оба скоро сдохнем. Ох, нет прости, я забыл, — притворно-раскаявшийся тон. — Умру только я, так что можешь не беспокоиться. Сжав руки в кулак, Гарри резко сел на постели, уставившись на Эдварда: — Хорошо, что ты предлагаешь? — Ты мог бы больше времени уделять мне, для начала, — ядовито замечает Каллен. — Отлично, начнем прямо сейчас, — холодно отвечает Гарри, встречаясь с задумчивым взглядом Эдварда. Вампир молчал долгих пару минут, в упор смотря на волшебника, прежде чем сказал: — Собирайся. Жду тебя в машине. Спросить, что он задумал, Гарри не успел, потому что Эдвард на сверхскорости спрыгнул с террасы. Юноша рухнул обратно на кровать и накрыл лицо подушкой, закричав. Ситуация явно складывалась не лучшим образом. Гарри попытался себя успокоить тем, что это всё ещё его Эдвард. Просто…сейчас он немного не в себе. Через минуту он поднялся, быстро переодел футболку и выскользнул из комнаты. В коридоре наткнулся на Снейпа, тот проводил его тяжелым взглядом, но ничего не сказал, а когда Гарри закрыл за собой входную дверь, Эдвард осторожно подхватил его под локоть, следуя к машине. — Я и сам могу ходить, — прокомментировал волшебник, но остался без ответа. Усадив гриффиндорца на переднее сиденье, Каллен пристегнул его ремнем безопасности и через мгновение оказался на водительском месте. — Куда мы едем? Ответом была тишина. — Эдвард ответь, пожалуйста, — Гарри заметил как вампир грустно ухмыльнулся и причмокнул языком. — Открой бардачок, — Поттер подчинился. Внутри лежал ореховый батончик. Мелочь вроде, а вызвало глупую легкую улыбку, напомнив былые дни. Немного повозившись с упаковкой, Гарри с удовольствие откусил кусочек сладости, откинувшись в кресле и уставившись в окно. Оставшееся время они ехали молча. Эдвард остановил машину на утесе, примерно через двадцать минут пути. Стоило выйти из машины, как Гарри тут же обдало сильным морским ветром и он подошел к краю обрыва, смотря вниз. Волны разбивались о скалу, оставляя после себя белоснежную пену. От высоты у гриффиндорца перехватило дыхание и он вернулся обратно к машине, где, прислонившись к дверце, стоял Каллен. — Зачем ты меня сюда привез? — Именно с этого места можно увидеть самый красивый закат, — мягко пояснил Эдвард и похлопал рукой по багажнику, предлагая Гарри сесть, чем он тут же воспользовался, запрыгнув на гладкую поверхность автомобиля. — Ты так считаешь? — с улыбкой интересуется гриффиндорец. Он с любопытством смотрит, как волосы Эдварда окрашиваются теплым цветом уходящего солнца, когда тот оборачивается к нему. У Гарри перехватило дыхание, потому что лицо Эдварда оказалось буквально в десяти сантиметрах от его собственного. — Сегодня закат особенно прекрасен... знаешь почему? — Гарри отрицательно вертит головой. — Потому что ты рядом. В любом месте планеты: в горах, лесу, даже посреди пустыни он будет самым лучшим, если ты будешь со мной. Эдвард пододвигается всё ближе и ближе, в какой-то момент Гарри кажется, что вот сейчас они столкнутся носами. Но этого не происходит. Он чувствует как его губы накрывают губы Эдварда. Он целует так нежно, что Гарри кажется, если бы он не сидел, то точно упал бы. Чувствует руки на спине, что осторожно поглаживают и сам обхватывает шею Эдварда руками, потому что иначе просто растечётся лужицей. Огонь пробежался от кончиков пальцев до макушки, Гарри почувствовал, что сдаётся, всё вокруг перестаёт существовать и что-то теплое обволакивает его, лишая воли. Он прижался к Эдварду всем телом, как к единственному спасению. Во всём вихре чувств, он ощутил, как его губы раздвинул горячий язык, проникая внутрь, по нервам будто пробежал ток. Голова закружилась и он понял, что ему не хватает воздуха, с сожалением отстранившись. Эдвард сжал его в объятиях, пока Гарри пытался отдышаться, не понимая, стоит ли сейчас что-то говорить. Закат действительно прекрасен. Гарри слегка отстранился от Эдварда, ровно настолько, чтобы увидеть его лицо. Вампир был бледный и больше напоминал, выточенную из мрамора статуэтку. Сердце забилось быстрее, когда медовые глаза встретились с его собственными. — Ты прекрасен, — с придыханием шепчет Эдвард. В голове абсолютная свобода для полета мыслей, но их не было — только жаркие эмоции. Вампир медлил, прислушиваясь к дыханию волшебника. Потом он поцеловал его. Снова. От прикосновения его губ Гарри готов был расплавиться, в очередной раз тая под умелыми губами. Когда он вновь отстранился, то открыл глаза только через несколько мгновений, успокаивая бешено колотящееся сердце. Лицо Эдварда было расслабленным и спокойным. Всё происходит слишком быстро, и также же быстро всё меняётся. — Не бойся меня, — неожиданно шепчет Эдвард и запускает руки Гарри под футболку, приникая губами к губам волшебника. Гриффиндорец же, не до конца отойдя от ослепляющей вспышки эмоций позволяет ладоням вампира исследовать своё тело. — Под… подожди, — прерывает Гарри Каллена, когда тот расстегивает его ширинку. — Что ты хочешь?.. — Тебя, — перебивает, заткнув желанные губы поцелуем, но волшебник начинает вырываться и Эдвард отступает. — Я не могу… не хочу, — тараторит юноша, судорожно застегивая молнию джинс и зачем-то засовывая в них футболку. Спрыгивает с багажника автомобиля и делает робкий шаг в сторону, прежде чем осмеливается поднять глаза на вампира. Эдвард замер напротив и молчал удивительно долго. На его лице промелькнуло непонятное выражение, прежде чем он дернулся и запустил в волосы руку, взлохмачивая медные пряди. — Ясно. — говорит он с ухмылкой. Его взгляд по-прежнему выглядит слегка замороженным. Через мгновение он делает шаг и оказывается вплотную прижатым к подростку. Эдвард обхватил ладонями его лицо и проникновенно зашептал: — Гарри, милый, ты запутался, поэтому слушай меня. Просто слушай меня, я знаю, что нужно делать, знаю, как будет правильно. Гриффиндорец оторопело смотрит в лицо Каллена, положив свои ладони поверх рук вампира. Эдвард начинает целовать его в губы, в нос, в щеки. Вихры неприглаженных темных волос прыгали на месте, пока лицо Гарри разгоралось под поцелуями. Снова нахлынула беспомощность. — Перестань… пожалуйста, я сейчас… — прошептал Гарри, делая слабую попытку отвернуться от Эдварда. Но он крепко держал его голову ладонями и Гарри, как в тумане увидел его лицо. Оно было покрыто тусклой бледностью, изобличая душевное волнение; янтарные глаза страстно блестели; а губы, казалось, слегка подрагивали. — Не могу… — Эдвард прижался лбом к лбу Гарри и, кажется всхлипнул. — Я думаю о тебе. Постоянно. Когда заходит солнце, когда встаёт. Пожалуйста, скажи, что ты тоже думаёшь обо мне. Скажи, что тебе так же плохо, как и мне, так же больно… так же… — его ладони переместились на плечи и он обвил ими Гарри, прижимая к себе. Он уткнулся лицом в торчащие мягкие волосы и Гарри чувствовал его дрожь.