Пусть это скажет он

      Коттедж встретил их тишиной. Деревянные стены пахли сосной, в камине лежали нетронутые дрова — никто не разжигал его уже давно. Хозяин передал ключи через курьера: никаких лишних встреч, никаких «приятного отдыха».       Аманэ зашёл первым, огляделся и довольно хмыкнул.       — Неплохо для изгнания.       — Тебя не изгоняли, — сказала Нэнэ, стягивая кроссовки. — Тебя отправили отдыхать. Чувствуешь разницу?       — Та же самая ссылка, но с камином.       Ёсида вошла следом. В наушниках, но музыка не играла — так проще наблюдать за всеми. Она быстро окинула взглядом гостиную, отмечая выходы, окна, расположение мебели. Странная привычка, от которой она не собиралась отказываться.       Цукаса занёс последнюю сумку и застыл в центре комнаты, засунув руки в карманы.       — Тут аура хорошая, — сказал он задумчиво.       — Аура? — Аманэ приподнял бровь.       — Ну да. Дом любит долгие разговоры и тихие вечера. И ещё собак, но собаки, к сожалению, нет.       — Ты говоришь как экстрасенс с ютуба, — покосилась на него Нэнэ.       — Спасибо, я стараюсь.       — Скоро вы привыкнете к его странностям, — пообещал Аманэ.       Ясиро усмехнулся уголками губ. Ёсида заметила это и мысленно сделала пометку. Нэнэ вообще стала чаще улыбаться в присутствии Аманэ, хотя и делала вид, что он ей совершенно безразличен.       «Не нравится? Ну-ну», — подумала она с внутренней усмешкой.

જ⁀➴ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨ﮩ෴ﮩ__

      Разбирать вещи и осматривать комнаты закончили быстро. Ёсида вышла в гостиную и увидела, что Цукаса устроился в кресле с книгой по механике — старой, потрёпанной, с закладками из стикеров.       — Что читаешь? — осторожно спросила она, усаживаясь на диван.       — Учебник по двигателям внутреннего сгорания, — ответил он, не поднимая глаз. — Расслабляющая литература. Хочешь присоединиться?       Она удивлённо моргнула, но быстро покачала головой.       — Спасибо, пожалуй, откажусь.       — Как знаешь.       Она оставила его одного. Цукаса, закинув ногу на ногу, проводил её взглядом до самой лестницы на второй этаж.       Ёсида нашла Нэнэ на кухне. Та стояла перед открытым холодильником и растерянно перебирала продукты.       — Надо готовить ужин, — сказала Нэнэ без малейшего энтузиазма, скорее с обречённостью.       — А ты разве умеешь? — Ёсида прислонилась к косяку с лёгкой усмешкой.       — Нет. Я могу нарисовать еду, но приготовить… вряд ли.       Ёсида тихо рассмеялась и оттолкнулась от косяка.       — Ладно, иди отдыхай. Я справлюсь.       — Ты уверена? — Нэнэ с сомнением посмотрела на неё.       — Шедевра не обещаю, но отравить никого не должна.       Нэнэ хотела возразить, но Ёсида уже закатала рукава и включила воду, чтобы вымыть руки. Нэнэ вздохнула, села на стул и положила на колени блокнот.       — Тогда буду рисовать тебя в фартуке. На память.       Ёсида усмехнулась и принялась за дело. Нэнэ и правда начала рисовать — быстрые, живые наброски. Они не говорили ни о чём важном, но в их молчании чувствовалась поддержка. Нэнэ иногда комментировала: «Ты слишком напряжена, расслабь плечи» — и Ёсида выдыхала и действительно расслаблялась.       В дверях кухни появился Аманэ. Остановился, оглядел помещение.       — Чем пахнет?       — Пока ничем, — ответила Ёсида, помешивая что-то в кастрюле. — Я только начала.       — Я помогу.       Нэнэ подняла голову и посмотрела на него с удивлением.       — Ты умеешь готовить?       — Умею, — спокойно сказал Аманэ. — Моя бабушка говорила, что мужчина должен уметь готовить хотя бы три блюда. Я выучил пять.       — Неожиданно, — призналась Нэнэ.       — А ты что думала? Я полон сюрпризов.       Ёсида перевела взгляд с Нэнэ на Аманэ.       — Тогда помогайте оба. — Она сняла фартук и протянула ему. — Мой черёд наблюдать.       — Ты не будешь готовить? — удивился Аманэ.       — Рис я уже сделала. Всё остальное — на тебе. — Ёсида села рядом с Нэнэ и заглянула в блокнот. — О, а это уже интересно. Ты рисуешь его?       На листе не оказалось Ёсиды в фартуке — только набросок Аманэ в дверях, быстрый, но узнаваемый. Нэнэ резко захлопнула блокнот.       — Я рисовала обстановку.       — Конечно-конечно, — хохотнула Чикэко. — Обстановку. В виде его профиля?       — Ханахара…       — Молчу. — Она подняла руки. — Я просто рада, что тебе здесь не скучно.       В её голосе не было ехидства — только искренняя, тихая радость за подругу. Нэнэ это заметила, и её щёки чуть порозовели. Но она ничего не сказала.       Аманэ, надевший фартук и выглядевший в нём одновременно нелепо и обаятельно, уже нарезал овощи с почти профессиональной скоростью.       — Вы смотрите? — спросил он. — Обычно девушки падают в обморок от такого зрелища.       Нэнэ хмыкнула, но наблюдать не перестала.       — И много попадало?       Аманэ помолчал, задумавшись.       — Вы будете первыми.       Ёсида откинулась на спинку стула и посмотрела на них — на Аманэ у плиты, на Нэнэ с блокнотом, который та прижимала к груди и смеялась над его шутками.       И от этого зрелища на душе стало чуть теплее.