Погибель зла

После утреннего инцидента между двумя путниками воцарилась неловкая атмосфера. Альбедо ощущал вину за то, что не предупредил Сяо о своем инициативном походе. Ученый понимал, что миссия, возложенная адептом им самим еще много веков тому назад, крайне важна для него и чуть ли не заменяла защитнику Якса смысл жизни, а он так нелепо ей пренебрег, несмотря на свое желание сделать лучше. Сяо, с другой стороны, корил себя за свои вспыльчивость и эгоцентризм. Алхимик делал крайне многое для него, а адепт, стремясь к незаслуженному, по собственному мнению, спокойствию, пытается загнать Альбедо в своеобразные рамки. Уловив понурое настроение путешественников, дедушка Кай заварил свой особый чай, который, по его уверениям, помогал поднять бодрость духа и сконцентрироваться на положительном. Альбедо попытался убедить жителей деревни, что все в полном порядке и что не стоит уделять им такое внимание, но дети, под чутким руководством бабули Жо Синь, принесли столько провизии, что ее, по расчетам ученого, хватит чуть ли не до конца всего странствия. Искренне отблагодарив всех за оказанную доброту, путники направились дальше. Первая часть пути проходит в молчании, но оно не сравнимо с тем, что было день назад. То молчание было комфортным и уютным, и каждый из путников, будучи неразговорчивыми по своей натуре, наслаждался им. Теперь же они оба пытались придумать хоть какую-то тему для разговора, но, как назло, ничего на ум не приходило. Помимо неловкости, образовавшей между путниками невидимую стену, Сяо ощущал нечто для него незнакомое, что он мог описать как щемящее чувство в груди. Также адепта настораживала фиксация на мысли, что то теплое общение, которое начало налаживаться между ним с Альбедо, может треснуть, словно тонкое стекло при неаккуратном обращении. Сяо даже не знал, чего он опасается больше: то, что его начинает волновать отношение другого человека к нему, или то, что именно он был причиной этого отдаления. Скрестив руки у груди, он рассеянно провел глазами по скалистому пейзажу Каменных Врат. Взгляд защитника Якса невольно зацепился за яркое пурпурное пятно, затаившегося среди тростника в водной глади. Конский хвост возвышался над другими растениями, медленно покачиваясь по направлению ветра. Сяо обладал весьма поверхностными знаниями в области ботаники, но все же кое-что про данный цветок он мог рассказать. - а Вы знали, что конский хвост растет только в районе Тростниковых островов не просто так? – спросил адепт, пытаясь сохранить бесстрастное выражение лица, несмотря на смущение, которое волной охватило его. - Я не знал, что за этим стоит какая-то особая причина, - ответил Альбедо, удивленный столь неожиданной темой. – Но мне было бы крайне интересно послушать эту историю. На самом деле, ученый прекрасно знал, что такая особенность связана с действиями архонтов, которые привели к изменению климата и рельефа, из-за чего популяция этих растений вынуждена прорастать на столь маленькой территории. Несмотря на это, алхимик с удовольствием слушал рассказ Сяо. Альбедо, хоть и не подавал вида, но был очень рад, что адепт решил завести этот разговор. Поддавшись своей привычке анализа всего произошедшего, он не мог подобрать темы, которая бы могла восстановить ту непринужденность, которая только начала зарождаться между ними. Конский хвост – что может быть обыденнее? Ученый, мягко улыбнувшись, шел рядом с Сяо. Компания защитника Якса была непривычной, но в ней Альбедо чувствовал себя комфортнее, чем со многими другими. - А Вы когда-нибудь пробовали Заоблачную гобу? – спросил ученый, когда Сяо закончил свой рассказ. – Это одно из немногих блюд, в приготовлении которого используют конский хвост. Сяо задумался, пытаясь вспомнить, пробовал ли когда-нибудь его. - Даже если и пробовал, то я не запомнил этого момента, - признался адепт спустя пару мгновений размышлений. – Я не такой уж гурман, да и вкус еды… Я не уделяю этому особое внимание. - И все же, Сяо, разве нет блюд, которые Вам бы особо нравились? – аккуратно поинтересовался алхимик, боясь ненароком задеть больную тему из прошлого адепта. – Я помню, что вы говорили про Миндальный тофу. Защитник Якса ощутил резкий прилив жара к лицу от понимания, что Альбедо запомнил даже такие мелочи, произнесенные им необдуманно. Скрывая смущение, Сяо аккуратно поправляет курильницу: - Да, так оно и есть, - согласился адепт, - мне нравится его консистенция. Она напоминает о тех снах, которые я видел раньше. И вкус совершенно иной, чем у снега… Адепт резко запнулся, понимая, что говорит слишком много лишнего, чего не стоит упоминать при людях. Бросив слегка беспокойный взгляд в сторону ученого, защитник Якса попытался хоть немного отвлечь того от каких-либо раздумий на эту тему. - Да и в принципе, разве смысл еды не в том, чтобы насытиться? Попытка развеять атмосферу оказалась неудачной. Сяо понимал, что Альбедо не проигнорирует вышеупомянутый факт, а это означает, что у ученого теперь на одну проблему больше из-за его опрометчивых слов. Адепт нахмурил брови, чувствуя прилив негодования по отношению к самому себе: ему и правда не следовало настолько раскрепощаться перед человеком, стоящим подле него. - Снег…- голос алхимика был пропитан тревогой с примесью удивления. – Вас заставляли им питаться? — Это совершенно неважно, - неубедительно заверил защитник Якса. – В любом случае, особых любимых блюд у меня нет. Кстати, мы уже практически дошли до постоялого двора. Я предлагаю оставить все ненужное там, а затем направится непосредственно в Заоблачный предел. - Хорошо, пусть будет так. Альбедо немного сбавил темп шага, погружаясь в свои мысли. Неосознанно уставившись на фигуру впереди идущего адепта, чьи очертания мягко огибали ленты, алхимик размышлял о прошлом Сяо. Ученый знал, что адепту за свою вековую историю пришлось пережить очень многое, но такие подробности продолжали из раза в раз вызывать жалость к защитнику Якса, которому пришлось пережить все эти испытания, и восхищение от того, что он смог все их пройти. Альбедо тихо вздохнул, поправляя волосы, слегка растрепавшиеся на ветру, буйствующим на территории Каменных врат. - Пожалуйста, идите впереди меня, - Сяо обернулся, указывая жестом пройти вперед. – Так я буду больше уверен в Вашей безопасности. Ученый задержал взгляд на адепте, который стоял спиной к постоялому двору. Его золотистые глаза слегка сощурены из-за света, по направлению к которому он стоял, передние изумрудные пряди, как и ткань сзади, небрежно покачивались на ветру, подчеркивая мускулистое тело. Скользнув взглядом по оголенным рукам, Альбедо почувствовал щекочущее покалывание в области груди. Этот адепт даже не осознает то, насколько он впечатляет. Сделав себе мысленную пометку о том, что он обязан показать Сяо различные блюда и вкусы, алхимик зашагал чуть впереди своего попутчика в сторону Ваншу. *** В Заоблачном Пределе было несвойственно спокойно, величественные горы возвышались по обе стороны от дороги, по которой шли путники. Тропа извилисто петляла сквозь цепь скал, обходя опасные места, но все же открывая зачаровывающие пейзажи на руины храмов. Плеск животных в местных озерах, прохладный ветер, пропахший цветками Цинсинь и пылью камней, птицы, парящие совсем рядом – все это вызывало у Сяо ненавязчивую тоску, напоминающую ностальгию, по временам, когда он только познакомился с Гео архонтом. Именно в этих краях он обучался быть истребителем демонов, быть тем самым защитником Якса, который уже несколько веков находится на страже спокойствия Ли Юэ. Здесь он встретил других адептов, нашел свое призвание, стал тем, кто он есть сейчас. Наверно, именно это место у него ассоциируется с домом. Только среди гор, чуть западнее Заоблачного предела, он ощущал гармонию с окружающим миром. Альбедо неспешно шел вперед, рассматривая вид, открывающийся с одного из мостов, расположенных совсем рядом с пиком Цинъюнь. Эта местность всегда казалась ему крайне впечатляющей в плане своего колорита и разнообразия, так искусно контрастирующим с тишиной и умиротворенностью. Алхимик любил горы. Причин было множество: начиная от детства, когда он с наставницей карабкался по склонам, чтобы изучить редкий вид стеклянного колокольчика, заканчивая тем, что только тут можно было насладиться уютным одиночеством, с высоты наблюдая за жизнью природы. В его альбоме есть множество работ, вдохновленных этим местом, но Альбедо признавался сам себе, что его рисунки даже на малейшую долю не передают атмосферы Заоблачного предела. Взглянув на пик, куда им предстояло взобраться, ученый провел рукой по волосам, которые небрежно спали на лицо. - Итак, нам нужно туда, - Альбедо обернулся к Сяо, стоявшему чуть сзади, и слегка улыбнулся. – Впереди нас ждет нелёгкий путь. - Знаю, - ответил адепт, стараясь не смотреть на лицо алхимика, казавшимся ему сейчас слишком ласковым и заботливым. – Я уже готов. - Не совсем, - заметил ученый, обходя адепта вокруг и останавливаясь прямо перед его лицом. – Вы… Неожиданно для самого себя Альбедо замешкался, ощущая, что не может закончить свое предложение из-за волны жуткого смущения, охватившего его. Сяо вопросительно наклонил голову, наблюдая как ученый, слегка покраснев, отвел взгляд в сторону. - Считаю, Вам стоит снять это, - ученый аккуратно провел рукой по ткани, крепящийся к руке и ремню, а затем мягко коснулся копья, висящего у адепта на шее. – Это будет мешать передвижению. Альбедо поднял небесно-голубые глаза, встречаясь с пронзительным взглядом адепта. Алхимик невольно отметил про себя, что у Сяо радужка глаза становиться на несколько тонов темнее сверху, а его узкие зрачки очень напоминали кошачьи. Это показалось ученому очень занимательным. Защитник Якса взволнованно-испуганно глядел на Альбедо, стараясь собрать воедино мысли, хаотично рассыпавшиеся у него в голове. Почему он вновь и вновь ощущал это напряжение, когда алхимик был так близко к нему? Но что самое странное – то огромное количество эмоций, которые испытывал Сяо каждый раз, когда ученый оказывался рядом. Смущение, неловкость, спокойствие, гармония, восхищение — все это, что было так чуждо ему на протяжении стольких лет, неожиданно заполнило его из-за Альбедо, которого он встретил менее двух дней назад. Это был явно плохой знак, но адепт не мог с собой ничего поделать – один взгляд на мягкую улыбку ученого, характерную для него, один знак внимания с его стороны, и несокрушимая стена холодности, выстроенная защитником Якса, превращалась в руины. А ведь Сяо нужно будет провести еще пару дней в компании этого человека, который сейчас находился слишком близко. Пальцы алхимика невесомо касались своеобразного талисмана Сяо, напоминавший о жутком, но все же незыблемом прошлом. Адепт положил свою руку рядом с рукой Альбедо: - Хорошо, я сниму это, если это и впрямь важно, - защитник Якса ловко развязал один из узлов, которым была закреплена ткань. – Но… Ваш плащ и цепи на нем, они не будут мешаться? Ученый старался вести себя обыденно и не показывать того смущения, что столь сильно овладело им. Эта ситуация, которая, по сути своей, не являлась чем-то экстраординарным, вызывала слишком бурную реакцию, которую было не так-то просто контролировать. Опустив руку и сделав шаг назад, Альбедо повернулся боком, чтобы не пересекаться взглядом с адептом, который был совсем не против такого решения. - Я… Да, мне стоит его снять, - ученый буквально чувствовал жар своих щек, когда произносил эти слова. Альбедо быстро стянул с себя накидку, оставаясь в синей рубашке с короткими рукавами и заостренными спереди концами. Аккуратно сложив плащ и убрав его в свой рюкзак, ученый оглянулся на Сяо, выглядевшим совсем иначе без своих украшений. Он стоял полубоком к алхимику, внимательно глядя на свое ожерелье. Адепт колебался – он не снимал это острие копья с незапамятных времен, ведь оно служило не то оберегом от прошлого, не то материальным напоминание о его долге. Сняв его, что может произойти дальше? Не будучи самопровозглашённым защитником Якса – кем бы он стал? Если он уйдет сейчас, то что будет ожидать всех в дальнейшем? - Если эта вещь так значима, то совсем не обязательно ее снимать, - заметил Альбедо, видя метания адепта. Сяо прикрыл глаза, чуть сжав острие. Воспоминание о том, что буквально несколько мгновений назад ученый прикоснулся к ожерелью, вызывало у защитника Якса смешанные чувства. Этим легким жестом Альбедо, сам того не подозревая, смог прикоснуться к прошлому Сяо и оставить свой свежий отпечаток, перекрывающий угасающие отклики былых времен. Задержавшись буквально на мгновение, адепт снял с себя ожерелье и, глядя на украшение в руках, он тихо, но отчетливо произнес: - Мы должны двигаться дальше, не так ли? - Да, - кивнул Альбедо, почувствовав неожиданное облегчение от вопроса. Может ему и впрямь удастся его спасти? *** Альбедо, заслонив ладонью глаза, посмотрел на самый пик, вокруг которого, клекоча, вился орел с пышным бурым оперением. Ученый подошел чуть ближе к основанию горы, мысленно рассчитывая примерное расстояние, которое ему было необходимо. - У меня есть то, что может нам помочь, - сказал алхимик, чуть вытягивая руку. – Не пугайтесь поверхностного землетрясения, это всего лишь урон, подпитанный моим глазом Бога. И впрямь, когда Альбедо резко опустился на корточки, оставляя на земле замысловатую конструкцию, похожую на железный цветок, Сяо почувствовал легкую вибрацию под ногами. Адепт настороженно подошел к ученому, поправляющему плечо. - Что это такое? – защитник Якса кивнул в сторону устройства. — Это моя небольшая, но очень универсальная разработка, - Сяо услышал в голосе алхимика гордость за свои плодотворные труды. – Я ее назвал «Цветок солнца». Эта конструкция позволяет наносить гео урон по площади, и, что не менее важно, это изобретение можно использовать в качестве лифта. Чтобы продемонстрировать эту функцию адепту, Альбедо положил руку в центр устройства, и через пару мгновений цветок, распустившись, поднимается на пару метров ввысь. Сяо наблюдал за работой механизма, раздумывая о том, сколько сил и стараний вложил ученый в это. Бесспорно, что алхимик был крайне одаренным и талантливым во многих сферах, что только подстегивало интерес защитника Якса, который он так хотел искоренить. Отвернувшись в попытке прогнать бесполезные мысли, Сяо проследил взглядом за растворением конструкции в воздухе. - Оно точно выдержит нас двоих? – уточнил адепт, обеспокоившись безопасностью изобретения. – этот механизм выглядит довольно… Хрупким. - Не волнуйтесь, Сяо, оно выдерживало и не такие нагрузки, - ученый с еле заметным довольством разглядывал механизм. – Пусть Цветок Солнца и выглядит ненадежным, он сделан из самых прочных и при этом легких материалов. - Вам я верю, но не доверяю тому, что может причинить угрозу Вашей безопасности, - заметил адепт, выдыхая. Сяо в заключительный раз осмотрел цветок, прежде чем протянуть ладонь в сторону Альбедо. Ученый, пытаясь расшифровать значение жеста, недоуменно нахмурил брови, но практически сразу вложил свою ладонь в протянутую руку. - Мы должны встать на платформу одновременно, чтобы не возникло никаких проблем, - пояснил адепт. – Вы встанете первым, я за Вами. Только постарайтесь встать ближе к склону, так будет легче подниматься. Альбедо послушно кивнул, но его взгляд был прикован совсем не к его механизму. Ученый с несвойственной для него смесью очарования и легкого упоения разглядывал стоящего в профиль Сяо, который действовал теперь совсем иначе, чем вчера. Когда дело касалось сферы его интересов, адепт из социально-неловкого тихони становился именно тем, кого упоминали в легендах и сказаниях. Алхимик, замерев, невольно пытался сохранить в памяти инициативные касания, уверенные движения, пронзительный взгляд и позу Сяо, не показывающие ничего, кроме холодного спокойствия. Альбедо решил не говорить про возможность использования цветка поодиночке, аккуратно ступая на платформу. За мгновение до того, как цветок поднялся над землей, ученый почувствовал несильную, но надежную хватку за предплечье. Подъем длился буквально пару секунд, и все же за это время алхимик успел почувствовать забытое и практически неведомое им тепло чужого тела. Хоть руки Сяо были холодными, Альбедо ощущал то, насколько теплым был сам адепт. Ученый, ощутивший резкий прилив смущения, попытался сконцентрироваться на других мыслях - все же нет никакого смысла развивать какие бы то ни были чувства к человеку, который точно не захочет иметь дело с навязчивым вниманием со стороны алхимика. Когда движение прекратилось, Альбедо достаточно спешно перебрался на гору, начиная свой подъем, чтобы скрыть румянец, предательски покрывший щеки. Эмоции, как уже неоднократно убедился ученый, всегда затрудняют выполнение даже повседневных дел, а поэтому ему стоит разобраться со всем этим и как можно быстрее, пока он не успел сделать что-то необдуманное, о чем будет в последствие жалеть. Сяо, немного удивленный прыткостью и стремлением своего попутчика, поспешил за ним, чтобы, в случае чего, успеть подстраховать от падения. Адепт невольно задумался, что он сейчас играет роль некоего сторожевого пса, личного охранника, на пушечный выстрел не подпускающего опасность к Альбедо, который этого совершенно не требовал. Подбирая наиболее устойчивые выступы, защитник Якса размеренно поднимался вверх за Альбедо, раздумывая о том, что на самом деле нужно тому от этого путешествия. Множество догадок витали в голове, но ни одна из них не казалась правдоподобной. Посмотрев чуть выше, Сяо задержал взгляд на сосредоточенном попутчике. Так ли это плохо – хотеть узнать о человеке больше? **** Несмотря на день и послеобеденное палящее летнее солнце, на пике Цинъюнь было свежо благодаря ветру, который всегда петлял между горной цепью. Подъем вышел не таким долгим, но отсутствие постоянных тренировок негативно сказывалось на физической подготовке ученого. Альбедо, вытерев тыльной стороной ладони скопившийся на висках пот, сел на небольшой выступ арки, предусмотрительно установленную предыдущими путешественниками. Адепт, совсем не выглядевший изнуренным, оглянулся, вспоминая сколько дней провел здесь, сидя на краю небольшого островка и наблюдая за мирной жизнью остальных существ. Только тут ему удавалось ненадолго оставить свою участь и на несколько мгновений стать тем, кем он был на самом деле – ни защитником Якса, ни истребителем демонов – просто Сяо, жаждущего спокойствия, признания себя и своей ценности. Прикрывая глаза и скрещивая руки, он мысленно произнес слова благодарности этому месту, ведь он был не уверен, что теперь когда-либо вернется сюда. Он все решил и… Если смерть – единственный способ стать собой, то он примет ее как должное. Контракт, заключенный с гео архонтом, не позволял ему пасть смертью храбрых. Он должен сражаться во всю силу, не жалея себя, но выжить, не оставив за собой ничего, кроме победы и чувства выполненного долга. Сяо посмотрел на свои руки. Столько преступлений и убийств было ими совершенно. Они, как и все его тело и сознание, были осквернены и давным-давно прокляты. Альбедо внимательно наблюдал за изменениями в лице адепта, пытаясь предугадать ход его мыслей. Ученый предполагал, что эти места имеют особое значение для него, а поэтому алхимик старался не мешать Сяо своим присутствием, давая ему необходимое время для того, чтобы собраться. Но Альбедо не мог избавиться от тревожных мыслей о том, что размышления защитника Якса могут оказать совсем не то влияние, которые могли бы ему помочь. Чуть склонив голову и положив ее на сцепленные руки, ученый пытался считать хоть какие-то знаки того, что ему пора вмешаться в поток мысли адепта. И, увидев безэмоциональный взгляд смолистых глаз, направленный в никуда, алхимик поднялся со своего места и встал рядом с Сяо, не сразу обратившего на него внимание. - Кажется это именно то, что нам нужно, - Альбедо невзначай дотронулся до плеча адепта и указал на одинокий цветок, стоящий на краю острова. – Выросший на самой вершине молодой цветок Цинсинь, который только распустился. Ученый подошел к растению, присаживаясь на корточки рядом с ним. Адепт, все еще немного витая где-то в себе, побрел за алхимиком. - Нам, кстати, очень повезло, в этом году распустился шестилепестковый Цинсинь, а это случается очень редко, - заметил Альбедо, поворачиваясь в сторону Сяо, стоявшего чуть позади его. – Вы верите в язык цветов? - Я верю, что они подают знаки, - ответил адепт, переключая свое внимание на белый полупрозрачный бутон в руках ученого. - Обычно эти цветы символизируют непорочность и свежесть, одуванчики – свободу и смелость, сесилии – изысканность и гармонию, ветряная астра – удачу и победу, - перечислял алхимик, вспоминая книги, которые он читал. – В сказаниях есть множество разных занимательных примет. И я слышал, что если найти шестилепестковый цветок Цинсинь, то нашедшему откроется раннее неведомый путь. - Будем верить, что этот путь не таит в себе каких-либо неприятностей, - произнес Сяо, смотря как Альбедо осторожно собирает нектар цветка с помощью металлической скобы, стараясь не повредить растение. - Я уверен, что все закончится благополучно, - ученый мельком глянул на адепта, прежде чем наполнить до необходимого уровня небольшую пробирку золотисто-белой жидкостью. – Готово. Алхимик аккуратно поместил собранный материал в рюкзак, лежавший рядом, и, уже собравшись встать, он заприметил несколько овощей и трав. Поразмыслив пару мгновений, Альбедо обратился к Сяо, который все также стоял неподалеку: - Как Вы смотрите на поздний обед? - Обед? – адепт перевел взгляд на солнце, рассчитывая приблизительное время. – Скорее уже полдник. Но, если Вы голодны, то давайте здесь ненадолго задержимся. Быстро кивнув, ученый достал запримеченные ранее ингредиенты и направился к небольшому котелку. Оглянувшись вокруг и убедившись, что все в порядке, Сяо сел на выступ арки. Его взгляд невольно возвращался к алхимику, даже когда он пытался сфокусироваться на чем-то другом. Адепт внимательно следил как Альбедо поправлял выбившиеся пряди, которые спадали, когда он склонял голову, как его стройная фигура перемещается от самодельной нарезной доски до котла и обратно, как он был сосредоточен, пытаясь приготовить идеальное блюдо. Альбедо, почувствовавший на себе столь пристальное внимание, обернулся, вопрошающе вскинув голову, на что защитник Якса быстро отвел взгляд. Ощущая жар собственных щек, Сяо раздраженно-взволнованно нахмурился, пальцами сжимая края сидения. Ему определенно стоит научится контролировать свои эмоции, если он хочет, чтобы все прошло по плану. Выдохнув, адепт прикрыл глаза в попытке собрать вновь разбегающиеся мысли, но, услышав шаги, он взглянул на подходящего ученого. - Пока еда готовится, я бы хотел сделать небольшую зарисовку, - алхимик ловким движением руки выудил свой альбом и, перелистав на нужную страницу, аккуратно уселся на траву рядом с цветком. – Как я предполагаю, вы здесь не такой уж редкий гость? - Угу, - Сяо подошел к краю обрыва – его излюбленному месту - откуда открывается широкая панорама на Заоблачный предел. – Здесь… спокойно. - Да, - кивнул Альбедо, делая искусные штрихи на листе бумаги, - здесь реже всего появляются духи, ведь эта местность – дом адептов Ли Юэ, немногие решатся тут восстать. Но разве ни разу не было случая, когда поверженные покушались на эти земли? - Безусловно были, - воспоминания о них заставили Сяо раздраженно сжать кулаки, - и в большинстве случаев их изгоняли даже без моего вмешательства. Нужно быть таким глупцом, чтобы быть настолько уверенным в своих истощенных силах… - Даже самые слабые силы способны причинить нам, обычным обывателем, столько бедствий, - произнес ученый. – Я не представляю, с чем приходилось сталкиваться Вам, и… На самом деле, народ Ли Юэ очень благодарен за все Ваши поступки. - Я совсем не герой, - мотнул головой Сяо, усаживаясь на краю и подтягивая к себе колено. – Я убиваю без сожаления, просто выполняю свою функцию. Я – беспощадный кровавый монстр, который никогда не сможет стать таким, как остальные. Альбедо, я совсем не человек. - Знаю, - алхимик серьезно посмотрел прямо в глаза собеседника. – Но разве это что-то меняет? Ваша проблема в том, что Вы никак не можете принять и простить себя за свое прошлое. Я точно могу сказать, что Вы сделали очень многое, и цель, которую вы добиваетесь так долго, оправдывает предпринимаемые действия. И мне правда очень жаль, что Вам приходится нести в одиночестве груз кармы. Я бы хотел помочь разобраться с этим… - О чем ты только говоришь? – тон голоса Сяо резко стал слишком холодным, словно лезвие меча. – Я никогда не позволю кому-то нести то же бремя, даже маленькая частица моей кармы способна тебя убить! Пыл адепта поубавился практически сразу, когда он осознал, что в порыве гневной речи перешел на «ты». Альбедо немного растерянно задержал карандаш над рисунком, переводя изучающий взгляд на защитника Якса, который неловко поджал губы: - Прости, пожалуйста, я правда не хотел задеть… - ученый прокашлялся, стараясь не выдать своих эмоций, - твои чувства. Но я бы искренне хотел, чтобы была возможность сделать твою ношу легче. - Я.. Все в порядке, это мне стоит извиниться. Но точно ли тебе...- теперь голос Сяо утратил прежние гневные нотки, сменившиеся на смущение, которое адепт пытался завуалировать за ширмой безразличия. - Вам комфортно так неформально общаться? - Мне? - переспросил Альбедо прежде, чем негромко хмыкнуть, вспоминая своих многочисленных знакомых. - Я со многими общаюсь в такой манере, так что не переживайте. Но точно ли комфортно Вам? - - Да, - выдохнул защитник Якса через пару секунд молчания, в течение которых адепт пытался прийти к согласию разума и чувств. - Все в порядке. — Это очень хорошо, если это действительно так. Я рад, что мы нашли общий язык достаточно быстро, - учёный, улыбнувшись, посмотрел на Сяо, выглядевшего грозно и величественно даже без тканей, служивших украшениями к его благородному образу. - Это... Многое для меня значит. Спустя несколько мгновений разглядывания лица алхимика адепт, прикрыв глаза, повернулся к обрыву. Уголки его рта невольно дрогнули в попытке изобразить улыбку, но Сяо быстро остановил себя от неконтролируемых эмоций. Но эта мимолётная победа над безэмоциональным выражением лица адепта не осталось не замеченной Альбедо. Он чуть шире улыбнулся, возвращаясь к своему практически готовому рисунку. Сближаться с адептом оказалось гораздо более приятным занятием, чем он ожидал. Хоть общение воспринималось учёным как нечто отвлекающее от необходимых дел, проводить время в компании нового друга было необычно уютно. Алхимик бросил беглый взгляд на Сяо. Рядом с ним Альбедо чувствовал себя защищённым, он буквально ощущал опеку со стороны адепта, что было непривычно, но все же совсем не отталкивающе. Учёный сделал несколько завершающих штрихов, задумываясь о том, что этой ночью у него будет над чем подумать помимо алхимии и насущных дел. Пряный аромат готового блюда донесся из котелка. Альбедо, потянувшись, поднялся и направился к источнику запаха, оставив свои зарисовки лежать на траве. Проследив взглядом за удаляющейся фигурой ученого, Сяо заинтересованно оглядел альбом, на верхней странице которого теперь был изображен шестилепестковый цветок Цинсинь. Адепт поймал себя на мысли о том, что ему было бы интересно пролистать рисунки алхимика, но он не решился спросить об этом обладателя альбома. Обернувшись, Сяо уперся взглядом в протягиваемую ему тарелку, на который располагалась рисовая лепешка, посыпанная кусочками ветчины, заоблачного перчика и конского хвоста. Сяо удивленно моргнул, переводя взгляд на ученого, на чьем лице была одна из его фирменных доброжелательно-располагающих улыбок. - Увидев в наших запасах конский хвост, я вспомнил наш недавний разговор и решил приготовить Заоблачную гобу, - Альбедо аккуратно передал блюдо в руки адепта. – Я правда очень хочу, чтобы ты его попробовал. - Совсем необязательно было мне его готовить собственноручно, - тихо отозвался Сяо, ощущая настораживающее волнение в области груди. – Но большое спасибо за это. - Пожалуйста, надеюсь моя готовка тебе понравится, - несмотря на беззаботный тон, ученому все же было еще непривычно обращаться к адепту на «ты». Альбедо с интересом и вниманием, словно следя за ходом эксперимента, наблюдал за тем, как защитник Якса пробует блюдо его приготовления. С некоторым трепетом, подпитываемым возникшим страхом того, что его кулинарные способности не так хороши, как он предполагал, ученый все больше начинал сомневаться в корректности своих действий. Но, увидев не нахмуренные брови после дегустации гобы, алхимик смог выдохнуть с облегчением. За этот небольшой промежуток времени Альбедо уже научился считывать мимику и жесты адепта, что помогало ему определить настроение попутчика. И, наблюдая за расслабленной позой защитника Якса, попробовавшего уже несколько кусков, учёный довольно скрестил руки, понимая, что Сяо и впрямь понравилось его блюдо. Заприметив оставленный альбом, алхимик подошел к нему, повторно анализируя получившийся рисунок цветка. Рисование помогало запечатлить на полотне самые значимые и красочные события, которые можно было бы легко вспомнить только при одном взгляде на изображение. Абстрактные образы, небрежные штрихи угля на переработанном дереве, вызывающие эмоции – не это ли искусство? Альбедо поднял взгляд на задумавшегося адепта. - Могу ли я попросить об одной услуге? – поинтересовался ученый, присаживаясь на теплую землю, и, получив утвердительный кивок в ответ, продолжил, - тогда могу ли я тебя нарисовать? Сяо замер, так и не дожевав гобу, которая вышла, по его мнению, довольно аппетитной. Быстро проглотив кусок, адепт непонимающе оглядел Альбедо, чьи небесного цвета глаза с просьбой смотрели на него. - Нарисовать меня? – переспросил защитник Якса, будто сама эта идея была ничем, кроме абсурда. - Да. Почувствовав резкую волну смущения, жаром отдающую на щеках и в груди, Сяо уставился на тарелку в своих руках, будто только обнаружив ее наличие. Для чего вообще это все делает Альбедо, какова его цель? Он понимал, что ученый догадывался о том, что адепт сам по себе очень социально-неловкий, а поэтому совсем не умел строить никаких отношений. Но видя все потуги алхимика создать дружескую атмосферу, защитник Якса недоумевал: зачем человеку, являющимся членом Ордо Фавониус, так стараться ради незнакомца, которого тот встретил совсем не так давно. Сяо перевел задумчивый взгляд на Альбедо, который сидел в нескольких шагах от него и ожидающе постукивал пальцем по своему альбому. Ученый поднял голову и, слегка наклонив ее набок, улыбнулся. И почему же он, адепт, истребитель демонов, не может сопротивляться очарованию Альбедо? Отогнав всякие размышления, совсем не свойственные Сяо, он выдохнул: - Если тебе это нужно, то, - адепт чуть сильнее сжал края тарелки, стараясь скрыть свою взволнованность. – То я не против… - Хорошо, спасибо, - воодушевленно ответил ученый, берясь за карандаш и лист бумаги. – Я постараюсь все закончить поскорее. Защитник Якса быстро развернулся, возвращаясь к трапезе. Он всего лишь немного попозирует для Альбедо, что такого необычного в этом? Наверняка ученый рисовал портреты других людей. На этой мысли Сяо нахмурился, исступленно продолжая жевать рисовую лепешку. Почему-то эта догадка совсем не помогла ему отвлечься, только, наоборот, усугубила положение. Как часто Альбедо соглашается на подобные просьбы о походе? Рисовал ли он когда-нибудь других? Со всеми ли он ведет себя так по-дружески? Вздрогнув от неожиданного появления орла на горизонте, адепт попытался собраться с мыслями. Ему не стоит отвлекаться на нечто подобное, слишком человеческое. Вглядываясь в пейзажи Заоблачного предела, Сяо продолжал невольно возвращаться к размышлениям об ученом и их с ним взаимоотношениях. Альбедо сделал несколько аккуратных штрихов, схематически изображая фигуру адепта. Сяо сидел близко к краю пика, с прямой осанкой и чуть приподнятой головой он выглядел импозантно, несмотря на невысокий рост. Его холодный взгляд золотистых глаз лениво пробегался по горам, словно защитник Якса пытался найти что-то с такого расстояния. Спускающееся к горизонту солнце мягким светом подчеркивало зеленый оттенок волос адепта и татуировку, которая находилась на его правом предплечье. Ученый скрупулёзно пытался передать детали образа Сяо, боясь упустить хоть частицу, ведь тогда его рисунок совсем не сможет передать всего шарма защитника Якса. Алхимик, слегка прикусив внутреннюю часть губы, плавно очерчивал тени, что ложились на достаточно бледное лицо адепта. Альбедо признавался сам себе – он находил Сяо привлекательным. Также ученый видел, что за внешней холодностью скрывается обычный человек, который нуждается в поддержке и общении, несмотря на отрицание этого факта. Практически никто на Тейвате не знал, что пережил адепт, но Альбедо был совсем не против узнать о его прошлом каким бы ужасным оно ни было. Алхимик выглянул из-под альбома, гадая, сможет ли он подойти к нему настолько близко, что Сяо сможет доверить ему хоть часть своих тайн? - Большое спасибо за гобу, - поблагодарил адепт, откладывая в сторону уже пустую тарелку. – Она была вкусной. - Не за что, - Альбедо махнул рукой, показывая, что это все пустяки. – Я рад, что ты смог его попробовать. - А ты часто рисуешь людей? – невзначай спросил Сяо, глядя на носок своих ботинок. Ученый на миг застыл, глядя на находящийся в его руке лист: - Временами я рисую портреты, - осторожно заметил он. – Кого-то приходиться рисовать достаточно долго, а кого-то можно изобразить и парочкой штрихов, поэтому я не часто берусь за такое. - Ясно, - было сложно идентифицировать интонацию адепта, его взгляд оставался все таким же непроницаемым. - Если ты хочешь, то я могу показать несколько своих работ чуть попозже, - предложил Альбедо, разглядывая рисунок. – А пока что предлагаю взглянуть на то, что у меня получилось. Ученый подошел к Сяо и аккуратно присел рядом с ним, свешивая свои ноги с края пика. Защитник Якса, чуть перегибаясь через плечо соседа, рассматривал свой портрет. За такой короткий промежуток времени алхимику удалось запечатлить очень многое, что не могло не впечатлить. Разглядывая рисунок, адепт вновь ощутил сковывающую легкость: его никогда раньше не рисовали, разве что пытались составить образ по гуляющим слухам и легендам. Сяо подался вперед, слегка соприкасаясь с плечом Альбедо: — Это очень красивый портрет, - отметил адепт, проведя пальцам по штрихам, оставленными искусными руками ученого. – У тебя талант. - Спасибо, - негромко отозвался ученый. – Может прозвучать немного странно, но рисовать тебя – сплошное удовольствие, так что я был рад этим заняться… Адепт задержал дыхание, чтобы не дать ускорившемуся сердцебиению стать еще громче. Слегка отодвинувшись от алхимика, он смущенно кашлянул, только сейчас обращая внимание на легкий пряный запах сесилии, витающий вокруг Альбедо. Ученый, последний раз окинув рисунок критичным взглядом, протянул альбом Сяо: - Если хочешь, можешь посмотреть мои зарисовки, - Альбедо слегка смущенно отвел взгляд, смотря куда-то на макушку адепта. – Я, пожалуй, быстро перекушу перед тем, как мы двинемся дальше. - Хорошо, - отозвался адепт, аккуратно принимая альбом. Альбедо направился к котелку, под нос себе повторяя распорядок второй половины дня. Проводивший его взглядом Сяо счел эту мелочь довольно забавной, но он не смог не отметить, что это только прибавляло харизмы ученому. Вновь наткнувшись на нехарактерные мысли, адепт перевел взгляд на альбом, лежавший у него в руках. Аккуратно поддев страницу, он начал медленно перелистывать рисунки, схематичные изображения и зарисовки. В работах алхимика явно читался опыт и мастерство, проявляющееся в мелочах. На некоторых листах были изображены портреты людей, которых он либо не знал, либо припоминал совсем смутно. Как Альбедо и говорил, людей он рисовал не так часто. Улыбнувшись краешками губ, Сяо разглядывал рисунок, на котором был изображен он, величественно восседающий на своем любимом месте Заоблачного предела. Было бесполезно отрицать, что Альбедо делал его слишком эмоциональным.