Пятнадцать цифр истории

Вокруг было светло и мягко – воздух, облака, тишина, однако за несколько тысяч метров от этого участка небес, за семью замками дворца Зевса звучал очень серьезный разговор. С самого появления мира существовало две противоборствующих стороны: добро, зло; ад, рай; Аид, Зевс. Но, как известно, со времён существования вселенной ещё не встречалось однозначно противоположных сторон. Добро рано или поздно слабело под влиянием зла. Зло же, наоборот, становилось мягче, если ему вовремя протягивали руку помощи. Вот и сегодня владыка небес находился под сложным выбором: наконец убрать с лица земли его врага, или же поступить по совести? Всё решила судьба. В дверь его покоев кто-то постучал. – Войдите. – даже сам бог удивился тому, насколько явно звучали нотки задумчивости в его голосе. – Здравствуй, Зевс. Если бы не магия, мне бы было тяжело ступать по твоей части мира. Чувствую, ты в раздумьях? – на лицо собеседника падала тень. – Что тебе нужно? – мужчина откинул темную челку – из-за неприязни, исходящей от незваного гостя, становилось не по себе. По комнате раздался короткий смешок. – О, ничего. Только подтолкнуть к правильному выбору. Ты хоть и бог, но даже демоны могут чувствовать мысли всевышнего. – в каждом произнесённом слове читалось одно – презрение. Зевс подошел ближе. На его лице заходили ходуном жвалки. Нервы были на пределе. Сами ауры высших отталкивали их носителей друг от друга. Тянуть резину не хотелось никому. – Давай сразу к делу. – мужчине напротив не хватало только адского пламя на шевелюре. Ответ прозвучал тут же. – Мы отравим Аида так, что этот... Огневолосый с ума сойдёт. Зевс не мог сразу согласиться. Мужчина не должен был допускать этого, но… Мысль о том, что он может убить одно божество для того, чтобы на земле больше не было зла не давала совести ни грамма на победу. – Без следов преступления? – Зевс нахмурился. Лицо вошедшего так и не показалось из тени. – Естественно. Прикажешь приступить? Ответом поступил кивок. Больше ничего не требовалось. Демон исчез, вскоре подмешав в сосуд Аида безвкусный яд. *** Под землёй, как обычно, царил мрак, однако это ничуть не раздражало. В покоях владыки присутствовали ало-черные тона, но интерьер оказался весьма стильным: на стенах краска контрастно поделила цвет на два равных треугольника главных цветов. На черных шторах присутствовал белый орнамент, напоминая о той неожиданной встрече на земле с прекрасной женщиной. Не желая предаваться воспоминаниям, мужчина крикнул служникам, тут же ворвавшимся в покои. – Мой любимый сосуд с виски. Живо. Как только напиток был принесён, бог смерти тут же выгнал всех восвояси… Первый бокал обжег горло, а мысли стали затуманиваться. Его сердце неожиданно заболело так сильно, что, покачнувшись и даже не дойдя до кресла, Аид упал на пол. Только вот дело предстояло довести до конца, поэтому через несколько мгновений воздух Сторибрука рассекли две появившиеся фигуры, на лицах которых явно не было заметно сострадания – в их руках находилось тело человека, ещё совсем недавно полное сил и энергии. Ночь скрывала черты подставных лиц, но было видно, что они очень довольны тем, что этот мужчина умрет в месте, которое так и не соединило его с любовью, о которой тот бредил. – А всё-таки ты любишь, Аид. – мужчины усмехнулись. – Иначе бы яд не подействовал. Кстати, удачи выжить без магии. Пара испарилась, не предполагая, что его найдет та, что была царицей Изумрудного города. *** Через несколько кварталов от этого в одном из домов еще горел свет. Белоснежка ходила из комнаты в комнату. Что не так в общении с Эммой? Женщину колотила злоба – Реджина последнее время стала значить для дочери больше, чем она! Да, Мэри Маргарет осознавала, что потеряла целых двадцать восемь лет общения с девушкой, но ведь как раз-таки именно из-за Миллс! Почему всё так неправильно? Когда терзавшие мысли привели в кухню, её перехватил Дэвид. – Эй, я вижу, что ты не на месте. Что произошло? Первым порывом женщины было оттолкнуть его, но вторым – прижаться к груди прекрасного. Из глаз потекли слезы от переполняющих душу эмоций. Женщина положила голову на плечо любимого человека и, шмыгая носом, ответила: – Я ненавижу Реджину! – Ну, тише, она изменилась, и мы этого не можем отрицать. – он поцеловал женщину в лоб, а руки ещё крепче прижали к мужской груди чрезмерно ранимую и эмоциональную жену, которая, будто потдверждая это, неожиданно взорвалась: – Ну да, конечно! Я не хочу, чтобы Эмма потом страдала! Ты меня понял? Реджина – сущее зло, которое просто причинит боль нашей дочери. Не напомнишь, из-за кого она двадцать восемь лет считала себя брошенкой? Мужчина с печалью взглянул на жену, но решил её немного привести в чувства: – Ты же знаешь, что и мы не святые люди. – Однако, уловив разозленный взгляд, что метал в него молнии, решил сразу придумать выход из ситуации, задумчиво подходя к окну: – Чтобы вернуть расположение Эммы мы должны попросить прощения у источника мудрости… Это единственный способ. На лице Белоснежки заискрилась надежда. – Нам нужно отправиться туда прямо сейчас! – женщина была неприклонна. В запасе у прекрасных всегда лежала пара бобов на случай, если кто-то исчезнет или наоборот понадобиться что-то найти, поэтому взяв волшебное зерно, они оказались у нужного источника. – Это как тогда… С ребенком. Мэри, ты уверена, что это того стоит? Наклонившись к воде, Маргарет попросила лишь об одном: – Уберегите дочь от неверного пути. Но вопреки ожиданиям семьи, вода в реке будто закипела, что означало, что они разгневали магию, что и так дала им слишком многое. В голове и Дэвида, и Белоснежки прозвучали одни и те же слова: – Вы слишком многого хотите от магии. Вы, те, кто столько сломали! Теперь на вас заклятие. Вы встретитесь только тогда, когда Ваша дочь наконец построит свою собственную, нужную их душам, судьбу. Нельзя заключать всё зло в младенце. Нельзя идти против судьбы. Вы же помните Лилит… Мужчина и женщина испарились, оказавшись очень далеко друг от друга. На них наслали проклятие. *** Кабинет Реджины с самого утра был занят. Мэр то и дело занималась городскими делами, не успевая даже перекусить. Час за часом всё больше и больше отбирали сил, однако, когда она уже была готова закончить рабочий день, на её столе ни с того ни с сего появилось письмо без упоминания того, кто его отправил. Внутри оказалась только одна строка: "Мадам Миллс и мисс Свон. Вы должны спуститься в ваше хранилище". Положив бумагу в сумку, женщина побежала к Эмме, в двух словах рассказав, что им нужно в хранилище. Как только женщины переступили порог, посреди комнаты материализовался водяной шар, размером с фаербол, изнутри которого полились слова: "Две женщины получили в награду защиту моего друга – защиту от любой магии", но для того, чтобы они могли ею воспользоваться, они должны поставить точку в своём прошлом: выслушать того, кто поет по ночам, простить того, из-за которого потеряли самые чистые эмоции, и заново пережить смерть того, который мог бы стать их продолжением судьбы." Как только последнее слово было озвучено, женщины будто попали в водоворот, конечным маршрутом которого оказался Зачарованный лес. Встав и отряхнувшись, они услышали отдалённые голоса: – Мне нужно встретиться с их духами, понимаете? – Эмма разлечила голос Ингред. – Мне тоже много чего нужно. А ты готова пойти на беЗЗУуумство? – Румпельштильцхен широко улыбался, играя пальцами. Где-то поблизости улетела с ветки птица, раздавая другим пернатым остерегающий клич. – Да, я готова. Я все на свете отдам, чтобы пообщаться с ними. – Тогда убей Робина из Локсли. В этот раз уже раз и навсегда. Оох, как тогда судьба повернет. Я в предвкушении! – он потёр ладони. – Я точно смогу с этим справиться? – женщина отпустила глаза. – Она не могла только ради собственной выгоды кого-то убить. Женщина уловила посторонний для такого места голос. – Правильно, милая, не надо. – перед ней возник дух Герды. – Жизнь, полученная таким образом, станет для твоих сестер пыткой. Одумайся, девочка моя. Я знаю, что ты сделаешь правильный выбор. Голд лишь улыбался, наблюдая за ними. Он был бы не Темным, не учуй присутствие духа и не услышав его речь. Мужчина терпеливо ждал ответа Ингрид. – Я не убью ни в чем не повинного человека. – Что же… тогда до встречи, дорогуша. Хотя… Я в этом случае не получил свой выгоды. Но кто знает: где-то теряешь, где-то находишь в сто крат больше. Мужчина взмахнул рукой и исчез. – Ты молодец! – Эмма наконец сделала шаг вперёд, чем вызвала испуг, который, собственно говоря, сразу канул в небытие. Рядом с ней стояла Миллс. – Ты должна собой гордится. – Неожиданная встреча. Это… Далось мне с трудом. Но я рада, что вы считаете, что мой поступок верный. – Ингред как всегда держалась в отделении. – Ты можешь собой гордиться. Злу сложно противостоять. Ну ты знаешь мою историю историю. – Реджина махнула головой, отгоняя непрошеные воспоминания. Неожиданно всю компанию охватила голубая дымка, а в следующий момент Реджина узнала замок, в котором они выросли с Белоснежкой, а у Реджины и Эммы замерло сердце: перед ними стояли вполне живые Сверчок, Робин, Дениэл и Крюк, однако неловкое молчание прервали волшебницы холода. Только сейчас Эмма заметила, с какой теплотой стала смотреть на Ингред Эльза. Старшая начала речь. – Не знаю, как вы здесь оказались, но очень хочу сказать спасибо за то, что помогли принять трагедию сестер. Неожиданно Свон и Миллс стало относить всё дальше и дальше: они не могли успеть даже слова сказать, когда мужчины добавили хором: – Не закрывайте друг от друга то, что для вас станет самым важным. Мы всё поймём. В этот момент на душе Эммы стало так спокойно! Ей почему-то начало казаться, что всё, что происходило с того момента, как её разыскал сын, правильно, что так и должно было произойти, в голове Реджины же приносилась лишь одна мысль: как бы Голд и события жизни не хотели очернить её душу, она никогда больше не станет на сторону зла. *** Женщины оказались в доме мэра. Только на этом приключения не закончились – Реджина схватилась за голову. Было видно, что женщина едва сдерживает крик боли. – Эмма… нам… нужно… Спуститься… Аааай…В хранилище. Блондинка не раздумывая взяла её за руку и они перенеслись туда. Как только Реджина открыла глаза, первым из её уст вырвался отборный мат. – Злая Королева не думала, что я взломаю её тайничок? – из толпы раздался голос Голда на манер общения второй его ипостаси. – С началом отношений, мамы! – на них бросился Генри, обнимая по очереди женщин, когда остальные достали хлопушки и торт. – У нас наконец-таки ПРААААЗДНИК. – Давно пора, да, Голд? – на него исподлобья посмотрел Крюк, однако тот только приподнял бровь в немом вопросе. – Ладно тебе, Килиан. Ему сто лет в обед, не понимает. – за что Голд тут же отвесил ему дедовский подзатыльник. – Генри, где твои манеры? – на него холодным взглядом взглянула Кора. – Хотя я тебе должна десятку, все же Реджина с Эммой первые замутили. – Эй, а мы? – из толпы показалась Руби и Бэль. – Вы ещё в зачарованном лесу мутили. – Ладно. Неопровержимый факт. – по лицу Шапочки было видно, что она все же не отказалась от вина. – А можно понять что происходит и почему это происходит в моём тайном хранилище сердец? – закричала наконец Миллс. Настала гробовая тишина. – Ну… Мы наконец празднуем ваше воссоединение. – ответил Генри. – Я всех собрал. – А ты не мог этого сделать хотя бы в мэрии? Или в доме? Почему тут? – Миллс явно была смущена такой компанией в их первый наконец спокойный день. – Ну ладно. Прости. Не подумал. Можем перенестись в мэрию. – у Реджины совсем округлились глаза. – Ладно тебе, Реджина. Пора уже. Слово женщины – закон. – Голду надоел этот спектакль и вся сумасшедшая компания была с лёгкостью перенесена в дом мэрии. Эмма лишь улыбалась, смотря, как Реджина научилась сбавлять обороты: если бы эта компашка вытворила подобное как только Эмма только приехала, из живых осталась бы только Миллс и Генри… сейчас же ей, на первый взгляд даже… Нравилось такое внимание к их отношениям? Свон это было действительно приятно. Через пол часа, перекусив заботливо приготовленной Бель едой, все собрались вокруг – Руби предложила поиграть в игру "Мой сосед", зачитывая правила из интернета: Все садятся в круг и ведущий говорит, что сейчас каждый должен сказать, что ему нравится в его соседе справа и что не нравится.. Когда все расскажут эти интимные подробности, то ведущий радостно объявляет, что сейчас каждый должен поцеловать своего соседа справа в то место, которое ему нравится, и укусить в то, которое не нравится. Спустя два часа фотоаппарат Генри был уже полон компромата на всех присутствующих, ведь параллельно с откровениями, если человек не хотел отвечать, задавались ещё и желания, а народ несколько раз подловил мэра и спасительницу на поцелуях...