Евгеника или обмен?

      Ещё один день войны, которая длится уже больше трёх лет. Советский Союз более или менее привык к телу немца и, даже как-то освоился среди его людей, пусть и с небольшими изменениями. Навести «хаос», как бы это назвал фриц, было для него обычным делом. Коммунист перестал в корне обращать внимания на солдат, на их строй и внешность, просто… ладно, не будем скрывать. Он ЗАДОЛБАЛСЯ. Зачем вообще отчитывать офицера за то, что он не застегнул последнюю пуговицу? Делать больше нечего что ли? Русский особо перестал пытаться притворяться Рейхом, не видел в этом особой необходимости, ведь за этот прошедший месяц, он более или менее показал, что мог слегка измениться и другим не стоит этому удивляться. Так что, теперь немецкие солдаты уже не боялись попасть под горячую руку, потому что не чувствовали этой мрачной ауры вокруг своего воплощения. Генералы уже стали чуть более ясно выражать своё мнение, не боясь идти наперекор и иногда, даже замечая его ошибки. А вид курящего Рейха на тренировочной зоне, стала обычной картиной. Наверное он стал проводить там даже больше времени, чем в собственном кабинете, что было самым шокирующим. Откуда такие изменения никто не знал, но люди теперь вздохнули с облегчением.       Самое большое, что заметили абсолютно все, это его отношение ко всему и отсутствие агрессии. За этот месяц ни один солдат или генерал не видел чтобы Третий Рейх хоть раз вспылил или начал срывать на ком-то свою злость, хотя обычно это было привычной картиной. К нему под горячую руку попадали многие, даже собственные дети, поэтому все просто надеялись поскорее от него отделаться. Но вот сейчас, фриц изменился, больше не кричит и не бесится из-за того что армия проигрывает, будто ему стало на всё это плевать. Больше не пугает всех одним своим появлением и тем, что при виде него, надо поскорее осматривать себя на неопрятный вид или не застегнутую пуговицу. Наоборот, нацист иногда даже сам выглядел небрежно, ходил без фуражки, заправлял края рукавов рубашки или просто не носил ремень если тот ему давил. Даже приходил на собрание в одной рубашке, без мундира и галстука. Видели бы лицо Гитлера в тот момент, ведь именно он был одним из тех, кто строго относился к форме, похлеще самого Рейха. Можно даже сказать, что он и есть тот, кто навязал такие опрятности немцу, но сейчас то в теле Союз. Он честно уже устал ходить вот так с иголочки. Это напоминает ему о прошлом,… когда он был зависим от своего отца Российской Империи, и был вынужден следовать его правилам. Например, обязательные участия в светских раутах. Нет уж, извольте. Совет больше обожал наследственную страсть Русских Царей — Охоту.       Бродить по лесу, изучать местность и выслеживать зверей было куда интереснее, чем видеть лица этих набожников. И у коммуниста лучше получалось пристрелить бегущего оленя в польских лесах «Спала», чем угадывать какой комплимент и какую тему лучше поднять в общений с послами. Русскому нравились простота и семейственность обстановки, тишина заповедной природы… Но, увы, его «должность» наследника не давала возможности наслаждаться всем этим столько, сколько хотелось бы.       Эх, славные времена. Помню, как на одном из загонов я стоял на номере и видел, как на него вышел чудный олень. Я поднял ружьё и выжидал, пока олень выйдет на чистое место, но в момент, когда зверь приблизился к поляне, на соседнем номере с другой стороны кто-то громко чихнул. Олень круто повернулся и бросился в чащу. Это был единственный раз, когда я по-настоящему рассердился и громко крикнул генералу Черкову: «Пётр Александрович! С насморком на охоту не ездят, а остаются дома!..» Помню это так, будто это было вчера.       Союз ведь действительно часто спорил со своим отцом и уделял немало времени «ружейному промыслу». Помнится, как Российская Империя взял и сломав, выкинул его любимое ружьё, чтобы больше времени уделял своему образованию. Закончилось это тем, что наследник просто напросто заперся у себя на целый месяц. Но он делал это не просто так. Парень перед этим нашёл своё ружьё и заново его собрал. Конечно не без проб и ошибок, но он смог его восстановить и очень даже хорошо изучил её конструкцию. С тех пор то он и начал изучать эту тему ещё сильнее. Совет за свою жизнь даже создал одно новое ружьё, но просто выдал на доработку другому инженеру и тот его завершил, а после и дал тому своё имя. Русский не особо был принципиален, всё равно все знали, что он был тем, кто его изначально создал, так что против названия не был. А вот с отцом… коммунист по итогу так и не помирился. Охота была для него всем, а ружьё его материальным воплощением, а он просто взял и выкинул его без зазрения совести, чем задел его чувства. Прощать уже не хотелось.       Знаете, Союз бы не назвал Российскую Империю ужасным отцом. Он, в отличии от других, распорядился не мучить собственного сына ненужными древними языками. Вместо этого он читал курсы естественных наук, включая анатомию и физиологию. Обязательными были русская литература, три основных европейских языка (английский, французский и немецкий), и всемирная и русская история. Для физического же развития предлагались гимнастика и танцы. Да, РИ заботился о нём по-своему, был излишне строг, иногда мог сорваться и выплеснуть свою злость, но изредка и у них были так сказать… нормальные отношения сына и отца. Империя ведь был таким же любителем поохотиться, пусть и не так сильно, как Совет, но тоже неплохо. Именно совместная охота их сближала но… увы, больше ничего кроме этого. Последние годы перед революцией были самыми худшими в плане их отношений. Тогда коммунист просто сбежал из дома, ведь отец как набожник, не был согласен с его видением идеальной страны, а наоборот, осуждал и даже насмехался над выбранной идеологией. Он слышал от него упрёк и то, что его идеология ничем особо не отличалась от того, что было.       Даже если Союз был жутким БЕЗбожником и в корне не соглашался с видением веры и жизни Российской Империи, он всё-таки частично признавал правоту своего отца. «Религия для народа, мощное оружие в руках угнетателей. Оно даёт ложную надежду и Бога, как такого, не существует». В ответ же он слышал то, что коммунист по своему строю просто заменил веру Бога в своего вождя, и то, что жизнь на самом деле здесь. Что нет никакого рая, а лишь светлое, а главное, КОММУНИСТИЧЕСКОЕ государство, которое они построят. Признавать факт того, что религия очень удобная для контроля народа вещь, русский не хотел, хоть и понимал. Он желал открыть глаза многим и вот результаты. Революция и свержение династии Романовых. Конечно же сам Совет принимал в этом участие, а его отец просто напросто лишился страны и перестал быть его воплощением. С того самого года, Российская Империя не существовал и он исчез. После этого, Совет с ним ни разу не виделся и не знает где он мог пропадать, возможно даже и умер. Никто не знает.       Хотя, с его телом вряд ли что-то могло произойти. Даже перестав быть воплощением, часть его сил остаётся в теле даже после потери власти или страны. Они уже не отличаются от других, символ в их глазах исчезает и становится обычным, прямо как у людей, их насыщенный цвет также приобретает более человеческий вид, что помогает не выделяться. Одним словом, воплощения, лишившиеся страны сильнее людей, но слабее тех, кто сейчас у власти. Отличие от людей лишь в том, что они живут дольше, но не больше трёхсот лет, это предел, да и внешне они также стареют. Физически сильнее и какие-то инстинкты могли остаться, но у многих он индивидуальный. Взять к примеру Османскую Империю. В 1922 его сместил Турция и сейчас, эта великая Империя своего прошлого, сравнима по силе с некоторыми полноценными воплощениями. Эти физические выделения есть у всех, но они строго индивидуальные. Кто-то не теряет свою силу, кто-то может не есть неделями, кто-то остаётся с более повышенной регенерацией, а кто-то видит также зорко как и воплощения. Предугадать сложно, но это мало кого волнует. Те, кто ушли, не имеют значения, их страны уже нет, а значит они по своей сути уже мертвы. Так что смысла заострять на этом внимания никто не видел. Для Союза смерть его отца была субъективной. Не объективной, а именно субъективной. То есть, истина в том, что отец на самом деле жив, но он уже не тот кого он знал и… иметь с ним отношения русский больше не желал. Это осталось в далёком и неприятном… прошлом.

Столько есть всего, о чём надо подумать. Зачем забивать себе голову тем, чего уже не вернёшь, — надо думать о том, что ещё можно изменить.

***

      Прямо сейчас, Советский Союз сидел в поезде и ехал по незнакомой дороге, но вот то, КУДА, он к превеликому сожалению знал. И лучше бы он был в неведений до конца своей жизни, но… ситуацию уже не исправить, это было обязательством настоящего Рейха, посещать этого «психа» раз в два месяца за определёнными отсчётами. Коммунист смотрел в окно и видел сменяющиеся деревья, которые были все что один, все мёртвые, все высокие, все пугающие. Резкий вход в туннель, ненадолго лишил его источника света, а слух вместе с этим также среагировал и стал острее. Те недолгие секунды, что он проезжал по тоннелю в кромешной темноте, слышались как какой-то отсчёт времени. Эти тяжёлые стуки колёс и мощный гул тепловоза. Необычный, но также и характерный для них запах: смесь, в которой и дым от угля и торфяных брикетов, креозот, запах жжёной резины тормозных колодок. Так и слышится этот «ТУДУ ТУДУ, ТУДУ ТУДУ». В голове это почему-то отозвалось как секундная стрелка часов — «ТИК ТАК, ТИК ТАК». — Стрелка часовая. Идет за часом час, Не спеша, не отставая, И ведет с собою нас.       Этот стих русский напевал каждый раз, когда садился в поезд и прислушивался к звукам колёс, чуть сконцентрировавшись, мог слышать как горят угли в печи, как ходят солдаты за дверью купе, о чём они болтают и даже ритм их дыхания. Эти звуки не были неприятными, скорее естественными, особенно, если ты живёшь в большом городе, а если уж это столица, то о тишине можно только мечтать. Сейчас, когда звук слегка стих, голова перестала быть в таком напряжений, хотя это даже и напряжением не назовёшь.

Воплощения…

      Воплощения страны, похожи на людей… но… совершенно не они. Страны именно ПОХОЖИ. Они не люди! Они настоящие звери в человеческом обличии. Союз признавался в этом самому себе и даже лишний раз убеждался. Стоило понять других стран, их видения и действия в определённой ситуации, как видишь то, с каким же отношением они это делают. Наглядным примером был, что не удивительно и сам русский. Это было давно, ему было лет десять кажется… он уже и не помнит. И не помнит это не потому что это было нечто страшное, что хотелось забыть как страшный сон. Нет! Это было что-то совершенно естественное, обыденное и поэтому не сохранилось в памяти так крепко, как например, рождение сына.       Наследник Российской Империи, был похищен в возрасте десяти лет с целью получения выкупа за него. Всё закончилось благополучно, но вот детали произошедшего известно далеко не многим. Первое, что тогда сделал ещё ребёнок после того как проснулся в сыром подвале, связанный по рукам и ногам, это выдохнул и сконцентрировался. Не было ни намёка на панику, детские крики или хотя бы попытки сбежать. Нет. Он как сидел спиной к сырой стене с завязанными руками, так и сидел. Совет слушал звуки снаружи, изучал обстановку, плотность воздуха, настолько глубоко под землёй он находился, сколько примерно снаружи людей и каковы его собственные шансы сбежать. Этот этап обучения был практически самым первым, что он начал изучать едва ему исполнилось пять. Когда заходили похитители чтобы проверить, он притворялся бессознательным, это повысило шансы на более долгое пребывание в одиночку и понизил саму настороженность людей. Стоило людям стать уверенней, что мальчик, пусть и ребёнок, но воплощение с большей физической силой, спит, так они оставили его на долгое время. Этого с лихвой хватило, чтобы Союз освободил свои руки и ноги, как его учили. Выпутываться из всевозможных узлов, основа всего. Дальше шло окружение. Что можно использовать в качестве оружия? Ничего под рукой тогда не оказалось и всё, что смог сделать коммунист, так это ждать. Точнее даже не ждать, а выжидать.       Он поставил всё на то, что из-за ослабленной бдительности проверить их добычу зайдёт лишь один человек. А ему этого вполне хватало. Если всё сбросить на эффект неожиданности, то даже ему удастся одолеть трёх взрослых мужчин. Повезло ему или нет, но всё пошло именно так, как и предполагалось. Совет резко напал на первого человека, отобрал нож и выбежал из подвала. А дальше…       Солдаты направлялись в сторону возможного укрытия. Они смогли выйти на след и найти место где держали наследника Российской Империи, вот только полнейшая тишина в доме их сильно пугала. Не было никаких шумов, разговоров, даже шага не слышно. Но на свой страх и риск, им пришлось зайти быстро и неожиданно, вот только… этого даже и не требовалось. Открыв двери, солдаты в большинстве своём ужаснулись, а некоторые выбежали на улицу проблеваться. В комнате, валялись три трупа взрослых людей, один на другом и на самой вершине, сверху устроился и сам мальчик. РСФСР, на тот момент он носил именно это имя, был страшен в глазах простых людей, хотя имел тело обычного десятилетнего ребёнка. Глаза, окрашенные в цвета алой крови и желавшие только одного — убийства. Мокрые и пропитавшиеся русые волосы, пара следов отпечатков пальцев на щеке, шее, руках. Одежда же полностью была грязной, местами порванной, с отпечатками рук и явно не его собственных, возможно от тех людей.       И это не самое страшное, а то, что воплощение даже не пытался сбежать, он просто ждал и сидел на этих трупах, словно это какое-то кресло или диван, а в руках он с интересом вертел обычный нож, не обращая внимания на то, на чём он сидел, будто бы это ничего для него не значит. Трупы же были разукрашены в самых ужасных вариантах. Союзу было мало их просто убить, он вдоволь поиздевался над ними перед тем, как прикончить. О чём говорят отрубленные пальцы, нос и уши, собранные в отдельную кучу. Глаза были выколоты, расставленные в ряд перед людьми, будто бы коммунист желал показать им то, как они выглядят со стороны. Он так и говорил всем своим действием, «Посмотри во что ты превратился. Посмотри на свой собственный, безглазый и уродливый труп».       Солдаты замерли возле двери, не решаясь даже словом обмолвиться, словно боясь спровоцировать дикого зверя. Мальчик услышал их приход, он узнал об их приближении даже раньше, чем эти самые солдаты вообще увидели это здание. Все чувства воплощения были обострены до предела и он это знал, он сделал это специально, ведь такого требовала ситуация. РСФСР повернулся к людям, нахмурил брови, отбросил нож на землю и спросил, возможно самым страшным на тот момент голосом. — Почему так долго?       В течении часа Российская Империя узнал обо всех подробностях, позаботился о том, чтобы это не дошло до ушей других воплощений. Про похищение и так все прознали, нужно было, чтобы о такой расправе никто не узнал, иначе начнут его беспокоить почем зря. А вот то, чему Совет удивился больше всего когда вырос и стал понимать, это тому, что РИ его похвалил. Империя поздравил сына с его первым УБИЙСТВОМ. Вы видите здесь хоть какой-то намёк на нормальность? Его тут нет! За всю свою жизнь, русский ни разу не видел человека, который после убийства не имел бы хоть каких-то последствий, хоть какие-то изменения. Даже самые настоящие маньяки и психи чувствуют от этого экстаз или наслаждение, делают убийства с эмоциями. А вот коммунист сделал это как само собой разумеющееся, словно это было заложено в нём с самого начала.       Осознание этого факта было для русского, который с его идеологии желал быть более приземлённым со своими людьми, чем-то шокирующим. Все воплощения использовали или реагировали на такую их… психологическую устойчивость по разному. Кто-то просто старался не обращать внимания, считая, что убийство с определённой целью вполне нормальное явление, особенно в их среде. Кто-то просто пытался избегать любых проявлений этой своей стороны и не желал опускаться до убийства, даже если бы это на них никак не отразилось. А были и те, кто принял эту сторону себя. Тот же Османская Империя. Он в своё время много воевал, конфликтовал и никогда не старался прятать эту свою… животную натуру. Сложно сказать на этот счёт про Третьего Рейха. Многие… хотя почему многие. Абсолютно все видели и знали, что немцу не чужды убийства ради достижения его целей. Но в отличии от турка, фриц не особо показывал эту свою сторону, иногда мог, но не всегда. Он был рациональным интеллигентом, а не безрассудным психом, русский знал это как никто другой. Нацист не брезговал убивать, но прямо как и люди, он не мог так обойтись с кем-то близким, даже если бы тот его предал. И к своему превеликому сожалению, Союз Советских Социалистических Республик был точно таким же. Он боится что… в конце концов он сделает не то, что должен, а то, что хочет…

Раньше он не мог сделать выбор, потому что не знал, что будет потом. Теперь он знает, что будет и потому не может сделать выбор.

***

      Освенцим — город в Польше, входит в Малопольское воеводство. В переводе с польского Освенцим значит «освящённый». Именно туда прямо сейчас направлялся СССР. Он скорее был вынужден туда пойти, ведь это, как уже говорилось, было обязательством настоящего Рейха, так что у русского особо выбора как таковой нет. Этот город был зоной в которую практически мало кого допускают, у шпионов даже больше шансов выкрасть планы прямо под носом Гитлера, нежели попасть под категорию, «работать в Освенциме». И вот прямо сейчас, Союзу предоставляется шанс оказаться в этом, хорошо что лишь как смотритель — АДУ. Никак ещё это место не назовёшь, потому что это не просто пункт немецких солдат, это — «концлагерь». И заправляет этим адом, никто иной как — Йозеф Менгеле — немецкий врач проводивший медицинские опыты на узниках концлагеря Освенцим (немцы же после захвата в 1939, переименовали его в Аушвиц). Йозефом были проведены опыты над заключёнными, включая анатомирование (буквально изучение выше тканевых, если проще, расчленение и изучение тел) живых младенцев; кастрация мальчиков и мужчин без использования анестетиков; битье женщин ударам тока высокого напряжения с целью тестирования их выносливости. Менгель даже попытался создать сиамских близнецов, сшив между собой цыганскую двойню вдоль всего или хотя бы половины позвоночника, что в медицине практически невозможно. Те дети перенесли ужасные муки перед тем, как умереть из-за начала заражения крови. Сразу ясно, что нормальным такого человека точно не назовёшь. Менгел был неуравновешенным, он часто приходил к детям и когда у него было скверное настроение, хватался за стулья и швырял ими в окна и стены, устраивая вокруг беспорядок. Пару раз убивал ненароком попавших под горячую руку, так что его многие избегали.       Вообще, лагерь в Освенциме начал строится в 1940 году, а самый ужасающий факт в том, что его строили евреи. То есть они буквально, собственными же руками строили свой персональный ад, в который они попали одними из самых первых и возможно, уже давно погибли. У этого нациста что, пристрастия такие? То он так шутит над заключёнными, то собственных детей отправляет в Варшаву. Видимо с чувством юмора проблемы.       Стоило оказаться перед входом в этот лагерь, как всё настроение было уничтожено подчистую. Железные ворота с надписью: «ТруД освобождает», был не более чем обманом и тут больше бы подошло название: «ТруП освобождает». Это значит, что твой единственный способ стать свободным, это стать полноценным трупом и, увы, но это было правдой. Смерти здесь никто не избежал. Тут были заключены не просто дети, старики, женщины и больные, но и советские, польские солдаты, евреи, да и много кого помалу. Воздух был буквально пропитан негативом и запахом смерти, погода была тусклой, пасмурной, будто бы эта зона сама по себе не может быть светлой. А все эти немецкие солдаты, которые приветствовали Союза с фирменной для них честью и собаки лающие на тех узников, что можно заметить неподалёку, перетаскивающих чьи-то, возможно тела собственных же друзей или семью, лишь сильнее злило. Русскому ничего не оставалось кроме как сохранять холодный вид и идти в сторону нужного ему экспериментального блока. Коммунист был одет также как и Третий Рейх, сохранив тот мрачный, но строгий образ. Он был одет в чёрный, длинный, расстёгнутый и доходящим до колена мундир. Под ним была белая рубашка, словно бы для торжественных случаев и кожаные белые перчатки на руках, которые обычно носят маршалы и генералы. Снизу более узкие, в отличии от других офицеров бриджи и высокие до колена сапоги. Всё кроме рубашки и перчаток были чёрного цвета, вместе с фуражкой, что придавало его образу строгости и небольшого страха. Форма нациста была очень похоже на форму СС-цов — подготовленный отряд охраны под личным командованием самого Третьего Рейха.       Совет шёл медленно, не сходя с пути, сцепив руки в замок за спиной и этим действием, показывая своё положение и власть. Никто кроме Тройки не имеет права ходить в таком положении, по крайней мере, если на этой зоне нет кого-то выше него по статусу. Стук от каблуков на сапогах был равномерный, а солдаты, что ещё не знали о таких глобальных изменениях в характере немца, вставали вольно и приветствовали своего фюрера. Каждый раз, когда фриц посещал это место, ничем хорошим это не заканчивалось. Был случай, когда солдаты его не заметили и обсуждали тему того, а как собственно к этому лагерю например, относятся его сыновья, ФРГ и ГДР. Рейх услышал их и знаете что, он застрелил тех троих на том же самом месте, приказал сжечь их тела вместе с такими же отбросами евреями погибшими не так давно, а их семьям передать, что они были казнены за предательство. Тройка очень сильно отреагировал тогда и на это была лишь одна причина. Сыновья. Они оба в курсе этого места, но они считали что «это» ничем не отличается от обычных лагерей. Еда есть, одежда есть, иногда даже платят, точно трудовой лагерь. То есть, работаешь и всё. Как например в той же Варшаве. Но нацист в корне не желал показывать это место детям. А всё почему? Да потому что Рейх начисто скрывал информацию о том, что в Освенциме ставятся опыты на людях и ладно бы только на евреях, но от этого страдали все НЕ НЕМЦЫ. ФРГ и ГДР были более, так скажем, не согласны с взглядами своего отца, а разочаровывать и падать в их глазах Тройка не хотел, поэтому посчитал, что скроет именно эту страшную часть. У них совсем иные отношения, нежели у Союза со своими тремя. Но это уже потом, сейчас, надо разобраться с тем, что происходит здесь, в лагере.       Русский дошёл до нужной двери, открыл её и прошёл внутрь. Он оказался в более тёмной комнате, а внутри есть ещё одна, но уже светлее. В стене между этими комнатами большое квадратное стекло, чтобы видеть то, что происходит внутри и… сейчас Совет зашёл видимо не вовремя. За стеклом, в довольно светлой комнате были трое врачей в белых халатах, масках и перчатках, кажется проделывали очередную операцию. Они закрывали обзор и не видно, что или кто у них под ножом, но Союз догадался довольно быстро, заметив лишь торчащую, тощую и явно детскую ногу. Когда он только вошёл сюда, то краем глаза заметил как эта самая нога дёрнулась, словно в припадке, и также быстро успокоилась. Кажется, он застал момент смерти этого ребёнка. Русскому было неприятно видеть всё это, он совершенно не любил такого рода вещи, но не мог изменить того факта, что и в его стране он был свидетелем некоторых экспериментов.       В СССР проводились опыты, но не настолько изощренные. Его люди пытались сделать прорыв в медицине, пересадкой головы собак, оживлением мозга с кровообращением от насосной машины, продление выносливости с помощью возбуждающих средств и так далее. Дети конечно не избежали такой участи и у них работали с слюноотделением и рефлексами глотательных связок. Выживали ли они? Да. Но всю свою дальнейшую жизнь они оставались с отклонениями или дефектами, о нормальном здоровье можно уже только мечтать. Но Союз не настолько опустился. Перед тем как забрать ребёнка на эти эксперименты, они предоставляли ему выбор и они сами соглашались на это. Дети, в основном старше десяти лет, делали это ради выживания, ведь после Гражданской войны был сильный голод и сиротам на улице хотелось жить. Они лишь хотели выжить, а то, что они станут уродами их волновало гораздо меньше. В отличии от нацистов, советские люди не использовали для этого пленных, но при этом и не оглашали факт того, что теми, кто подвергался эксперименту, были их же собственные люди. Коммунист не особо осуждал Рейха за такое, сам недалёк от этого, но… некоторые дела Тройки были даже не с благой целью, а скорее каким-то издевательством. Вот именно за это русский его и осуждал, а сейчас он видит эти эксперименты прямо у себя перед глазами. Честно, неприятное чувство. 95% всех испытуемых не выживали под ножом Йозефа, поэтому Совет думал о том, чтобы это как-то остановить или хотя бы ПРИОСТАНОВИТЬ. И у него возможно есть предлог.       Через полчаса, эта операция, видимо окончившееся очередным провалом, завершилась. Первыми вышли двое врачей, сменили одежду и поприветствовав фюрера, покинули помещение. Последний же, не спеша снимал с себя халат и перчатки, затем маску с лица и головы, после чего с натянутой улыбкой вышел из операционной. Он нажал на выключатель и до этого тёмная комната стала яркой, от чего стоявшие до этого солдаты сильно зажмурились, но никак не коммунист. Перед Союзом предстал вполне себе обычный на вид человек, с тёмными волосами и глазами, опущенные веки и большой нос. И не сразу скажешь, что он немец. Улыбка этого «доктора» была пугающей, хотя конечно с улыбкой настоящего Третьего Рейха не сравнится. Нацист мог заставить всех боятся, а этот человек лишь заставить нервничать, так что русский его совершенно не опасался. — Guten Tag, mein Führer. Добрый день, мой фюрер.       Йозеф сказал это с сарказмом. В такую тухлую погоду, и говорить «добрый день»? Явно пытается как-то разрядить обстановку. СССР сейчас стоял перед ним, держа руки за спиной. Он уже наслушался криков со стороны ограждений, когда проходил мимо, а слышать ещё и шутки этого психа он не желал. Не до него. — Auf welche Frage hast du dich entschieden, MICH anzurufen? По какому вопросу ты решил МЕНЯ позвать? — Keine Sorge, nur ein Bericht über Experimente und neue Methoden. Würdest du gerne sehen? Не волнуйтесь, лишь отчёт об экспериментах и новые методы. Хотите посмотреть? — спросил Менгел, беря бумаги из полки у левой стены. — Später. Позже. — Schade, aber die Folter ist ziemlich einfach. In jeder Hand — 15 Nägel, einer für jede Phalanx des Fingers. Жаль, а ведь пытка довольно простая. В каждую руку — 15 гвоздей, по одному на каждую фалангу пальца. — ... — Его фюрер молчал, поэтому доктор поспешил повернуться. У него были какие-то подозрения. — Was? Что? — Und nichts als zehn Finger? А ничего что пальцев десять? — Und das ist das einzige, was dich verwirrt hat? Inkonsistenz in der Anzahl der Nägel an den Fingern? И это единственное что вас смутило? Несоответствие количества гвоздей на пальцы? — du siehst. Как видишь. — Ahahahaha! Jetzt glaube ich, dass es «DU» vor mir ist, Führer. Und dann gibt es hier Gerüchte, dass Sie ersetzt wurden. Ахахахаха! Теперь я верю, что передо мной именно ВЫ, мой фюрер. А то ходят здесь слухи, что вас подменили. — Andere haben einfach nichts anderes zu tun. Абсурд. Другим просто заняться нечем. — ...Hast du mir noch etwas zu sagen? …Вам ещё есть что мне сказать? — Weißt du, dein Spitzname, den die Gefangenen — «Engel des Todes» gegeben haben, passt nicht zu dir. Знаешь, твоё прозвище данное узниками — «Ангел смерти» тебе не подходит. — Ich weiß! Das ist so bescheuert! Rufen Sie mich an, einen Psycho und einen Arzt, gleichzeitig einen — Engel! Anscheinend liegt das daran, dass ich am Anfang aus Langeweile ein paar Mal mit ihnen gespielt habe. Aber wenn Sie das so sehen, mein Führer, welcher Spitzname passt besser zu mir? Я знаю! Это же так глупо! Называть меня, психа и доктора одновременно — ангелом! Видимо это из-за того, что в начале я пару раз игрался с ними от скуки. Но если так посмотреть, мой фюрер, то какое прозвище подходит мне больше? — Verrückter. Безумец. — Ahahahahah! Ich weiß! Du selbst hast gesagt, dass du nicht anders bist als ich, also schau dir an, was ein Verrückter wie du tut! Ahahaha. Ich liebe es, die Gesichter dieser Kinder zu Beginn des Experiments zu betrachten, ich gebe ihnen Hoffnung, dass sie den Tod vermeiden, und dann schicke ich sie selbst unter mein Messer. Du hättest ihre Gesichter sehen sollen, als sie es merkten. Und was ist interessant, was ist das Schlimmste für diejenigen, die darauf warten, dass sie an die Reihe kommen? Diese Momente, in denen die Testpersonen schreien, oder diese langen Pausen zwischen den Schreien? Ахахахаха! Знаю! Вы сами сказали, что ничем от меня не отличаетесь, вот и смотрите на то, что творит такой же безумец как и вы! Ахахаха. Я обожаю смотреть на лица этих детей в начале эксперимента, я даю им надежду, что они избегут смерти, а потом сам же отправляю их под свой нож. Видели бы вы их лица, когда они осознавали это. И вот что интересно, что же самое худшее для тех, кто ожидает своей очереди? Те моменты, когда подопытные кричат, или эти долгие паузы между криками? — Leider weiß ich die Antwort nicht. К сожалению, ответа я не знаю. — So wie ICH. Wir werden das NIE wissen. Как и Я. Мы с вами этого, НИКОГДА не узнаем.       Пока этот псих продолжал смеяться своим же словам, Союз лишь сильнее закипал от злости, хотя по выражению лица этого даже и не заметишь. Но, воплощение выдавали его глаза. Они уже давно окрасились алым цветом и лишь из-за «весёлого» разговора, Менгел этого ещё не заметил, а ведь он уже переступает черту дозволенного. Проучить никогда не помешает.       Подойдя на шаг ближе, коммунист резко схватил его за горло и прижал к той полке, откуда попадали разные бумаги. Союз подвесил его чуть выше от пола, не давая коснуться земли, от чего это было похоже на удушение. Попытки мужчины освободиться и убрать руку со своей шеи, были тщетны, воплощение намного сильнее. Солдаты, что до этого были в комнате, продолжали стоять как ни в чём не бывало, ведь ещё пять минут назад их фюрер предупредил ничего не предпринимать пока он будет с ним разбираться. Йозеф еле держался и только сейчас, он заметил как страшно и ярко горели глаза его собственного фюрера. Насыщенно алые, даже кровь не такого яркого цвета. Он был одновременно и заворожен и напуган, но больше всё-таки беспокоился о своей жизни, ведь его прямо сейчас готовы задушить. — Mengel. Sie müssen mit Ihren Worten vorsichtig sein. Denken Sie daran, ich bin kein Mensch. Ich bin eine Verkörperung und meine Vision von dieser Welt unterscheidet sich stark von Ihrer. Denken Sie nicht, dass ich es nicht tun werde, wenn jemand dies nicht tut. Sie haben mich in letzter Zeit enttäuscht, anscheinend habe ich Sie etwas entspannt. Stellen Sie sicher, dass dies nicht noch einmal passiert. Менгел. Тебе надо быть поосторожнее со словами. Не забывай, Я — НЕ ЧЕЛОВЕК. Я воплощение и моё видение этого мира, СИЛЬНО отличается от твоего. Не думай что если уж человек этого не сделает, то не сделаю я! Ты разочаровываешь меня в последнее время, видимо я дал тебе возможность слишком расслабиться. Этого будь уверен, не повторится.       Договорив, Совет разжал хватку и отпустил горло, ведь видел, что мужчина уже начинал задыхаться. Стоило телу упасть на колени, как следом послышался громкий кашель. Йозеф держался за шею и дрожал всем телом, боясь поднять взгляд и вновь встретиться с этими глазами с узорами свастики. Они слишком… пугают. Коммунист сперва бросил взгляд на того ребёнка, что всё ещё лежал на операционном столе уже мёртвый. Ему делали ампутацию второй конечности и кажется, пытались пришить обратно. Разозлившись, он бросил на доктора последний, недовольный взгляд и развернувшись, пошёл к выходу из помещения. Прямо перед тем как оставить того одного вместе с солдатами, фюрер сказал: — Du machst dich besser an die Arbeit, sonst werde ich anfangen, an deinen Experimenten zu zweifeln, weil ich nicht das gewünschte Ergebnis erhalte. Es liegt in Ihrem besten Interesse, sich damit zu befassen. Тебе лучше заняться работой, иначе я начну сомневаться в твоих экспериментах, ведь не получаю должного результата. В твоих же интересах разобраться с этим.