Размером с хвост

      Никогда Саки не думал, что существует нечто намного больше деревьев. Горы всегда казались ему чем-то недосягаемым, наравне с небом, поэтому он даже не размышлял об их размерах.       А теперь он вместе со своими спутниками медленно поднимался все выше и выше, отыскивая наиболее пологие тропки. И деревья становились все меньше и меньше. Смотреть на них было страшновато: кружилась голова. И воздух как-то странно-легко проникал в легкие, так что от этого немного шатало.       Верхушки деревьев остались под ними. И Саки никак не мог поверить, что этот зеленый массив — его дом. Добравшись до ровного участка, они остановились, чтобы отдышаться.       — Отсюда может быть видно наше логово, — заметил Адэхи, всматриваясь вдаль. — Поразительно. А мне наши скалы казались огромными…       Саки очень хорошо его понимал. Среди зелени сосен и елей и пестроты лиственных деревьев выделялись мрачные серые скалы, обжитые волками. Пространство вокруг них было открытым, поэтому можно было разглядеть маленькие бродящие фигурки.       — Хорошо видно. Но слишком высоко… — вздохнул Точо, тщательно всматриваясь. — Увидеть бы их… знать бы, что все хорошо…       Саки посмотрел на него. В голове засел последний взгляд Охитеки, которым они обменялись, поэтому бурый лис был готов понять своего друга. Но все равно не удержался от вопроса:       — Ты правда так переживаешь за него?       — Будто бы ты не переживал за Адэхи, — с заметным удивлением ответил Точо.       — Ну… Это другое, — Саки смутился. — Мы с Адэхи… давно, и… ну, у нас это по-другому. Просто вы-то всего одну ночь были вместе…       — Ну и что?.. — пятнистый снова перевел взгляд на открывшийся им вид. — Мы… много говорили в эту ночь.       — Говорили?.. Серьезно?       — Да. Думаешь, с волками нельзя говорить? Забавно, Тэк думал так же про лис. Поэтому удивился, что мы умеем поддерживать разговор… Он сказал, что это его первый раз… в этом плане. Саки, я с самого начала был готов к тому что мне придется спать с волками. Я правда думал, это будет хуже. Но к нему меня сразу потянуло… Может, и такое бывает, как думаешь?       Помолчав, Саки выдохнул, хотя изначально собирался держать это в секрете:       — Бывает. Моя мама любила волка…       — Правда?       — Да. Я был желанным ребенком для нее, но моего отца убили другие волки. Но мама его любила…       — Может, и моя мама тоже… — вдруг задумался Точо.       — Думаешь? Она что-то говорила про отца?       — Не знаю, не помню… Но я ее спрошу, когда мы увидимся.       Тут Адэхи, бродивший в это время рядом, принюхиваясь, подошел к ним. Кажется, он слышал их разговор, или его последнюю часть, потому что воодушевленно сообщил:       — Значит, мы можем попытаться найти твоего отца!       — Опять у тебя эти навязчивые идеи… — закатил глаза Саки: то волк был одержим мыслью найти отца Саки, то теперь переключился на новую жертву.       — Но ты подумай: одно ваше существование может многое изменить в их головах. Если сказать волкам, что они могли нечаянно трахнуть собственного ребенка, пусть и лисьего — думаешь, им будет с этого нормально? Мне кажется, это могло бы в них что-то поменять. Может, они бы задумались о том, что кто угодно из лис может оказаться лисоволком, их ребенком… — объяснил волк и обратился к Точо. — Хорошо, что ты больше ни с кем не спал, иначе могла бы выйти не очень приятная ситуация…       Но пятнистый лис замер, вытаращив глаза.       — Что? — испугался Адэхи.       — Но ведь… не могло же быть… чтобы Тэк… он же старше…       — Фу, ужас какой, вероятность этого ничтожно мала, — выпалил Саки, даже не желая об этом думать. Сам-то он знал, что его отец черной окраски, поэтому сразу понимал, что им не мог быть никто из надругавшихся над ним волков.       — Нет, он последний год по мальчикам, это я точно помню. Он сам говорил… — заверил Адэхи. — Он хоть и болтает о своей всеядности, но свои вкусы у него есть. А начинал он, правда, с волчиц, в юности…       — У него есть дети? — вдруг спросил Точо.       — Ну… Вроде нет. По крайней мере, никто к нему с такими признаниями не подходил.       — Его дети могли бы быть старше тебя, — подметил Саки.       — Вот и я о том же! Ладно… — пятнистый вздохнул, снова глядя на скалы. — Вроде бы все видно, но никак не приглядеться…       — Здесь хорошая точка, чтобы наблюдать за стаей. Чем он и пользуется, — заявил Адэхи. — Тут пахнет волком, я такого запаха не знаю. Это точно Арэнк.       Лисы разом обернулись на него.       — Значит, он действительно тут? — выдохнул Точо.       — Да. И, думаю, он следит за логовом отсюда.       — Зачем это ему? Он их бросил, — не удержался от скептического фырка Саки: он все еще не мог до конца поверить в могущество этого сбежавшего «вожака».       — Я думаю, он все равно беспокоится, там ведь остались его близкие…       — Ага, которые дали ему уйти. И он тоже ушел, оставив их…       — Саки, не надо, — в голосе Адэхи проскакивали нервозные нотки. — Мы должны верить…       — Знаю, на кону слишком многое. Но мне все равно сложно поверить!.. Тот, кто бросил стаю один раз, бросит и другой. Да и мы так ничего и не выяснили про него. Даже не знаем, ждет ли его кто-то кроме Хонови. Что будет, когда мы его вернем? Сейчас это просто пустая надежда.       — Даже мой брат в это поверил! Не называй это пустой надеждой! — вдруг повысил голос Адэхи. — Мой брат, о котором ты тоже был не лучшего мнения — и что?.. Но он сказал нам идти сюда, он рискнул собой для этого!       — А что ему нужно было сказать? — не удержался Саки, давно понявший горькую правду. — Он просто отослал тебя! Он хотел защитить тебя и Точо. Если бы он просто сказал «бегите», вы бы не убежали и не бросили его! Вот он и воспользовался тем, во что верили вы, чтобы вы точно ушли и были в безопасности!       Он смотрел, как меняется выражение морды Адэхи. И уже пожалел о том, что сказал. Да, он умнее волков, это факт. Но волки из-за этого уязвимее. Из-за своей наивности и прямолинейности. Нельзя было бросаться такими вещами в лоб.       — Нет, — все же решил Адэхи. — Если он хотел нас отослать, он бы не отправил нас сюда. Он ведь знает, что мы потом вернемся. Что мы приведем наш план в действие, понимаешь? Если бы он считал, что это не имеет смысла, и мы обречены на провал — он бы не отправил нас сюда и не подверг опасности. Как ты и сказал, он хотел нас защитить. Он бы не стал вселять в нас ложную веру, которая нас убьет. Он тоже видел в этом единственный шанс все изменить…       Но его речь становилась все более вялой, неуверенной. Саки сдался и подошел к нему. Потянулся, лизнул его щеку, когда волк склонился. Лис потерся об него мордочкой, чувствуя, что тот мог обидеться.       — Да… Наверно, ты прав. Такое тоже может быть.       Волк заметно успокоился, чему Саки был рад. Ведь Адэхи всегда верил в него, как никто другой. Как не верили в него лисы, как не верили другие волки… Адэхи верил, даже когда мог от этого пострадать. А теперь настала пора Саки поверить в серого друга. Безоговорочно. Даже если эта вера приведет их всех к смерти.       Но, наверно, в этом и заключается смысл. Верить во что-то. И найти кого-то, кто поверит в тебя. И вместе бороться. За истину. За правду. За право на жизнь…       Да и ведь волк его никогда не обманывал. Наоборот, он все время оказывался прав. Может, и его вера в бывшего вожака не беспочвенна? Решив вверить свою жизнь интуиции Адэхи, Саки напомнил:       — Ты говорил, тут волком пахнет…       — Да. Я, правда, не могу найти след — запах слишком насыщенный, и так много меток вокруг… Но это значит, что он действительно тут. Идем.       Они ушли по тропе вглубь гор, так что лес скрылся из виду. Деревьев здесь не было, местность же сама была каменистой, кое-где попадались редкие сухие кусты и трава. Адэхи же только качал головой.       — Им пахнет, но очень сильно. Может, воздух здесь другой, и на нем запах распространяется как-то по-другому…       — А, может, здесь несколько волков?.. — предположил Точо.       — Сомневаюсь: запах везде один и тот же.       Огибая крутую возвышенность, они углублялись все дальше. Волк вдруг замер и, покачнувшись, сел. Саки тут же прильнул к нему, заглядывая ему в морду.       — Ты как?       — Голова закружилась, все в порядке… Давно такого не было. Видимо, слишком сильно нюхал…       Когда Адэхи оклемался, их пусть продолжился. Непривычный пейзаж казался совершенно однотипным: бесконечные горы, скалы, вершины… земля и серость. Вид не слишком приятный, особенно после ярких цветов леса.       И, когда они проходили мимо возвышенности, прямо из которой торчали в сторону сухие ветки куста, лис остановился.       — Мне кажется… мы здесь уже были.       Его спутники обернулись.       — Разве?.. — Адэхи огляделся. — Мы ведь шли прямо. Да и запах… Запах такой же сильный. Везде…       — Арэнк в горах уже давно. Неудивительно, что здесь все пропахло им… — пробормотал Саки. Поднял голову. Солнце садилось. Дни вообще в последнее время становились все короче. А вместе с тем — холоднее. Здесь это ощущалась особенно сильно — изо рта шел пар.       — Парни, идем обратно, — лис чувствовал подкрадывающуюся панику. — Нужно выйти туда, на открытую часть…       — Мы заблудились?.. — понял Точо, и Саки кивнул, не давая себе вникнуть в эту мысль.       — Да.       — Нет… — Адэхи снова старательно принюхался. — Он же где-то здесь…       — Он и там был «где-то здесь». Он живет «где-то здесь». Давайте просто выйдем и… попробуем еще раз, попозже.       Адэхи пристально смотрел на него. Кажется, считал состояние лиса и согласился:       — Может, так и лучше… Надо было идти по краю, наверно, чтоб не терять открытое пространство из виду. Давайте вернемся.       И они пошли обратно. Хотя, казалось, ничего и не поменялось. Те же камни под лапами. Та же давящая серость, будто бы стискивающая со всех сторон. Голову тоже словно что-то стискивало. Горы, горы… и скала. С торчащим из нее кустом… голые ветки которого чуть покачивались, будто в усмешке. В издевке… Так что и Саки самому стало смешно.       Он остановился, глядя на куст. Сел. И рассмеялся. Отчаянно, истерически, почти до слез.       Адэхи подошел и молча опустил голову на его макушку.       — Тебе это ничего не напоминает?.. — выдавил из себя Саки, немного успокоившись от теплой близости волка. — Как та сраная река! Мы шли, и шли, и шли… а конца у нее не было, и деться некуда… и теперь та же срань, только с горами…       — Все будет хорошо, — очень ровно проговорил Адэхи, сам в это не веря.       — Мы потерялись в горах. Как мы могли потеряться?.. Здесь холодает. А мы прошли вокруг этой кучи уже раза четыре… Что делать?..       — Ничего. Надо найти какое-нибудь укромное место, там заночевать. Может, мы просто устали, перенервничали, поэтому все горы сливаются в глазах… А утром найдем путь назад.       — И вы собираетесь заночевать прямо здесь?       Троица разом обернулась. Недалеко от них, между двух вершин, сидел волк. Взрослый, потрепанный, с обоими порванными ушами. Он спустился вниз, пока они смотрели на него, раскрыв рты.       — Горы не любят чужаков, — объяснил волк, подходя. Саки заметил, что тот намного крупнее Адэхи и даже, наверно, Охитеки. — Горы — это не лес. Заплутаете — голова пойдет кругом, и сами пойдете кругом. А потом и свалитесь с какого-нибудь выступа. Идем.       Он прошел мимо и остановился, оглянулся на незнакомцев.       Первым из оцепенения вышел Адэхи. Он подскочил.       — Вы ведь Арэнк?.. Да?.. Мы искали…       — Я знаю. Слышал ваш разговор, — волк кивнул головой. — Пойдем.       — Вы следили за нами, — пробормотал Саки, медленно осознавая, почему волчий запах их буквально преследовал. — Но скрывались… Почему вышли сейчас?       — Посчитал, что если бы Керук решил меня убить, то не отправил бы для этого троих детей. Так вы решили остаться здесь? Искать «укромное место» будет непросто.       — Да… Да, мы идем, — Адэхи тут же подошел к нему, призывно глянув на лис, которые не шелохнулись. Что-то у Саки внутри скручивалось. Неприятно. Наверно, ему было бы легче, если бы они и вовсе не нашли этого волка.       Однако факт, что они его нашли, означал, что Хонови была права.       Но лапы бурого лиса слишком болели от длительной ходьбы по камням, а в голове неприятно давило. Он горько вздохнул и, переглянувшись с Точо, последовал за волками.       — Значит, вы ждали, что кто-то за вами придет? — спросил у волка Адэхи. — Я понял, что вы специально оставили все эти метки…       — Чтобы сбить с толку, да. Меры предосторожности. Керук ни разу не пытался до меня добраться, но, знаете… однажды и рыба может укусить. И волк сожрать медведя…       «Трус», — крутилось в голове у Саки. «Он просто трус».       Но и другая мысль не давала покоя. Саки ускорился, догнал бывшего вожака и заглянул ему в морду снизу вверх, чтобы хорошо видеть каждую его реакцию.       — Значит, вас не удивляет, что за вами пришли лисы?       — Удивляет, конечно. То есть, удивило бы. Если бы я не знал, сколько лис сейчас собралось в логове.       — Так вы все видели, — мерзкое чувство внутри становилось все более склизким, совсем как тогда, когда Саки съел ту отвратительную лягушку. — Вы на самом деле наблюдаете за стаей с гор? Знаете про лис, и вас это устраивает?       — Саки… — умоляюще посмотрел на него Адэхи. Но Арэнк только хохотнул.       — Лиса предъявляет мне претензии!.. Говорю же: однажды и рыба может укусить…       Саки же всматривался в него. Большой матерый волк, шкура покрыта шрамами — возможно, Охитека мог бы стать таким через несколько лет. Но лис не чувствовал ужаса от его взгляда. Того ужаса, который вызывал у него отец Адэхи. Не чувствовал ничего, что обычно ощущал в присутствии чужого волка.       — Вы бросили свою стаю. И видите, что там происходит. И можете просто сидеть в горах и на это смотреть?       — А что там происходит? — Арэнк смотрел на него. Ровно. Так, словно это для него ничего не значило. Ни происходящее в логове, ни «предъявляющая претензии лиса».       — Пока вы здесь отсиживаетесь, они пленили лис. И хотят истребить их как вид, а из остальных сделать своих рабов. Но вас это совсем не заботит. Адэхи, я же говорил тебе…       Бывший вожак молчал. Еще несколько дней назад Саки мог счесть это угрожающим знаком. Но сейчас лис знал: Арэнк не нападет. Просто знал. Научился уже читать по волчьим мордам их намерения.       — Так поэтому здесь лисы… — протянул Арэнк. — И вы пришли укорять во всем меня…       — Простите его, он бывает резким, — вдруг начал извиняться Адэхи. — Сейчас случилось… кое-что… все на взводе, и здесь мы заблудились… Простите, мы попробуем начать знакомство заново? Я — Адэхи, это Саки, а это — Точо…       — Ну а я вам известен, — отозвался волк и остановился перед неприметной расщелиной в горе. — Прошу, сюда.       Они вошли в узковатую пещеру. В ней было темно, но тепло и сухо. Обжито. Для одного волка — роскошное убежище, но для их компании тесноватое. Арэнк вытащил откуда-то из-за камней несколько заячьих тушек.       — Поешьте. Завтра поможете мне поохотиться, восполним запасы.       А сам отошел и сел у входа в пещеру, глядя на улицу.       Осознание безопасности успокаивало, и после пережитых минут паники, да и после всех событий этого дня, в теле совершенно не осталось сил. Но теперь можно было позволить себе выдохнуть, хоть ненадолго, чтобы оклематься. Саки присел, чувствуя дрожь в лапках. Однако это гостеприимство вожака все равно его удивляло.       — Почему вы не спрашиваете, зачем мы пришли?       — Я знал, что рано или поздно кто-то придет, — произнес Арэнк, не оборачиваясь. — Не думал, правда, что лисы… Но, должно быть, вы пострадали от этого сильнее всех. Поэтому я принимаю ваш упрек. Ответить мне на него, правда, нечем.       — Так вас все-таки мучает совесть, — заметил Саки. — Почему тогда не вернетесь к своему народу?       — Они сами избрали путь для себя. Приношу извинения лисьему клану за то, что в результате моих действий вам был нанесен вред. Точнее, в результате моего бездействия… Но что произошло — то произошло. Я могу лишь раскаяться перед вами и предоставить кров, чтобы вы не погибли в горах.       Лис же не понимал этого спокойного равнодушия. Посмотрел на Адэхи, который тоже напряженно сидел рядом. Точо же чувствовал себя как дома и невозмутимо уплетал зайца. Тогда заговорил Адэхи:       — На самом деле, мы пришли поговорить с вами. Мы хотим разобраться в том, что произошло. Взрослые совсем разного мнения о той ситуации, знаете, как это бывает… Мы хотели услышать и другую сторону.       — Да… Я знаю. Но, боюсь, всё, что вам говорили — правда.       — Конечно, правда, — несмотря на намерение молчать и позволить Адэхи разочароваться во всем самостоятельно, Саки не мог терпеть. Ему не нравилась покорность, с которой разговаривал этот огромный волк. Если он не может возразить «маленькой лисичке» — как он сможет тягаться с грозным волчьим вожаком? — Вы бросили свою стаю. Власть захватил идиот, а вы ему это позволили.       — Тогда я не мог дать ему отпор. Это привело бы к расколу…       — Да, да, была страшная зима. Но потом, весной? И теперь? Почему вы не вернетесь теперь?       — Теперь все изменилось. У них новые порядки…       — И вас это устраивает.       — Их это устраивает.       — Нет. Вы не можете этого знать. Многие просто молчат…       — «Многие»? Если бы их было много, они бы уже давно свергли Керука. Или пришли бы за мной. Но, как видите, до вас никому не было это нужно… Так зачем же мне было возвращаться и баламутить только успокоившуюся воду?       — Все напуганы, — вставил Адэхи. — Никто не хотел брать это на себя. А у нас уже нет другого выбора. Но я не могу поверить, что у вас не осталось поддержки в стае. Вы ведь могли бы напомнить им о себе. Может, другие решили, что вы сбежали насовсем, поэтому не стали вас искать…       — Кто знает… — волк выдохнул клубы пара на улицу. — У меня ведь была поддержка, тогда. Той зимой… Но я не мог допустить войны. Многие бы погибли. А дети и старики — померли бы с голоду, если бы некому было для них охотиться. Это был неоправданный риск. Да, должно быть, я был неправ… Но я и не хотел быть правым. Я хотел уберечь их. Цель вожака — не безоговорочная власть. А сохранение вверенных ему жизней. Любой ценой. Кто ж знал, что с этим я облажаюсь…       Теперь уже бурый лис слегка остыл. Видно, в нем самом появилось слишком много «волчьего», раз он решил судить другого не разобравшись, поверхностно. «Узколобо».       Наверно, и в волках все же может быть что-то нормальное. Хотя «нормальных» волков он раньше не знал…       — Понятно, — пробормотал Саки. — Вы хотели сделать как лучше. А теперь те, кто был вам верен, наверняка ненавидят вас. Ведь из-за вашего ухода стая погрязла в этом кошмаре…       — Так ты переживаешь не за лис, — бывший вожак обернулся к нему. — Ты говоришь о стае. Почему они для тебя так важны?       Лис умолк. Осознав, что действительно отстаивает сейчас вовсе не лисьи права.       — Потому что это и моя стая тоже, — сказал он, наконец-то сформулировав то, что крутилось у него на уме, но в чем признаться себе не хватало духу. — Я имею такое же отношение к волчьей стае, как и к лисьему клану.       И в самом деле. Лисам он принадлежал только по матери. И там его ненавидели. Но ведь были и хорошие лисы. Мама. Точо, Хоуи, их матери… некоторые разведчики из Хвостов.       А волки издевались над ним. Плохие волки. Или же воспитанные плохими волками… Но и среди волков были хорошие. Адэхи. Кэнги, погибший отец Саки, его партнерша Хонови и дочь Джеки. Младший брат Адэхи, Моки. Возможно, мама Адэхи, Рэйен. Да даже Охитека, которого он ненавидел сильнее всех… Который, кажется, впервые в жизни сделал свой собственный выбор, не навязанный отцом. Да и его маленькая стайка… судьба которой до сих пор неизвестна.       Они приняли Саки. Посмеивались над ним… но больше не трогали. Прислушивались к нему. Вместе шутили. Вместе охотились. Он вспомнил, как Охитека подошел к нему на полном серьезе, чтобы спросить его мнение насчет перегонки оленей… В волчьей стае он почувствовал свою значимость. Возможно, из-за того, что перестал быть для них «просто лисичкой». И стал практически «своим», пусть только наполовину.       Чувства были противоречивы. Но точно так же противоречиво он относился к своему родству с лисами.       Что лисы, что волки — и те, и другие обижали его, но в то же время он принадлежал обоим видам. Обеим семьям…       — Лиса среди волков, — задумчиво проговорил Арэнк, рассматривая Саки. — Ты необычно выглядишь, как и ваш друг…       — Они полуволки, — объяснил Адэхи. — Отец Саки был волком и любил его мать, лисицу. Но за это был убит другими волками. Вы ведь знаете об их новом развлечении? Они оккупировали лисье поселение и бегали к ним… чтобы развлекаться. Надругаться…       Арэнк пораженно смотрел в каменную стену.       — Вы не знали? — удивился Саки. — Разве вы… так не делали?..       — Мы никогда не враждовали с лисами. Никогда не трогали их… Как и никогда не нападали на медведей. У Керука сложились свои взгляды на этот счет… — волк медленно выдохнул, прикрыв глаза. — Так и… много вас, полукровок?       — Нет, всего трое. Остальные либо рождались мертвыми, либо их убивали лисицы. Но волки нас принимают за лис. То есть, так же издеваются… Хотя некоторым лисам на самом деле нравятся волки… как и наоборот.       — Я поражен, что такое вообще возможно. Это ведь… противоестественно.       — Но не убивать ведь теперь! — пылко возразил Адэхи, почувствовав в его словах укор. — Может это, и странно, и непривычно… Но ведь куда противоестественнее — бессмысленное насилие, якобы для удовольствия! А если двое любят друг друга…       — Не убивать, — кивнул Арэнк. И вдруг улыбнулся. — Ты тоже любишь лису?       Адэхи смущенно опустил взгляд и притих. Потом пробормотал:       — Нас… таких много. Не большинство… Но мы есть. Но в стае не принято любить лис. Можно сказать, нас всех заставляют их… обижать. А теперь… Теперь там происходит сумасшествие, Саки прав. Они взяли лис в плен. Почти всех… Те, которые остались в лесу, теперь под угрозой. А еще Керук хочет перегонять оленей… Туда, к лисам. Чтобы они были близко… Держать их в окружении, ведь нужно еще и лис кормить… А свободные лисы умрут, они этого хотят добиться. Это для выживания… а потом, когда зима кончится, они займутся разведением лис…       Арэнк подошел к ним, сел рядом, погрузившись в мысли. Саки смотрел на его исполосованную старыми шрамами морду.       — Так они же все перемрут, — наконец, произнес вожак. — Олени вряд ли будут нормально размножаться на другой территории, в стрессе. У них может быть недостаток пищи. Тогда оленей скоро не станет. Тем более, если вы будете пытаться прокормить полсотни лис — то и вам самим скоро будет нечего есть. Значит, первыми на корм пойдут…       — Лисы, — с замирающим сердцем догадался Саки. Такой вывод пугал своей реалистичностью.       К тому же, бурый лис чуял в Арэнке умение думать, которое уважал. Этот волк смотрел наперед, в отличие от Керука. И смотрел здраво, а не руководствуясь своими желаниями.       — К сожалению. Тогда запасами на зиму будут уже лисы, а не олени. Оставшимся в лесу лисам тоже придется несладко зимой, вряд ли они выживут. А стая…       — Они снова будут искать медведей? — грустно хмыкнул Адэхи.       — Кто знает, — Арэнк хмурился и в целом выглядел очень напряженным.       — И вы… — начал было лис, но Адэхи его на всякий случай перебил:       — И вы можете погибнуть тут один, если придут холода и голод.       — Я-то выживу… Но… — он стиснул челюсть, и в желтых глазах наконец блеснуло то, что Саки привык видеть в глазах волков. Злость. Гнев. И сила. Сила, которая точно была за визуальным спокойствием. Арэнк поднял голову. — Вы пришли, чтобы рассказать мне об этом? О безумных планах Керука? Чтобы показать, к чему привел мой поступок?       — Не совсем. Чтобы вы могли все изменить теперь, — сказал Адэхи со всей возможной убедительностью. — Стая нуждается в вас. Сейчас. Если так пойдет и дальше… обратного пути не будет, вы сами говорите.       Арэнк молчал.       — Ешьте, — кивнул на зайцев. — Завтра выйдем на охоту на рассвете. Мне нужно подумать… — но потом обвел взглядом лис. — Так а вы… вы тоже пленники?.. Или…       — Они были пленниками. Но Саки забрал себе я, а Точо — мой брат… — Адэхи неровно вздохнул. — Знаете, чтобы мы сюда пришли… мой брат пожертвовал собой. Наш отец, Котори, вы должны его знать…       — Знаю. Один из прихвостней Керука, — на морде Арэнка теперь была написана строгость. — И что же?       — Мой отец… он воспитал моего брата таким же, как он сам. Но я не хотел обижать лис. Думал, что один такой, но лишь недавно узнал, что есть и другие. В общем, я никогда над ними не издевался на вылазках. Брат все время прикрывал меня, но… так получилось, что теперь он не угодил отцу. Одним проступком, хотя всегда его слушался. Заступился за Точо, если в двух словах. Отец очень разозлился. И, если бы мы сейчас не сбежали, неизвестно, что бы волки сделали с ними, — светло-серый оглядел своих маленьких спутников. — Да и с нами тоже… Я даже не знаю, как он, уцелел ли. Надеюсь только, что его оставят в живых…       Глаза Арэнка раскрылись, будто он только сейчас начал осознавать всю глубину ужаса происходящего.       — Вас могут убить из-за лис?..       — Да. И уже убивали. Но, знаете, некоторые готовы умереть. За лис. За справедливость. Тут страдают все, понимаете? И лисы, и волки. Хорошо только кучке уродов, кому доставляет удовольствие надругаться над теми, кто меньше и слабее. Но ведь мы бы могли жить в мире с лисами! Между лисами и волками бывают взаимные чувства, мы могли бы создавать пары. Никто бы никого не убивал, не принуждал… И, если бы волки и лисы могли ужиться… мы бы могли их защищать, а они помогали бы нам мозгами, своим умом. И тогда даже суровая зима была бы нам не страшна.       Адэхи так и умолк с раскрытым ртом, кажется, поразившись собственному выводу, который звучал на удивление складно. Лисы смотрели на него во все глаза, бывший вожак тоже.       — Знаешь, парень, меня колотит от несправедливости, — признался Арэнк. — Но если я вернусь… кто меня поддержит?       — А разве не будет достаточно, если вы победите Керука? — Саки казалось, что все устроено достаточно просто.       — Керука я могу победить. Но у него есть последователи. Которые, в свою очередь, имеют такое же право подраться со мной за место вожака. И из этого выйдет та еще заварушка. Полная смена власти… Найдутся и недовольные тем, что они больше не могут творить произвол. И в одиночку я не смогу установить новый порядок.       — Да… я понимаю, — вздохнул Адэхи. — Честно говоря… мы не успели все разведать. Поэтому не можем дать никаких гарантий. Точно знаем, что есть те, кто ждет вас. Но вот сколько их… Вернувшись, мы поставим на кон все. Если мы ошиблись — нас убьют, — его голос звучал холодно и резко, разносился эхом по пещере. — Мы к этому готовы. Потому что другого пути все равно нет. Мы не можем больше бежать. Либо мы попробуем и рискнем… либо мы попробуем и рискнем, — он хмыкнул. — Другого не дано. Жить с этим мы все равно не сможем. А вы? Сможете дальше сидеть здесь и смотреть, как внизу под вами погибает ваша стая? Если они переживут зиму — то кем они станут? Это будут уже не волки.       — «Звери»… — процедил Арэнк. — Но если меня поддержат… это обернется войной. Кто-то может погибнуть. Не только Керук. Но и твой отец тоже, если он поддержит Керука.       — Да, я знаю, — энтузиазма у Адэхи поубавилось. — Может, нам удастся его переубедить…       — Вся надежда на это. Что вашего воодушевления хватит, чтобы заставить подняться тех, кто молча терпел. И заставить передумать тех, кто верит бредням Керука. А если все получится… мы попробуем заключить мир и с лисами, — продолжил Арэнк.       — Значит, вы уже приняли решение? — его твердые слова отдались в душе Саки самой настоящей надеждой. А волк в ответ хмыкнул, качнул головой.       — Я хотел бы потянуть время. Но вряд ли мой ответ станет другим… Мне кажется, я ждал этого. Чтобы кто-то из стаи пришел. И либо убил меня за мои грехи… либо…       — Поэтому вы остались в горах, — вдруг подал голос наевшийся Точо, который, видимо, все это время их внимательно слушал. — И не ушли никуда далеко, чтоб смотреть за волками, да? И чтобы к вам могли прийти, когда вы станете нужны?       Арэнк улыбнулся, но не ответил.       На том разговор закончился. Взрослый волк снова занял место у самого входа. Как потом понял Саки, он слушал доносящийся до них вместе с эхом приглушенный вой. Видимо, пытался понять, что происходит там, в стае.       Арэнк никогда не бросал их. Должно быть, он сам разочаровался в своих собратьях, переметнувшихся к жестокому и безрассудному бунтарю.       Ведь и сам Саки оставил свой лисий клан. Можно сказать, предал их, перейдя на сторону врага. Хотя при этом яростно желал добиться мира для всех. Если смотреть с такой стороны, то и Саки можно было назвать предателем. Как и он называл Арэнка до этого разговора…       Поев, бурый лис тоже подошел ко входу. Уселся, обернувшись хвостом. Арэнк дернул порванным ухом и перевел взгляд на него. Спокойный взгляд, но не лишенный силы. Очень похожий на взгляд Адэхи. И — странная мысль — может, таким мог быть и его собственный отец? Потому что Саки просто не мог объяснить беспричинного доверия, которым проникся к этому волку.       — Лиса заинтересована в делах волчьей стаи… Я такое вижу впервые.       — Наверно, потому что я не совсем лиса, все-таки.       — Тогда точнее сказать «полуволк»? Или как?       — Адэхи нас называет «лисоволки». Наверно, так точнее. Мы ведь внешне больше похожи на лис. Кроме другого моего друга, Хоуи. Над ним поначалу тоже волки надругались… но потом не стали забирать в плен, потому что он стал крупным и для них непривлекательным, видимо…       — Им нравится беспомощность. Спящие медведи, маленькие лисы. Но допускаю, что кому-то могут и в самом деле нравиться лисы, хоть я такого никогда раньше не встречал.       — Да. А некоторым лисам нравятся волки… Это странный союз, но…       — Но — пусть так, — вдруг улыбнулся Арэнк. — Кому от этого хуже, правда?       — Да… — бурому лису нравилась эта позиция. И он все еще удивлялся, что может нормально разговаривать с кем-то помимо Адэхи. — Вот только кроме нас никто так не думает. Почему так? Почему большинство игнорирует здравый смысл? Почему только единицы видят, как обстоят дела на самом деле? А остальные закрывают глаза на это? Но от этого маленькие группы не могут ничего изменить…       — Из-за глупости, наверно. И страха перемен. Страха насмешек… Но все же — глупости. Мало кто хочет смотреть дальше своего носа. Вдруг мир окажется не таким, как он себе представляет или как его учили с малых лет родители? Дураки не хотят, чтобы рухнул их мир, даже иллюзорный — простой и понятный им мир, грубый в своей простоте. Ведь желания у многих банальны — пожрать да потрахаться, так? Зачем же искать какие-то смыслы и во что-то вдумываться…       — Да, вы этим описали именно то, что сейчас происходит у волков.       — Ужасно… Никогда не думал, что мы до такого докатимся. Вам, молодежи, выросшими при власти Керука, наверно сложно представить, что волки не всегда были такими… — Арэнк помолчал, отметив согласный кивок Саки. — Если у нас все получится… Как думаешь, плененные лисы смогут простить волков? Поверить в новые порядки и заключить мир? Адэхи прав, наш союз помог бы обоим поселениям выжить зимой. И я бы хотел, чтобы при мне был такой же, как ты — гибкий умом.       — Ну… не знаю, — комплимент немного смутил Саки. И, словно подтверждая слова Арэнка, в его мозгу возникла новая мысль. — Не уверен насчет пленных лис, но ведь в лесу остались и другие. Наш вожак… Что, если отыскать их? Может, если мы расскажем им, что думаем обо всей этой ситуации, они к нам присоединятся?       — Думаешь, лисы что-то изменят? — к ним подошел Адэхи. — Мне кажется, они вряд ли поверят, они ведь не знают всей истории.       — Но там моя мама и Хоуи! Они-то уж нам поверят… — но бурый лис и тут догадался, к чему друг клонит. — Но… ты прав. Тот же Викэса или его приближенные могут решить, что это ловушка. Что волки используют меня, чтобы втереться им в доверие и привести их в логово на погибель… Но ведь мы можем хотя бы попытаться.       — Вряд ли от лис будет большая поддержка, — мягко выразил сомнение Арэнк. — Не тебе в обиду, Саки, но лисы стратеги, а не бойцы. И… вести лис на бойню… Если все пойдет крахом, пусть выживут хотя бы они. Те, кто остался в лесах.       — Я знаю, знаю. Но… что, если они тоже предпочтут умереть в бою, чем прятаться и отсиживаться, и потом погибнуть зимой… — бурый лис осекся на полуслове. Произносимые слова вдруг показались ему до боли знакомыми, вот только где он их слышал?..       — Саки, — Адэхи вздохнул, утешающе потерся мордой об его спинку. — Лисы действительно не бойцы. Ты ведь сам говорил мне об этом. Когда мы только познакомились. Я сказал тебе, что для волка погибнуть в бою — это честь. А ты в ответ сказал, что вы, лисы, совсем не такие.       — Точно… А еще ты сказал, что волки никогда не пожертвуют своими детьми. Не допустят, как наш вожак, чтоб их детей убивали у них на глазах. А потом твой отец… — но Саки вовремя замолчал, потому что увидел боль, отпечатавшуюся на морде Адэхи. — Извини, но… возможно, мы слишком плохо знали наши семьи.       — Может, и так. Но я все равно считаю, что это — дело волков. Тут прав Арэнк: не нужно втягивать в это свободных лис. Там же твоя мама, Саки. Мама Точо. Там ваш друг. Если есть какой-то шанс для них, если Хинто сможет их безопасно вывести — пусть они живут. Не будем ставить на кон и их жизни.       От этого решения буквально вибрировал воздух. В ушах и в самом деле звенело. Но, скорее всего, от усталости — на улице уже совсем стемнело. Саки вздохнул.       — Да… Просто я на миг подумал, что лисы такие же, как я… Но — нет. Они не как я. А я не как они. Потому что я полукровка. Лисоволк. А сами по себе лисы не бойцы… Вы правы. Попробуем своими силами. И если у нас получится… То мы все будем спасены. А если нет… то у них хотя бы останется шанс выжить.        — Я тоже так думаю, — Адэхи смотрел на него с нежной улыбкой. — Прости… ты, наверно, хотел бы повидаться с мамой. Но… если мы не поспешим, то может произойти что угодно. И… вдруг они еще не поймали Охитеку? Может, мы успеем…       — Да. Нужно постараться спасти его, — глаза защипали, а внутри скрутилось что-то горькое, тягучее. — Да и если мы встретимся с мамой… она меня уже не отпустит. И может погибнуть из-за меня. А это касается только нас…       Адэхи ободряюще притянул его к себе, и Саки прислонился к его лапе. Если волки всегда были такими… Такими, как Адэхи, как Арэнк… Тогда он даже рад, что и сам родился полуволком.              Они провели за разговорами остаток вечера. Несмотря на нервозность, веки тяжелели и все-таки начали слипаться. Саки улегся вместе с Адэхи, Точо тоже свернулся рядом. Арэнк же так и остался у входа в пещеру, а потом и вовсе вышел.       — Знаешь, — тихо проговорил бурый лис, опустив голову на лапу Адэхи, глядя на темный силуэт вожака, исчезнувший в проходе. — Мне хочется верить, что мой отец был таким же… И я рад, что оказался неправ. Насчет него…       — Насчет отца? Или Арэнка?..       — Насчет обоих.       — Хм… Мне кажется, я бы тоже хотел, чтобы мой отец был на него похож. Мы никогда нормально не разговаривали… А если я пытался — то только слышал его упреки. Но он ведь… он терпел меня, Саки. Может, и в нем есть хотя бы какой-то зачаток доброты или понимания…       — Не знаю, — процедил Саки. — Но… конечно, мы попытаемся поговорить и с ним. Вдруг…       — Вдруг… — вздохнул Адэхи. — Мне тоже кажется, что твой отец мог быть таким как Арэнк. Ты бы заслужил такого отца.       — Ты тоже, — лис все же прикрыл глаза, хотя и пытался бороться с сонливостью. Чтобы не проваливаться в сон. Чтобы подольше потянуть эту ночь. — А еще я не жалею, что мы не сбежали тогда. Теперь мы знаем правду. Она вроде бы мерзкая, но в то же время мне она нравится. У вас был хороший вожак. Значит, волки не ужасны сами по себе. Ужасен один волк, который сейчас у вас во главе. И это означает, что наши виды — не кровные враги. Мы сможем жить в мире…       Волк в ответ вздохнул и облизнул его голову.              Как и договаривались, на рассвете они покинули укрытие. Арэнк уверенно вел их по заметным только ему тропинкам, так что компания, огибая горы, благополучно спустилась в лес. Там на поляне они вместе поохотились на зайцев и позавтракали.       Арэнк, облизываясь, рассматривал остатки тушек.       — Вот и вопрос: имеет ли смысл делать запасы? Хотя, вряд ли они пригодятся, при любом раскладе. Если мы победим — в горы я уже не приду. А если проиграем… — он только хмыкнул.       Но от осознания, что его слова очень скоро могут превратиться в жизнь, подгибались лапы. Саки заметил, как трясется Точо. Это не ускользнуло и от взгляда вожака. Он сел рядом с пятнистым лисом, кивнул ему с ободряющей улыбкой. Затем поднял голову.       — Я давно ждал возможности вернуться, если честно. С какой-то стороны, неведение — это счастье. Ведь можно верить в то, во что тебе больше нравится верить. Но с другой стороны… только знание может принести покой. И теперь мы получим окончательный ответ. Ждали ли меня? И имеет ли основание ваша надежда в то, что волков можно изменить?..       Согласие выразилось общим вздохом. А вожак вдруг нахмурился.       — Только… нужно кое-что решить. Это плохая вещь, но… — он осмотрел спутников, встретился взглядом с Адэхи. — Если мы провалимся, мы должны будем убить лисоволков.       Холод прошел по телу Саки, а мышцы сковала беспомощность — словно его снова окружили и загнали в пещеру мучители… Точо тоже растерянно замотал головой.       — Он… прав, — пробормотал Адэхи, скривился, стиснул челюсть. — Если они вас схватят… это будет хуже смерти, Саки. Вспомни слова отца…       Напоминать было не обязательно. Те страшные фразы, как и пронзительный взгляд Котори, просто выжглись в его душе. Поэтому бурый лис с ужасом прошептал:       — Они замучают нас до смерти.       — Да, — мрачно заключил Арэнк. — Адэхи, если ситуация выйдет из-под контроля, мы все равно не спасемся, так или иначе. Поэтому — сопротивляйся до последнего. Нужно суметь добраться до них раньше. Быстрая смерть лучше… Ты согласен, Саки?       — Да.       — Точо?       — Да… — слабо проговорил пятнистый. — Но ведь до этого не дойдет?..       — Как знать…       Саки же обернулся на Адэхи, который отошел в сторону. Догнал. Заметил, как блестели глаза светло-серого волка. Убить того, кого любишь, чтобы спасти… Наверно, к такой форме любви он не был готов.       Адэхи остановился. Посмотрел на лиса. Наклонился к нему и облизнул его мордочку.       — Саки… Я никому не дам тебя в обиду. Ты мой. И так будет всегда.       — Знаю… — прошептал Саки. Тоже лизнул его в ответ. И понял, что другой возможности может больше не быть. — Ты тоже мой, Адэхи.       Волк вдруг заулыбался, совсем искренне, даже смущенно.       А Саки осознал, как мало времени они провели вместе. Обыкновенного времени. Без этой войны, которая началась… давно. С самого его рождения. Или с момента его резкого взросления в злополучной пещере… Может, надо было остаться на том берегу? И просто жить. Просто быть вместе. И познать всю прелесть этого. Свободы. От битвы. От чужих мнений. От чужой силы. От чужих предрассудков… Может, они должны были просто пожить вдвоем?.. Для себя. Не для волков. Не для лис…       — Давай весной перейдем на другой берег реки? — вдруг предложил Адэхи, прислонившись лбом к его лбу. — Посмотрим, что там. Узнаем, что там за живность водится… И Охитеку с собой возьмем, с парнями, чтоб не страшно было. И Точо тоже, конечно…       — Да. Давай. Так и сделаем, — отозвался Саки, чувствуя, как к горлу подступают слезы. Если они погибнут в этом бою… Если есть жизнь после смерти… то тогда они точно отправятся на ту сторону реки. Ведь место, которое он проклинал, оказалось единственным местом, где он был свободен и даже счастлив, вдали от проблем.       Оглянувшись, лис посмотрел на Арэнка, который наблюдал за ними издалека. Волк был спокоен. И Саки очень хотелось верить, что тот знает, что делает.