Озаренный Звездой

      После опроса Астра собиралась зайти к Хоуп, но я её задержал, направляя в другую сторону: — Сначала нам надо зайти к командующему. — Мне? — уточнила она. — Да. Это касается случая с вчерашним нападением, — объяснил я.       Как я и надеялся, шеф занялся этим делом в первую очередь, а так как всё происходило под несколькими камерами, никогда не прерывающими свою работу, расследование прошло стремительно. — На кого? — массируя мочку уха, недоумевала ежиха.       Может, она на ещё один комплимент напрашивается?       Хотя растерянность во взгляде вроде бы искренняя. — На тебя, вчера, здесь, — терпеливо, напомнил я. — Ааа, — протянула она. — Это ты про того типа… Думаешь, Тауэр… будет злиться? Ну, я только появилась на базе, а уже столько проблем из-за меня.       Ох, Астра всегда думает о других больше, чем о себе. — Нет, — возразил я. — Командующий доволен тем, что ты с нами сотрудничаешь, — а затем я чуть сузил глаза и с усмешкой поделился. — К тому же на фоне того, что порой вытворяет Соник, ты просто ангел.       Она задорно фыркнула от смеха, что и у меня вызвало улыбку. Почему-то смех над моими шутками, девушки, которая мне нравилась, вызывал неожиданную гордость, словно я побеждал в какой-то сложной битве. — Подожди, — попросила Астра, едва мы направились к кабинету Тауэра. — Давай сначала зайдём в комнату, я хочу снять серёжки… Или это срочно?       Так вот почему она трогала уши во время беседы. — Несрочно, — ответил я, и мы сменили маршрут. — Кстати, я пока отвечала на вопросы, задумалась о кое-чём важном, — продолжила беседу Астра, пока мы шли к комнате, где она сейчас живёт. — Эта ситуация с Таней открыла мне глаза на одну вещь… — Я не собираюсь с ней… — решительно перебил её я, желая окончательно расставить все точки над «i».       Не хотелось, чтобы Астру беспокоили неприятные мысли, у которых даже нет обоснования. — Постой-постой, — прервала меня она. — Я не о том, что ты будешь крутить с ней у меня за спиной. В смысле, не совсем. Я знаю, что ты не сделаешь ничего, что могло бы меня обидеть. По крайней мере, осознанно. Но это всё заставило меня подумать вообще о ревности. Я ведь словно заявляю на тебя права. Но когда ты предложил мне встречаться, я так обрадовалась, что даже не подумала у тебя спросить, что это для тебя значит? И выходит, что я тогда с Таней, может, просто требовала от тебя того, о чём мы не договаривались.       И тут я впервые ощутил гордость, что выбрал именно эту девушку, чтобы с ней сблизиться. Она всегда старалась быть такой рассудительной. — Для меня… — чуть подумав, заговорил я и заметил, как заинтересованно дёрнулись её ушки. — Встречаться с тобой, это значит: оберегать тебя, защищать, доверять тебе и доверять тебе свои… мысли, ч-чувства, — последнее слово вообще было сложно выговорить, как-то непривычно в таком признаваться вслух, но мне хотелось, чтобы Астра знала, о чём я думаю, — стараться сделать тебя счастливой и дать всё, что смогу. Для меня начать встречаться — это значит взять ответственность за твоё будущее… за твой досуг. И хранить своё достоинство, то есть сосредоточиться на наших отношениях, на том, чтобы узнать друг друга… А для тебя?       Хотя всё сказанное было от сердца, под конец мне стало как-то не по себе. Не слишком ли много я жду от Астры? — А «хранить своё достоинство» подразумевается и буквально? — вместо недовольства она перешла на шаловливый тон. — Подразумевается, — фыркнул я, но не смог сдержать улыбки. — Я о серьёзных вещах говорю, а тебе всё шуточки. — Я тоже серьёзно говорю… Мне это важно, — улыбаясь, объяснила она. — Раз буквально, то… В моём представлении встречаться это то же самое, прям слово в слово… Ну, за исключением защиты… Тут я этой Тане уступаю. Я не гожусь в агенты, не говоря уже о том, чтобы прикрывать тебя, пока ты спасаешь мир… — снова она беспокоилась о глупостях. — Но я могу тебя поддерживать. Я всегда буду на твоей стороне.       Это ведь оказалось тем, что мне всегда было нужно, хотя понял я это совсем недавно. Видимо, моё лицо выражало мои чувства сейчас, потому что бледно-персиковые округлые щёки ежихи приобрели розоватый оттенок. — Именно это мне и нужно, — озвучил я очевидное.       До комнаты мы дошли, держась за руки. — Тебе они не понравились? — напряжённо спросил я, когда мы зашли в комнату, и Астра стала снимать серёжки с явным напряжением на лице.       Неужели они ей разонравились так быстро? Даже не знаю, бывает ли так. Мария была безразлична к украшениям, единственное, которое она хранила с особой нежностью, было крестиком на цепочке, доставшимся ей от матери. Руж же, наоборот, порой так увлекалась новой добытой драгоценной побрякушкой, что даже ворковала с ней, пока рассматривала. — Что? — удивилась она, а потом, сообразив о чём речь, поспешила меня переубедить. — Нет! Они же просто восхитительные! Просто, у меня с непривычки уши устали. Я же серёжки, наверно, несколько месяцев не носила, и это в родном мире, в человеческих ушах. Я очень удивилась, что эти новые уши тоже проколоты. Так ещё и серёжки влезли… Но с непривычки тяжеловато.       Как это было непродуманно с моей стороны! Я словно все возможные ошибки пытался собрать на это предложение встречаться… А Астра всё равно согласилась. — Я даже не подумал узнать, проколоты у тебя уши или нет… — покаялся я. — Да ладно, Шедоу. Как-то странно ожидать, что парень знает про серёжки такие подробности, — принялась успокаивать меня ежиха. — Ты когда-нибудь думал уши проколоть? — Нет.       Хотя как-то Руж шутила, что мне пошло бы золотое колечко в ухе, но это было давно и просто болтовня. — Тогда откуда тебе было знать. И вообще, были бы серёжки, а как надеть — придумается, — улыбнулась Астра, и я невольно улыбнулся в ответ. — Спасибо, это потрясающий подарок, — снова поблагодарила она и чмокнула меня в щёку.       Девушка убрала серёжки, и мы направились в кабинет Тауэра. Там командующий сказал, что тот самый мерзавец, что домогался до Астры в допросной, получил выговор и хочет принести извинения лично.       Можно было бы подумать, что он вообще страх потерял, но раз об этом говорит шеф, значит, этому придурку просто выбора не оставили — принести извинения важным лицам и надеяться, что конфликт не создаст новых проблем Подразделению. — А мне обязательно… снова с ним видеться? — неуверенно спросила девушка, обнимая мою руку, словно ребёнок — плюшевую игрушку.       Поверх её ладони я положил свою, и Астра тут же опустила плечи, явно ощущая себя спокойней. — Нет, — чуть помолчав, наблюдая за нами, ответил Тауэр. — Он может передать их в письменном виде.       На этом вопрос был закрыт. Хорошо, что Тауэр всё понял с первого взгляда. Ещё не хватало, чтобы Астре пришлось терпеть этого типа, когда он ей так неприятен. — Астра, Шедоу! — поприветствовала нас радостная Хоуп, когда мы зашли в её лабораторию.       Несколько учёных в белых халатах занимались своими делами у разных столов лаборатории, а девочка повела Астру к пьедесталу технологичного вида, на котором лежал анти-изумруд. Пьедестал опутывали провода, тянущиеся к голографическим экранам рядом.       Хоуп долго щебетала о невероятных показателях и ценности её исследований, пока Астра с нежной улыбкой её слушала. Хотя лаборатории, как и медицинские палаты, до сих пор вызывают у меня неприятные ассоциации, но заглядывать к маленькому белокурому механику всё равно было приятно. Пока она с таким восторгом рассказывала о каких-нибудь интересных исследованиях, наблюдая за ней, я ощущал особый, необъяснимый уют. — Что-то такое мне говорили, — задумчиво проговорила Астра, когда Хоуп рассказала, что анти-изумруд постоянно испускает особое излучение, и девочка подозревает, что оно связывает камень с ежихой. — Один мой… приятель сказал, что моё тело словно специально сделано для энергии этого камня. Мы с ним, как бы, в симбиозе… С камнем, не с приятелем, — поправилась Астра, и девочка хихикнула.       Интересно, что это за приятель? Не Тэйлза же она так называет? — Это звучит невероятно! — не уставала восторгаться Хоуп. — И при этом ты генерируешь и обычную энергию хаоса, как все морфы… Подожди, получается, ты создана для управления особой энергией, прямо как… — она неуверенно глянула на меня.       Поначалу юный гений не особо много знала о моей природе, только какие-то слухи, и всё ходила вокруг да около, пытаясь узнать побольше. Не как один синий оболтус — чтобы докопаться, а из научного интереса. Но потом она вдруг стала гораздо осторожней говорить на эту тему (видимо, кто-то её просветил, полагаю, что Руж), не со страхом, а, скорей, с сочувствием. Видеть грусть в её глазах, что так сильно мне напоминали о Марии, было неприятно. И всё же я чувствовал облегчение от того, что отношение Хоуп ко мне не поменялось, даже когда она узнала больше. — Но ко мне один изумруд хаоса особо не привязан, — отметил я. — Ты, скорее, сам как изумруд хаоса… — задумчиво пробормотала девочка. — А можно, я изучу и твоё излучение? — обратилась она к ежихе. — Конечно, — довольно легко согласилась она. — Но на этот пьедестал я навряд ли помещусь, — заметила она, указывая на постамент с анти-изумрудом. — Конечно нет, — усмехнулась Хоуп. — Идём.       Она отвела нас в соседнее помещение, размерами поменьше. Оборудование располагалось по периметру, а в центре находилось нечто вроде медицинского кресла, у которого можно поднимать и опускать спинку. На кресло были направлены зонды, похожие на медицинские лампы или тарелки радаров.       Ежиха устроилась в этом исследовательском кресле, Хоуп сначала изучила показатели, а затем принесла камень и, дав ей в руки, снова стала делать замеры. — А ты не могла бы накопить энергию? — попросила она, не отвлекаясь от экранов и кнопок. — Что? — не поняла Астра. — Ну, ты можешь скопить в себе энергию из камня? — пояснила девочка. — А, да. Попробую.       Сначала ничего не происходило, но затем я ощутил какие-то колебания в воздухе, словно что-то отталкивало от себя Энергию Хаоса. И источник этого давления находился на том месте, где сидела Астра. А у неё… — О, у тебя светятся глаза, — озвучила Хоуп то, что и я успел заметить. — Продолжай в том же духе, — попросила она. — Просто невероятно! А можешь ещё?       Ежиха продолжала выполнять указания, немного хмурясь, похоже, ей приходилось прилагать усилия. — Ого! Это просто невероятно! Такой объём энергии! — восторгалась Хоуп.       Астра нахмурилась сильней, её взгляд стал неясным, потерянным. Я хотел спросить всё ли в порядке, но тут приборы как-то раздражающе запищали, Хоуп ойкнула. — В чём дело? — спросил я её. — Объём энергии оказался гораздо больше, чем я ожидала. Такое лучше тестировать в экранированной зоне, — ответила девочка мне и обратилась к ежихе. — Астра, можешь уже рассеять энергию…       Астра на это облегчённо выдохнула, а затем по комнате пронеслась ударная волна. Рефлекторно я кинулся к взвизгнувшей Хоуп, закрывая её собой и на ощупь кладя ладонь на её лицо, потому что вспышка была ослепительной.       По ощущениям это походило на Хаос-Бласт, только с этой странной, отвергающей хаос энергией анти-изумруда. И эпицентром выплеска энергии была Астра!       Когда всё стихло, а излишки энергии рассеялись, я поднялся и первым делом осмотрел Хоуп. Она медленно двигалась, шокировано распахнув глаза, но, похоже, травм не получила. — Ты цела? — спросил я. — Что?! — крикнула она в ответ.       Похоже, её всё-таки оглушило. — Ты цела?! Не ранена?! — повторил я свой вопрос, почти крича, и Хоуп кивнула.       Вокруг всё скрипело и трещало, что-то сыпалось откуда-то сверху. Спешно обернувшись, чтобы найти Астру, я пришёл в ужас: на месте исследовательского кресла, в котором до взрыва сидела моя девушка, осталась только жуткая дыра в полу. Даже стена за ней пропала, и теперь две разных лаборатории превратились в одну. Задет был и потолок, перекрытие истончилось, но сквозных проёмов не образовалось.       А самое главное, Астры нигде не было видно! Эта прекрасная ежиха, только-только ставшая моей девушкой, пропала бесследно! И с учётом того, каким мощным был взрыв… она погибла…       Стоя посреди сломанной мебели и разбитой лабораторной техники, я беспомощно, в полном отчаянии смотрел на эпицентр разрушений и ощущал, как мой мир рушится и летит в тартарары…