Охотник и Ведьма (рабочее название)

Хрона бежала так быстро, как никогда прежде не бегала. Каждую секунду она ждала, что вот-вот споткнется о какую-нибудь корягу и упадет - и все, конец; несомненно, тогда ее догонят. Девушка готова была поклясться, что неотступно слышит топот преследующих ее крестьян, знала, что если обернется - увидит пылающие в темноте факела, но не делала этого; знала, что тогда в лучшем случае напрасно потеряет драгоценную секунду, а в худшем - упадет, и тогда, несомненно, уже не сможет подняться. Хрона очень хорошо знала эту разновидность страха - парализующую, льющуюся по венам свинцом. Будь у нее немного времени, она обязательно нашла бы растение, которое поможет ей, и прочла нужное заклинание, прибавляющее смелости - но главная беда как раз заключалась в том, что сейчас ей надо было спешить, и о промедлении не могло быть и речи. "Ветер, дующий с севера, охлаждает разум..." Слова заклинания вопили в голове, словно неупокоенные души, буквы огненными знаками плясали перед глазами. Точь-в-точь так же, как выла мать, погребенная под обломками пылающего дома. "Ветер, дующий с юга, зажигает сердце..." Голоса крестьян и топот множества ног звучали все ближе. Хрона наконец-то позволила себе оглянуться в поисках убежища. Впрочем, она не надеялась скрыться от преследователей. Единственное, на что девушка уповала - это на то, что они побояться последовать за ней в самую чащу: глубина леса здесь считалась настоящим колдовским царством, в котором даже ведьма-недоучка становится такой же сильной, как и исчадия преисподней. "Западный ветер выдувает сомнения..." Близко. О боги, как же близко! А лес все еще недостаточно страшен для них. Стоит Хроне оступиться или просто замешкаться... Едва девушка подумала об этом, как сердце подскочило в груди, заплясало где-то у самого горла, дышать стало трудно; перед глазами замелькали цветные круги. - Восточный ветер дарит огромную силу...- хрипло выговорила она, даже не понимая, что слова заклинания наконец-то добились своего: зазвучали. Откуда-то сзади донеслись панические вопли крестьян; Хрона, втянув воздух в легкие, почти вслепую продолжила свой бег. Преследователи не отставали: явно решили, что она хочет дочитать заклятие и их всех перебить, а потом стремились догнать ее как можно скорее. Ветер свистел в ушах, а заклятие было остановить никак нельзя: Хрона была еще слишком слабой ведьмой, чтобы остановить рвущуюся наружу магию. - Цветок, растущий там, где ветры свиваются в кокон... Дуновение ветра, зашумевшего листвой, заставило крестьян притормозить; больше всего они боялись, что им дадут отпор. Хрона вырвалась вперед. - Возвращает смелость тому, кто вдыхает его запах! - закончила Хрона и тут же поняла, что это конец. Магия, затраченная на произнесенное впустую заклятие, уходила в пространство, не причиняя никакого вреда. Теперь, несомненно, ее признают совершенно беспомощной и... Камень просвистел мимо головы Хроны. Девушка взвизгнула и припустила еще быстрее, но наконец ее подвело усталое, перепуганное тело: колени задрожали, и ведьма со всего маху грохнулась на землю. Из горла вырвался сдавленный писк. "Это конец, - как ни странно, именно теперь ужас оставил Хрону, словно сполна насытившись тем, что предал жертву в руки неминуемой гибели. - Теперь меня сожгут заживо. Я... не хочу... так же как и..." Перед мысленным взором вспыхнуло совсем еще свежее воспоминание: горящий дом и доносящиеся из него крики. Ощущение бьющего по ногам подола черного холщового платья, смешения запахов - лесных трав, которые Хрона сжимала в руках, гари и паленого мяса. И медленно переполняющий разум страх - одновременно с осознанием того, что это не страшный сон, а жуткая реальность, что мать действительно сжигают заживо вместе с домом, и вот-вот настанет ее, Хроны, очередь. А потом девушка развернулась и побежала - так, что ноги, казалось, почти не касались земли. И мчалась она, словно загнанный зверь, до сих пор, пока не упала... - Ведьмино отродье! - закричал кто-то совсем близко, и руку Хроны обожгла боль: один из камней все-таки достиг цели. Девушка медленно поднялась, отстраненно думая, что умирать, лежа на земле - не дело. Надо хотя бы посмотреть в глаза погибели и стараться не показывать страха. Кто-то - в темноте было не разобрать лица - первым схватил дочь ведьмы за руку и дернул со всей силы вверх. - Поднимайся, ведьма! - кажется, Хрона узнала этот голос. Подумать только, а ведь до этого неурожайного года этот парень считался одним из немногих людей, действительно хорошо относившихся к местной ведьме и ее дочери. - Поднимайся, иначе я подожгу тебя прямо здесь! - он взмахнул факелом перед самым лицом Хроны, и она невольно отшатнулась. - Ну как, страшно, да? Девушка подняла голову и уставилась в освещенное отблесками факела лицо. - Хайдэ... - медленно произнесла она, отчетливо видя себя как будто со стороны. - Хайдэ... мне.. совершенно не страшно. Подумать только, как ты будешь жить, зная, что я никогда не боялась по-настоящему - ни тебя, ни всех этих людей? - собственный смех показался ей совершенно неуместным, но сдержать она его так и не смогла. Ответом ей стал удар наотмашь по лицу и попытка поджечь платье. Вокруг галдела толпа таких же оголтелых фанатиков, как и Хайдэ. "Ведьма! Сжечь ее! Из-за нее наши дети голодают!" - донеслось до Хроны. Девушка тяжело выдохнула и извлекла из рукава костяной нож, которым обычно выкапывала лесные травы. Он, конечно, не так чтобы острый, но... ...Чтобы ранить державшего ее Хайдэ в руку, этого хватило. Воспользовавшись всеобщим замешательством, Хрона ринулась куда-то в сторону с одной лишь целью: успеть нанести себе смертельную рану. Умереть от собственного оружия не так постыдно, как быть раздетой и сожженной прилюдно возле храма Аристы[1]. И не так больно, наверное. Впрочем, причинить себе вред Хрона не успела. Стволы деревьев, казалось, расступились, пропуская всадника на взмыленном менхорсе[2]; в полумраке явственно сверкнули два золотистых огонька, а в следующий миг девушка услышала властный мужской голос: - Отпустите ее! - из-под лап стремительно затормозившего менхорса полетели комья земли и листья. Незнакомец протянул девушке руку, на которой блеснуло в свете факелов массивное золотое кольцо. - Давай, залезай! Хроне ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Какие бы цели не преследовал этот человек - он делает ее положение несколько менее безвыходным. Едва девушка оказалась усаженной на седло впереди всадника, как он крепко обхватил ее левой рукой и сжал поводья покрепче, а правой сделал несколько резких взмахов, поспешно чертя в воздухе какие-то знаки, мгновенно зажегшиеся синим светом. - Уйдите прочь! - голос мага раскатился мощным эхом в ночном лесу. Где-то крикнула и заполошно вспорхнула с облюбованной ветки какая-то птица. Долю секунды крестьяне, как завороженные, смотрели на всадника, а потом их смело невидимой волной - довольно аккуратно, так, чтобы никого не покалечить... ну, за исключением тех, кто не сориентировался и со всего маху повстречался с деревом, конечно. Когда же они пришли в себя от шока, на поляне, конечно же, никого уже не было. - Хах! Теперь они могут еще много лет рассказывать о ведьме, которая вызвала демона и спаслась от справедливой казни! - засмеялся незнакомец спустя минуту-две бешеной езды. Видимо, счел, что опасность точно миновала; хотя Хрона могла быть уверена, что подобные случаи для него опасностью не являются вообще. - А ты-то что молчишь? Даже не спрашиваешь, кто я и откуда взялся, на твое счастье? Девушка не сразу поняла, что ее спаситель действительно ждет ответа. А стоило ей это осознать, как все мало-мальски пригодные для подобного разговора слова стремительно вылетели из головы. Конечно, она была ему благодарна. Этот человек, имени которого она не знала, спас ей жизнь. Но что ждет Хрону дальше? Что потребуют от нее в качестве платы?.. - С-спасибо, - наконец выдавила из себя ведьма, понимая, что ни на что другое сейчас не способна. Ее тело только-только начало расслабляться - и обещало хозяйке, что в ближайшие часы не будет потакать ее желаниям. Любые пробежки по лесу и прочие приключения сейчас явно не для него. - Я... даже не знаю, как отблагодарить тебя... - Никак, - в голосе незнакомца зазвучал сдержанный смех. - Это не такая уж услуга: мне просто понравилось, как ты отбивалась от этих кретинов. Не каждая на твоем месте смогла бы быть такой гордой до последнего... и тем более сделать попытку сохранить свою жизнь, даже когда ее окружили! Хрона услышала в этих словах одобрение и со стыдом подумала, что вовсе не собиралась спасаться, а скорее даже наоборот. Впрочем, сказать она это все равно не решится... Некоторое время они ехали в полном молчании. Менхорс мягко, но быстро несся по лесу, слегка раскачиваясь на бегу, и Хрона начала понемногу засыпать. Видимо, нервное потрясение и нахлынувшая усталость дали о себе знать. Напрасно девушка старалась убедить себя в том, что она не в том положении, в котором дрыхнут без задних ног - организм это нагло игнорировал. Единственное, что еще удерживало сознание на плаву - это то, что Хрона совершенно не знала, куда ее везут. И именно этот вопрос она задала незнакомцу, из последних сил борясь со сном. Ответом стал быстрый взгляд пылающих в полутьме желтых глаз. - Продавать везу. Мне, конечно, ну очень нужны лишние несколько медяков, - фыркнул незнакомец. Сначала Хрону окутал леденящий холод страха - неужто он действительно... Но тут парень засмеялся и воскликнул: - Эй, не надо так бледнеть. Я пошутил. Я везу тебя на ближайший постоялый двор, там и переночуем. - А... дальше?- выдохнула Хрона. Он пожал плечами. - Дальше - по обстоятельствам. Но насиловать тебя, продавать в рабство, убивать или приносить в жертву демонам я не намерен. Я, в конце концов, дорожу потраченными на твое спасения усилиями. "Усилиями, х-ха... и ведь не поймешь, шутит он или серьезно", - подумала ведьма. Тем временем лес закончился, и теперь менхорс несся по лугу, поросшему высокой белесоватой травой. Хрона узнала Поющий Луг - пару раз она приходила сюда за звон-травой, той самой, колоски которой мелодично посвистывают и позвякивают от порывов ветра. Но... Поющий Луг же в десяти крастах от ее деревни!.. Когда они успели проехать так много? Тем временем вдалеке стала заметна еле различимая россыпь огоньков. Надо отметить, что Хрона никогда не ходила дальше Поющего Луга, и не знала, что там; но теперь у нее были причины думать, что там какая-то довольно большая деревня - в маленьких селениях вроде той, где ведьма жила раньше, постоялых дворов не держали за бессмысленностью. Россыпь огней становилась все ясней и ближе; спустя еще некоторое время менхорс, повинуясь неуловимому жесту хозяина, остановился возле расписанной яркими охранными узорами ограды, на столбах которой висели факелы. Незнакомец легко спрыгнул с животного и помог спуститься Хроне. - Приехали! - весело произнес он и откинул капюшон, до того полностью скрывавший его лицо. Отблески факелов скользнули по коже, бросая вызов слабым бликам от пылающих глаз. Маг слегка растерянно моргнул - и желтый свет радужки исчез, вернее, стал совсем слабым и почти неразличимым. А Хрона уставилась на своего спасителя, словно на какое-то диво. Впрочем, он им и был... Теперь, при неярком, но достаточно сильном свете факелов, наконец-то стали видны черты незнакомца. Он оказался довольно молод - лет девятнадцати на вид, не больше, высокий и стройный; в его теле чувствовались сила и гибкость. Но, пожалуй, самым поразительным было его лицо - настолько красивое, что казалось ненастоящим. Белоснежная кожа ярко контрастировала с волосами цвета воронова крыла, на которых по всей левой половине головы тянулись три белых полосы, словно слегка светящихся в темноте; поразительно правильные черты казались совершенно гармоничными; глаза глубокого золотого оттенка казались глазами прекрасного и беспощадного хищника - в них не было ни жалости, ни мягкости, одно лишь равнодушное любопытство. В ушах незнакомца блестели небольшие золотые серьги, а плащ из черной кожи скрадывал его фигуру в полумраке, делая менее заметной. Сейчас плащ был откинут за плечи, а капюшон маг снял минутой раньше, так что Хрона смогла увидеть блестящие шитые золотом нашивки, по две на каждом плече изящной куртки. На нашивках блестел смутно знакомый знак - натянутый лук, стрела в котором пылала двойным языком огня. Несколько секунд Хрона соображала, где могла видеть этот знак, а потом вспомнила... Это же символ Охотника[3] Двойного Пламени[4]! Выходит, этот парень - настолько сильный маг?! Тогда многое становится ясно - для него спасти ее было сущим пустяком... Тем временем молодой человек схватил ее за руку и потащил к воротам, размалеванным не менее вдохновенно, чем ограда. Тяжелые створки, обитые медью, раскрылись сами без малейшего скрипа, и путники вошли в деревню. Хрона с интересом вертела головой по сторонам - это селение было куда больше ее родной деревни Дирал. Расписанные не менее ярко, чем ограда, дома стояли по обе стороны мощеной бревнами улицы; около каждых ворот стояло по два больших глиняных круглых сосуда, из дыр в которых струился мягкий красноватый свет. Охотник протащил свою спутницу мимо где-то десятка таких домов и наконец остановился перед большим, разукрашенным еще более пестро, чем прочие, строением. Подвешенный над входом фонарь, такой же красноватый, как и прочие, освещал вывеску, на которой красовались грубо, но вдохновенно намалеванные рукой неизвестного художника темно-коричневый окорок и несколько неопознанных фруктов ярко-оранжевого цвета. Над всем этим синели большие кривоватые буквы: "Надежный приют". - Пришли! - воскликнул парень и распахнул тяжелую дверь трактира. За дверью оказалось довольно просторное помещение, освещенное несколькими фонарями вроде тех, что стояли у домов - только свет их был темно-желтым. Пол, столы, скамьи - все было деревянным; когда Хрона переступила через порог, ей показалось, что желтые отсветы охватывают ее, как пожар. До сих пор ведьма никогда не видела таких больших помещений - чтобы пересечь его и заговорить с вошедшей в зал хозяйкой, Охотнику понадобилось сделать не меньше двадцати шагов. Девушке показалось, что она сейчас потеряется - теперь между ней и ее спутником было довольно большое расстояние, и Хрона перестала ощущать даже то зыбкое чувство безопасности, которое поддерживало ее до этого. Тем временем Охотник и трактирщица о чем-то поговорили, и юноша вернулся к Хроне. - Старая скупая Мархё, - протянул он. - Содрала с меня за комнату чуть ли не больше, чем в городе просят! - Старая? - удивленно переспросила Хрона. Судя по тому, что она видела, назвать так эту рыжеволосую женщину лет тридцати "старой" было сложновато. Некоторое время Охотник смотрел на Хрону слегка озадаченно, а потом засмеялся. - Ладно, забудь. Пошли лучше наверх. Тебе сейчас нужнее всего отдохнуть. - Юноша протянул Хроне руку, и девушка, памятуя о том, как минуту тому назад ее охватила паника, с радостью вцепилась в его запястье. Надо отметить, что в этот момент Хрона все еще рассчитывала на то, что ей будут даны хотя бы несколько часов тишины и спокойствия. В том, что это были только невинные мечты, девушка убедилась, узрев комнату, в которой ей предстояло провести ночь... и при этом в обществе совершенно незнакомого мужчины. А если учесть, что в помещении имелась всего одна кровать, причем не слишком-то широкая, ситуация приобретала совершенно катастрофический оборот. Перешагнув порог, Хрона застыла, понимая, что не сможет заставить себя сделать ни шагу. От смущения девушка, казалось, окаменела - могла только стоять и думать о том, что совершенно не знает, что же ей теперь делать. Тем временем ее спутник, расстегнув плащ и небрежно бросив его на пол, уже буквально упал на кровать, раскинув руки. - Ха-а, наконец-то я могу отдохнуть! - воскликнул юноша, а потом повернул голову и посмотрел на Хрону. - Чего стоишь? Стеречь вздумала? Не волнуйся, трактира Мархё не то что нечисть - все разбойники стороной обходят!.. Иначе им самим же кутить будет негде. Он засмеялся, а Хрона, вся сжавшись, наконец-то заставила себя войти в комнату. Единственной мебелью, которая здесь была, являлись кровать и нешуточных габаритов сундук, стоявший в углу. Именно этот-то сундук девушка и облюбовала в качестве места ночлега. Конечно, Хрона была довольно высокой девушкой и улечься ларе для нее представляло определенную сложность, но в данном случае... Поколебавшись немного, девушка наконец все-таки осторожно и по возможности не слишком заметно стянула плащ своего спутника - лежать на обитом медью сундуке просто так тянуло, пожалуй, на подвиг. А на подвиги Хрона сейчас была совершенно не способна. Поэтому она расстелила плащ на сундуке и села на край, собираясь оборвать испачканный и изодранный край подола. Стряхнув с одной ноги башмак, девушка уже было взялась руками за ткань, как... - Хэээй, что ты делаешь? - Охотник сидел на кровати, с интересом наблюдая за Хроной. - Ты собираешься на этом спать? Хрона аж подскочила от неожиданности - казалось, даже ее длинные волосы встали дыбом. - Д-да! - воскликнула она. - Но там же неудобно, - ее собеседник слегка наклонил голову набок. - Иди ко мне на кровать, - он похлопал по покрывалу рядом с собой. При одной мысли о том, насколько непристойно подобное предложение, Хрона покраснела, а из ушей у нее чуть не повалил пар. - Нет-нет! - поспешно отказалась она. - Мне вполне удобно будет и здесь! Ответом ей стал донельзя изумленный взгляд. - Странная ты, - вздохнул Охотник. - Давай, ложись рядом со мной. Возражения не принимаются! От подобного Хрона встала в тупик. Вроде бы этот парень не собирался делать ей что-то плохое; но его предложение... он как, шутит или действительно ненормальный? - Это, это совершенно неправильно!.. - с Хроны всю застенчивость как рукой сняло. Судя по всему, этот парень и знать не знает, что для порядочной девушки подобное - ужасный позор. Кто ж их знает, этих городских магов, как они там живут вообще!.. - Гхм. Неправильно? Что? Я тебя раздеться попросил или просто-напросто лечь и дрыхнуть до утра? Хрона тяжело вздохнула, плечи ее опустились. Искушение воспользоваться добротой этого странного парня было чрезвычайно сильным, но, с другой стороны, такая уж это доброта?.. Мало ли что у него на уме. Ладно, на этот случай у нее есть еще один вариант... Когда ведьма извлекла из рукава измазанный в запекшейся крови костяной нож, Охотник присвистнул. - Великая Ариста, какие страсти! И в чьей же крови ты обагрила сие достойное оружие? Никак, предыдущего пре... ээээй! Сжав рукоять ножа в кулаке, Хрона опрометью кинулась к кровати, бросилась на конец, противоположный тому, на котором сейчас сидел юноша, и свернулась клубком, выставив вперед руку с ножом. - П-приблизишься ближе, чем на пол-мьела[5] - ударю!.. - Хах... ну хорошо, - Охотник отодвинулся на самый край кровати, настороженно наблюдая за девушкой. Глядя на то, как юноша рискует свалиться на пол, Хрона подумала, что пол-мьела, пожалуй, было многовато. Хотя в таком деле перестраховка не помешает... Некоторое время девушка всерьез пыталась заснуть. Впрочем, где-то через минуту она выяснила, что спать с ножом наизготовку у нее не выйдет, как бы ни были взвинчены ее нервы. Кажется, со стороны это было и не похоже на сон, - во всяком случае, когда она открыла глаза, она тут же наткнулась на внимательный взгляд Охотника. Он смотрел на свою спутницу так, как будто пытался понять что-то очень важное, - изучающе и чуть-чуть растерянно, и Хрона почувствовала смущение. - Н-не смотри на меня так! - наконец выпалила она и опустила голову, стараясь скрыть пылающие щеки. Ее еще никто так пристально не рассматривал, и уж тем более - когда она пытается заснуть. Впрочем, разорвать зрительный контакт Хроне толком не удалось, да и не пыталась она. Куда интереснее было разглядывать этого парня, который даже не потрудился сообщить ей свое имя, как, впрочем, и она ему. Глаза Охотника, в темноте фосфоресцировавшие желтым, в свете стоящего в комнате шара-фонаря как будто померкли и стали казаться мутно-янтарными. Было и в этом взгляде, и в красивом правильном лице что-то одновременно влекущее и отталкивающее: не поразительная ли его искусственность? Охотник казался совершенно ненастоящим, и Хрона чувствовала присущим ведьмам магическим чутьем, что волшебства в этом человеке больше, чем положено иметь живому существу. Даже не так: чистой силы, загнанной в определенные рамки, в нем было куда больше, чем человеческого. Интересно, и что сейчас изучал этот парень: не то ли, как это надо делать - быть человеком?.. Внезапно Охотник поднял руку и щелкнул пальцами. Заливавший комнату желтоватый свет медленно угас, и помещение погрузилось во тьму. Хрона заморгала, стараясь приспособиться к темноте, и в этот момент ее руки, сжимавшей нож, коснулись теплые пальцы. Ведьма вздрогнула от неожиданности: и когда она успела так расслабить кисть, что, пожелай юноша отобрать нож, ему бы не пришлось для этого предпринять никаких усилий? Во тьме зажглись два ярко-желтых глаза. - Давай спать, - проговорил Охотник, щурясь. - Честно говоря, устал я сегодня. Судя по звукам, юноша лег поперек кровати и раскинул руки - вытянутая рука Хроны все еще продолжала соприкасаться с его пальцами. Недавнее озарение покинуло девушку без следа, и сейчас, несмотря на полыхающие очи ее спутника, она даже удивлялась, как могла думать о какой-то чепухе. Желтые огни плавно погасли, и девушку обволок прозрачный ночной сумрак. Теперь ей внезапно очень захотелось спать, но осталось кое-что, что она обязана была выяснить. - Как тебя звать? - спросила она, и ее голос звучал еле слышно от смущения. Никогда ей еще не приходилось спрашивать у незнакомцев, как их зовут. Несколько секунд Охотник не отвечал, так что Хрона успела испугаться, что он заснул раньше, чем она наконец собралась задать ему свой вопрос, а потом ответил: - Кид. Коротенькое, странное имя - Хрона таких никогда не слышала. Имена в ее деревне были либо длинными пожеланиями, либо принадлежали божествам, на покровительство которых рассчитывали люди, называя своих детей. И все - обязательно певучими. Это же имя рубило с плеча и вообще напомнило Хроне короткий смертоносный взмах кинжалом, из тех, что иногда демонстрировала ее мать, отрубая голову жертвенному кохуё[6]. - А тебя как? - этот вопрос, заданный вполне дружелюбным тоном, оторвал девушку от мысленного созерцания собственных ассоциаций. Хрона на мгновение растерялась, а потом ответила: - Хрона. Кид едва слышно присвистнул. - Открытие за открытием. Это ж с какой стати тебя так назвали? Ведь в этих местах детей называют либо именами богов, либо так, чтобы их имена переводились с Речи Колдунов[7] как хорошее пожелание, да? - Э-э... да, да, - удивленно ответила Хрона. В темноте снова зажглись два ярко-желтых глаза, и они смотрели прямо на юную ведьму - она поежилась от странного холодка, пробежавшего по коже. - Твое имя совершенно не годится обычной девушке и отлично подходит могущественной Ведьме, - последнее слово Кид выделил таким образом, что Хрона тут же поняла: он говорит не о простых ведьмах, а о Магической Специализации. - Был бы женщиной, сам бы такое взял с радостью. - Ч-что же... - Хрона хотела спросить, чего особенного в ее имени, но неожиданно заткнулась: взгляд Охотника явственно говорил о том, что объяснения еще не закончены. - Судя по всему, ты не знаешь... но по всему миру бродят легенды о том, что однажды, несколько столетий назад, на земле жила женщина с таким именем. Хрона растерянно моргнула и удвоила внимание. - Сама она звала себя Хроной Мечницей, но у нее было еще очень много прозваний... Демоническая Мечница, Черная Роза, Золотая Змея - это лишь малая часть ее имен, мистических и не очень. Собственно прославилась эта особа тем, что она являлась чуть ли не сильнейшей Ведьмой древности - да еще и такой, которая без вреда для себя могла использовать заклятия, присущие другим типам Священного Дара[8]. Она не всегда делала это во зло, но... ее судьба все равно была крайне печальной. Всю свою жизнь Демоническая Мечница провела в непрестанных сражениях, а однажды наконец пропала без вести, и никто не знает, куда она ушла. Кто-то утверждает, что она открыла секрет бесконечных перерождений и продолжает жить среди людей, сменяя тела одно за другим, кто-то - что она пожертвовала своей жизнью, чтобы запечатать нечто, что скрывалось в горах Хребта Торуи[9] и угрожало всему миру... Ведьма почувствовала, как от тона Кида по ее коже пробежал холод. Что-то страшное крылось в этой истории. Быть может, то, что тайна управления перерождением считалась непостижимой, а попытки это изучить - вторжением во владения Аристы и ее чудовищной противоположности, Бога Смерти, у которого в религиозной традиции даже не было имени? Или то, что, если опасность в Темном Хребте действительно существовала - нельзя было сказать с уверенностью, что этот неведомый ужас не вырвется однажды вновь? - Впрочем, я во все это не верю, - внезапно рассмеялся Кид. - Я-то думаю, эта достойнейшая женщина разогнала большинство монстров в этих горах, чтобы вокруг стало можно жить - с нее бы сталось сделать людям такой подарок! - а сама где-нибудь скрылась и спокойно дожила свой век. Так что не бойся, из Торуи не вылезет страшное чудовище и не сожрет нас с потрохами - его просто не существует. Почему-то Хроне эти слова показались чистой воды притворством. Только что Кид был куда серьезнее, и свел все в шутку, лишь заметив ужас своей собеседницы. Зачем ему вообще было нужно тогда это все рассказывать? Просто так? - Знаешь, - неожиданно начал Кид почти проникновенным тоном, - твое имя, оно действительно необыкновенное. Если ты захочешь, ты сможешь очень многого добиться, - Кид взял девушку за руку. - Когда я тебя спасал, я даже не предполагал, насколько нам обоим повезло. Хрона не нашлась, что ответить. Несколько секунд Кид молчал, а потом произнес: - Благосклонны ночные боги [10], Хрона. - Благословенна Ноктарлис [11], - тихо ответила Хрона, закрывая глаза. ___________________________________________ [1]Ариста - богиня жизни, основная богиня, которой поклоняется все население Мира. [2]Менхорс - существо, чрезвычайно похожее на коня, но наделенное шипастым хвостом, подобным хвосту ящера, и имеющее вместо копыт лапы, что делает его бег более бесшумным. Лоб его прикрыт костяным щитком, а кожа весьма прочна, что делает этого зверя незаменимым в сражении. [3]Охотник - одна из множества магических специализаций Мира. Характеризуется гармоничным развитием и физических, и магических способностей. Самый низший ранг - Охотники, на чьей нашивке нет огня; потом идут Охотники Одного Пламени, потом - Двойного, а потом - Тройного. За всю историю Мира звания Охотника Тройного пламени удостоилось только одиннадцать человек. Охотников Двойного Пламени, конечно, гораздо больше, но все равно они составляют лишь небольшой процент из числа своих коллег. [4]Количеством языков пламени на нашивках характеризуется то, насколько высок ранг носителя. Это обозначение едино для всех специализаций и варьируется от "простых" магов, не имеющих на своих нашивках языков огня, до магов Тройного Пламени (см. предыдущее примечание). [5]Мьел - единица измерения длины, приблизительно равная метру. Проще говоря, Хрона безжалостно пытается отогнать незнакомца на полметра, начисто игнорируя тот факт, что тогда на кровати места уже никому из них не хватит толком. [6]Кохуё - красивый лесной зверек с шерстью нежно-бирюзового цвета, хвост которого состоит из перьев, как у птицы. Мех кохуё, удивительно теплый и мягкий, ценится как красивый и недорогой материал для изготовления зимней одежды, а перья пользуются популярностью в качестве писчих. При всем этом кохуё является еще и самым популярным жертвенным животным, используемым для ритуалов среднего уровня (высший уровень требует более крупной жертвы). Считается, что из всех жертвенных животных именно кохуё больше всех нравится богам, демонам и вообще всем сильным магическим сущностям. Но единственное, что на данный момент доказано точно - это то, что мясо, внутренности и кровь кохуё являются самым сильным из легкодоступных природных концентратов магии животного происхождения. Поэтому некоторые маги даже употребляют в пищу исключительно мясо кохуё, надеясь таким образом увеличить свою силу, но это с течением времени приводит либо к болезням, либо к непредсказуемым мутациям. [7]Речь Колдунов - древний язык, на котором читаются любые заклятия. Он крайне легко изучается, а его основы интуитивно известны любому жителю этого Мира, но чтобы использовать его как заклятие, нужно долго и упорно тренироваться, учась вкладывать силу в каждый звук Речи. Есть редкие люди, талант которых читать заклятия неимоверно силен с рождения, и они представляют собой одновременно и благо и опасность для тех, чьи имена написаны на Речи. Именно поэтому составление подобных имен - чрезвычайно важный процесс, и доверяется он только жрецам Аристы-Генесии (Аристы Рождающей), имеющим прямой доступ ко всем событиям, связанным с рождением детей, и имеющимся в каждом храме Аристы. Такие имена ни в коем случае нельзя сокращать, а если ребенок со временем становится магом, первое же, что делает его Учитель - это подбирает для Ученика новое имя, чтобы исключить возможные негативные последствия взаимодействия имени и способностей ребенка. Обычно имена на Речи Колдунов составляются по принципу пожеланий и состоят из двух и более слов: например, "несущая свет" - нормальное имя для дочери лекаря, собирающейся идти по стопам отца, а "человек, которого смерть обходит стороной" - для ребенка, которому предрешено быть воином. Впрочем, наиболее популярны комбинации вроде "счастливое дитя", "удачливый в делах", "добрая счастливая девушка" и прочие простейшие пожелания, являющиеся простыми магическими формулами, исключающими сильные неожиданные последствия в судьбе человека. [8]Священный Дар. Кид употребил уже порядком устаревшее наименование Магической Специализации как таковой, успешно продолжающее употребляться в большинстве официальных бумаг. [9]Хребет Торуи, Темный Хребет - крупная горная цепь. Считается пристанищем темных сил, и, возможно, небезосновательно - во всяком случае, все попытки людей изучить ее и освоить окрестности проваливались при жутки обстоятельствах. Около восьмисот лет назад, как раз после смерти Хроны Мечницы, окрестности Хребта Торуи наконец-то стали безопасны. Впрочем, в глубь этой горной цепи никто до сих пор даже не пытается проникнуть... [10] Традиционное пожелание спокойной ночи. [11] Традиционный ответ на пожелание спокойной ночи. Ноктарлис - богиня ночи и сна, владычица сновидений, в том числе ее функцией является охрана спящего от злых ночных духов и божеств. Один из обликов этой богини - черная лиса о тринадцати хвостах, усыпанная звездами. На кончике каждого хвоста находится по одной из двенадцати Великих Звезд Небосклона, а на тринадцатом - сама Луна.