Семейные проблемы моего героя

- Каччан?! Блондин, игнорируя веснушчатого, прошел в главную комнату. Там, даже не разувшись, даже не скинув куртку, он рухнул на диван. - Э-эй, Каччан... пожалуйста, н-не пугай меня... В ответ - тишина. Парень подошел к своему однокласснику и проверил пульс. Затем, частоту дыхания. Ну и температуру (мало ли что?). Схватил телефон и отправил одно сообщение каждому из одноклассников, которые предположительно могли не спать, параллельно снимая с блондина куртку и обувь. "Каччан вернулся! Но он без сознания и весь в ранах! Пожалуйста, я не знаю что делать!" В первый раз за очень долгое время, Деку не знал, что ему делать. Пара минут - и рядом с Деку стоит Тодороки, Киришима и Иида. - Мидория, нужно посадить его и обработать раны. - Шото говорил это слегка волнующимся тоном. - Я позвоню Айзаве-сенсею. - Иида ушел на кухню, чтобы дозвониться до Сотриголовы. - Бакубро, эй, Бакубро... - Киришима помогал веснушчатому усадить алоглазого, чтобы Тодороки оказал ему помощь. - Проснись, Бакубро... Иида возращается к друзьям, что-то кричит им и, надевая куртку, уносится на своей максимальной скорости за учителем, дозвониться до которого не вышло. А Деку забывает как дышать. Он рассматривает Кацуки, судорожно сжимая его плечо. Разбита левая бровь и нижняя губа, большой порез на веке, чудом не задевший глаз, сильно оцарапанная правая щека, синяки на шее... на лице алоглазого много засохших кровопотеков... - Каччан... - тихо шепчет Мидория, опуская взгляд. Киришима полностью включил в комнате свет, которую до этого освещала лишь настольная лампа и свет из кухни. Глазам стало очень неприятно. И тут, зеленые как изумруд глаза набредают на белое пятно на красной и мокрой футболке Кацуки. Только сейчас мальчик-веснушка замечает неприятный запах свежей крови... Его осинило. Это не пятно белое. Это футболка белая. Значит ли это, что... - Т-тодороки... - еле слышно произносит бледный Изуку, взглядом показывая на пятно, от которого остаётся всё меньше и меньше белого. Шото не медлит - он как можно быстрее крепит повязку на глаз Бакуго, а после - приподнимает футболку парня. - Вот черт... - говорит Киришима, пытаясь понять: что тут происходит? - У него колотая рана... - двумордый комкает кусок тряпки, которой совсем недавно вытирал кровь с лица друга, а затем прижимает её максимально плотно к ране. - Надеюсь, так мы сможем хотя бы ненадолго остановить кровь. - Как он вообще с такой дыркой до общежития дополз?! - Эйджиро начал паниковать. - Почему он не поперся в медпункт?! - Мидория, что скажешь? - На вид, рана глубокая, но это же не так... наверное, много крови из-за того что Каччан всё время двигался, пытаясь добраться до общежития... Нужно как можно скорее доставить его к... - Исцеляющей девочке. - договорил взрослый голос. Парни обернулись - в комнату быстрым шагом вошли Айзава, Иида и та, о которой только что говорили. - Рана и впрямь не глубокая, но количество крови, которое он потерял... до завтрашнего вечера точно спать будет. И Деку наконец-то выдохнул. Здесь про-герои, поэтому все будет хорошо. Вот, Исцеляющая Девочка уже применяет свою причуду на Бакуго, вот Айзава-сенсей идет к Изуку, чтобы узнать, что видел Мидория... ...Прошло два часа. Тодороки, Киришима, Иида и Мидория уже лежат в своих комнатах. Как и Бакуго, которого после оказания помощи перетащили туда. Сначала, Айзава расспросил Мидорию о том, как он наткнулся на Кацуки. После, учитель, проигнорировав целую ораву вопросов от парней, отправил их по комнатам. Исцеляющая Девочка незаметно для всех ушла, Сотриголова остался наблюдать за Бакуго, а Мидория начинает проваливаться в сон. В абсолютно пустой сон. Просыпается по будильнику - еще сонный умывается, на автомате одевается и идет в Академию. Стоит ему переступить порог класса, как на него накидываются с вопросами о Бакуго. - Что произошло? - Как он сейчас? - Как думаете, кто с ним это сделал? - Почему я спал, я ведь тоже мог помочь вчера... Куча вопросов и почти на все отсутствуют ответы. Звенит звонок. От его трели проходит минут десять, за которые будущие герои успевают много чего обговорить. Дверь с хлопком открывается - на пороге стоит блондин, один глаз которого заклеен бинтом, а на щеке красуются пластыри. Он не кричит, он не грозится что-то взорвать, он не ухмыляется и не говорит. Он молча проходит на свое место. "К-каччан? Но как же его рана... он ведь должен был весь день проваляться в постели..." - Деку встревоженно смотрел на спину своего друга. Не давая "А"шникам опомнится, в класс, еле волоча ноги, входит Сотриголова. Кидая обеспокоенно-равнодушный взгляд на Бакуго, мужчина начинает урок. Но "распинания" учителя никто не слушает - все взгляды (даже взгляд Минеды) направлены на взрывного юношу. Его пытались прожечь своими настырными зырками, пытались добиться хоть какой-то реакции! А парень просто смотрел куда-то в окно. Наступила перемена. Айзава-сенсей остался в классе, сидя в своем спальном мешке и пытаясь подремать. А ученики молчали. Они продолжали пялиться на Кацуки, а тот этого совсем не замечал. Прошло минут пятнадцать. У кого-то кончилось терпение. - Хей, Бакубро! Ты сегодня тихий. - Эйджиро глупо улыбнулся, садясь на тетрадь своего друга. Красноволосый знал, что это должно вывести динамита из себя. - Ага. - ответил Бакуго, продолжая смотреть в окно. Ноль реакции. Ноль. НОЛЬ. Ноль реакции от Кацуки Бакуго! ОТ КАЦУКИ БАКУГО! Это чудо! Или беда... Мидория наблюдал за другом детства. В голове всплывали моменты прошлого. Парня осенило. Он вспомнил, что Каччана в таком состоянии видел лишь раз. И тогда у Каччана всё действительно было плохо. Настолько плохо, что без помощи ему было не обойтись.