Renewal

«Худшая из тюрем, в которой может оказаться любой человек, сложена из кирпичей сожалений. Таково время, фигурирующее под девизом «Если бы только…» Нужно всеми силами стараться не попасть в его ловушку: ведь никому не дано пытать нас изощреннее, чем это делаем мы сами». Ф. Феллини René Miller — Silence

— Прости, я… я просто устал, — тихо говорит Тэхён, опускаясь на стул. Смотреть Чонгуку в глаза после его замечания — неловко. Вроде бы, не произошло ничего ужасного: это всего лишь мелочь, перепутал — с кем не бывает? Но ведь перед ним находится его парень — человек, с которым он живёт под одной крышей не первый год. Они редко обедали вместе, а в последнее время так и вовсе не садились за один стол. Тэхён, возвращаясь домой, разогревал еду в микроволновке, и к тому моменту, когда младший приходил на кухню, он уже ставил тарелку в раковину. Привычка быстрого приёма пищи закрепилась ещё со студенческих времён — до сих пор не может приучить себя тщательно пережёвывать пищу. Он вечно куда-то торопился, поэтому сейчас, размешивая сахар в кружке, для него крайне странно просто сидеть. Подперев подбородок кулаком, Тэхён смотрит на стол. Столько всего хотел сказать, как только Чонгук перешагнёт порог их квартиры, но все слова вылетели из головы. Бессмысленно скрывать — ему некомфортно. Кто бы мог подумать, что они вернутся к самому началу. Их будто откинуло на несколько лет назад, в далёкое прошлое, когда они даже не могли найти общий язык. Становится грустно. Как долго между ними будет витать напряжение? Ещё суток не прошло, а Тэхён уже скучает по их старым отношениям. Хочется, чтобы всё было как раньше: Чонгук не был зажатым и тихим, спрашивал о прошедшем дне, коротко улыбался в ответ и не смотрел недоверчивым взглядом. Тэхён поднимает на него глаза. Родное лицо кажется совершенно другим. Перед ним всё тот же Чонгук с родинкой под нижней губой, с чёрными глазами и губами с треугольными вершинками, но взгляд не тот. Незаинтересованный, отрешённый, непривычно холодный. Он всё понимает: Чонгуку нужно время, чтобы снова привыкнуть к его присутствию; совсем скоро память прояснится, и всё встанет на свои места. Только вот сердцу этого не объяснишь, оно страдает, требует тепла и ласки, а получает мимолётные взгляды в ответ. Чонгук тоже не торопится заговаривать. Сидит, прижав губы к краю кружки, и делает маленькие глотки, то и дело обращая внимание на Тэхёна. Наверное, до сих пор не может свыкнуться с мыслью, что состоял в отношениях с мужчиной. У него ведь толком ни с кем не завязывалось общение. По крайней мере, он не помнит, чтобы с кем-то жил. В голове какие-то призрачные образы прошлой жизни, размытые очертания, но общей картины как не было, так и нет. Кем он был ещё месяц назад? Как ни странно, но найти ответ на данный вопрос может помочь тот, кто смотрит на него вот уже десять минут. Когда их взгляды неожиданно пересекаются, Тэхён чуть поднимает брови, не понимая, почему Чонгук подаётся вперёд и слегка хмурится, изучая его выражение лица. — Из всех людей, с которыми я общался, я не помню именно тебя, — подаёт задумчивый голос Чонгук. Разве это не странно? И Чимин, и Юнги, и сам Тэхён утверждают ему, что единственный, с кем он был по-настоящему близок, находится перед ним. Но вот незадача: Чонгуку в это плохо верится. Даже увидев совместные фотографии, он не перестал испытывать недоверие. Складывается такое впечатление, что все вокруг показывают пальцем на какой-то объект, а он его в упор не видит. Уголки губ дёргаются. Тэхён прикладывает ладонь к шее и по неизвестной причине отводит взгляд в сторону. Надо же, впервые избегает зрительного контакта. Чонгук всегда смотрел так пронзительно? Или только сейчас, чувствуя себя уязвимым, он инстинктивно защищается? — Я и сам не знаю, почему так произошло, но ты можешь доверять мне. Чонгук откидывается назад и скрещивает руки на груди. — Не пойми меня неправильно, но у меня в голове сейчас такая каша, всё перемешалось, я толком не помню, чем занимался в последнее время, а тут выясняется, что у меня есть парень. И эта квартира в самом центре города. — Он обводит рукой кухню, словно воспринимает реальность за сон. — Это, мягко говоря, обескураживает. — Чонгук несколько минут молчит, размышляя над ситуацией. Не обманывают ли его? Может, это какой-то розыгрыш? В таком случае издеваться над пострадавшими людьми — очень жестоко. — Насколько я помню, я работал… — Чонгук щурится, поднимая голову к потолку, — в кофейне? — спрашивает сам себя. — Когда я успел разбогатеть? — Он переводит взгляд на Тэхёна, который не сдерживает усмешки. — Ты уже давно там не работаешь, — спокойно объясняет Тэхён. Он даже немного расслабляется, понимая, что Чонгук не испытывает к нему неприязнь — просто опасается. Вполне нормальная реакция. Если бы Тэхён потерял память и первое, что увидел после выписки из больницы, это незнакомую квартиру и парня в придачу к ней, тоже бы не поверил.  — А где я тогда работаю? — наклоняя голову вбок, осторожно интересуется Чонгук, боясь услышать что-то страшное. Он же не какой-нибудь киллер? Не замешан в политике? Не владеет компанией? Иначе придётся тяжко: он растерял все необходимые знания, если те, конечно, у него имелись. Тэхён надавливает на подушечки пальцев ногтями. Отвечает далеко не сразу. — Нигде, — тихо проговаривает он. — Ты был помощником в одной фирме, но тебя недавно уволили. Вернее, ты ушёл по собственному желанию, потому что где-то ошибся… Если честно, я не совсем понял. — Тэхён поднимает глаза на него. — Когда мы говорили об этом, ты был слегка эмоционален. Чонгук, сидя до этого с открытым ртом, поджимает губы и слабо качает головой, не припоминая подобного разговора. — Допустим. — Его брови сводятся к переносице. — Ты миллионер? Или откуда у обыкновенного медработника деньги на такое жильё? Тэхён тихо смеётся. — Не хочу тебя разочаровывать, но моя зарплата не такая большая. Эту квартиру подарили мои родители. Чонгук пытается понять, о ком идёт речь, но у него ничего не получается. Он уже открывает рот, вспомнив о своих родителях и собираясь спросить, живут те на прежнем месте или уже переехали, как в голову ударяет мысль. Размыто Чонгук вспоминает день, когда ему сообщили, что отцовский автомобиль попал в аварию. Оба погибли на месте. Он тяжело вздыхает. — Чонгук-и, ты в порядке? — Тэхён выглядит взволнованным — Чонгук, осознавая это, чувствует себя неуютно. — Да, — хрипит он. — Может, тебе следует отдохнуть? Мы и позже поговорим. Чонгук мотает головой. — Нет, я в норме. Можно задать тебе вопрос? — Конечно, постараюсь ответить на каждый. — Я тебя любил? — в лоб спрашивает Чонгук, смотря таким взглядом, словно сомневается, что вообще способен на подобное. Тэхён теряется. Даже не знает, что его удивило больше: то, что Чонгук говорит в прошедшем времени, или то, что он вот так сразу спросил про их отношения. — Что ты имеешь в виду? — вскидывает брови Тэхён. Чонгуку неловко озвучивать свои мысли. Он отворачивает голову, чтобы не смотреть в глаза. — Ну, между нами и правда что-то было, или?.. — Тэхён не моргает, дожидаясь продолжения, однако Чонгук закрывает рот, почувствовав себя глупо. Тэхён моментально становится серьёзным. — Хочешь узнать, были ли у нас чувства, или кто-то из нас использовал другого? — произносить это даже больно. К горлу подкатывает обида. Тэхён смыкает губы. Чонгук же по-прежнему на него не смотрит. — Были, — немного холодно заявляет он. — Мы встречаемся уже пять с половиной лет, Чонгук, у нас общие знакомые, квартира, и да, ты любил меня не из-за денег и не потому, что я мог тебе что-то дать. Надеюсь, мы больше не вернёмся к этому вопросу, ведь мне больно слышать, что ты сомневаешься в нас, — закончив говорить, Тэхён встаёт со стула и убирает посуду со стола. Его голос заметно огрубел, взгляд поменялся, однако Чонгуку не кажется, что он спросил что-то ужасное. Для него важно знать, в каких отношениях он находился с человеком, с которым ему предстоит просыпаться и засыпать под одной крышей. Тэхён ведь может ввести его в заблуждение, исказить некоторые факты, как можно просто довериться незнакомцу? — Прости, но пока я не вспомню тебя, мы будем возвращаться к этому вопросу снова и снова, — уже в спину говорит Чонгук. Всё, что он хотел услышать на данный момент, он услышал, а сейчас действительно нужно перевести дыхание и хоть немного освоиться на новом месте. Тэхён, оставшись на кухне один, упирается руками в раковину и прикрывает глаза. Кажется, будет намного сложнее, чем он себе это представлял. На пару минут его даже посещает желание хлопнуть входной дверью, сбежать на работу и не высовываться, пока всё не вернётся на круги своя. Но после, когда растерянность перестаёт бушевать, он успокаивается, заставляя себя набраться терпения. Без него Чонгуку будет трудно: именно с Тэхёном у него связано так много воспоминаний, нельзя просто взять и выкинуть почти шесть лет из своей жизни. Нужно помочь Чонгуку восстановить хронологическую цепочку в памяти. Пускай придётся вложить все силы в это, Тэхён готов пожертвовать и свободным временем, и своими чувствами, которые сейчас напоминают оголённые провода. Уберечь своё сердце в данной ситуации — тяжелее всего. Ведь когда он заходит в гостиную, видя Чонгука возле окна, единственное, что он хочет сделать — подойти к нему вплотную и крепко обнять. Сказать, как сильно он скучал без него все эти дни, прижаться к спине и не выпускать из своих объятий хотя бы пару минут; ещё раз извиниться за то, что всё так получилось. Нельзя. Чонгук не то чтобы не поймёт этот порыв нежности, он, скорее всего, даже испугается. Тэхён, смотря на него издалека, обнимает себя за плечи, заставляя перевести взгляд. Так странно находиться рядом с любимым человеком, но не сметь к нему прикасаться. Насколько его хватит? Тэхён уже сейчас не находит в себе сил держаться на расстоянии. — Расскажешь, как мы познакомились? — Чонгук по-прежнему стоит к нему спиной. Одна рука в кармане, другая — обводит засохшие листья цветов. Тэхён совсем забыл про них: домашние растения поливал всегда Чонгук, а он к ним даже не прикасался. Его голос кажется чересчур громким. Тэхёну требуется некоторое время, чтобы собраться с мыслями. Никогда не позволял себе быть настолько чувствительным, а сейчас понимает, что поддался эмоциям. И где же вся та собранность, которая ему была всегда присуща? Помнится, Чонгука даже напрягала его сдержанность. — Эм. — Тэхён опускает взгляд в пол, подбирая нужные слова. Пройдя в комнату, он садится на диван. — В тот день я был очень пьяным и смелым. — Губы растягиваются в грустной улыбке. Тэхён мысленно возвращается в прошлое и позволяет себе утонуть в воспоминаниях. — Тогда ты ещё работал в кофейне, носил миленький фартук и не любил смотреть в глаза незнакомым людям. До сих пор не любишь. — Тэхён вспоминает, как он всегда вызывался сделать заказ. Смотрел на кассира и застенчиво улыбался, нарочно подолгу выбирая напитки, но Чонгук никогда не обращал на это внимания, из-за чего друзья над этим частенько подшучивали. — Мы приходили к тебе каждую субботу, вернее, я уговаривал друзей пойти со мной, чтобы мне было менее неловко. Ты меня совсем не замечал, так что я где-то три или четыре месяца втайне наблюдал за тобой. — Тэхён всё ещё улыбается. Чонгук наконец поворачивается к нему и слегка хмурится, пытаясь вспомнить данный промежуток времени. Помнит саму кофейню, постоянных посетителей в лице Чимина, Юнги и ещё двоих парней, которых он не припоминает. Вместо их лиц — размытые пятна, прямо как во сне. Был ли одним из них Тэхён? Может быть. Лгать Тэхёну сейчас не имеет смысла, поэтому Чонгук просит продолжить. — До сих пор не могу поверить, что мне удалось получить твой номер телефона. — Почему? — удивляется младший, подсаживаясь рядом. — Как бы сказать… — на чужих губах играет ухмылка. Тэхён около минуты молчит, а после, взглянув на Чонгука, говорит как-то ласково: — Ты был похож на того, кого не особо интересуют парни. Тем более такие, как я. — Их взгляды пересекаются. Чонгук вскидывает брови, не совсем понимая, что имеет в виду Тэхён, поэтому он объясняет. — В течение двух лет я дарил тебе цветы на годовщину наших отношений, — рассказывает с улыбкой. — Я был слишком хорошим мальчиком, чтобы привлечь твоё внимание. — Оу, — протягивает Чонгук. Тэхён, опустив глаза, не перестаёт улыбаться. — Ну знаешь, ты создавал образ сдержанного парня, который не то чтобы не проявляет интерес к своему полу — даже не смотрит в их сторону. Но я рад, что ошибался в тебе. Ты оказался хорошим человеком. — Улыбка медленно исчезает. Тэхён становится задумчивым. Неужели время так быстро пролетело? Кажется, ещё вчера они ходили на скучные свидания и чувствовали себя неловко, а теперь сидят рядом, в общей квартире. Хочется взять Чонгука за руку, рассказать ему кучу историй, которые с ними приключились за несколько лет, вспомнить, сколько всего они пережили вместе, но… Эти воспоминания теперь не являются общими, ведь Чонгук, насупившись, качает головой. Чувствует за собой небольшую вину, понимая, что Тэхён говорил с искренностью в голосе. — Совсем ничего не помнишь? — Прости. — Нет-нет, даже не извиняйся! — Тэхён не специально касается пальцами его плеча. — Юнги сказал, что память возвращается постепенно, в хронологическом порядке. Мы начали с нашего знакомства, а оно было не самым запоминающимся, так что неудивительно, что оно не осело в твоей голове. — Тэхён пытается улыбнуться, показать, что всё в порядке, волноваться не о чем. Чонгук бы и поверил ему, если бы не заметил подрагивающие уголки губ. Тэхён боится, что он ничего не вспомнит, но не говорит об этом. Чонгук шевелит плечом, намекая убрать руку. Привыкнуть к его прикосновениям будет непросто, для начала лучше бы найти общую зону комфорта. Конечно, он понимает, что Тэхён не нарочно нарушает личные границы — после стольких лет отношений было бы странно придавать значение таким мелочам, — но всё же ему некомфортно находиться слишком близко. Чонгук поднимается на ноги, чтобы избежать неловкости. И как они будут жить вместе? Постоянно видеться, сидеть за общим столом, разговаривать? От одних только представлений он напрягается. Он не готов к контакту, пускай и понимает, что это ненормально — избегать того, кого ещё совсем недавно он любил, если верить чужим словам. Пересилить себя не может, поэтому шумно вздыхает, даже не зная, как сказать об этом Тэхёну. Впрочем, в этом нет необходимости. Тэхён всё прекрасно понимает, всё-таки неглупый, хотя где-то в глубине души надеется, что расположить к себе Чонгука снова не займёт много времени. Он не сможет долгое время делать вид, будто они незнакомы. Проходить через все этапы заново? Спустя пять лет отношений? Но где гарантии на то, что всё пойдёт по тому же сценарию? А что если… если в этот раз они не сблизятся? Он вздрагивает, чувствуя, как в груди сжимается сердце. Что делать, если Чонгук не влюбится в него заново?

***

Остаток дня они проводят в разных комнатах. Тэхён закрывается в спальне и долго лежит на кровати, прокручивая возможные исходы событий. Лёгкая паника сменяется беспокойством, а беспокойство медленно перетекает в усталость. Глаза начинают слипаться, его клонит в сон, и он даже не пытается ему сопротивляться. Просыпается уже вечером. За окном стемнело, в квартире тихо, и на какую-то долю секунды ему кажется, что он снова остался один. Словно Чонгук и не возвращался — он где-то там, на больничной койке, а Тэхён здесь, без его тепла, сворачивается в клубок, прижав к себе подушку, и шевелит пересохшими губами. Как же хочется, чтобы всё произошедшее оказалось дурным сном. Кажется, что прямо сейчас в спальню зайдёт Чонгук, мягко улыбнётся, залезет к нему в постель и обнимет, погладив по волосам. Тэхён прислушивается к тишине, в надежде услышать тихие шаги младшего, но кроме собственного сердцебиения, ничего не слышит. Испуганное сердце бьётся как израненная птица в клетке, он сжимает подушку сильнее и жмурится. А когда к нему приходит осознание, что Чонгук где-то поблизости, он никуда не исчезал, то подрывается с кровати. Но не бежит сломя голову, желая упасть в чужие объятия, а поправляет покрывало, делает три глубоких вдоха и только потом выходит из комнаты. «Это просто надо пережить», — повторяет сам себе и для убедительности расправляет плечи. Чонгук по-прежнему сидит на диване — такое ощущение, что он даже не двигался с момента его ухода. Прошло около четырёх часов, Тэхён так углубился в свои мысли, что совсем позабыл про ужин. Чонгук, наверное, голоден. Прислонившись виском к косяку, Тэхён несколько минут смотрит на его затылок. В полумраке (свет Чонгук не включил) его очертания размываются, он похож на призрачный образ, поэтому Тэхёну кажется, что у него видение. Даже думать не хочется о том, что с ним стало бы, если бы Чонгук погиб в ту ночь. Как бы он жил в этой квартире один, где каждый уголок пропитан воспоминаниями о нём? Утонул в горе и растерял все силы или смирился с потерей, уйдя в работу с головой? Тэхён сжимает пальцами стену. Зачем представлять реальность, в которой нет Чонгука? Говорят, чтобы понять, любишь ты человека или нет, нужно мысленно убрать его из своей жизни, и тогда ответ на вопрос найдётся сам собой. Тэхён, наблюдая за Чонгуком издалека, задерживает дыхание. Ему становится больно. Не из-за того, что он чувствует в эту самую минуту, а из-за того, что понимает — он бы справился. Конечно, потребовалось бы много времени и внутренних ресурсов, но он сумел бы вернуться к своей прежней жизни. Так как же это называется? Когда осознаёшь, что человек, без которого, как тебе казалось, ты не можешь жить, перестаёт быть центром твоей Вселенной? И на это нет никакой причины. Он без сомнений может заявить, что по-настоящему любит Чонгука, переживает за его здоровье, тянется к нему, но он не зациклен на нём. У него есть семья, любимая работа, друзья — если что-то исключить из этой цепочки, привычный мир изменится. Но если исключить из неё Чонгука… Что с ним станет? Тэхёну хочется ударить себя за такие мысли. Почему, обретя второй шанс, он задумывается о трагичном исходе? Какой здравомыслящий человек будет представлять свою жизнь без второй половинки? Может быть, так сказывается стресс на организме, и он уже сам не понимает, что с ним происходит. А возможно, мысли, спрятанные в глубинах сознания, наконец нашли выход. Чонгук вздрагивает, когда за его спиной раздаются шаги. Тэхён подходит к нему ближе и кладёт ладони на плечи. Ничего не говорит, наклоняется и оставляет аккуратный поцелуй в волосах. Всего на секунду позволяет себе задержаться, чтобы втянуть забытый запах тела. От Чонгука пахнет больницей и чем-то неопределённым. Тэхён, отстраняясь от него, прикладывает пальцы к дрожащим губам. Он не узнаёт своего Чонгука, того парня, в которого он влюбился по уши, словно теперь перед ним находится совершенно другой человек. И это, если честно, пугает до глубины души. Он отшатывается назад и неверяще качает головой. Быть этого не может. Что изменилось за каких-то две недели? Или изменения произошли уже очень давно, а он просто не замечал их? Или не хотел замечать. Закрутившись в работе, Тэхён физически не мог уделять больше времени своему молодому человеку. И если первое время его мучила совесть, то позже он успокоился. В любом случае им нужно было на что-то жить: Чонгук испытывал финансовые трудности, положение было нестабильным, он менял много должностей, из-за чего постоянно переживал. Тэхён поддерживал как умел: утешал в своих объятиях, говоря, что рано или поздно у него всё получится. Даже в какой-то момент сказал, что Чонгуку необязательно искать работу — он в состоянии обеспечить их маленькую семью. Так что спустя некоторое время ему больше не приходилось искать оправданий, когда он возвращался поздно и спал без задних ног. Совместная жизнь превратилась во что-то другое. Наверное, никто из нас не признается, что вступая в отношения, мы надеемся обрести заботу и понимание. Возможно, это даже эгоистично — искать того, кто тебя утешит. Порой мы любим только потому, что нас любят в ответ, как бы грубо это не звучало. За то, что о нас заботятся, переживают, поддерживают, слушают. Принять чужие недостатки непросто, свои — ещё сложнее. И вот когда мы встречаем нужного человека, который принимает нас такими, какие мы есть, нам кажется, что именно так и должна выглядеть любовь. Конечно, мы глубоко заблуждаемся. Любить за то, что нас делают лучше, не совсем правильно. В чём был бы смысл, если бы один постоянно что-то отдавал, а другой просто принимал? Такие односторонние отношения быстро исчерпывают себя. Нужно иметь нескончаемый запас энергии внутри, чтобы помогать другим и при этом ничего не просить взамен. К сожалению или к счастью, ни у кого нет такого источника в груди. Человек так или иначе забирает тепло другого, и если тот, кто отдаёт, не будет себя вовремя подпитывать, то совсем скоро растеряет все жизненные силы. Превратится в завядший цветок — достаточно одного неосторожного движения, чтобы он рассыпался и превратился в пыль. Здоровые отношения — это не только умение слышать и слушать друг друга, это своеобразный энергетический обмен. Всё должно возвращаться в том же объёме, в котором и исчезает. Вроде бы, этот закон известен нам со школьной скамьи: если где-то вода испаряется с поверхности реки, то в другом месте обязательно выпадут осадки. Круговорот воды в природе — всё просто, и с людьми так же. Если постоянно оказывать поддержку, не получая взамен то же самое, в какой-то момент это приведёт к неспособности справляться в одиночку. Хоть закаливай характер, будь непробиваемой стеной, не нуждающейся в чужом понимании, ты не сможешь жить полноценной жизнью. Человек, как ни крути, существо социальное, и ему необходимо взаимодействовать с другими. Даже будучи умным парнем с красным дипломом, Тэхён не заметил первой трещины в их отношениях. Первое время, когда мы только друг к другу притираемся, мы стараемся показать себя исключительно с лучших сторон. Чтобы понравиться, привлечь внимание, убедить, мол, я самый подходящий для тебя вариант. В этом нет ничего странного. Уже потом идеальная картинка перестаёт являться таковой: мы попадаем в разные ситуации, показывая свой характер, можем банально накричать после тяжёлого дня, — одним словом, избавляемся от придуманных нами масок. Тэхён был прекрасным парнем без преувеличения: умным, заботливым, скромным, добрым и отзывчивым. Он никогда не провоцировал конфликты, был терпеливым и внимательным. Чонгук купался в его ласке и день, и ночь, неудивительно, что он попросту привык быть центром чужого внимания. Их отношения развивались постепенно, приобретали новые черты, меняли форму, трансформировались. После трёх лет отношений не нужно было строить из себя мистера Идеальность. А зачем? Ты уже завоевал человека, добился его, он твой, и в теории никуда не сбежит. Можно быть немного неряшливым, забывать кое-какие мелочи, быть не в настроении, — в любом случае все мы люди, да? Каждый имеет право быть неидеальным. Тут-то и начинается новый этап. Когда границы между вами давно стёрлись и ты приглядываешься к любимому человеку, осознаёшь самую простую истину — тот, кого ты любишь, самый обычный. Он не обладает сверхспособностями, он не мастер на все руки, может не знать элементарных вещей, хотя раньше тебе казалось, что твой избранный (ая) — это судьба, подарок Вселенной. Что он самый лучший человек на свете, он тебе идеально подходит, у вас много общего, вам хорошо вдвоём, он умеет то, что не умеют другие: прекрасно целуется, чувствует твоё настроение где-то на интуитивном уровне, он невероятно умный и забавный; в нём сочетается всё, что ты искал в людях. Но проходит год, пять лет, десять, и тебя не впечатляет чужая привычка болтать ногой за столом во время ужина, — более того, ты можешь раздражаться из-за того, что раньше для тебя казалось необычным. Странно, не правда ли? Как ты мог не заметить, что твой любимый человек ковыряется в носу? Или грызёт ногти? Это же так отвратительно! Куда ты смотрел раньше? У тебя словно открываются глаза, и вот ты понимаешь: мистер Идеальность существовал только в твоей голове. Теперь вы воспринимаете друг друга иначе: признаёте, что у каждого есть свои недостатки и все могут ошибаться. И это абсолютно нормально: знать, что твоя любовь не особо-то и отличается от остальных. Но ведь ты же что-то нашёл в нём, полюбил его, выбрал из миллиона других. Должна же быть хоть какая-то на это причина? Химия в отношениях — не менее важная вещь. Быть может, даже самая главная. Ведь если бы нас не влекло к кому-то определённому, мы бы не сгорали в потоке неизвестных чувств. Гормоны отлично справляются со своей работой, и обвинять их в своём «головокружении» — неразумно. Ох, как Тэхён задыхался от эмоций и чувств… Руки Чонгука, губы Чонгука, шея Чонгука, голос Чонгука — сводило с ума всё и сразу. От одного только аромата чужого тела желудок скручивало в узел, по коже пробегались мурашки, особенно в те моменты, когда они оставались наедине. Чонгуку хватало приблизиться к его лицу, выдохнуть горячий воздух, как сердце заходилось в бешеном биении. Хотелось прикасаться. Много прикасаться. Повсюду. Бродить руками по чужому телу, гладить, щупать, изучать изгибы и все неровности; целовать искренне и без остановки, крепко обнимать и чувствовать, как внутри всё плавится, потому что это взаимно. Пальцы сами цеплялись за острые плечи, когда Чонгук, вынуждая каждый раз вздрагивать, толкался между разведённых ног и ловил хриплые стоны губами. Сдерживать эмоции, что клубились в нём, было невозможно. Это было откровением, доверием, искренностью представать друг перед другом уязвимыми. Без одежды, будучи абсолютно голыми, они обнажали не только тела, но и самих себя — то, что обычно скрыто от чужих глаз. В груди рассыпались искры, кожа воспламенялась, дыхание напрочь сбивалось. В такие моменты, Тэхён, смотря на лицо Чонгука вблизи, как никогда прежде осознавал, что он не ошибся в человеке. Что это уже его, родное, любимое, такое нужное и важное. Конечно, казалось, что это никогда не закончится. Каждый секс будет таким же чувственным, поцелуй обжигающим, а признание, произнесённое глубокой ночью — самым искренним. Однако наваждение спадает, ты становишься спокойнее, реагируешь на ласки не так остро, как прежде. Тебе просто хорошо, ты привык, поэтому не придаёшь значения всяким мелочам. Наподобие облегчённого вздоха после близости, нежелания затягивать с предварительными ласками, а ведь раньше ты мог целовать любимое лицо не переставая. Всё превращается в какую-то обязанность, в замкнутый круг, который всё никак не разорвётся. Даже если ты понимаешь, что тебе чего-то не хватает, уже не можешь остановиться. Действуешь по заученному сценарию, не задумываясь, стремишься не к тому, чтобы доставить партнёру побольше удовольствия, а хоть немного насладиться процессом самому. Наверное, бессмысленно скрывать, что после пяти лет отношений секс всего-навсего приелся. Это был способ расслабиться, снять напряжение после тяжелого дня. Тэхён, засыпая на груди Чонгука, не особо хотел разговаривать. Иногда даже отворачивался в другую сторону, желая немного побыть одному. Нет, близость не наскучила, он просто уставал после работы, а на отказ не находилось причин. Да и Чонгук всё прекрасно понимал: не лез с объятиями после, несколько минут просто лежал, приводя себя в порядок, а когда приходил из душа, Тэхён нередко уже спал, так что он просто ложился рядышком и тоже засыпал, пускай и не в обнимку (как выяснилось, такая поза не самая удобная для сна). Голос и ненавязчивые прикосновения больше не возбуждали, Тэхён спокойно реагировал на поцелуи, а после занимался своими делами. В иной раз хотелось просто обнять Чонгука и постоять с ним так пару минут, почувствовать себя в безопасности. Так происходит: тебя начинают волновать другие вещи. И если ты предпочитаешь просто лежать вместе, а не целоваться всю ночь напролёт, всё в порядке. В любом случае наш комфорт гораздо важнее несуществующих обязанностей перед кем-либо. Они не начали избегать друг друга, сидеть в разных комнатах и тому подобное, наоборот — научились проводить время наедине со своими мыслями. Порой даже от отношений нужно отдыхать, какими бы замечательными они ни были. Вот и не заметили, как перестали скучать после двух часов разлуки (когда-то даже две минуты казались невыносимыми вдали друг от друга). Конечно, не видеться целыми днями было сложнее. Но человек так устроен, что он привыкает абсолютно ко всему. И Тэхён, кажется, привык возвращаться домой, греться в объятиях Чонгука, принимать ухаживание. А когда ты к чему-то привыкаешь, перестаёшь ценить и в целом уделять внимание конкретной вещи. Удобно под рукой иметь человека, готового тебя поддержать в любую минуту. Люди могут быть эгоистами, сами того не подозревая. Мы зацикливаемся на себе, на своих желаниях, хотим получать то, в чём нуждаемся. И не замечаем, что порой даже самый близкий от нас отдаляется. Тэхён, смотря на Чонгука замершим взглядом, задаётся одним и тем же вопросом: когда, чёрт возьми, это произошло? В какой момент Чонгук перестал быть самым драгоценным, что у него есть? И почему он не обратил внимания на эту тонкую грань, разделяющую привычку от привязанности? Чонгук не менялся: он всё такой же. Без юношеского максимализма, конечно, прыщей на лице, как шесть лет назад, но с такими же грустными глазами и очертаниями. То, во что он влюбился, никуда не делось — поменялось его восприятие. По какой причине это случилось? Кто бы ответил… Быть может, Тэхён и не обратил бы внимания, с какой холодностью иногда разговаривает Чонгук. Ослепляющая влюблённость давно прошла, но отношение к нему так сильно закрепилось, что Тэхён даже не думал: а вдруг оно не совсем верное? Привычка, собственный комфорт — называйте как хотите, Тэхён был уверен в том, что чувства к Чонгуку никогда не пройдут и что Чонгук для него навсегда останется парнем с добрым сердцем. Его будто разрядом тока прошибает: Тэхён совершенно не понимает, почему Чонгук вызывает не обожание, а растерянность. Смотрит в чужие глаза и ни черта не может разобрать, что в них творится. Оказалось, достаточно убрать хорошее отношение и чувства, как Чонгук стал неузнаваем. А что, если шесть лет назад это была просто вспышка чувств? Теперь они оба повзрослели, сформировались как личности. Возможно ли влюбиться без сбитого дыхания и колотящегося сердца? И если да, то как принять человека таким, какой он есть? Проплешина образовалась не тогда, когда пропали чувства Чонгука. Она образовалась намного раньше. Как давно? Вопрос невероятно важный. — Ты голоден? — выдавливает из себя Тэхён и, не дождавшись ответа, уходит на кухню. Надо немедленно навести порядок в голове. Из рук всё валится. Он банально не может пожарить яичницу, из-за чего неприкрыто злится. Чонгук приходит на запах гари и вскидывает брови, наблюдая за тем, как Тэхён отправляет сковороду вместе с подгоревшим ужином в раковину. Он не сразу замечает чужое присутствие: стоит с прикрытыми глазами и уговаривает себя не расклеиваться. Только не сейчас, когда Чонгук нуждается в поддержке. Нужно быть сильным. Он обязан быть сильным. Взгляд размывает мутная пелена, в уголках глаз скапливаются слёзы. Тэхён не контролирует свои эмоции. Пытается вытереть влажные дорожки с щёк, но ещё больше начинает плакать. Он дрожит, не зная, что делать, пока не слышит тихий голос за спиной. — Всё в порядке? — настороженно спрашивает Чонгук. Тэхён, выпрямившись, слабо качает головой в ответ. Старается привести себя в порядок, чувствуя себя настолько жалким, что боится повернуться лицом и показаться в подавленном состоянии. Даже самый сильный человек рано или поздно ломается, а нервы сдают. Мы не роботы, мы живые существа с неповторимым набором эмоций и чувств. — Прости, — шепчет Тэхён себе под нос, размахивая ладонью. — Я не умею готовить. Никогда не умел. Обычно это делал ты. — Даже не может приготовить ужин… Он всегда был таким никчёмным без помощи Чонгука? Чонгук долго ничего не говорит: попросту не знает, как реагировать на небольшой срыв. Он теряется. Нет в голове чёткой инструкции, что делать в такой ситуации, да и если бы она была, он не может предложить помощь, потому что не знает, в чём нуждается Тэхён. Единственное, что приходит на ум, это подойти и, вытянув руки, обнять за плечи. Приходится позабыть о неловкости: стоять и ничего не делать, когда человек рядом с тобой борется с волной эмоций и, очевидно, тонет в них — не лучшее решение. Чонгук шумно выдыхает, зарываясь носом в волосы на затылке, и прикрывает глаза. Тэхён мелко дрожит в его руках, но постепенно успокаивается, чувствуя чужое тепло. А когда слышит хриплое «ничего страшного», смыкает губы, позволяя бусинам слёз беззвучно скатиться по щекам вниз и сорваться на пол. Он всегда умел одним своим присутствием успокоить. Тэхён, цепляясь пальцами в его ладони, понимает: это — его Чонгук, тот самый человек, который каким-то волшебным образом забирает все тревоги себе. Но если раньше он просто принимал поддержку, то сейчас хочет что-то отдать взамен. Отстранившись от него, Тэхён поворачивается к нему лицом. Глаза влажные, губы до сих пор дрожат, только это неважно. С Чонгуком он будет откровенным. — Обещаю, этого больше не повторится, — опуская глаза в пол, почти бесшумно произносит он. Главное, что Чонгук не смотрит на него равнодушным взглядом — пока что это большее, на что он может рассчитывать. — Мне было тяжело без тебя, Чонгук, все эти дни мне казалось, что я заслуживаю всю ту боль, которую испытываю. И я… не знаю, эгоистично ли с моей стороны говорить такие вещи, но я уже не могу быть один. Я привык, что ты всегда рядом, ты поможешь, выслушаешь, успокоишь, дашь совет. Я словно… — Тэхён поднимает голову к потолку, пытаясь подобрать нужное слово, — разучился без тебя жить. И сейчас говорю тебе всё это, потому что не понимаю, откуда во мне так много сожаления. — Зажав рот рукой, чтобы прекратить поток слов, он прикрывает глаза на пару секунд. Чонгук всё это время смотрит на него и молчит, дожидаясь, пока ему полегчает. Остаётся только представить, что пережил Тэхён за эти две недели. В его действиях нет притворства — это располагает к себе. Может быть, именно искренности и откровения им не хватало в последнее время. Чонгук испытывает сочувствие. И как бы ему ни хотелось помочь, он чувствует себя бессильным. И нет у него никаких подбадривающих фраз — в голове полный бардак, лишь сердце стучит, будто пытается подсказать верное направление. — Тэхён, — сипло говорит Чонгук, обращая на себя внимание. Тэхён поднимает на него глаза, наполненные слезами, и мысленно просит не сделать ещё хуже. Так и смотрят друг на друга, ожидая подсказок. Чонгук поджимает губы. А что он должен сказать? Тэхён для него сейчас — человек, которого он знает пару дней. — В любом случае я здесь, — он кладёт ладони на его предплечья и старается звучать убедительно. Получается это или нет — чёрт его знает. Тэхён судорожно вздыхает. — Да, но в качестве кого?.. Чонгук опускает голову. — Это не моя вина, — звучит от него так же тихо. Тэхён качает головой. — Не твоя, — подтверждает он. — Моя. Если бы он любил в полной мере, ценил чужую заботу, то никогда бы не оставил Чонгука одного с дырой в груди. А теперь захлёбывается в сожалении. Когда эмоции остывают, он, уткнувшись лицом в свои колени, больше не дрожит. Оба молчат. Чонгук ставит рис в мультиварку и нарезает овощи, действуя на автомате. Вслепую тянется за тряпкой, находя её на прежнем месте, из-за чего замирает на минуту. Руки помнят. Он действительно часто готовил на этой кухне, раз без проблем ориентируется в ней. Значит, Тэхён его не обманывал, и почему он вообще допускал подобные мысли? Старший благодарно кивает, когда перед ним ставят тарелку. После сцены со слезами Тэхёну немного неловко сидеть рядышком, хотя… кого стесняться? Чонгук ни за что на свете не станет презирать его или осуждать за выплеснувшиеся эмоции. Они и не через такое прошли. Уже после позднего ужина Тэхён, помыв всю посуду, спокойно говорит: — Мы справимся. Это временные трудности, всё пройдёт, да? Главное, не забывать, что нужно быть благодарным судьбе за второй шанс. Всё могло закончиться гораздо плачевнее, а если есть возможность что-то исправить, то нужно хвататься за неё всеми руками и ногами. Чонгук, мотнув головой, соглашается. День выдался тяжёлым для обоих, и единственное желание — залезть под одеяло и хорошенько выспаться. Тэхён принимает расслабляющий душ, по привычке оставляя всю одежду в корзине для грязного белья. А когда выходит и видит сидящего Чонгука на диване, вскидывает брови. — Ты не будешь ложиться? — высушивая волосы полотенцем, спрашивает он. Чонгуку неловко. К счастью, Тэхён быстро понимает, в чём дело. Спать в одной кровати будет некомфортно для Чонгука — он совсем про это не подумал. Так странно приносить ему подушку в гостиную и наблюдать за тем, как Чонгук, устроившись поудобнее на диване, складывает ладони на животе. — Может, всё-таки поменяемся? — Нет, всё нормально. — Хорошо. — Тэхён ещё несколько минут стоит возле двери. Неужели они будут ночевать по отдельности после двухнедельной разлуки?.. — Чонгук? Тот отрывает голову от подушки. — Что? — Спокойной ночи. — Он едва сдерживается, чтобы не добавить привычное «люблю тебя». Опустив взгляд, Тэхён выключает свет в комнате и разворачивается. Пожалуй, эта ночь будет беспокойной. — Спокойной ночи, хён, — неосознанно срывается с губ. Тэхён, замерев на мгновение, грустно улыбается. Он обязательно всё вспомнит.