Взлёты и падения последнего дракона.

Я стоял в полной темноте, которую разгонял лишь свет горящей свечи в моей руке. Как ни странно, не было слышно той какофонии звуков, которую постоянно издавал город даже ночью. Ни всплеска воды, ни стонов вдалеке, ни лая собак. Ни-че-го. Меня окружали безмолвие и непроглядная тьма. И важен был лишь яркий огонёк свечи, невероятно манивший к себе. Словно на всём свете существовал лишь я и он. Аккуратно, чтобы не погасить его, я прикоснулся кончиками пальцев к пламени. Боли не было, сколько бы я их не держал над огнём. Напротив, я ощутил, как по ладони растекается странное чувство теплоты и… могущества! Начиная с фаланг пальцев, под кожей стали расползаться светло-оранжевые огненные всполохи. Свеча внезапно разгорелась в разы сильнее и стала сверкать, будто звезда. Яркий свет залил все вокруг. Я проснулся. В холодном поту на полу рядом с кроватью. Было раннее утро и сквозь прорехи между ставнями прямо мне в глаза брезжил свет. Что означал этот сон? Было ли это разыгравшееся воображение или что-то более глубинное? В любом случае кое-что нужно было проверить. Встав с пола и переведя дух, я сразу решил проверить свои подозрения. Руки дрожали и искра никак не хотела высекаться, но конце концов мне удалось добыть огонь и разжечь небольшой камин. Для начала я сунул край ладони в огонь и подержал несколько секунд. Чувствовалось лёгкое покалывание, но ни боли, ни жжения не было! Посмелев, я предал огню всю ладонь. Почему мысль не пришла мне в голову раньше? Ведь это первое, что я должен был проверить в этом мире, оказавшись в теле Таргариена. Я не мог ответить на этот вопрос. Хотя стойте. Я точно помню, как пролившееся раскаленное масло обожгло мне однажды руку. Не помню, появился ли ожог, но саднило потом целый день. Но вот воду, которую я всегда кипятил, чтобы не подхватить какую-нибудь заразу, часто пил, не остужая, и никогда не обжигал горло. Возможно способность выдерживать жар развивалась во мне постепенно со взрослением. Ну или же это было вмешательство высших сил, что объясняет странный сон. Сейчас это было не столь важно. Большее значение имело то, как я мог распорядиться этой способностью в будущем.

***

— Загружай быстрее, скоро отплываем!— кричал купец переносившим товары на корабль рабочим. Я и сотня моих ребят устроились на несколько торговых кораблей защищать их в случае нападения пиратов. Их путешествие пролегало на опасном участке торговых путей, где часто грабили суда, поэтому им нужны были дополнительные люди и немало. На опасную работу люди шли неохотно, а у купцов горели сроки, поэтому нанимали всех подряд. Таким образом устроился отряд совсем еще молодых ребят по 16-17 лет под моим руководством. По одиночке едва умеющих держать меч парнишек конечно не взяли бы, но в составе единой группы по заключённому письменному договору это было вполне осуществимо. Ответственность за их действия целиком лежала командире, то есть мне. Я, в свою очередь назначил десятников, что несли ответственность уже передо мной. Чуть больше половины из состава нашего отряда складывалась из членов моей организации, занимающихся защитой моих людей от различных банд, орудующих в городе, другая же была набрана совсем недавно. Через моих подчинённых и их знакомых я стал распространять информацию о создании этой самой команды и приличных деньгах, которые можно заработать, вступив туда. Приличных по меркам бедноты, которой по большей части будущие члены отряда и являлись. Для вчерашних подростков, ещё не определившихся в жизни и не имеющих особых перспектив, такое предложение оказалось крайне заманчивым, несмотря на очевидный риск. Желающих было много, пришлось даже прекратить набор, подсчитав расходы, которые я понесу. А они были существенными: каждого новичка нужно было обеспечить каким-никаким оружием и хотя бы кожаной броней. Хорошо, что у меня были определенные запасы. Наша деятельность в качестве отряда наёмников-охранников должна была окупить расходы на эту авантюру сполна. Прибыль шла хорошая и с торговли, я даже открыл две собственные лавки по продаже мелких товаров, за что пришлось немало отсыпать властям. Резонно возникал вопрос. Почему я вообще пошел на это и договорился с торговцами? Мне нужна была сила. Более ощутимая, чем шайка, держащая под контролем несколько кварталов. Недавно у нас случилось столкновение с бандой матёрых воров и убийц, которые раньше просто не обращали на нас внимание. Еще достаточно давно сотрудники моей организации, занимающиеся сбором моллюсков для продажи, стали иногда находить в ракушках маленькие жемчужины. Я запомнил признаки моллюсков, в которых чаще всего находились бесценные перламутровые шарики, и мои люди стали наряду со сбором съедобных моллюсков заниматься ещё и добычей жемчуга. С его продажей я осторожничал, боясь нарваться на реальных бандитов. Так и произошло, когда недавно мы стали реализовывать добытый жемчуг среди торговцев драгоценностями. Мы нарвались на банду, которая заинтересовалась дорогим товаром. В частности, они перерезали глотки двоим нашим и забрали партию жемчуга. Я понимал, что в открытую они нас попросту раздавят, поэтому поступил хитрее. Пришлось потрудиться, чтобы выйти на их главаря. На переговоры с ним пустили меня одного. Большего мне и не было нужно. С собой я взял короб, в котором якобы лежали жемчужины и деньги, которую, как я им сказал, мы отдаем, чтобы они нас не трогали. Сверху я действительно насыпал жемчуга. На самом же деле там лежали сосуды с собственноручно сделанным мною «греческим огнем» — смесью серы и нефти. Серу я взял у торговца, который продавал благовония и порошки жрецам Владыка Света. Они часто использовали ее для ритуалов. «Черное золото» же добывали в небольших количествах из выходящих на поверхность небольших гейзеров и продавали на рынке как средство от блох и вшей. Главарь банды смотрел на меня насмешливым и надменным взглядом. Для него я не являлся угрозой. У двери стоял еще один член банды. — Мы готовы отдавать вам деньги и жемчуг, только не убивайте наших. — Стоял и распинался я перед этим уродом. В комнате стоял полумрак и на столе были горящие свечи. Одну из них я и взял, якобы чтобы бандит лучше видел находящие в стоящем на полу коробе ценности. Со свечей в руке я наклонился и открыл крышку. Сделав вид, что беру горсть жемчуга, я поджёг заранее пропитанную маслом тряпку, резко достал сосуд из короба, бросил под ноги главарю. Он вспыхнул, словно спичка, упал и бешено закричал. Его одежда, руки и лицо были в горящей смеси. Часть попала на меня, но я при этом практически не чувствовал жара, в отличие от него. Стоящий у двери бандит тоже заорал и взялся за меч. Моментально развернувшись, горящими руками я схватил второй сосуд, с уже подожженной тряпкой и метнул его со всей силы ему прямо в голову. Горючая смесь моментально распространилась не только на членов банды, но и на всю комнату: мебель, шкуры, дверь. Всё помещение пылало. Жертвы огня же уже не кричали, а хрипели. Их кожа была обожжена до неузнаваемости. Вскоре и хрип прекратился. Я тем временем ощущал лишь затрудненное дыхание из-за распространяемого дыма. Кашляя, я сбросил с себя остатки догорающей одежды, выбежал из дома и бросился в ближайший канал. Надеюсь, другие банды поймут все правильно. Позже оказалось, что кроме главаря и его помощника в том доме погибло еще несколько руководящих членов их банды, находящихся в этот момент на втором этаже, и не сумевших выбраться из-за обрушившихся и забаррикадировавших дверь балок.

***

Сейчас, спустя пару недель после пожара, я стоял рядом с причалом и наблюдал, как мой отряд погружается на корабли перед отплытием. Да, в городе я имел неплохой доход, но пора было переходить на следующий уровень. Спустя пять лет жизни в Браавосе я покидал его. На время моего отсутствия, меня заменял мой помощник Банн, в преданности которого я не сомневался. Несколько лет назад мне удалось спасти жизнь его младшей сестры, которая заболела чем-то вроде бронхита. Я же заплатил лекарю, на которого у Банна просто не было денег. С тех пор он относился ко мне с огромным уважением. Он оставался продолжать моё дело в городе, а я отплывал дальше в практически неизведанный мною мир, полный опасностей и возможностей.