Обитель Зла и Пса

Внеплановая прогулка на свежем воздухе привела к появлению проблем со здоровьем не только у Лизы. Тело “наёмника” тоже начало заметно сдавать. И его проблемы не лечились травяным сбором. Мутировавший организм попросту не выдерживал перегрузки от неконтролируемых изменений плоти. А вмешательство “травы", также затрагивающей глубинные структуры, увеличивало и без того тяжкое бремя накопившихся ошибок в генокоде. Запас сил тратился быстрее, чем пополнялся. Полевые испытания привели к истощению оперативного резерва. Но пополнять его, традиционным путём (приёмом пищи), крайне нежелательно. Фрагменты каждого элемента, попадающие внутрь тела-мутанта, с избыточной толерантностью (в медицинском смысле этого слова), вносили вклад в расшатанный генный код, утративший значительную часть естественной защиты от посторонних “включений”. Из-за экстремальной перестройки всего организма, практически в хаотичном порядке. Даже экологическая чистая еда била по ослабленному телу, как тяжелая "синтетика", смешанная с запрещёнными ГМО-культурами. Хуже того, у G-вируса не имелось чёткого "видения" конечной перестройки носителя. Вместо генерального, тщательно проработанного плана оптимальной реконструкции, присутствовало лишь безумное намерение сделать “всё по-другому” (не так, как было раньше). Конечно, подсознание марионетки старалось, как могло, облегчить нагрузку. В частности, на манер птицы, достигшей физиологического предела в уменьшении веса. Перья, "прилизанная" форма туловища, быстрый обмен веществ и прочие навороты, необходимые для долгого полёта, не имели значения для мутанта, которому и ходить тяжело. Зато прочие фичи применялись с большой выгодой, для продления "срока эксплуатации" организма, отказывающегося глупо помирать, в расцвете сил. Полые кости (снижение общей массы). Малые и частые приёмы пищи (для упрощения пищевода). Блоковая модель работы мышц (экономия сил на “взмахе”). Перестройка суставов в жесткий захват (без расхода энергии на поддержание устойчивого положения). И, разумеется, почти полное отключение интеллекта, с переводом базовых расчётов на спинно-мозговые рефлексы (стандартная мера “защиты” всех штаммов биооружия “Губителей”). 90% всех ресурсов тела человека потребляет именно головной мозг, в полной мере реализуя главную фишку людей - способность к полностью произвольному поведению. Что гораздо сложнее и дороже, чем следовать зову примитивных инстинктов и ни о чём не думать своей головой. В частности, неумеренный голод вынуждал изменённый организм переваривать сам себя, отдавая поистине последние резервы, ради продолжения безумных экспериментов “Голгофы”, отнюдь не ставившей задачу по сохранению мутировавшей плоти, в дееспособном состоянии. Если один носитель помрёт - не важно, мерзопакость попросту заразит другого. И продолжит свою вредоносную деятельность, по разрушению хрупкого баланса в мире, позволяющего существовать и развиваться всему многообразию форм жизни на Земле. Не зря этот отвратительный вирус назвали в честь места мучения Христа, а также тяжелых (зачастую смертельных) страданий. Именно причинение боли, смерти и разрушений лежало в глубинной основе G-штамма, вкладывая в реализацию порочного намерения все ресурсы, которые только окажутся в распоряжении передового инструмента зла. К сожалению, уничтожение источника скверны, в теле Лизы, приведёт к смерти носителя. А бороться с симптомами, не убирая причину - бессмысленно тратить силы. Я в очередной посетовал на недостаток критически важных навыков. Из-за чего не удавалось решить проблему без лишних жертв (как действовал многомудрый “Прародитель”). После некоторых размышлений, как быть, мне пришла мысль прекратить "страдать фигней". Нынешнюю "куклу" всё равно не жалко. Так какого чёрта я пытаюсь её сохранить? "Инерция мышления"? Проявление чувств "собственника"? Или ещё какая неуместная пакость проявилась, мешая сосредоточиться на более важных задачах? Ответ, в любом случае, один. Вместо полноценного лечения (медикаменты лучше приберечь для Лизы), достаточно ввести марионетке “замедлитель мутаций”. Чтобы выиграть небольшую отсрочку окончательного приговора, вынесенного G-вирусом, всем и каждому, в полном соответствии с его кредо: “Жизнь должна умереть”. -- Дядя, тебе плохо, да? “Наёмник”, подчиняясь моему приказу, нехотя кивнул. Устная речь являлась физически недоступной, из-за радикальной деформации горла и голосовых связок. “Наёмник” мог стонать, хрипеть, сипеть, булькать и издавать другие невнятные звуки (как зомби). Негромко рычать и “гавкать” (используя заёмную “базу данных” из моей тушки собаки). Но говорить человеческим голосом мешало грубое вмешательство вируса “Голгофы”, не заинтересованного в передаче структурированной информации от заражённых. Что могло бы, гипотетически, ускорить лечение и разработку лекарства, при опоре на подробное описание протекания болезни. Письменному общению препятствовал злой умысел и рассинхронизация работы мышц, выраженная в заметном дрожании рук. Даже с учётом моего богатого опыта управления двуногим организмом, не чуждым поддержанию себя в форме, крайне сложно написать что-то, разборчивым почерком. Зато инстинкты марионетки, постепенно "отжимающие" контроль над телом, требовали разорвать и сожрать малышку, а не “разговоры разговаривать”. Как хотел пёс-манипулятор, крепко держащий “рычаги управления”, не допуская перехода к самому желанному исходу, для G-штамма. Несчастная девочка, прошедшая через подобный опыт, отчётливо видела борьбу противоположных устремлений и старалась (как могла) поддерживать “товарища по несчастью”. Конечно, было мало толку от банальных слов, вроде: -- “Дядя, борись! Ты справишься! Я верю в тебя!” -- и тому подобных “сотрясаний воздуха”. Но ничего не делать и молча смотреть, как союзник превращается в безмозглого монстра, оказалось невыносимой ношей для ранимой детской души, потерявшей всех близких ей людей. Как подсказывала чуждая память, “унаследованная” клоном от оригинала. Пришлось отвлечься от подготовки марионетки к безболезненному усыплению и тренировки в удалении активного штамма, с упором на сохранение жизни носителя. Вряд ли у меня получилось бы добиться успеха с первого раза в незнакомом деле. Следовательно, “наёмнику” настал бы окончательный карачун, в самом ближайшей времени. А Лизе по-прежнему требовалась помощь “дяди”. В том числе, прямо сейчас. Ребёнку слишком тяжело смириться с мыслью, что дорогой человек может однажды уйти навсегда и никогда больше не вернуться. При внезапном разрыве контакта, возможны серьёзные осложнения в ходе протекания внутренней борьбы. Где разум зачастую проигрывал давлению пустых эмоций. Отчего больное дитя, одной ногой стоящее в могиле, но так и не смирившееся с утратой, может подолгу ждать возвращения "друга". В любую погоду (хоть под проливным дождём), окончательно загоняя себя в гроб крайне глупым поступком. Например, потому что “мама обещала вернуться”. Вряд ли Джессика Тревор хотела именно такого конца для Лизы, когда давала обещание “сбежать вместе”, которое выполнить оказалось не под силу женщине, подписавшей себе, этими словами, досрочный смертный приговор. Прослушка-то велась круглосуточно. О чём было прямо указано в сопроводительной документации. А также упоминалось решение о ликвидации “бесперспективного образца”. И замене на замаскированную сотрудницу корпорации, при очередном, совместном приёме пищи. Подопытная распознала подмену и в ярости сорвала лицо с “обманщицы” (ибо нефиг издеваться над нежными чувствами дочери к её родной матери). Дальнейшее ужесточение поведения малышки (и её режима содержания) стало закономерным следствием поспешного разрыва крайне важной, эмоциональной связи. Грубо сработали в корпорации. При том, что в тренировочном центре проводилось воспитание одарённых детей. Видимо, безумным учёным не пришло в голову обращаться с подопытным материалом, как с маленькой девочкой. С чем были связаны провалы большинства экспериментов, которые могли бы завершиться успехом. При добровольном содействии со стороны ребёнка и её родительницы, отнюдь не являвшейся “пустышкой”. Хоть это и не очевидно из непосредственного тестирования конкретной особи. В отрыве от иных, зачастую критически важных (пусть и косвенных) параметров, оказывающих влияние на популяцию, в целом. Далеко не каждая женщина способна выносить гениальное дитя от гениального супруга. Что нашло отражение в известной народной мудрости, про любимое место “отдыха” Матери-Природы, традиционно разрушающее мечты сторонников “чистоты крови”, о продвижении новых “Адамов и Ев”, на основе своего дефективного генокода. Пока не появлялись “исключения из правил”. Такие, как Джессика Тревор. Ну, или я. Но у меня сыграла не “наследственность”, а глубокая модификация организма, проведённая “Прародителем”, для максимально возможной совместимости с прочими потомками лесного исполина, без ущерба для будущего потомства. Как минимум, в первом поколении, а потом - как повезёт. Генетический дрейф - штука мало предсказуемая. Особенно, когда в этот тонкий механизм вмешивались “Губительные Силы”. Поэтому существовала не прямая, но очень болезненная взаимосвязь между здоровьем моих будущих детей в этом мире. И количеством злобных богов, отнюдь не намеренных игнорировать потомков определённой линии, в деле уничтожения всей жизни на Земле. Переход на сторону “Губителей” тоже не обеспечивал выживания, в долгосрочной перспективе. Предателей никто не любит. В том числе и те мерзавцы, которые пользуются их услугами. И легко устраняющие “инструменты, пережившие свою полезность”. У меня нет иного выхода, кроме как выполнить задачу, поставленную “Прародителем”, с предельной тщательностью. Не за страх, а за совесть. Поскольку щадить меня, с той стороны, точно не собирались. Что подтвердили встречи со слугами врагов. А самую серьёзную “подсказку”, об уготованной судьбе, дал стрелок, воспринимавший отстрел вообще-то живой, разумной, благонамеренной собачки, как всего лишь игру для развлечения заскучавшего охотничка. Неприятные воспоминания пробудили фантомную боль от попадания пуль и последующих пыток. Вот же урод! Оставил-таки о себе кое-что “на память”! Да я скорее перегрызу глотку своему ребенку, чем позволю ему стать таким же мерзавцем, как это чудовище, попросту не воспринимающее никого, “по ту сторону прицела”, как достойных мирной и спокойной жизни! -- Дядя, собачка хочет... погулять? Малышка не обладала достаточным жизненным опытом, чтобы верно оценить мои потребности. Поэтому затруднилась определить, что на самом деле требуется человеку в шкуре дворняжки. Я не выплескивал свою злобу наружу, как поступали прочие мутанты. Пропитание добывал самостоятельно. Не напрягал “хозяев” необходимостью ухода за питомцем. Оставалась одна, достаточно очевидная нужда собачьей души. По мнению маленькой девочки, не осознающей с кем на самом деле имеет дело. -- "..." Оказывается, мне хочется погулять! И почему я сам до такой банальности не догадался?! Впрочем, сидя на месте, сильнее не стать. Нужно искать возможности для саморазвития. Или создавать их самому. Пусть и в виде игр с питомцем, которые являлись, по сути своей, способом поддержания пса в форме. А так называемое “веселье” являлось лишь следствием (причём не обязательным) в деле сохранения тонуса и здоровья каждого уважающего себя зверя, не разжиревшего на казенных харчах. К сожалению, малышке не получилось доступно объяснить, что “собачка умная, она может погулять сама”. Пришлось “наёмнику” поднапрячься и отправиться “выгуливать питомца”, тратя и без того невеликие ресурсы его тела. В противном случае, Лиза собиралась пойти сама. Что с её нынешним состоянием здоровья равносильно смерти. ~~ Эх, не врали мне молодые родители, в красках описывая, что бессонные ночи у детской кроватки, когда на отдых попросту не остаётся времени - это сущая мелочь по сравнению с тем, что будет “после”. На какие только жертвы не приходилось идти заботливым предкам. Для успокоения всего одной мелкой пигалицы. У которой накопилось достаточно сил для отстаивания своего мнения. Когда глубоко пофиг, что оно неправильное, вредное и совершенно неуместное. Главное - своё! Я с нервной дрожью представил, что будет позже. Когда малышка подрастёт, проявит интерес к противоположному полу. И начнётся самая жуткая часть работы с девочкой-подростком, запросто способной залететь по дури. Чтобы легкомысленно перекинуть все заботы о “лялечке” на бабушку, продолжая пьянки-гулянки, где со временем сгинет родная кровинушка. Оставляя о себе недобрую память у окружающих и горькое осознание у пожилых родителей, не сумевших вложить ума в драгоценное чадо. С первого раза очень трудно добиться полного успеха в незнакомом деле. Неспроста внуки получали от пожилых предков куда более квалифицированную поддержку, нежели их "бедовые" родители. Конечно, курсы молодых супругов - штука хорошая. Но посещение их проходит (как правило) вынужденно. Уже с заметным “животом”, когда на полноценное обучение нет времени. 5-6 лет очного обучения в университете на специальность педагога, с последующей практикой в соответствующих заведениях, не гарантировали защиты от глупых ошибок в крайне сложном деле обучения и воспитания. Одно дело - вправлять мозги чужому ребёнку, “на отвали”, сугубо формально, в рамках должностных обязанностей. И совсем другое пытаться “достучаться до сердца” своей кровинушки, искренне желая добра, но получая лишь раздражение в ответ на “этих глупых ничего в жизни не понимающих стариков, которым давно пора на свалку истории”. Осознание, что “мама была права” приходит поздно, далеко не всем. Чаще, к зрелым годам, когда уже собственные детишки отказывались подчиняться диктату взрослых. И требовалось обратиться к опыту предков, кое-как сумевших передать хоть какие-то знания, позволившие их чаду дожить до рождения следующего поколения, продолжающего извечное противостояние “отцов и детей”. Сейчас счёт шёл не в мою пользу. Требовалась квалифицированная помощь. Сам я с “взбрыками” Лизы может и справлюсь, а может и нет. Очень не хочется оставлять такое рискованное занятие на волю случая. Особенно, если учесть фактор “Губителей”. Настоящая Джессика Тревор мертва - это факт, с которым не поспоришь. Самый простой вариант недоступен, но есть его, хм, "вариации". Найти клонов "мамы" практически нереально. Корпорации не тратили силы на воспроизводство “бесперспективных образцов”. Вырастить новый “сосуд”, наделяя памятью оригинала, гипотетически возможно. Благо расположение захоронения известно. Как и подземный путь к нужному месту, под особняком Спенсера. Где неразумная матушка не менее бестолковой дочурки получила свой последний приют (вместе с родной кровинушкой). Я не забывал, в отличие от некоторых, что имею дело с клоном маленькой девочки. Но не с моими ограниченными способностями в псионике, полученными исключительно благодаря “траве”, следовало лезть в дебри мозголомной местной генетики, тесно граничащей с откровенной “мистикой”. Собственный потенциал, как показал опыт выживания в прошлом мире, строго равен нулю. А нарабатывать "интуитивное понимание", на протяжении сотен лет, на манер “Прародителя”, не позволят враги, которым совсем недолго осталось до выхода на “финишную прямую”, к началу “Конца Света” (если их не остановить). В запасе оставался довольно сомнительный путь розыска дедушек, бабушек, дядь, тёть и прочих родственников, близких по генетике к Лизе. Другие люди не переживут последствий вынужденного, близкого контакта с источником “чистого” G-вируса. Но реальная выборка ещё меньше, чем кажется. Слишком мало волевых людей в мире, способных противостоять давлению “Губителей”. Ещё ниже шанс, что такие найдутся в числе близких кровных родственников малышки. Следовательно, надо ускориться. Иначе Лиза скоро перейдёт к куда более серьёзным выкрутасам, чем “погладить собаку”, или почесать четвероногого друга за ушком. Я же видел, с каким выражением глаз она смотрела на мой живот. И совершенно не собирался подвергать соплюшку непосильному соблазну, одним махом решать все проблемы (как нашептывали “Губительные Силы”). Инстинкты G-штамма требовали нанести смертельный удар по наиболее уязвимому месту “врага”. Например, выпустить кишки слишком много себе позволяющей дворняжке. Убить, растерзать, сожрать "добычу"! Попутно наслаждаясь тем, что удалось втереться в доверие. И причинить особенно сильную боль подлым предательством, манящим всех потенциальных слуг “Губителей”. Как любые другие “запретные плоды”. Но мера пиковых переживаний от разрыва эмоциональных связей всё же выше. Чем даёт мелочёвка, вроде “ночного дожора” у холодильника. С противно-сладостным ощущением, из-за нарушения диеты, порчи фигуры и здоровых пищевых привычек. Потому “верные друзья”, которые однажды становятся “злейшими врагами” - нестареющая классика жанра. Особенно мучительно бывает, если имеются родственные узы между людьми, оказавшимися по разные стороны конфликта. Поскольку аборигенам тяжело даётся формирование крепких, духовных связей между взрослыми, многое повидавшими разумными, не склонными безоговорочно верить "красивой лжи". Гораздо проще закладывать “бомбы замедленного действия” в нежном, бессознательном возрасте. Когда дети не способны различать истинное “добро и зло”, легко перенимая дефективные шаблоны от других. Вроде превознесения нации, пола, веры, внешней особенности, или иного "особого" признака. Как бы достаточного обоснования для истребления всех, кто имел наглость жить без этого "отличия". “Губители” уделяли пристальный интерес девиантному поведению. Обожали доводить банальные бытовые ссоры до преднамеренного смертоубийства (в идеале, родной крови). С глубоким смакованием подробностей казни. Наслаждением самим процессом издевательства над обреченной жертвой вмиг порушенного “доверия”. Так что “лёгкой смерти”, от слуг злобных чудовищ, ждать не следовало. А их самих наоборот, требовалось уничтожать как можно быстрее и безболезненнее. Для сокращения прибыли от мучительной кончины условно-разумных существ, во славу ложных богов, получающих выгоду от прерывания любой жизни. В том числе, подконтрольной им. Оттого злодеи умирали чаще, чем мирные обыватели. Прикончить глупцов, позволивших взять над ними власть, куда проще, чем простолюдинов, не склонных умирать за чужие интересы. Это одна из ключевых причин, почему я продолжал возится с Лизой. Вместо банального погружения её в анабиоз. Или уничтожения источника “Голгофы”, невзирая на сопутствующие потери. Это лёгкий, очевидный путь, неизбежно ведущий в Бездну Небытия. Что меня совершенно не устраивало, как с моральной точки зрения, так и с сугубо прагматичной оценки будущих последствий для “Дела Жизни”. Многомудрый “Прародитель” упоминал, что в основе успешного противостояния с “Губителями” всегда лежит сильная воля, направленная на созидание, а не разрушение. Лесной исполин подготовил много могущественных героев, совершивших множество подвигов и победивших бесчисленных злодеев. От самых кошмарных “Тёмных Властелинов”, воплотивших в реальности наиболее гнусные грехи рода людского. До расшалившихся хулиганов, возомнивших себя “равнее других”, но не сумевших подтвердить пустые мечтания сколько-нибудь заметными делами. Вне зависимости от выбранной стороны (Света, Тьмы, Нейтралитета, Серобуромалиновой-в-крапинку и т.д.), все исполнители заканчивали свой жизненный путь одинаково печально и бессмысленно. Зла в мире, по итогу, становилось больше. Невзирая на все усилия и временные успехи, не способные переломить общее положение вещей. При взгляде со стороны, на ассиметричное противостояние “Добра и Зла”, немного странно, что искренняя забота об одной потерявшейся малышке способна дать больше пользы, чем героическое уничтожение вражеских солдат. Но более простые пути неизбежно вели к саморазрушению и последующей гибели. Без какой-либо пользы от очередного участника бесконечной вражды всех со всеми. Где почти не осталось места настоящей любви, ласке и заботе о ближних. Это “ненужное” проявление чувств, ошибочно принимаемое за слабость, лежало в основе практически всех мировых религий. Но оставалось непонятным подавляющим большинством как бы верующих. Кому эгоистичные “хотелки” гораздо важнее, чем собственная жизнь. Довольно забавно, что “наёмник”, не отличавшийся благочестием при земной жизни, который даже потерявшуюся малышку взял с собой не для того, чтобы ей помочь, а лишь скрасить время в пути, известным способом. И потом выкинуть “испорченную игрушку” (за ненадобностью). Вдруг стал проводником благой воли, после своей преждевременной кончины. У судьбы-злодейки очень специфический (зачастую “чёрный”) юмор. Но каков мир, таковы и его правила. Когда зло побеждает в извечном противостоянии, глупо надеяться на торжество справедливости. Даже в отношении одного-единственного человека, закинутого в тушку собаки. Как мне думается, тоже не без злого умысла. Пусть обломятся слуги “Губителей”, с чего-то вдруг решившие, что такая мелочь сможет сломить волю их кровного врага, заставить его приползти на брюхе к “хозяевам жизни”, умолять о даровании смерти их презренному рабу, долгой и беспорочной службой добиваясь лишь новых страданий. В ожидании своего неминуемого конца, как закономерного финала для всех, кто связывался с воплощениями Зла. Трудно сказать, почему “методичка работала”. Может, раньше действовал некий фильтр, не позволяющий откликнуться на зов “Прародителя” именно тем кандидатам, которые бы могли справиться с поставленной задачей. Только под самый конец, когда мерзавцы практически добились успеха, почуяли близость победы и начали грызню между собой, произошла досадная "накладка" (с моим прибытием). Я совершенно не верил, будто все (абсолютно все!) предшественники оказались глупее, слабее, незначительнее "Последнего Героя", которому суждено стать тем самым "Избранным", кто будет вершить судьбу мира. Как нашептывали “голоса в голове”, подталкивая очередного легковерного идиота к решениям, выгодным “Губителям”. Наверняка имелось простое, понятное и совершенно банальное объяснение тотальному невезению предыдущих героев. Чем скорее я пойму, в чём же заключается подвох, тем лучше. А для этого надо выходить к людям, изучать исторические сводки. В поисках крупиц критически важной информации, которые не удалось зачистить слугам врага. Но подобные вылазки никак не сочетались с текущей задачей заботы о Лизе, чьё самочувствие, повреждённое в ходе безумных экспериментов, не давало хозяйке полной картины всех повреждений, полученных её несчастным телом. В противном случае, почти умирающая девочка не изнывала бы от скуки, тратя силы на поиск занятия, позволяющего сбросить “излишки” бурлящей в ней энергии. Когда, в суровой действительности, только чудовищный коктейль из “травы”, густого “тумана” в убежище и внешней подпитки (от меня) не позволяли малышке прямо сейчас отправиться на встречу с предками. Колонии паразитов пытались донести, как им казалось, очевидную мысль. Раньше было *гораздо* хуже. Но носительница не померла. Значит, и ныне ей ничего не угрожало. Но что было раньше и что происходило сейчас - принципиально разные условия. К сожалению, объяснить это туповатым паразитам, или скучающей малышке, не представлялось возможным. Постаревшие спортсмены, давно забросившие тренировки, могут сколько угодно вспоминать, какие трюки вытворяли в молодости. Но подорванное здоровье попросту не позволит повторить малой части того, что прежде давалось с исключительной лёгкостью. Пока юные тела имели избыточный резерв прочности, незаметно тратившийся при каждом выходе за привычные лимиты. Если бы только мне удалось вылечить отмершие нервы, отвечавшие за корректное самочувствие, проблема решилась бы сама собой. Но возникла бы другая, вероятно, более тяжелая. В клинике, работающей с ожогами, со мной поделились опытом, что глубокие поражения кожи приводили к утрате чувства “потери”. Попросту нечему в пострадавшем организме сообщить о радикальном ущербе для плоти, оставшейся без значительной части внешнего покрова. Казалось бы, от человека остались только кости, внутренние органы, да фрагменты мышц. А он находится в ясном сознании, спокойно общается с персоналом, весело шутит, песни поёт, пытается ухлёстывать за медсестрами. “Магия”, блин! Но более лёгкие, поверхностные повреждения кожи, не выжигавшие нервы, запросто могли привести к смерти от болевого шока. Когда в мозг приходили отчёты о реальном положении дел и следовала избыточно-сильная реакция, наносившая фатальный ущерб и без того травмированному телу. Аналогичная беда существовала в отделении борьбы с аллергией, когда внешние раздражители, сами по себе, не опасные для людей, приводили к неадекватным мерам иммунитета, убивающего носителя гораздо эффективнее сильнодействующих ядов. В общем, воздействовать на подсознание и связанные с ним процессы, следовало крайне осторожно. Иначе не успеешь понять, почему пациент вдруг помер. А все попытки реанимации проваливаются. Вне зависимости от использования передового оборудования и затрат самых чудодейственных, дорогостоящих препаратов. Более-менее неплохо изучены лишь проявления болезней. Но здоровье, как таковое, оставалось тайной для большинства врачей, вынужденных работать, если честно, “на ощупь”. Или следуя рекомендациям, инструкциям, подсказкам более опытных коллег, без глубокого осмысления, почему надо делать именно так, а не иначе. Заповедь “Не навреди” очень тесно связана с иной мудростью, про поддержание (как правило, неживых) систем, в надлежащем состоянии: “Работает - не трогай”! Мне же, с крайне куцыми возможностями взаимодействия с непознанной “мистикой”, тем более не следовало вмешиваться (больше нужного) в функционирование детского организма, каким-то неведомым образом остающимся в живых. Хотя большинство других пациентов, на её месте, давно бы умерли в ужасных мучениях. Возможно, иммунитет малышки справиться с невзгодами. Неспроста же её “оригинал” сумела пережить почти треть века бесчеловечных экспериментов в застенках корпораций и загнулась только три года назад. Причём, подопытная погибла не в связи с новой “бякой”. А от банального передоза оружейного свинца, выпущенного в несчастную жертву, с очень большим запасом. Наверное, негр в бронеплаще тоже бы загнулся, при столь массированном обстреле. На протяжении аж трёх суток подряд. С последующим сожжением всех фрагментов тела, изувеченного до неузнаваемости, в местном крематории. Чтобы исключить малейшую вероятность регенерации из любого, самого малого кусочка мутировавшей плоти, являвшейся, на протяжении более тридцати лет, живым воплощением “неубиваемости”. Но у каждого организма, рано или поздно происходит окончательное истощение запаса прочности. Особенно, если “клон” делался по не совершенной технологии “белой травы”. А целенаправленно подвергался мерзкой, противоестественной процедуре насилия над законами природы. В инкубаторах корпорации “Наркоты”, обожавшей нарушать все мыслимые заветы и “табу”, касающиеся живой плоти.