Вишня для Хранителя

Солнечный свет слепил глаза. В последний раз, когда Боя помнил себя собой, вокруг него был приятный, укутывающий в тепло полумрак. Тот, в котором не о чем беспокоиться. Тот, в котором можно встретить другого себя, познакомиться с другим… Цинмином? Да. Цинмин. Его обжигающие касания. Его губы. Его голос. Боя помнил все это слишком отчетливо, что враз забыть. Да и хотел ли он забывать? Напротив… Он желал бы продлить те мгновения, где смешаны были боль и удовольствие, жадность обладания и желание узнать больше. Он не знал еще так много, чтобы с уверенностью утверждать: ему это нужно. Здесь и сейчас. Натягивая на себя легкое покрывало, что тонкостью своей напоминало истинный шелк, Боя не обнаружил рядом ни Цинмина, ни кого-то еще, и потому ощутимо забеспокоился. Куда мог деться Цинмин после…после… А чего? Что случилось той ночью, когда вокруг был запах дивного вишневого вина, а внутри растекалась приторно-сладкая нега?.. Обхватив себя за плечи, Боя стукнулся лбом о подтянутые близко собственные колени. Судя по тому, как болела поясница и саднило чуть ниже нее, произошло то самое…к чему он совершенно не был готов. Силясь вспомнить каждое касание и слово, поцелуй и движение, Боя все глубже уходил в суть своей новой маленькой проблемы. Как он…вообще сумел это допустить? И как смог встать сегодняшним утром? — Ты уже проснулся?.. — раздался голос Цинмина где-то рядом. Его тембр Боя узнал бы из сотни других. Одетый в белое, по своему обыкновению, молодой чародей, опустился на ложе рядом со своим Хранителем и бережно коснулся ладонью его лба. Боя, не мигая, следил за его движениями. Все же, было в них нечто завораживающее и привлекательное — за ними хотелось наблюдать долгое время, подмечая все новые детали. — Цинмин… — Тише, — Цинмин улыбнулся, обведя пальцами линию лица Бои. — Ты, должно быть, еще не совсем отдохнул. Что-то тревожит тебя? Болит?.. Боя молча кивнул, показательно скосив взгляд вниз. Там, внизу, действительно свербило, ведь, если верить обрывочным воспоминаниям, вчера произошло нечто непривычное во всех отношениях. Вот почему наутро он проснулся с такой странной болью в промежности. Он слышал от других, что в первый раз — всегда больно, но…не думал, что самому ему удастся когда-нибудь испытать нечто подобное. Постыдные мысли! И как вообще можно было порядочному воину думать о чем-то подобном? Нет, решительно, нет. — Прости меня, может…я был слишком уж неосторожен, — Боя все еще сидел тихо, когда губы Цинмина коснулись его лба. Боя вытянул ноги, позволяя Цинмину сесть сверху, обхватывая коленями его бедра. — Но я нашел ответ на твой вопрос. — Какой?.. — Боя замотал головой. Перехватив под покрывалом ладонь Цинмина, оглаживающую его бедро, Боя задумчиво провел по костяшкам пальцев своего Мастера. — Цинмин, что…произошло ночью? Я…Ты… Боя отвел взгляд, будто бы, стоит ему произнести вслух волнующие его вещи, они повторятся вновь — на этот раз в более ужасающем свете. — Да, — лицо Цинмина осветила улыбка. Насколько ясная и умиротворенная, что в нее можно было поверить в любом эмоциональном состоянии. Он склонил голову набок и легонько усмехнулся. — Ты ведь, помнится, даже завидовал тем хранителям, которые были со мной в Небесном Дворце?.. — Как ты… — Боя прищурился, стараясь скрыть свое изумление. — Ты сам сказал ночью, — рассмеялся Цинмин. — Причем, в наш…хм…третий раз. — Третий?! Хранитель ахнул, спрятав глаза в складках шелкового покрывала. Но Цинмин поднял его лицо, заключив то в ладони и нежно поцеловал. Касание губ было приятным и успокаивающим, будто бы в нем заключалась какая-то особенная магия. — Не беспокойся, — оторвавшись, произнес Цинмин. — Поблизости есть река, и я настоятельно рекомендую тебе туда отправиться. — Только мне? — Боя вопросительно выгнул бровь. — Я пойду с тобой, — уверенно заявил Цинмин. Немного погодя, отпустив бедро Бои, он добавил: — Если ты позволишь, конечно. — Это был наш…окончательный магический контракт? — внезапно даже для самого себя спросил Боя. Придвинувшись ближе, он внимательно и серьезно взглянул в лицо своего Мастера. — А как ты сам думаешь? Судя по улыбке Цинмина, он явно что-то подразумевал. Боя не знал, как давно он потерял бдительность в общении с другими, но движение Цинмина было таким резвым и незаметным, что его не хотелось предугадывать. Придавив Бою к ложе весом своего тела, он легонько прикусил кожу на его шее и двинулся языком чуть ниже, к соблазнительно открытым ключицам. — Так ты теперь… — Боя от неожиданности зашептал, потеряв возможность говорить полноценно. — Не уйдешь искать дальше? Цинмин приподнялся над ним и коснулся губами его лба. — Я ведь обрел Хранителя. Так к чему же… — он улыбнулся странной, многозначной улыбкой. — Ах, да. Протянув откуда-то со стороны новенькие одеяния, Цинмин помог Бое встать. Обнаженный, тот был особенно прекрасен в рассветных лучах, что пробивались через вишневые ветви. На новых одеждах, что развернул Цинмин перед своим Хранителям, были искусной вязью вышиты белые цветы. — Ты спросил у меня, почему вишня. В воздухе неуловимо запахло чем-то сладким, когда Боя почувствовал близкое дыхание на своей щеке. — Потому что это твой запах. «Мой…»