Часть 11
7 апреля 2021 г., 16:33
Чонгук не шутил. Он, блять, нихера не шутил!
Каждую пару этот чертенок, пересевший внезапно на первый ряд, делал вид, что он модель баленсиага, обязательно выставляя для профессора свою роскошную шею и ключицы в обрамлении статично расстегнутой на тройку пуговиц тонкой рубашки. Чонгук вспомнил, вдруг, и о наличии у него вкуса, и о подзабытой (блядской) половине гардероба, и о собственных навыках соблазнения. Ему даже не было нужно смотреть на Тэхена, чтобы тот чувствовал себя максимально напряженно, стараясь даже не шевелиться, чтобы, не дай бог, кровь не прилила куда-нибудь не туда.
— Профессор Ким, — чуть хриплый голос прервал лекцию.
Тэхен глубоко вздохнул и поднял взгляд. Чонгук сидел напротив, чуть откинувшись, и смотрел сверху вниз. Его волосы были уложены сегодня так, что казались слегка влажными, каждая прядка лежала отдельно, открывая вид на выбритые виски. Одна даже красиво падала на лицо, пересекаясь с игриво приподнятой бровью.
— Да, мистер Чон?
— Из Вашей характеристики методов преподавания, я понял, что пассивный так ужасен, что даже не заслуживает внимания. Неужели пассивный слушатель, подчиненный директивам профессора, не лучший вариант?
И так озабоченная голова Тэхена соображала катастрофически медленно. Это намёк? Или ему уже чудится то, чего нет? Вопрос даже по теме лекции.
— Я думаю… активная позиция обучающихся, всегда лучший способ вовлечь их в образовательный процесс, и стимулирование выработки этой активной позиции — одна из главных задач преподавателя.
— Стимулирование выработки… — протянул Чонгук и задумчиво взглянул на профессора. — А как это?
Воцарилась тишина, прерванная через пару минут звонком на десятиминутный перерыв. Преподаватель выдохнул и деловито схватил телефон, где висели уже три пропущенных.
— Да? Я был на паре, не мог ответить.
Усмехнувшись, Чонгук встал и, не торопясь, зашагал к своим друзьям, взирающим на него с задних парт. Его длинные ноги плотно обтягивала кожаная ткань, а изгиб спины и талию выгодно подчеркивала шифоновая чёрная блузка.
— Я рядом с универом, ты в какой аудитории? Я загляну, — голос в трубке звучал бодро и прямо-таки лучился энтузиазмом.
— 404, — Тэхен заворожёно наблюдал, как Чонгук поднимается вверх по ступеням, как натягивается ткань, и перекатываются мышцы спины и бедер, как вдруг тот обернулся, перехватывая взгляд профессора, и подмигнул.
Тэхен судорожно отвернулся, сглатывая. Чонгук гораздо больше устраивал его милым и ласковым, а не этой сексуальной бомбой замедленного действия.
— Что? Снова «хочешь встретиться с кем-то случайно»? — Тэ вскочил на ноги и отвернулся к доске, опираясь на трибуну.
Юнги усмехнулся и сбросил вызов, через минуту сам обладатель хриплого голоса появился в дверях, сияя приветливой улыбкой. Он бегло оглядел толпу и немного погрустнел, но, подойдя к другу, снова улыбнулся.
— Только утром вернулся из Японии, привёз тебе отличный кофе и, только не прыгай от счастья, попкорновый сироп, который ты так просил!
— Тс! — Тэхен не успел заткнуть рот другу, слова прозвучали довольно громко.
— Обожаю кофе и попкорн, профессор, завидую Вам! У Вас теперь будет два в одном по утрам, — голос Чонгука звучал приветливо и «ни капельки не игриво». Словно он просто оказал внимание своему преподавателю, однако Тэ понимал, что опозорился перед младшим еще сильнее.
— Давай выйдем, пока ты еще чего-нибудь не наговорил, — прошипел Тэхен и, подхватив Юнги за локоть, потащил к выходу. Он не успел даже протянуть руку к двери, как та распахнулась и прямо в его друга, всё еще коварно давившего лыбу, врезался изящный паренек с изумительным бриллиантовым блондом.
— Профессор, прошу прощения за … — Чимин покачнулся, но Юнги не дал ему упасть, обхватив тонкое запястье.
Красивое лицо Пака застыло, а глаза широко распахнулись.
— Привет, Чимин, давно не виделись, — Юнги улыбался и говорил спокойно, однако его рука, все еще нежно обхватывающая запястье студента, немного дрожала.
— Чимин, ты купил колу? Давай быстрее, скоро перерыв закончится, — даже интонация Чонгука изменилась. Он напрягся, брови сошлись на переносице.
— Привет, хён. — Чимин взял себя в руки и мило улыбнулся, так умел только он — нежно, с нотками абсолютного счастья от вида человека, на которого смотрел.
«За эту улыбку не жалко продать и целый мир» — сказал когда-то Юнги.
Танцор высвободил руку и на негнущихся ногах обошёл старших. Чонгук нервно смотрел на него.
— Всё окей, что я пропустил?
Мужчины вышли в коридор, и улыбка с лица Юнги сразу сползла. Он схватил друга за грудки, уткнулся лбом в стильную жилетку и застонал, не обращая внимание на проходящих мимо студентов.
— Хей, Юнги! Не здесь, я препод всё-таки! — Тэ завёл друга в ближайшую пустую аудиторию, не обращая внимание на учебный звонок.
— Зачем я сюда припёрся… — Юнги, кажется, даже посерел.
— Это он? — Тэхен похлопал по плечу мужчины.
— Да-а-а…
— Как тесен мир. Ты так сильно хотел его увидеть, чего же теперь ноешь?
— Он так похорошел, и эта его улыбка… У меня сейчас сердце разорвётся. Я не видел его три года, Тэ.
— Может тебе попробовать сделать шаг навстречу к нему?
— Смешно, — Юнги слегка трясло. — Он слишком умный, чтобы дать мне еще один шанс. Не повторяй моих ошибок, Тэхен, я тебя очень прошу. Если ты чувствуешь, что тебя действительно тянет к человеку — не придумывай себе тупые причины «почему нет» и, тем более, не смей искать оправдания собственным дерьмовым поступкам. Ты можешь навсегда потерять его. А это невъебически больно.
— А ты сейчас не занимаешься тем же? Не придумываешь причину «почему нет»? Чимин, может и умный, но до очаровательного эмоциональный. Сохранись в нём хоть капля чувств к тебе, он сможет простить что угодно.
Они вышли в коридор, и с удивлением обнаружили предмет их разговора, подпирающий дверь аудитории.
— Мистер Ким, прошу прощения, могу я пять минут уделить старому другу? — Чимин соблюдал формальности, но прекрасно понимал, что теперь его профессор тоже в курсе.
— Да, конечно. Пока, Юнги, спасибо за кофе, — Тэхен, чувствуя эмоциональный подъем, быстро ретировался, улыбаясь как идиот. Может, все же, парой разбитых сердец в этом мире станет меньше?
Стоя друг напротив друга, мужчины просто смотрели в глаза друг другу, не пытаясь начать разговор.
Юнги изменился. Нереально. Последний раз они виделись три года назад, случайно столкнувшись в торговом центре. В тот день Чимин был со своим «очередным классным сексом» под ручку, а Юнги с деловыми партнерами отца. Они даже не поздоровались, так как было неуместно, да и странно.
Вовек нетронутые краской волосы отросли, и малетом исчезали за воротом спортивной дутой куртки — раньше бизнесмен не позволял себе такой вольный стиль в одежде, а тем более карго в сочетании с берцами. Лицо тоже немного огрубело, осунулось, куда-то исчезли его милые щечки, всегда делавшие Юнги похожим на сонного кота.
«Интересно, не посадил ли он до сих пор себе желудок? Сахарок всегда забывал кушать, если уезжал в командировки один» — мысль промелькнувшая в голове слегка испугала Чимина.
— Тебе очень идёт блонд.
— Как твои дела?
Они произнесли одновременно, и Чимин опустил глаза. Он откинулся на стену и опрокинул голову на бок, спрятав смущение за вызывающей позой.
— Спасибо, ты же видел в инстаграме, я уже давно сменил цвет.
— В живую выглядит по-другому, — Юнги замялся, — Как твой друг, насчет которого ты звонил?
— Которого использовал ТВОЙ друг? — блондин усмехнулся.- Развлекается. Я тебе так скажу, они нашли друг друга. Истинные соулмейты…
— Может, сходим куда-нибудь? –Юнги вбросил так резко, что Чимин не успел сообразить.
— Да можно, в честь встречи…
— Ты после пар свободен? Я подожду тебя в машине на парковке.
Старший даже не дождался ответа и, развернувшись на каблуках, втопил на полной скорости прочь от парня. Ему казалось, что еще секунда рядом с ним окончательно сведет его с ума.
Восемнадцатилетний мальчик ни в какое сравнение не шёл с настоящим Паком. В те времена, когда они встречались, Чимини был застенчивым и мягким, как котенок. Он любил огромные худи с длинными рукавами, какао и мягкие игрушки, а еще сворачиваться клубочком под боком старшего. Но спустя пять лет после их расставания стал просто потрясающе горячим и стильным. Из его карамельных глаз испарилась неуверенность и скромность, а худи сменили узкие брюки и стильные водолазки. Тело окончательно вытянулось, а скульптурированные хореографией мышцы невероятно красиво светились на многочисленных фотографиях в сети.
Юнги ни разу не видел рядом с ним кого-то, кого можно было назвать потенциальным бойфрендом, но точно знал, что в ухажерах недостатка у такого парня не было. Расстаться с человеком на пять лет, и каждый день чувствовать, как сердце разрывается после очередного поста в инсте — особый уровень мазохизма Юнги.
Сидя в машине, Мин вспоминал весь тот ужас, начавшийся после того, как обо всём узнали родители Чимина. Шантаж, ложь, ссоры, всю ту боль, что он причинил любимому, всего лишь для того, чтобы убедить его в том, что разлюбил. Он так ненавидел себя за допущенную трусость, до сих пор ненавидит.
Дверь открылась и Чимин, красиво изогнувшись, по-царски опустился в кресло. В его руках был небольшой светлый рюкзак и кожанка такого же сливочного оттенка. Все это потрясающе сочеталось с волосами и коричневой водолазкой, делая фарфоровую кожу еще более нежной.
— Ты реально просидел тут полтора часа?
Чимин вопросительно поднял бровь в ответ на затянувшуюся тишину.
— Кофе или что-нибудь серьёзнее?
— Ну, если платишь ты, то хочу мяса и вина, а если пополам — то и мак сойдёт, — Чимин гоготнул.
Юнги рассмеялся: Чимин действительно изменился. Мин вывернул руль и выехал с парковки, наслаждаясь изумительным парфюмом младшего, заполняющим машину.
