Семейка

Прошло пару дней. О существовании Милы знало всего 3 человека: Леви, Петра и собственно Ханджи. Зое больше всех намучилась с малышкой. Девочка хныкала по ночам, раны нужно было обрабатывать, а лекарство неимоверно жгло, вызывая плач минут на 30. Леви конечно помогал, но Мила его боялась, так что большее время с ней проводила именно майор. Уже через два дня, девочку удалось заставить ходить. Не бегать, а просто подниматься с кровати и ходить из стороны в сторону. Медленно, но уже вполне уверенно. А вот разговаривать малышка так и не начала. Нет, она издавала какие-то непонятные звуки, но до полноценной речи было ещё далеко. Оно и понятно. Нельзя научиться разговаривать с нуля за 2-3 дня. В остальное время, когда Ханджи уходила по работе, девочка очень скучала. Разумеется, в комнате не было игрушек, а книги без картинок мало интересовали. Всякие баночки Ханджи трогать запретила, боясь за жизнь ребенка. В общем: целыми днями, Милка либо лежала, либо медленно, придерживаясь за стены ходила по коридору, а по вечерам пыталась повторять слова за Ханджи. ******************************************* Девочка толкнула незапертую дверь и чуть не упала. Миле было до ужаса скучно, а мама Ханджи вернётся ещё не скоро, поэтому, малышка решила сама погулять. Топая босыми ножками по коридору: туда и обратно, она всматривалась в происходящее. Но поблизости ничего интересного не было. Только деревянный пол и стены выкрашенные зелёной краской. Доски были холодными. Сентябрь вообще выдался прохладным. Ноги быстро замерзали, ступая на пол. Из одежды Милка оставалась все в той же футболке. Сквозняк гулял не хило, а за окном завывал ветер. Девочка встала у подоконника. Но она ничего не могла увидеть: не доставала, а подтянуться и посмотреть сил не было. Мила!- послышался недовольный голос сзади. — Ты заболеть решила?! —;Леви замахнулся чтобы шлёпнуть ребенка по попе, но остановился и лишь резко, но не больно прикоснувшись. Он вспомнил в каком состоянии девочка и то что ей надо лечить раны. — Просто не уходи без спросу и надевай что-то потеплее.- выдохнул Аккерман и поднял Милу на руки. Отнеся малышку обратно в комнату, Леви положил ее на кровать. — А у меня для тебя подарок, мелочь, чтобы ты не скучала. твой новый друг- капрал протянул малышке криво сшитого зайца. Мила горящими глазами смотрела на игрушку. —Так, карапуз, это теперь твое. Поняла? —нахмурил брови Леви, пытаясь казаться строже. Девочка кивнула и забрала игрушку. Зайчик ей и впрямь понравился. Какое-никакое развлечение. Милка обняла зайчика и свернулась клубочком. Леви вздохнул. С этой мелюзгой одни неприятности. Девчонке надо было спать. Очень много. В разы больше чем сверстникам. Организм малышки требовал постоянного покоя для восстановления, а вот сама Милка спать упорно не укладывалась. Нет, она не капризничала, а просто клещом вцепалась в руку и не отпускала, прося ещё немного посидеть с ней. Девочка не могла ничего сказать словами, так что ни Леви, ни Ханджи не понимали что ей надо. Укрыв Милку полотенцем, которое она так полюбила, что заворачивалась только в него. Про то что бы вернуть пушистое «одеяльце» обратно в баню разговор не шел — Так. Я тебе ещё это… Я грушу принес;— спохватился Леви, доставая из кармана нож и фрукт. Девочка вздрогнула. — Я тебя не порежу. Не бойся— Аккерман разрезал грушу на дольки и стал подкармливать ребенка. Девочка обрадовалась еде. Покушать та любила. Груша оказалась сладкой и вкусной. —Так, так, не торопись. —Леви шикнул на ребенка, забирая оставшиеся две трети фрукта, ибо был не уверен, что такое можно малышке. Мила обиженно посмотрела на Аккермана. Груша ей понравилась, а её взяли и отобрали. —Нет. Всё. Больше сейчас нельзя. А сейчас тихое время- капрал заботливо завернул девчушку в полотенце. И ладно бы просто завернул. Так он ее ещё и туго, но неумело запеленал. Леви видел что так делают с маленькими детьми и посчитал что для четырехлетней девочки это тоже будет уместно. — А теперь спать. Минут на… Час— Аккерман вышел из комнаты, оставляя Милу без возможности куда-либо уйти. Повозмущавшись и пропищав пару минут, малышка стала выпутываться. И если и говорить та не умела, то соображала шустро. Повозившись, несмотря на боль в ранах, Милка всё-таки развернула себя из плена полотенца. Это заняло достаточно много времени, далеко не 5 минут. Тихий час;— это скука смертная. Особенно когда таких часов много за день. Бегать девочка еще не могла, даже ходила с трудом, а исследовать штаб ей до ужаса хотелось. И детское «не могу» пересилилось все тем же детским «хочу». Тяжелее всего было спуститься с кровати, и не упасть. Высота была большой для малышки, поэтому она приложила все усилия чтобы аккуратно слезть. Милка сползла на пол. Немного пошатываясь, девочка пошла к двери. Леви не удосужился ее запереть, посчитав, что рыжулька заснет. Толкнув дверь, малышка чуть не вывалилась в коридор, но чудом уцепилась за ручку двери. Пришлось приложить усилия и не раз упасть, больно бившись об пол. Исследование штаба давалось тяжело. Девочка со слезами на глазах кое-как доковыляла до конца коридора. Она часто ложилась на пол отдохнуть. Лежа минут по 5 на холодных досках, Мила вставала. В конце концов, добравшись куда-то непонятно куда, мелочь, просто ввалилась в какой-то кабинет. Споткнувшись об порожек, девочка упала, распластавшись по полу. Из глаз брызнули слезы. Помимо следов побоев, которые и так ныли, появилось ещё пару синяков из-за падений. Не придумав ничего лучше чем просто залезть под стол и реветь там, Мила свернулась калачиком на полу. Поначалу малышка просто тихо плакала. Слезы капали на доски, а комната наполнилась всхлипами. Короткие рыжие хвостики, которые укоротились вдвое из-за того что волосы были слишком спутаны, послужили мягкой подкладкой под голову. Выплакавшись минут через 5, Мила лишь тихо всхлипывала. Под столом было приятно и темно. Три стенки стола были сплошными. Лежать на прохладном деревянном полу было неприятно. Но если вы родитель или любой другой человек, который много времени проводит с детьми, то наверное вы знаете, что эти маленькие создания способны на чудо: засыпать в любом месте где бы то ни было, но не в кровати. Вот и зареванная Милка, устав от приключения просто свернулась калачиком и уснула. Она не могла найти сил топать обратно. Для любого здорового ребенка путь от спальни до другого конца коридора (вы не подумайте, коридор длиной не как в квартире и даже не как в школе. Коридор в штабе достаточно длинный)— раз плюнуть, но не для этой малышки. Постоянные падения вымотали ребенка, поэтому девочка просто уснула. *** Леви был спокоен за Милу, наверняка она уже несколько часов спит, и поэтому, наскоро закончив некоторые дела, капрал выскользнул из кабинета и направился к Хане. На несколько мгновений задержались у двери, Аккерман неуверенно постучал. Он знал как нелегко приходилось Зое, ведь она всё своё свободное время посвящала Миле, при этом не получая никаких поблажек на работе. Дождавшись тихого ответа, Леви вошёл в комнату. На кровати полулежа сидела Ханжи, и она впервые за последние дни выглядела выспавшийся. —Я разбудил? —тревожно спросил Аккерман. — Да, но ничего страшного,;— улыбнулась Ханжи. — Я уложил Милу спать, так что можешь быть спокойна. —Спасибо, Леви, ты меня очень выручаешь последние дни. —Эм… Ты ведь понимаешь, что Эрвин когда нибудь узнает о ребенке? —Эх. Да, понимаю… Леви не знал, что ещё добавить и поэтому перевёл тему: —Может заварить тебе чаю? —Я… Лучше кофе. Хотя… Прости, мне надо увидеть Милу. Просто чтобы удостовериться, что всё хорошо. Может составишь мне компанию? —Конечно Ханджи и Леви поспешили в комнату Зое, но по пути их отвлекли новобранцы, которые никак не могли найти нужный кабинет. —Прямо и направо, бездари— коротко отрезал капрал, после пятнадцати минутного объяснение Ханджи что и где находится. Утянув за собой девушку, Аккерман свернул за угол. —Стой, стой, не торопись…- майор еле успевала за быстрыми шажками коротышки. Миновав длиннющий коридор, Леви толкнул дверь в комнату. —Милка… Милочка. Мы пришли— Зое подошла к кровати и застыла. Девочки не было. —Леви… Где ребенок. Леви не знал, что ответить. Он же уложил Милу, запеленал… Черт. —Так, Хань. Успокойся. Не нервничай. —пытался успокоить Леви майора, хотя и сам забыл как дышать. —Итак, Хань, смотри. Думаю, она могла направится искать приключения на жопу в лес, верно? Я сейчас же соберу свой отряд и мы идём прочесывать лес. А ты… Ты с Петрой пробежитесь по этажам корпусов, может этот неугомонный ребёнок здесь… — Хорошо, Леви— сказала Ханжи и тихо добавила;— лишь бы с Милой всё было хорошо… Через полчаса весь отряд Леви был собран в полном составе и ещё через 10 минут прочесывал лес в поисках малышки. —Да твою мать. где этот ребенок…- выругался Аккерман. А Мила тихо сопела под столом. Девочку не тревожил ни грохот, ни громкие разговоры солдат. ************* —Извините, командор… —Бертольд еле поспевал за Эрвином. —Да? Ты так не пугайся. Дела есть. Я просто больше не могу никого найти. Армин куда-то убежал. Вот и все- успокоил мужчина перепуганного мальчишку. Гувер облегчённо выдохнул. У него было пару моментов, за которые он мог получить командорского вразумляющего звиздюля. Смит толкнул дверь кабинета. —Присаживайся за те столы— пригласил Эрвин, а сам вдруг резко задвинул свой стул, но мебель вдруг врезалась во что-то. Послышался плач. Солдаты вздрогнули, а Смит машинально полез по стол. Аккуратно отодвинув стул, мужчина опустился на колени. На полу лежала рыжая-рыжая малышка. Она скаталась комочком и закрывала голову руками. Кажется, ножка стула попала ей по голове. Эрвин застыл. Он не ожидал такого и поэтому не знал что и делать. Бертольд не оказался в таком шоке как командор. Паренёк быстро выудил плачущее создание из-под стола. Он действовал машинально, будто на автомате. Покачивая малышку, Бертольд переводил взгляд на Эрвина. —П-простите… Но. —начал было Гувер, но так и не смог сформулировать вопрос. В этот миг в кабинет ворвалась Ханжи, и бросилась к ребёнку. Бертольд был и рад передать девочку в более умелые руки. —Ханжи. Подожди меня в коридоре,— чётко сказал Эрвин и перевёл взгляд на Гувера. Зое стремительно покинула кабинет. Как только майор вышла из кабинета, она сильно прижала притихшего ребёнка и поцеловала его в лоб. —Так… А теперь надо найти кого-то, кто сбегает к Леви и скажет, что всё хорошо, иначе он уже там с ума чуть ли не сошёл. К счастью, пробегавший по коридору новобранец сразу исполнил просьбу Хани и метнулся к капитану, передать счастливую весть— Мила нашлась. ***** Капрал вернулся быстро, как и весь его отряд. Девчонка конечно нашлась, но у Леви чесались руки дать кое-кому по жопе тапочком. Быстрым шагом, мужчина направлялся в комнаты Ханджи. Зое сидела на кровати и покачивала малышку. Эрвин сидел рядом. —Зое. Что это такое?! Какого черта это произошло?! Я то думаю… Что ты такая замученная и вечно голодная. Я понимаю, дете маленькое, его жалко, но не надо так жертвовать собой! —тихо шипел командор. Он боялся разбудить Милку. —Тш… Не так громко. Я ее только успокоила. —майор тыкнула в нос девочки. Малышка хихикнула. Эрвин вздрогнул, закрывая лицо руками. —И как ее зовут? —поинтересовался командор —Мила..Мила... Зое— женщина погладила рыжульку по волосам. Смит промолчал. Он все ещё отходил от шока после того как зарядил ребенку стулом по голове. Дверь буквально выбили. Нет, ее резко открыли с ноги. Аккерман был раздражен. —Где?!. Ругаться буду. высока вероятность кому-то оказаться лицом к углу. —строго глядя на Милку сказал Леви. Но Мила спала крепко. Эрвин встал и жестом показал на дверь: мол, выйдем. Ханжи кивнула и прошептала, что будет в своей комнате. —Слушай, Леви. Для начала успокойся. Тебя напугала пропажа Милы, я понимаю, я вижу, что ты любишь ее, и не только ее,— тут Эрвин двусмысленно посмотрел на капитана,— Ханжи тоже тебя любит, а ребёнку нужна полноценная семья… Но об этом рано говорить. Успокойся, никогда не кричи на ребенка, просто скажи в чем она не права. —Хорошо, командор,— выдохнул капитан Леви,— я просто очень переживал за неё. —я это понял. Теперь можешь идти к Хане. Но… Вечером зайдёшь ко мне, это важно. —Есть, командор. *** Леви умылся и направился к Хане. Тихо открыл дверь, но, как оказалось, Мила уже проснулась. Ханжи сидела на диване, а перед ней на коврике стояла Мила и что-то говорила. —Хань. Миле надо поговорить с отцом, встань пожалуйста,— устало сказал Леви. —С отцом? —удивлённо выгнула бровь Ханжи, но Леви лишь серьёзно кивнул и пообещал рассказать чуть позже. Малышка нахмурилась. Значение слова отец она так и не смогла понять, хотя напрягла свой мозг. —Ты ушла из комнаты без разрешения. Да? —Аккерман старался говорить строго, но не пугая ребенка. Мила кивнула. Говорить у нее все ещё получалось с трудом, хотя она вместо полноценных плов выдавала непонятную и нечленораздельную речь. —Да… Я не разрешал тебе уходить. Так поступать нельзя. Надо слушаться меня, Ханджи и дядю Эрвина. Иначе тебя могут наказать. Ты маленькая и строго тебя не накажут, но думаю, тебе все равно не понравится— Леви подхватил девочку и поставил ее на кровать. Аккерман отчитывал Милку ещё минут 5. Малышка обиженно дула щеки. —Так. Наказание за сегодня…м… 4минуты в углу— отрезал Аккерман и оттащил мелоч в угол. Вообще, он рассчитал, что 3-4 минуты Милка сможет постоять. Да и к тому же, это укрепит ее ноги, чтобы она могла стоять и не падать. Леви все же решил не отходить далеко от дочки, чтобы в случае падения, подхватить Милу и не дать ей упасть «»» —Хм… Отец значит? —лукаво улыбнулась Ханжи, поворачиваясь к Аккерману, когда Мила, отстояв наказание, попросилась на ручки. —Да. Я считаю, что малышке нужна семья, а не дяди-тети из армии,— ухмыльнулся Аккерман, хотя очень устал за сегодня. В помещении повисла недолгая тишина. —Слушай, Ханжи, может об этом и рано говорить, но я люблю тебя… И я… Ты станешь моей женой? —быстро спросил Леви и резко выдохнул. Ханжи так и замерла, покраснела, отвернулась… —Пожалуйста, не мучай меня, скажи. —Конечно, Леви. Я выйду за тебя, я люблю тебя,— прошептала Ханжи и обняла Леви. Но у неё на руках была Мила, так Леви обнял и ее. Теперь она— их ребёнок.