Tesoro mio

public — make you mine

Ким Тэхён появляется на горизонте. Спустя два с половиной часа. Успевший почти задремать Чонгук тут же оживляется, слегка съехав по сидению вниз, чтобы его головы не было видно. Время на дисплее перевалило за три часа дня. Омега, виляя бёдрами, обтянутыми узкими брюками, проходит через невысокие серебристые ворота, скрывшись за родительской дверью. Следующие полтора часа Чонгук вылавливает взглядом движения парня, суетящегося у окон на разных этажах. Кажется, Чон успевает даже заметить фрагменты чужого обнажённого туловища, прежде чем занавески на окне оказываются задёрнутыми. К счастью, это событие не вызывает в альфе лишних эмоций, и Чонгук с легкостью отвлекается на пришедшее на телефон из игры уведомление. Чувствует, как тело затекло, задница нещадно ноет, хотя в офисе он проводит в одной позе на твердом стуле куда больше времени, чем провел в собственной машине возле дома мистера Кима. «Неужели следователи действительно так проводят время? В фильмах выглядело захватывающе», — с недовольством размышляет Чонгук, уже не зная, может ли хоть что-нибудь удивить его в этой жизни. Поставив телефон на портативную зарядку, парень слегка откидывает сидение, отписавшись начальнику о том, что Тэхён дома и выглядит в полном порядке.

Надзиратель Ким

Просто следи за ним, в конце

недели отчитаешься.

Замечательно, по нему ещё и небольшой доклад готовить. Чонгук оглядывает салон автомобиля, постукивая указательным пальцем по колену. Еда закончилась, телефон медленно заряжается, портативка мигает последней лампочкой, не к стати вспоминается, что Чонгук не захватил с собой переходник для зарядки от разъёма в автомобиле. Скука смертная. Нужно было книгу взять, что ли, или какой-нибудь закон повторить, чтоб не терять время зря. Точно, Ким Тэхён. Чонгук возвращает телефон в ладонь и открывает личное дело школьника, решив продолжить чтение, чтобы больше знать об объекте наблюдения. Да и самому интересно становится, что о нём думает школьный психолог, и кого из себя представляет омега по мнению школьного специалиста. «Внимательность и резкость развита, бывает импульсивен, чувство собственной важности снижено, имеет заниженную самооценку, выражающуюся во внутренней неуверенности: пытается казаться самовлюбленным и заносчивым». Чонгук хмуро хмыкает. Значит, если человек прячется за защитными образами от внешнего мира, он обязательно неуверенный в себе? Чонгук тоже строил из себя не того, кем являлся, тогдашние друзья оценили бы одним словом "мудак", но Чонгук в свои силы всегда верил, трезво оценивал возможности и думал о своей внешности и характере объективно, понимая, у кого своим поведением вызовет симпатию, а с кем намеренно нарвется на раздражение. Ох, уж эти школьные психологи. «Решения поспешны, нуждается в руководстве взрослого. Темп деятельности повышен: компульсивен, непоседлив, не может долго находиться в спокойном состоянии. При провокационных вопросах депрессивного характера отвечал устало, не испытывая напряжения. Показать руки отказался под предлогом личного пространства. Рекомендуется непринужденный контроль классного руководителя». Чонгук удивленно изгибает бровь, насмешливо приподняв уголок губы. Его подозревают в причинении себе вреда? Из-за того, что он выглядит так, как ему хочется? Может, Чонгук мыслит еще недостаточно зрело, чтобы осознанно реагировать на такие статьи, но ему это кажется действительно вмешательством в личную жизнь. Он не психолог, но он не понимает, почему к школьникам, без нескольких месяцев выпускникам, цепляются с такими вопросами? Педагог сам пишет, что Тэхён парень спокойный, адекватный, вряд ли такой человек в самом деле вызывает такие подозрения. Чонгук дёргает головой, отгоняя надоедливые мысли. «Со сверстниками общается свысока, не испытывает интереса к внеучебной деятельности: на экскурсии не ходит, по словам школьного повара, питается мало, в основном, только фруктами и овощами. Ввязывается в драки чаще раза в неделю — рекомендуется контроль классного руководителя, беседа с родителем или опекуном ребёнка, факультативные занятия. Ребёнок имеет склонность к спорту, занимается в секции по плаванию. На вопросы личного характера отвечает однозначно, без пояснений: предпочитает омег. Рекомендуется посетить психологический центр для устранения сомнений в сексуальной ориентации». Омег?.. Чонгук такого, конечно, не ожидал, но предпочтения — дело каждого. К тому же, такие вопросы серьезно задают школьные психологи, или этот допрос с пристрастием был организован по инициативе его отца? Хочется мысленно возмутиться и разобрать собственный вопрос на факты и доводы, но Ким Тэхён внезапно оказывается на улице. Он выходит наружу, захлопнув за собой дверь с такой слой, что по шее Чонгука бегут мурашки, а звук хлопка достигает его ушей даже за приоткрытым окном автомобиля. Чонгук коротко осматривает Тэхёна, подмечая, что сейчас на школьнике свободные мешковатые тёмные штаны и такая же полосатая футболка, а на русо-золотистой голове берет в тон штанам. В руках у парня небольшая дорожная сумка, раздутая из-за количества вещей настолько, что омега не держит баланс, склоняясь в сторону тяжести. На дисплее горит пятый час, куда школьник собирается с такой походной сумкой в вечернее время можно только гадать. Чонгук хватает ветровку, телефон и выбирается из машины, когда Тэхён отдаляется на безопасное для чужой слежки расстояние. Солнце постепенно садится, кости и суставы тут же хрустят, как у старика, но Чонгук не тратит время на разминку, блокирует автомобиль и медленно направляется в ту же сторону, в которой скрылся Тэхён. Идёт Ким недолго, минут пятнадцать от дома по прямой, поворот во дворы, остановка со светящим в лицо телефоном, затем снова в путь. Тэхён переходит дорогу и вновь сворачивает, оказываясь в переулке. Будто он двигается по навигатору, но, оказавшись на месте назначения, никак не реагирует, словно остановка сделана с целью передохнуть. Чонгук всё это время старается аккуратно следовать за ним на расстоянии и, кажется, он остаётся незамеченным. По крайней мере, объект наблюдения ни разу не оборачивается за всю дорогу. Тэхён останавливается около неприметного домика, чем-то похожего на дом Кима. Столько же этажей, фасад облицован натуральным камнем, перед домом стриженный газон и декоративные туи, вокруг небольшой забор с открытой калиткой, с первых этажей доносится громкая музыка, а на порожках сидят два, кажется, перебравших чего бы то ни было подростка. В одной руке сигареты, в другой напитки, движения смазанные, речь неразборчивая. Чонгук провожает Тэхёна взглядом, который, не здороваясь и никак не реагируя на живность у двери, проскакивает внутрь, будто он владелец дома или постоянный гость. Чонгук выжидает ещё пару минут, прежде чем зайти следом. Как и ожидалось, никто не обращает внимания на незнакомца, даже головы в его сторону не поворачивают. В помещении сразу слезятся глаза от количества дыма, словно в каждой комнате организовано по несколько крепких кальянов. От запаха алкоголя у Чонгука скручивает живот. Вот почему этот Тэхён не решил сходить сюда завтра? Чонгук, может, даже выпил бы. В профессиональных целях, конечно же. Пройдя сквозь толпу таких же школьников, как Тэхён, Чонгук останавливается в проходе между гостиной и кухней, выискивая взглядом русую макушку, которая обнаруживается на диване в компании альф постарше. Парни, похожие на студентов университета, окружают Тэхёна, приобнимая за плечи и что-то активно рассказывая, пока он улыбается и время от времени кивает. Чонгук ясно — насколько это возможно в текущей обстановке — видит, как Тэхён осторожно передает небольшую стеклянную баночку с чем-то отдаленно напоминающим таблетки парням, а один из них протягивает омеге баночку пива. Тэхён с секундной заминкой принимает презент, залпом вливая в себя сразу половину. «Вот же, даже я так не пил в его возрасте», — Чонгук усмехается сам себе, но хмурится, размышляя, что было в той баночке. Кто-то толкает его сзади, тут же извиняясь, но Чонгук не успевает ответить — его без спроса хватают за руку и тащат из прохода в широкую гостиную. С приближением к толпе, музыка усиливается, народ танцует энергичнее и вытворяет бессмысленные и не всегда сочетающиеся с музыкой движения. Да, не переживи Чонгук похмелье не так давно, поймал бы одну волну со всеми. Люди перед ним сменяются вихрем: вот он, стараясь не выделяться — хотя вряд ли в этих клубах дыма он кому-то может быть интересен, — скромно качается в такт музыке, а перед ним трётся омега в коротких шортах и с вызывающей красной помадой на губах; вот появляется мальчишка постарше, или Чону так кажется, ведь незнакомец повыше и обнажён больше предыдущего благодаря надетой на тело сетчатой майке. В какое-то мгновение Чонгук чувствует, как расслабляется и отпускает себя, позволяет себе моментами прикрывать глаза и скользить руками по чьей-либо талии перед собой. Тело непроизвольно двигается в такт, мощные низкие частоты кружат голову, вибрация чувствуется в желудке. Растворяясь в пространстве, Чонгук не замечает, как перед ним появляется новый парень и прижимается спиной к его торсу, бесцеремонно качая бёдрами навстречу паху. Такой же русоволосый, стройный, несмотря на балахоны, в которые он спрятался. Чонгук приоткрывает глаза, шумно втягивая спёртый запах, в котором едва заметно чувствуется аромат винограда, оседающий вкусом дорогостоящего вина на языке. Он заинтересованно скользит взглядом по макушке с едва вьющимися волосами, съезжает к соблазнительной шее, покрывшейся испариной от жара и активных движений, слегка наклоняется ближе, пытаясь увидеть чужое лицо, и округляет глаза. Сын босса, Ким Тэхён, сейчас так идеально вписывается в объятия Чон Чонгука, руки так соблазнительно двигаются по чужой талии и бёдрам в унисон с музыкой, Чонгук ненадолго забывается. Шумно выдыхает на ухо парня, пытается вспомнить момент, когда на месте распутного омеги с сетчатой майкой появился сын его начальника, не менее распущенный, к слову. Шея Тэхёна пахнет сладким парфюмом, но его естественный запах перекрывает любые нанесённые поверх ароматы, и мгновенно окутывает с головой и сводит с ума. Чонгук не контролирует своё тело: его руки сами так непозволительно идеально умещаются на талии школьника, его крепкая грудь так сильно вжимается в спину парня поменьше комплекцией. Кажется, словно всё так и должно быть. Словно это какой-то жёсткий непрекращающийся флешбэк. Тэхён откидывает голову назад, уместившись затылком на плече Чонгука. Он слышит такое же учащенное дыхание, чувствует, как подскочил его пульс, когда Чонгук по-свойски просунул ладони под футболку, нежно касаясь грубыми пальцами бархатной кожи живота русоволосого. Тэхён громче выдыхает на ушко полицейского, интуитивно вжавшись попой в бёдра альфы, отчего уже Гук возбуждённо охает школьнику, ощущая, как его бросает в жар, а член похотливо — скорее требовательно — упирается в чужую задницу. Слегка терпкий аромат черной смородины усиливается, а Тэхён словно назло трётся сильнее, сводя Чонгука с его воздержанием в несколько месяцев с ума. С такой работой пропадает настроение даже нажраться, а тут секс. Дай бог, чтобы встал, а не чтобы, нависая над партнером, ты думал о невыполненных отчётах по престарелым алкашам. Рядом с Тэхёном хочется думать только о его голом теле. Сладостные трения пропадают так же быстро, как и появились. Чонгук вновь упускает момент, когда Тэхён испаряется, будто его и не было вовсе. Только член колом утверждает обратное. — Блять, — злобно рыкнув, альфа зачёсывает растрепавшиеся волосы назад. Где теперь этого ребенка искать? Ребенка. Ха, смешно. Чонгук оглядывается в попытках зацепиться взглядом за нужного человека, но всё, чего сейчас хочется, — воды и свежего воздуха. Дышать алкогольными парами и потом молодёжи уже почти раздражает. Чонгук пробивается сквозь толпу, пытаясь найти выход на задний двор. Снаружи грязнее, чем с передней стороны дома: повсюду окурки, пустые бутылки, местами чужая рвота и... люди. Они просто лежат на траве и бесстрашно спят. Ничего, Чонгук, и такое проходили, и на себе чувствовали. Чистым и нетронутым остался бассейн, наполненный, но наполовину прикрытый натяжным полотном. Чонгук вдыхает полной грудью свежий вечерний майский воздух, просунув руки в карманы, оттянув этим действием штаны с нижним бельём, чтобы хоть как-то обеспечить себе комфорт. Ещё на школьников у него не вставал, отлично. Всё бывает впервые. — Вот же малолетка, — шипит недовольно, пытаясь нащупать пачку сигарет, но тут же осознаёт, что оставил её в машине, — блять. Прижавшись спиной к стене, тот ненадолго прикрывает глаза, успокаивая бушующее возбуждение. Нужно определённо с кем-то потрахаться, пока проблем не обрел. Хотя из-за такой фигуры грех проблемами не обзавестись... — Хочешь сказать, что не понравилось? — звучит где-то совсем рядом, и Чонгук распахивает глаза, увидев перед собой ухмыляющееся лицо Тэхёна. Стоит сказать, что он пиздец какой красивый, особенно со своими подведёнными чёрным карандашом веками и низким голосом, несвойственным милым омегам. — Твой член сам за себя говорит. Тэхён нагло ухмыляется, выудив из кармана спасительные сигареты, предлагающе протянув Чону, который слишком быстро кивает, подхватив пальцами одну себе. Школьник помогает поджечь от своей сигареты, в открытую заигрывая, пока Чонгук заметно хмурится, но помощь принимает. Воздух привёл сознание в трезвое состояние. — Ты какой-то напряжённый, — издевательски изогнув губы в хитрой улыбке, Тэхён мелодично смеётся, демонстрируя ряд белых зубов. Чонгук не сдерживается, усмехаясь в ответ, как-то устало и спокойно. — И что посоветуешь? — хрипло произносит, окинув парня взглядом сверху, приподняв уголок губы. Тэхён с насмешкой встречается с прямым взглядом чужих глаз. — Можешь поискать таблетки, — тот задумчиво прикусывает губу, отодвинув полускуренную сигарету от своего лица. Ким приближается ближе, предварительно сделав затяжку, и выпускает её в лицо Чонгука, — или я могу помочь с твоим недугом. Чонгук вопросительно вскидывает бровь, никак не двигаясь, пока Тэхён приближается, вновь встав непозволительно близко, почти касаясь губами его шеи. «Сука, ну почему я?», — раздражённо думает Чон, но остается невозмутимым. — Но я тут на вес золота. За мной надо поухаживать, — Тэхён вновь ухмыляется, скинув пальцами невидимую пыль с плеча Чонгука, — если не готов, не советую ко мне лезть. Прямо американская комедия, которые Хосок обожает. — У тебя бойцовские псы на привязи? — всё так же хрипло выдыхает в ответ старший, забыв про тлеющую в руках сигарету. Такой момент заставляет забыть о никотиновой зависимости. Тэхён пошло облизывается. — У меня есть что-то покруче, — и приближается вплотную, почти касаясь губами чужих, переходя на шепот. Руки свои шаловливые под футболку Чонгуку просовывает, как он сам пару минут назад в гостиной, заставляя Чонгука вздрогнуть от прикосновения холодных кончиков пальцев к торсу. — У меня папа коп. Чонгук замирает с каменным лицом. Сдерживается, чтобы не засмеяться. Знал бы Тэхён... Чон неожиданно для себя и для Тэхёна хватает школьника за талию ладонями и вжимает в своё тело. Тэхён удивлённо охает и утыкается носом в щёку полицейского, но, отстранившись, вскидывает заинтересованный взгляд. Интересно, как он ведёт себя в школе? — А твой папочка знает, что его плохой сын мужчин лапает и наркотики толкает? — шёпотом спрашивает Чонгук, спустив ладони на ягодицы Тэхёна, по-домашнему сжав их, словно они давно вместе и это привычный семейный ритуал. Он не уверен насчёт наркотиков, но идёт ва-банк, прощупывая почву. А омега и не отрицает. Кажется, даже едва заметно смущается, ощущая жар по всему телу (будто он нетронутый цветочек). Теперь Чонгук сам ощущает — этот подросток возбуждён не на шутку. Если он продолжит его провоцировать, то повышения точно не видать. «Думай о работе, думай о работе, думай о...», — Чонгук пытается себя успокоить, упорно держа перед глазами бегущую строку про повышение, обещанное Донвоном в обмен на небольшую помощь, но все рамки нагло разбивает школьник Ким Тэхён своим грязным ртом. И его глаза... такие красивые, но такие, сука, хитрые. — Можешь наказать меня вместо него, — сообщает Тэхён, скользнув потеплевшими ладошками под штаны, на ягодицы Чонгука, — думаю, он будет не против. «Ебаный Донвон и его отпрыск», — Чонгук мысленно кричит, но в реальности лишь приторно улыбается, неожиданно отстраняя подростка от себя на необходимое для личного пространства расстояние, поймав мимолетное непонимание во взгляде. — Ты слишком молод для меня, малыш, — с ухмылкой сообщает Чонгук, явно перегнув палку и ткнув того в собственный юный возраст. Тэхён на мгновение теряет веселье, но тут же возвращает ехидную усмешку, стараясь не выглядеть оскорблённым, а Чонгуку так необычно стыдно становится, хочется извиниться и в лоб сказать: «Да очнись ты, я бы сейчас всё отдал, чтобы тебя трахнуть». — Песок за собой подмети, старикашка, — младший фыркает, но продолжает изгибать губы в улыбке, а затем молча докуривает, в последний раз окидывает Чона взглядом (явно презрительным), и уходит. Обиделся, посмотрите-ка. Это будет одно из самых сложных заданий за три года службы в полиции.

🐰