Колесо года

У него ведь не осталось даже фотографий — вдруг осознал Крис в какой-то момент. Вдруг все, что произошло за лето и осень — не более, чем дурной сон, галлюцинация. Может, у него просто едет крыша? Крис не мог решить, что страшнее: окажись все реальностью или вымыслом. И все не мог перестать вспоминать. Холодный снег притупил боль, накрыв поверх пушистым одеялом, но, с приходом тепла, он начал таять, и к весне снова стало больно. Так больно, что несколько недель Крис даже не приходил в парк. Но отпустить не получалось. Так или иначе, мысли раз за разом возвращались к Эльгафару, то пытаясь воспроизвести в памяти его лицо, то голос, и вспоминая, вспоминая. Он не выдержал долго. В тот день, когда Крис снова вернулся в парк, на небе сияло уродливое солнце. Это первое весеннее тепло раздражало сильнее, чем могло бы, и Крис сердито хмурился, пока беспокойно несся по мокрым от подтаявшего снега грунтовым дорожкам к своей маленькой яблоне. Было страшно. Не стоило ему оставлять деревце так надолго. Мало ли, что могло случиться. Может быть, оно тяжело пережило мартовские холода, а может его уже сломали какие-нибудь местные вандалы. От этих мыслей парень разволновался только сильнее, ускоряя шаг, и на свою полянку почти влетел, распинывая ногами мокрые сугробы. Ну вот, правильно, на поляне уже кто-то был. Теперь, главное сделать лицо пострашнее и вежливо попросить убраться от его дерева. Он так уже тысячу раз делал. Люди думали, что он чокнутый. Уже прокручивая в голове нужную реплику, Крис подошел ближе, оглядывая стоящего к нему спиной незнакомца, и резко остановился. Взгляд зацепился за босые ноги мужчины, стоящие прямо на снегу, прошелся вверх по длинному одеянию белого цвета, запутался в длинных бледно-голубых волосах и наконец остановился на венчавших голову двух оленьих рогах. Крис перестал дышать. Он не знал, что делать, не понимал, что происходит, просто стоял на месте и смотрел, жадно пожирал взглядом чужую фигуру. А потом Эльгафар обернулся. Брови его удивленно взлетели вверх, а лицо заметно посветлело. — Кристиан… — уголки губ дрогнули, будто не осмелившись сложиться в улыбку. — Ты пришел. Я думал, ты… забыл. Повисла неловкая тяжелая тишина. Крис все никак не мог прийти в себя и не мог оторвать взгляда. — Тебе не холодно? — ответил он совершенно невпопад. — Что? — Твои ноги. Тебе не холодно? Эльгафар растерянно моргнул, и Крис не выдержал, вдруг сорвался с места и в несколько широких шагов подбежал ближе, обхватил ладонями чужое лицо и поцеловал. А потом сделал вдох. — Ты живой, — бесконечно шептал он, гладя пальцами лицо Эльгафара, совсем не обращая внимания на застилающие глаза слезы. — Живой, живой! — Кристиан. Чш-ш. — первый успокаивающий поцелуй заставил парня судорожно вздохнуть и зажмуриться. — Все хорошо. Эльгафар продолжил мягко целовать его лицо, ласково поглаживая по голове и шептать что-то, пока Крис не начал успокаиваться. — Ты был мертв, — тихо всхлипнул он. — Я видел. Эльгафар улыбнулся той самой улыбкой. — Я ведь бог. — Но почему тогда ты позволил всему этому случиться?! — Всему в этом мире однажды приходит конец. Смерть идет из жизни, жизнь рождается из смерти. Тепло сменяет холод, и так по кругу. Мой цикл и цикл природы — одно целое. — Ты… — Крис замолчал, медленно начиная понимать, — Ты хочешь сказать, что… это происходит каждый раз? — он поднял голову, заглядывая в чужие полупрозрачные глаза, и продолжил почти шепотом. — Ты умираешь каждую осень? Эльгафар улыбнулся и обнял, коснувшись щекой волос. — Я рождаюсь каждую весну. Крис задрожал, вцепился пальцами в чужую одежду на спине, безжалостно сжимая в кулаках и крепко зажмурился, но все равно продолжал слышать улыбку в чужом голосе: — Меня еще никогда никто не ждал. Если бы я знал, что ты будешь ждать меня, наверное, мне было бы не так страшно. Крис задохнулся, подавился слезами и крепче вжался в чужое тело. Он не мог бы сказать, как долго они простояли вот так, но к моменту, когда он начал успокаиваться, тело дрожало уже от холода. — Пойдем домой? — хрипло попросил он, отстраняясь, и на мгновение увидел отражение слез в чужих глазах. — Пойдем. ** — Твои рога. Эльгафар лежал головой на его коленях под ветками пустившей первую листву молодой яблони. — М? — Они оба целые. Мужчина открыл глаза, глядя в лицо Криса снизу вверх, улыбнулся и снова закрыл. — Верно. ** После долгого сна солнце никак не могло проснуться, медленно и мучительно выбираясь из своей теплой постели. Снег сменялся дождем, а затем дождь снова снегом, и Крис чувствовал себя таким же запутавшимся, как эта погода. Эльгафар начал замечать. Сперва просто бросал долгие встревоженные взгляды, когда парень замирал, глядя в одну точку и думая о своем, а затем все же решился спросить. — Кристиан? Что-то случилось? Крис перевел на него немного пустой взгляд и вздохнул. — Я верю в тебя. Эльгафар кивнул: — Я очень этому рад. — Но… Скажи мне, мой Бог существует? Эльгафар замолчал, долго глядя на человека. — Я не скажу тебе. — серьезно ответил он. — Но!.. — Смысл веры не в этом. Они оба замолчали, смотря друг на друга, пока Крис растерянно не опустил голову. — Но я запутался. Я не могу отрицать то, что ты божество, но тогда это не имеет никакого смысла. Моя вера столкнулась с тобой, и… я не понимаю. Я не знаю в кого мне верить. Эльгафар мягко выдохнул и поднял ладонь, укладывая ее на чужое плечо. — В себя верь. Этого будет достаточно.