Бабочка и Хаос

      Когда они появились у храма Сэнсо-дзи, то уже стемнело. И хотя телепортация Сатору была мгновенной, Хироми каким-то внутренним ощущением понимала, что они опоздали. Часть ее это осознавала слишком ясно, а другая часть все еще отказывалась в это верить. - Омурасаки… - прошептала Хироми. Бабочки разлетелись по округе, и девушка последовала за ними. Она почувствовала проклятую энергию в одном из зданий на западной стороне, в самом темном и отдаленном углу территории храма. Подойдя к нему, она остановилась в нескольких шагах от двери, не находя в себе силы зайти внутрь. - Подожди тут, - сказал ей Сатору, слегка коснувшись пальцами ее плеча. Ему казалось, что надави он чуть сильнее - и Хироми рухнет на землю. Она ничего не сказала и лишь, не моргая, смотрела на дверь. Сатору зашел в здание один и тут же почувствовал, что здесь был именно Сугуру. В этом не могло быть никаких сомнений. Он увидел разрубленное напополам тело Тоши возле стены, там, где его нашла Кашима Рейко. Зрелище было ужасным, но Годжо не мог отвести взгляд. Нижняя часть тела у Тоши отсутствовала, так что внутренности вывалились наружу, и мухи уже роились повсюду. Огромная лужа крови растеклась по полу, смешавшись с краской, и если бы не техника Бесконечности, то Сатору наступил бы в нее ботинком. Он подумал о том, что всё это было слишком жестоко даже для Сугуру. Или уже нет? Теперь все в мире казалось сомнительным и непостоянным. Сатору не мог понять, осталось ли хоть что-то от прежнего Сугуру. Шаман вышел на улицу и посмотрел на Хироми. Всего несколько раз в жизни он чувствовал себя настолько беспомощным. Не было ничего, что он мог бы изменить. Все что могло случиться, уже случилось. Хироми прочитала это в его взгляде и тут же едкие слезы потекли из ее глаз. Она ринулась к двери, но Сатору схватил ее за плечи и крепко прижал к себе. - Нет, - сказал он. - Тебе не стоит ходить туда... - Но там же Тоши! - воскликнула девушка сквозь слезы. - Он бы точно не хотел, чтобы ты видела его таким, - ответил Сатору. - Откуда тебе знать?! Ты даже не говорил с ним ни разу! - Хироми в истерике пыталась оттолкнуть его, но все никак не получалось. - Пусти меня! Пожалуйста… - силы почти покинули девушку, и она повисла на руках Сатору, вздрагивая от рыданий. - Поверь, будет лучше, если ты запомнишь его таким, каким видела его вчера, на Синдзюку, - ровным и спокойным тоном произнес Сатору, бережно погладив ее по голове. - Он ведь был так счастлив, правда? - Но это ведь… это ведь ничего не меняет, - с трудом выдавила из себя Хироми. - Того, что уже произошло — нет. Но если пойдешь туда, то это может изменить тебя, а я не могу этого допустить. Понимаешь? - тихо спросил Годжо. Хироми ничего не ответила, только покрепче прижалась к нему и закрыла глаза.

***

Накрапывал дождик, и вдоль каменных ступенек, ведущих к верхней части кладбища, побежали мелкие шустрые ручейки. Запахло мхом и сыростью. Хироми посмотрела на хмурое небо и, нехотя, раскрыла зонтик. Найти нужную могилу не составило труда, ее бы не заметил только слепой, хотя и тот не прошел бы мимо, потому что вся она была украшена огромным покрывалом из цветов, которые пахли так сильно, что даже во время дождя их аромат разлетался по округе. Тоши похоронили рядом с отцом, и на их общем гранитном надгробии была высечена надпись: «Разлучиться — наша судьба. Встретиться — наша надежда». Хироми поискала, куда бы приладить свой букетик с хризантемами и, повозившись с одной из вазочек, нашла подходящее место. Она постояла молча, словно в ожидании чего-то, какого-то мимолетного знака, способного хоть немного развеять разъедающее изнутри и тяготящее её чувство вины. Оно разрасталось с каждым днем, словно огромный пузырь, заслоняло и отравляло собой все, что ощущала Хироми. - Кто Вы? - внезапно услышала девушка чей-то голос и от неожиданности вздрогнула. Рядом стояла женщина лет сорока. Ее бледное лицо, как и лицо самой Хироми, было измучено тоской и скорбью. «Наверное, это его мама...» - подумала Хироми. Она часто видела их с мужем и детьми возле могилы, но ни разу не подходила близко. - Очень… очень красивые слова Вы выбрали для надгробия, - с трудом смогла произнести девушка. Женщина внимательно посмотрела на Хироми, затем повернула голову в сторону могилы и тихо сказала: - Это не я... Это Тоши нашел их еще десять лет назад, когда умер его отец. Он очень хотел снова встретиться с ним, - женщина глубоко вздохнула и снова обратилась к Хироми: - А Вы? Вы с ним были друзьями? Девушка набрала было воздуха в грудь, чтобы ответить, но так и не смогла произнести ни звука. Вместо этого, она быстро обошла женщину и сбежала вниз по ступенькам. Ей хотелось как можно скорее спрятаться от всего этого кошмара. Дождь постепенно усиливался, поднялся сильный ветер, и к тому времени, когда девушка добралась до дома, она ужасно замерзла. Переодевшись во все сухое и налив себе большую чашку горячего чая, Хироми залезла в кровать и с головой накрылась одеялом, но холод внутри все равно никуда не делся. Тогда она поплотнее закуталась в одеяло и постаралась уснуть. Ночью ей стало тяжело дышать, и она откинула одеяло, ворочаясь с боку на бок и то и дело поправляя сбившуюся подушку. Ей постоянно казалось, что кто-то смотрит на нее из темноты, и не в силах больше это терпеть, Хироми поднялась с кровати и прошлась по комнате, оглядывая стены. Ничего подозрительного она не обнаружила и решила, что это всё ей просто мерещится. Девушка направилась обратно к кровати, но боковым зрением заметила что-то промелькнувшее в окне. Страх подкатил к горлу, и ей потребовалось несколько секунд, чтобы взять себя в руки. Хироми нервно сглотнула и усилием воли заставила себя посмотреть в окно. Легкий ветер едва заметно колыхал занавески, сквозь которые пробивался тусклый лунный свет. Девушка подошла ближе и резким движением распахнула их, вглядываясь в ночной пейзаж. Что-то в нем было не так… Ощущалось какое-то тревожное и неуловимое движение. Девушка подняла глаза наверх и увидела, что в воздухе прямо над ее окном зависла чья-то голова. Было слишком темно, что разобрать черты лица, но Хироми показалось, что голова принадлежит какой-то женщине. Глаза ее стали светиться кроваво-красным светом, отчего у Хироми застыла кровь в жилах. Она почувствовала внезапную слабость во всем теле, картинка мира померкла, и девушка, цепляясь рукой за занавеску, упала на пол. Когда утром Хироми проснулась, то у нее ужасно ныли виски и затылок. Со спиной тоже все обстояло не лучше, ведь она полночи провалялась на жестком полу, продуваемом всеми сквозняками. Почувствовав себя на все сто с лишним лет, девушка завернулась в халат и отправилась на кухню. С трудом прожевав омлет, показавшийся ей на вкус чем-то вроде бумаги, Хироми задумалась над тем, что же произошло с ней ночью. Плохой сон? Галлюцинации от постоянного стресса? Или что-то еще? Думая про странную летающую голову, девушка решила выйти во двор и совершить обход дома. Завернувшись поплотнее в старый халат и надев первые попавшиеся ботинки, она распахнула дверь и посмотрела по сторонам. Сегодня дождя уже не было и за ночь крыльцо успело немного подсохнуть. Хироми спустилась вниз и пролезла сквозь кусты на лужайку, осматривая небо, крышу и стены дома. Ничего странного она не увидела, и это смутило ее еще больше. Она недовольно сдвинула брови и закусила губу. Внезапный смех за спиной заставил ее встрепенуться, и она резко обернулась. Это были всего лишь двое детишек, проезжавших мимо на велосипедах по своим делам. Хироми посмотрела им вслед и заметила, что на другой стороне улицы, возле большого старого клена, стоят Маки и Тоге. - Черт! Она нас увидела! - сказала Маки, прячась за ствол дерева. - Комбу! - махнул рукой Тоге, не сдвинувшись с места. - Ты что делаешь, дурак?! Годжо-сенсей ведь сказал нам следить за ней! - разозлилась девушка, но поняв, что их позиция раскрыта, обреченно вздохнула и облокотилась плечом на дерево. Она с тревогой посмотрела на приближавшуюся к ним Хироми. - Привет, ребята! Как дела? - сказала им та, улыбаясь. Вид у нее был не очень: впавшие щеки, бледное лицо и темные, почти как у Сёко, круги под глазами. - Слушайте, а вы тут голову летающую не видели? - спросила девушка, облизнув пересохшие губы и с подозрением осматривая ветви дерева. Маки и Тоге отрицательно покачали головами и переглянулись. - Нет? Ну ладно, поищу еще где-нибудь, - ответила Хироми и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, так же спешно направилась обратно к дому. - Ментайко, - грустно произнес Инумаки. - Так, мне кажется, пора звонить сенсею, - сказала Маки, неотрывно глядя на Хироми. Она быстро набрала номер и приложила телефон к уху. На другом конце трубки послышался голос Годжо. Тот явно спорил о чем-то с директором Яга и постоянно отвлекался, отвечая на его вопросы. - Прости, Маки-чан, я сейчас немного занят. Но у тебя есть ровно тридцать секунд, чтобы сообщить мне все, что ты считаешь важным! - наконец ответил он. - Сенсей, у нас проблема. Хироми-сан сошла с ума, - сообщила ему Маки. - Что ты имеешь в виду? - удивился Годжо. - Она ведет себя очень странно. Выходит из дома, только чтобы съездить на кладбище, и ни с кем из нас нормально не разговаривает. А сегодня она вообще вышла на улицу в разных ботинках и стала спрашивать нас про какую-то летающую голову! Вы с этим что-то должны сделать! - настояла Маки. - Вот как? Летающая голова? - задумчиво произнес Годжо. - Ну, по крайней мере, она не пытается самостоятельно найти Сугуру… Маки, вы с Тоге должны продолжать наблюдение и обязательно сообщить мне, если случится что-то еще! - Но Годжо-сенсей! - попыталась возразить Маки. - Ты все слышала! Не спускайте с нее глаз! - сказал тот и отключился. - Эх… - вздохнула Маки. - Значит, продолжаем наблюдение... Тем временем Хироми вернулась в дом и прошлась туда-сюда, придирчиво осматривая все вокруг. Она дернула дверь в мастерскую, но та и не думала двигаться с места. - Ты издеваешься, да? - злобно посмотрела на нее девушка. - Сегодня хоть что-то будет идти, как надо? - задала она риторический вопрос, обращаясь к стенам. Хироми обхватила ручку двери обеими ладонями и еще раз попыталась открыть ее. На этот раз замок поддался, и девушка, с облегчением вздохнув, вошла в хранилище. Недовольно фыркнув, она направилась к одному из дальних стеллажей, проводя пальцами по полкам и напряженно сосредотачиваясь на своих ощущениях. Дойдя до конца ряда, Хироми развернулась и, приложив руку к другому шкафу, пошла в обратном направлении. На середине пути она остановилась и посмотрела на свою ладонь. Та вся была в пыли, и Хироми, брезгливо морща лицо, вытерла ее об халат. Вдруг ей пришла идея. Она направилась к полке, где лежал фотоаппарат, собранный Тоши. Девушка взяла его в руки и задумчиво произнесла: - Вот ты мне и пригодился, дружок… Она отнесла фотоаппарат в спальню и оставила на тумбочке. Чтобы осуществить свой план, ей нужно было сначала заправить пленку, к тому же не хватало нескольких мелочей, которые девушка надеялась прикупить в супермаркете неподалеку. Она составила список, переоделась и направилась в магазин. Маки и Тоге, заметив ее, направились следом. - Вроде кладбище в другой стороне, - тихо произнесла Маки. - Новый маршрут? - Лосось, - ответил Инумаки, поправляя ворот. Хироми направилась в строительный отдел и набросала в корзину несколько мотков провода, какие-то шнуры, крепежи, саморезы и пару датчиков движения. Сверившись со списком, она прошлась по магазину, и нашла пленку для фотоаппарата. - И что это она собралась делать? - удивленно сказала Маки, наблюдая за девушкой. - Тунец, - пожал плечами Инумаки. - Может, нам стоит с ней поговорить? - предположила девушка. - Что с ней такое происходит? Вскоре Хироми вернулась в дом, и Маки оставалось только гадать, чем она там занимается. Девушка немного поколебалась и побежала к двери. Инумаки последовал за ней. - Мы же не сделаем хуже, верно? - с надеждой обратилась Маки к своему товарищу. Тоге ничего не ответил и решительно постучал в дверь. Как и ожидалось, никто им не открыл. Маки прижалась ухом к двери и расслышала отдаленный жужжащий звук, словно сверлили стену. Она попробовала подергать ручку двери и та внезапно открылась. Ребята зашли в дом, комнаты которого освещались лишь уличным светом, пробивавшимся сквозь задернутые шторы, и направились в сторону звука. Они застали Хироми стоящей на табуретке и прикручивавшей датчик движения к стене при помощи ручной дрели. - Хироми-сан? - позвала ее Маки. - Хироми-сан! Девушка дернулась и отшатнулась от стены, едва удержав равновесие. - А, это вы, ребята? - обрадовалась Хироми. - Поможете мне? - Смотря, что Вы пытаетесь сделать, - мрачно ответила Маки. - Ну… - задумалась Хироми. - Хочу узнать, что это была за летающая голова, которая приходила ко мне ночью, - она развела руками и стала с увлечением рассказывать про свою задумку: - Вот, решила вспомнить папины штучки! Когда я была еще маленькой, к нам в огород постоянно забегала чья-то собака и раскапывала клумбы. Она все время приходила и уходила, когда нас не было дома или мы были чем-то заняты, так что мы никак не могли понять, чья именно это была собака и как она выглядит. И папа решил устроить для нее фотоловушку. Собственно, этим я сейчас и занимаюсь. Я хочу закрепить несколько датчиков движения и соединить их с затвором фотоаппарата. Как только голова начнет тут летать и раздвигать занавески, датчики подадут сигнал на фотоаппарат, сработает вспышка и... вжух! Наша собака… ой... то есть, точнее, голова, тут же попадется! - заключила Хироми, слегка пошатываясь. - А Вы уверены, что голова - настоящая? - осторожно спросила Маки, пока Тоге помогал девушке слезть с табуретки. - Конечно, она настоящая! - заверила ее Хироми. - За кого ты меня принимаешь? - Но… Хироми-сан, почему Вы просто не воспользуетесь своей техникой и не изгоните эту голову? - с сомнением произнесла Маки. Хироми закусила губу и отвела взгляд в сторону. - Ментайко, - недовольно произнес Инумаки. - Я не могу, - наконец, пробурчала Хироми. - Я не могу ее изгнать, используя технику. - Что? - не поняла Маки. - Вот, смотри, - сказала Хироми и отложила дрель в сторону. Она размяла руки и сложила их в печать. - Омурасаки, - сказала она, но ничего не произошло. Хироми повторила еще раз, погромче: - Омурасаки! - тогда наконец появились две маленьких бабочки, тускло мерцавшие сиреневым светом. Они не пролетели по комнате и двух метров, как тут же растворились в воздухе, превратившись в невесомую пыльцу. - Теперь понимаешь? - сказала Хироми. - Я даже своих шикигами не могу здесь удержать! И речи быть не может о том, чтобы изгонять какие-то бешеные головы по ночам! Я не чувствую вкуса еды, не чувствую проклятой энергии предметов в своем хранилище, я даже не заметила, как вы в дом вошли! Маки в ужасе посмотрела на нее. - Что с Вами происходит? - спросила она дрожащим голосом. - Может, Вам лучше поехать с нами в Магическую школу? - Лосось! - подтвердил Тоге. - Что со мной происходит? - повторила Хироми раздраженно. - Мне плохо, Маки. Я пытаюсь переварить свое горе. Я скорблю по Тоши. И собираюсь справиться с этим сама! Мне не нужна ничья помощь, особенно Годжо и Магической школы, ясно? Маки сделала шаг назад. Ей это все совсем не нравилось. - Хироми-сан, как Вы тогда сможете одолеть эту летающую голову, если у Вас нет сил на это? - спросила Маки. Хироми нервно усмехнулась. - Ну, наверное, тебе могло показаться странным, что я занимаюсь тем, что продаю проклятое оружие и предметы, но сама ими никогда не пользуюсь. Думаю, настало время пренебречь этим правилом. Поэтому я прошлась по хранилищу и нашла это! - Хироми наклонилась к кровати и достала из-под подушек повидавшую виды алюминиевую биту. Она была покрашена в яркие кислотные цвета и вся была исписана какими-то надписями. - Как считаешь, справлюсь я с ней? - спросила девушка, замахиваясь битой и представляя, как будет наносить удар по Голове. - Тунец, - с сомнением произнес Инумаки. - Что, не веришь в меня, Тоге? - спросила Хироми. - А зря! Мы с папой часто играли в бейсбол в детстве. У меня отличный удар! Маки потянула паренька за рукав, и они вышли из комнаты. Оттуда вновь послышался звук дрели. Спустившись вниз по лестнице, Маки села на диван и стала набирать номер Годжо. Тоге оглядел комнату и нашел тумбочку с письменными принадлежностями. Он взял листок и ручку и принялся что-то писать. - Трубку не берет, засранец, - сердито процедила Маки. - Ему что, совсем до лампочки, что здесь происходит? Надо ехать за ним, слышишь, Инумаки? Что ты делаешь? - она заметила, что парень уже накатал целую простыню на листке. Он еще раз внимательно пробежался по нему глазами, затем сложил пополам и пришпилил к двери мастерской Хироми. - Сушеный тунец, - сказал он, и направился к выходу. Маки встала с дивана и, с тревогой оглянувшись на лестницу, последовала за ним. Хироми провозилась с установкой датчиков и паяльником еще пару часов и, наконец, весьма довольная собой, спустилась вниз, чтобы выпить чаю и найти в мастерской какую-нибудь книгу и почитать ее, дожидаясь появления летающей головы. Проходя мимо двери, она заметила записку, оставленную Инумаки. Сделав глоток чая, она уселась за стол и стала читать письмо. С каждой строчкой лицо ее становилось все мрачнее и мрачнее. Тоге писал ей о том, что сам когда-то стал причиной смерти одного из своих близких друзей. Сказанные им слова имели силу проклинать и привели к ужасным последствиям, хотя он и не желал никому ничего плохого. Он просто не мог этого знать и контролировать. Сила слова беспредельна. Удачного слова часто достаточно было, чтоб остановить обратившееся в бегство войско, превратить поражение в победу и спасти страну, но иногда этого же слова достаточно, чтобы обречь кого-то на смерть. «Хироми-сан, Вам придется жить с этим до конца своих дней. Но Вы должны смириться с неотвратимостью случившегося, иначе чувство вины рано или поздно убьет и Вас». Хироми отложила письмо и посмотрела на часы. - Сначала разберусь с головой, а потом подумаю о своем чувстве вины, - решила она и направилась к стеллажам. На одной из полок она заметила игрушку, которую ей недавно подарил Годжо. Внешне она напоминала небольшого серого кролика с пестрым зеленовато-оранжевым воротничком. Это был один из проклятых трупов, которые изготавливал директор Яга. Сатору сказал ей, чтобы она держала кролика поближе, хотя и не уточнил, что именно делает эта кукла. Хироми, не раздумывая, запихнула игрушку в хранилище и совсем забыла о ее существовании, но, проходя мимо, взяла ее в руки и стала разглядывать. Так ни в чем и не разобравшись, она поставила игрушку обратно и даже отвернула ее к стене. Пройдя несколько шагов вперед, Хироми остановилась. Она тяжело вздохнула и вернулась обратно к кролику, снова взяла его в руки и, прижав к груди, поплелась с ним в спальню. Ночь снова выдалась неспокойной. Хироми словно зависла в каком-то странном полубредовом состоянии, находясь на грани сна и яви. Ей повсюду мерещились красные горящие глаза и тихий зловещий шепот, зовущий ее из темноты. Она чувствовала ужасный холод, пронизывавший ее до самых костей, но в то же время обливалась потом и постоянно скидывала с себя тяжелое одеяло, а затем заворачивалась в него снова. Так продолжалось много часов, пока внезапная яркая вспышка света не заставила ее выйти из транса, и она подскочила на кровати, напряженно оглядываясь. Кругом было темно и тихо. Хироми поискала рукой под подушкой и нашла биту. Взяв ее покрепче, она осторожно поднялась с кровати и отправилась на разведку. Окно было полуоткрыто, и из него дул прохладный августовский ветерок. Девушка не припомнила, чтобы оставляла окно открытым. Она захлопнула створку и повернула ручку, когда в отражении увидела все те же кроваво-красные глаза, смотревшие на нее в упор. Хироми сжала пальцами биту и, резко развернувшись, нанесла удар. Голова тут же отлетела к стене и принялась жутко шипеть. Глаза ее загорелись еще ярче, а растрепанные волосы превратились в длинные свисающие щупальца и потянулись к девушке. Хироми с ужасом поняла, что мощный удар битой отнял у нее слишком много сил. Она выпустила оружие из рук и стала отступать к кровати. Ноги едва слушались ее, и она почувствовала, как все вокруг расплывается. За мгновение до того, как окончательно потерять сознание, она увидела, что на парящую в воздухе голову прыгнул игрушечный кролик. Он крепко вцепился в нее маленькими лапками и закрыл горящие красные глаза своими длинными ушами. Хироми хотела было дотянуться до биты, но не успела ничего сделать и провалилась в темноту.

***

Директор Яга повернулся к окну и проводил взглядом стаю летевших над лесом птиц. - Говорю же Вам, директор, кто-то из старейшин точно прикрывает Сугуру, иначе они бы не вставляли нам палки в колеса, - в десятый раз сказал ему Годжо. Это порядком начинало раздражать. - Это слишком серьезные обвинения, Сатору. Высказывать их в открытую — это все равно, что подписывать себе смертный приговор, - ответил ему Яга Масамичи. - Даже тебе не сойдет такое с рук! - При чем тут сойдет или не сойдет? - возмутился Годжо. - Я говорю Вам о том, что они замешаны в его делах, и это может иметь далеко идущие последствия. Когда начнется геноцид человечества, вряд ли будет время, чтобы рассуждать о том, кого казнить. - Все равно, брось эту затею. Сейчас не в наших силах что-то изменить. Если не доверяешь им, то просто обходи стороной и действуй более скрытно. Годжо хотел возразить, но в дверь постучали. В проеме показалось встревоженное лицо Маки. - Я не вовремя, да? - спросила она. - Нет, Маки, заходи, - позвал ее директор Яга. - Мы уже закончили, верно, Сатору? Шаман в ответ лишь недовольно скривил лицо. Маки зашла в комнату, служившую директору кабинетом, и быстро оглядевшись, сказала: - Я вообще-то к Годжо-сенсею. По одному личному делу… - Вот как? - удивился директор Яга. - Ну, тогда болтайте, а вот у меня — время обеда, - он быстро направился к выходу и захлопнул дверь, пока Годжо не успел его остановить. - Ну и что же ты хочешь обсудить, Маки? - поинтересовался Сатору, усаживаясь в директорское кресло и закинув ногу на ногу. - Я хотела поговорить о Хироми-сан, конечно… - тихо ответила девушка, с подозрением смотревшая на учителя.       - А почему ты вообще здесь? Разве я не просил тебя и Инумаки последить за ней эти несколько дней, пока я занят? - спросил Годжо, постукивая пальцами по столу. - Да, но… Мы были у нее дома, и… В общем, она просто в ужасном состоянии. Она даже не может призывать своих бабочек-шикигами! Мы вернулись, чтобы рассказать об этом, но Вас вчера нигде не было! - обиженно воскликнула Маки. - Правда? - удивился Сатору. - Я и сам не помню, где вчера был… Слишком много разных мест! То есть ты хочешь сказать мне, что оставила Хироми одну, к тому же в беспомощном состоянии, чтобы рокурокуби и дальше высасывала из нее жизненные силы? - спросил он. - Року… Кто? - переспросила Маки. - Рокурокуби. Летающая голова, - объяснил Годжо, нарисовав пальцем в воздухе кружок. - Маки, как ты собираешься стать шаманом, если не знаешь таких простых вещей? По-твоему, достаточно размахивать нагинатой и рубить всех налево и направо? - спросил он, склонив голову набок и сверля Маки взглядом сквозь свою повязку. Девушка тут же почувствовала, что пахнет жареным. Годжо-сенсей раньше никогда и ни на кого не злился, но сейчас Маки ощутила, что он по крайней мере в ярости, несмотря на его спокойный тон. - Знать теорию тоже важно, Маки, - продолжил Сатору и, схватив с полки стеллажа одну из книг, кинул ее в девушку. Маки не без труда поймала ее, отшатнувшись назад. Она бы лучше провалилась сквозь землю, чем стала выслушивать нагоняй от Годжо. Но Маки также понимала, что в данном случае сильно его подвела. Она открыла книгу и нашла в ней главу про демонов-рокурокуби. Там было написано: «Рокурокуби — женщина-чудовище, у которой шея в полночь вытягивается до невероятных размеров. Некоторые из видов рокуроккуби относятся к числу опасных демонов. Днем они неотличимы от обычных женщин, а ночью шеи их вытягиваются до неимоверных размеров. Легенды говорят, что рокурокуби становятся люди (чаще всего женщины) в результате каких-либо кармических проблем или стороннего проклятия. Многие рокурокуби даже не знают о своих ночных преобразованиях. Ночные похождения представляются им некими странными снами, не имеющими никакого отношения к реальности. Другие рокурокуби знают о своей демонической природе и всячески ей сопротивляются, стараясь вести обычную жизнь простого человека и скрывая свои особенности от родных. Противиться природе рокурокуби достаточно трудно — желание подпитаться энергией человеческого испуга или подсмотренными страстями заставляют рокурокуби еженощно выходить на свою своеобразную «охоту». Некоторые находят в этом своеобразное удовольствие и действительно начинают не просто пугать людей или подпитываться их энергией, но и пытаться вкусить их крови, подражая вампирам. Нукэкуби — это разновидность рокурокуби, которая почти ничем не отличается от первого типа за исключением того, что голова не движется на вытянутой шее, а полностью отделяется от туловища.‌‌‌‌ Часто нукэкуби гораздо более жестоки, чем рокурокуби. Из-за того, что их головы не связаны с телом, они могут путешествовать на куда большие расстояния, чем позволяет шея рокурокуби. Кроме того, этот ёкай нередко жаждет крови. Обычно летающая голова, подобно вампиру, сосёт кровь из своих жертв, но порой зверски загрызает людей и животных до смерти». Маки дочитала раздел и медленно подняла глаза на учителя. - Почему эта тварь напала именно на Хироми-сан? - спросила девушка. - Это все из-за сильных негативных эмоций, которые она испытывает после смерти Тоши. Это притягивает их как магнит, - объяснил Годжо. - Я подозревал, что такое может случиться, поэтому подарил Хироми одну из проклятых кукол директора Яга, чтобы, в случае чего, отогнать рокурокуби, - шаман откинулся в кресле и продолжил: - Я ведь не просто так отправил тебя и Тоге, понимаешь? Ты знаешь Хироми дольше меня, и она тебе доверяет. А Инумаки… Инумаки понимает ее лучше, чем кто-либо другой в данной ситуации. Поэтому вы и должны были за ней приглядывать. Но я вас, видимо, немножко переоценил, - добавил он, похрустывая шеей. - Простите, Годжо-сенсей, - подавленно произнесла Маки. - Мы с Тоге сейчас же поедем к ней! Маки захлопнула книгу и пулей вылетела из кабинета. В коридоре она столкнулась с Инумаки и, схватив его за рукав, тут же потащила за собой. - Это полный провал, - скрепя зубами, злилась на себя Маки. - Нам нужно скорее найти Хироми-сан и убедиться, что с ней все в порядке.

***

Хироми как раз возвращалась домой, держа в руках распечатанные фотографии летающей головы, напавшей на нее ночью. Из сумки девушки выглядывал игрушечный кролик, и его длинные уши смешно раскачивались в такт шагов девушки. Хироми решила назвать его Томайо. Когда она проснулась утром, то никакой головы уже и в помине не было. Зато на полу валялась куча осколков от разбитого окна, в которое она вылетела, видимо, спасаясь от маленького, но оттого не менее яростного защитника Хироми. Девушка заметила, что навстречу ей бегут Маки и Тоге, и приготовилась разнести их в пух и прах. - Хироми-сан! - воскликнула Маки. - Простите, что мы Вам не поверили насчет летающей головы… Я правда думала, что у Вас галлюцинации, - призналась она. - Комбу! - Инумаки приветственно поднял руку. - Я знаю, что ты мне поверил, - подмигнула ему Хироми. - Вот, смотрите! Ну что, похоже на галлюцинации? - она протянула им фотографии, на которых был виден размытый силуэт головы с горящими глазами. - Выглядит просто ужасно, - заключила Маки. - Не хотела бы я проснуться и увидеть такую штуку над своей кроватью... - Лосось, - подтвердил Инумаки. - Я неплохо врезала ей битой, но этого, увы, оказалось недостаточно, - с досадой вздохнула Хироми. - Ничего, сегодня ночью устроим на эту голову засаду, - улыбнулась Маки. - Она точно не уйдет! - Только не вздумай ее убивать, - предостерегла ее Хироми. - Эта голова - нукэкуби, а значит, в дневное время — это обычный человек, скорее всего женщина. Мы должны найти тело и попытаться ее излечить. - Ого, Вы сегодня почти нормальная, Хироми-сан, - удивленно произнесла Маки. Хироми только злобно на нее зыркнула, но ничего не сказала. Засаду решили устроить там же, в спальне. В мастерской нашлась клетка, похоже применявшаяся ранее для содержания «мухоловок» - проклятий низшего ранга. Для головы было немного тесновато, но Хироми решила, что сойдет и такая. На часах была уже почти полночь, и девушка дала команду затаиться. Она залезла под одеяло и выключила свет в комнате. Остатки стекла она выбила из окна еще утром, так что теперь в комнате гулял ветер и было по-настоящему холодно. Голова все никак не прилетала. «Похоже, ей здорово досталось от малыша Томайо», - подумала Хироми, прижимая игрушку к себе и вглядываясь в тени, ползущие по стенам. Вдруг она почувствовала знакомый холод внутри. Это был не просто ночной освежающий ветерок, а нечто куда более зловещее. Голова влетела в комнату и остановилась, словно принюхиваясь. Она медленно повернула свое хищное лицо в сторону Хироми и глаза ее тут же стали светиться красным светом, словно гипнотизируя девушку. - Маки, давай! - скомандовала Хироми слабеющим голосом, и тут же из-под кровати выкатилась Маки. Она схватила приготовленную заранее дверцу от шкафа и прислонила ее к окну, закрывая Голове пути к отступлению. Голова начала метаться по комнате, злобно шипя и выпуская свои черные волосы-щупальца. Тут же в двери появился Инумаки и, расстегнув ворот, произнес: - Остановись! Голова замерла, и паренек, схватив ее за волосы, быстро затолкнул ее в клетку и закрыл засов. Хироми сползла с кровати и, подхватив покрывало, быстро набросила его на клетку, чтобы больше не подвергаться влиянию кровожадного взгляда. - Делов-то было, - улыбнувшись, сказала Маки. - Да уж, - устало вздохнула Хироми. «Еще одну ночь я бы точно не пережила», - подумала она. - Что теперь с ней делать? - спросила Маки, указывая на клетку, внутри которой бесновалась Голова. - Нужно найти владельца по следу проклятой энергии и присоединить ее обратно. Тело должно быть где-то неподалеку, иначе Голова не прилетела бы сюда так быстро, - сказала Хироми. - Я нашла в мастерской этот ошейник, - она протянула руку с обручем Маки. - Не весть какая штуковина, но на первое время поможет. Вы должны дождаться рассвета и тогда голова сама присоединится к телу. Как только это произойдет, наденьте ошейник и закройте замок. Хорошо? - А вы с нами не пойдете? - спросила Маки. - Я? Нет, - покачала головой Хироми, опираясь рукой о стену. - Мне хотя бы до кухни сейчас дойти. Не помню, ела я сегодня или нет... - Ладно, можете на нас положиться! - ответила Маки. - Лосось! - подтвердил Тоге. Они спустились по лестнице и вышли на крыльцо. Хироми проводила их взглядом до тех пор, пока парочка не скрылась за поворотом улицы. Она закрыла дверь и на мгновение растерялась, забыв о том, куда и зачем собиралась идти. - Ну и видок у тебя, Хироми, - сказал Сатору, усевшись на диване. - Прости, что не смог прийти раньше. Хироми окинула его пренебрежительным взглядом. - Мы и без тебя тут отлично справились, - сказала она, расположившись в кресле напротив и скрестив руки на груди. - Правда? Ты хоть себя видела в зеркале? Когда ты ела последний раз? - спросил Сатору. - Какая разница? Теперь нукэкуби меня больше не потревожит, так что я в норме, - ответила девушка. - Хироми, твое состояние никак не связано с нукэкуби, и ты это прекрасно знаешь. Так не может и дальше продолжаться… - сказал Годжо с тревогой в голосе. - По-твоему, я должна перестать грустить только потому, что ты мне это сказал? - разозлилась Хироми. - Нет, не поэтому. А потому, что ты сама себя изводишь. Разве ты не видишь, что делаешь с собой? - По-твоему я просто должна забыть про Тоши? Вести себя так, словно ничего и не случилось?! - воскликнула Хироми. - Прости, но я не могу тягаться с мертвым парнем. Мне кажется, что лучше делать что-то для тех, кто еще жив. - Замолчи... Не смей мне такого говорить… - прошептала Хироми и глаза ее наполнились слезами. - Разве твои бесконечные походы на кладбище и чувство вины, которое ты лелеешь внутри себя, смогут что-то изменить? - Ты можешь замолчать хоть на минуту?! - выпалила сквозь слезы Хироми. - Это мой единственный друг погиб! А вот твой друг сейчас разгуливает где-то по Токио... целый и невредимый! Доволен?! - она поднялась с кресла, готовая разорвать Сатору на куски. - Ты хоть пальцем пошевелил, чтобы что-то с этим сделать?! Сидишь тут и учишь меня, как нужно оплакивать смерть близких! «Ладно… если хочешь злиться на меня, то пусть так и будет…» - подумал Годжо и промолчал, принимая удар на себя. - Что? Нечего сказать?! - набросилась на него с новой силой Хироми. - Что же ты не остановил Сугуру раньше? Я уверена, у тебя была такая возможность! Может, и не одна! Но ты ничего не сделал. Ничего. Ты оставил все, как есть, повинуясь своей никчемной прихоти! Теперь видишь последствия?! Дыхание Хироми сбилось, и она обессиленно упала в кресло, опустив голову и закрыв лицо руками. Сатору осторожно подошел к ней и присел рядом. Он провел рукой по ее растрепанным волосам, чувствуя, как она вся дрожит. Девушка откинулась на спинку кресла и посмотрела куда-то в пустоту. Ее обычно светлые глаза фиалкового оттенка сейчас казались почти черными. - Если я не могу помочь, то тогда хотя бы скажи мне, кто может, - сказал ей Сатору. Хироми взглянула на него и с какой-то злобой вытерла лицо тыльной стороной ладони. Она взяла телефон и, немного поколебавшись, набрала нужный номер. В трубке на другом конце послышался чей-то голос, и Хироми, превозмогая слезы, произнесла: - Привет, бабуля Иошико. Можно… можно я приеду к тебе?..