I'm not what you need

Шофёр Чимина прислоняется к дверному косяку комнаты, которая теперь принадлежит Юнги на время его пребывания в особняке Пака. Сама комната достаточно удобная, обставленная со вкусом гостевая спальня. Мин шлёпает чемодан на кровать и открывает его. Он выдвигает ящики комода и начинает складывать одежду. — Почему ты сказал, что тебя зовут Минхо? — спрашивает шофёр, Тэхён. — Я хотел узнать, насколько сложно будет попасть внутрь. — И это было несложно, так? Тэхён бессознательно сгибает пальцы, расслабляя мышцы рук. Юнги замечает это и вытаскивает маленький тюбик мази из сумочки, которую он распаковывает. Он передаёт его парню. — Намажь этим руку. Поможет снять боль. Тэхён это понимает, но выражение его лица уклончиво. — Готов поспорить, целый день ты просто моешь машины и подвозишь Пак Чимина. — Это моя работа. — Мы добавим кое-что к твоим обязанностям. — Что? — Ты мой новый помощник. — Кто сказал? Юнги вынимает из чемодана три коробки с патронами и кладёт их в заднюю часть комода, а Тэхён с удовольствием наблюдает за ним. — Тэхён, я потратил много времени, охраняя людей по всему миру, и я понял одну правдивую вещь. Независимо от того, насколько некомпетентны убийцы, независимо от того, насколько они промахиваются мимо своей цели, есть один человек, который всегда принимает удар. — Кто? — Наглый шофёр. Тэхён мгновение обдумывает это, затем широко, квадратно улыбается.

***

На следующий день начинается укрепление усадьбы. Юнги и Тэхён ходят по территории бок о бок. Пока Мин говорит и указывает, Тэхён делает заметки в блокноте. Юнги показывает на каменную кладку ворот, на вершину каменной стены вдоль дороги. Указывает на высокую изгородь, отделяющую поместье от окрестностей, охватывая всю длину ограждения. Тэхён в изумлении останавливается. Юнги продолжает идти. Пока они говорят о заборе, Мин оглядывается и видит, что Чонгук смотрит на них сверху вниз с балкона. Чимин появляется рядом с ним, тоже смотрит туда, после целенаправленно уводит своего младшего брата. Мальчик не выглядит счастливым из-за этого. После того, как они заканчивают на улице, Юнги вместе с Тэхёном и домработницей, госпожой Кан, обходят дом. Юнги открывает разные комнаты, проверяя запирающие механизмы. Кажется, госпожа Кан находит всё это слишком захватывающим. Маленькая комната в конце дома около бассейна привлекает внимание Юнги. Он подходит ближе, заглядывая в окно. Внутри настенное зеркало и балетная стойка. Играет музыка. Сонун, двоюродный брат Чимина, одетый в леггинсы и топ без рукавов, делает упражнения на растяжку. Когда он замечает Юнги за окном, он машет ему рукой. Мужчина пытается открыть дверь, но, похоже, что-то сдерживает её. Приложив силу, он пробирается внутрь и наконец замечает огромного сенбернара, лежащего на полу, даже не потрудившегося пошевелиться. Собака просто скользит по полу, пока Юнги толкает дверь. Оказавшись внутри, он осматривает комнату. — Необычная тактика для сторожевой собаки, но эффективная. Сонун улыбается в ответ, жестом показывая ему: — Ты можешь осмотреться, если хочешь, — говорит он, прерывая тренировку. — В этом нет необходимости. Извини за беспокойство. — Всё в порядке. Это повод отдохнуть. Это моё личное место. Я единственный, кто здесь работает. Юнги смотрит на многочисленные фотографии на одной из стен. Большинство из них старые и принадлежат Сонуну, в некоторых рамках находятся снимки его выступления на маленькой сцене. — Моя собственная эго стена. Никаких платиновых пластинок, — Сонун хихикает. Звучит горьковато. — Ты и Чимин? — Юнги замечает изображение двух мальчиков. — Раньше я был стажёром в компании Сокджина, — Сонун мычит. — Это была моя мечта… дебютировать. Стать айдолом. Но потом к нам присоединился Чимин. Как понимаешь, он был настоящим артистом. Даже тогда у него был способ остановить шоу. Когда он дебютировал раньше меня, сразу добившись успеха, я ушёл. Во всяком случае, профессионально. — Ты никогда не возвращался? — Довольно очевидно, кто звезда в нашей семье. Кроме того, Сокджин был сосредоточен только на Чимине с самого начала. Он его золотая жила. Юнги снова смотрит на фотографию. Сонун улыбается. Это не доходит до его глаз.

***

На следующий день Юнги и Тэхён идут к закрытым гаражам. — Зависит от того, что ты называешь «намёком», — Тэхён размышляет над одним из множества наблюдений и вопросов Юнги. — Я не хочу, чтобы кто-то на улице смог посмотреть на машины и узнать, кому они принадлежат, — объясняет Юнги. Тэхён наклоняется к двери и нажимает главный выключатель. Три створки гаража начинают последовательно подниматься. — Не думаю, что здесь есть что-то, что можно было бы назвать намёком. Одна за другой двери поднимаются, показывая лимузин, который чистил Тэхён, когда Юнги впервые посетил поместье с номерными знаками с PJM2, серый Mercedes с номерами PJM3 и, наконец, чёрный Porsche Carrera с номерами PJM1. Мин смотрит на Тэхёна, который смеётся и качает головой. Он подходит к Porsche, открывая капот. Мигом осмотрев внутренности, он начинает возиться с двигателем. Он копается пару секунд, после встаёт, держа какие-то провода, и снова захлопывает капот. Он указывает на две другие машины. — Нужно поменять номера у этих двух.

***

Следующие несколько дней работы по укреплению продолжаются, рабочие с помощью бульдозера расчищают каменную кладку вокруг входа. Солнечное утро, на подъездной дорожке к поместью, сидя позади Тэхёна, Юнги учит его, как делать «управляемый занос», вращая лимузин на 180 градусов, колёса машины поднимают облака пыли. Группа наблюдающих за ними рабочих разражается спонтанными аплодисментами. Чонгук сидит на траве примерно на полпути к дому и с восторженным интересом наблюдает за происходящим. Он поворачивается, когда замечает что-то в стороне. Он видит, как рабочие устанавливают семифутовый забор. Через дорогу он замечает припаркованный чёрный внедорожник. Он начинает медленно отдаляться. Мальчику не видно, кто внутри. Один рабочий выламывает из ямы небольшой валун с помощью лома. Его напарник поднимает камень и бросает его к небольшой куче булыжников. Валун отскакивает от тыльной стороны кучи. Чимин, всё это время наблюдающий за Чонгуком из окна, видит, что камень приземляется в метре от него. Чонгук убегает, отпрыгивая будто от волны на пляже. Это беспокоит Пака. — Чонгук! Давай, возвращайся сюда! — пока он говорит, несколько рабочих тестируют пульт дистанционного управления на оконной ставне. Она опускается прямо перед лицом Чимина. Он не удивляется. По пути к брату Чонгук проходит мимо Юнги. — Я думаю, что у него чёрный 4×4. Может быть, Chevy. Больше похоже на Toyota, — бормочет он почти себе под нос. Юнги смотрит на ребёнка и переводит взгляд на улицу. Она пуста.

***

В комнате темно. Проектор выводит изображение на экран. Это письмо, угрожающее жизни Пак Чимина. ПАК ЧИМИН — ТЫ МАЛЕНЬКАЯ СУЧКА — Я ОБЕЩАЮ ТЕБЕ ЭТО — ВРЕМЯ, КОГДА ТЫ УМРЁШЬ… Лицо Юнги освещено экраном. Он находится в конференц-зале в здании Национальной разведывательной службы с двумя своими бывшими коллегами. Они оба агенты секретной службы. — Это ещё одно из тех, которые, как мы считаем, заслуживают внимания. В него было вложено много сил. Никаких отпечатков. Мы проводим над ним лабораторные работы. Возможно, это пустышка, — говорит один из мужчин, Джихун. — Это письмо, которое, по-твоему, связано с игрушкой? — спрашивает другой агент рядом с ним, Сонхо. — Так думает его менеджер, — объясняет Юнги. — Всё это дело с «Promise» — естественная вещь для новой песни и всё такое. Луч проектора гаснет, и свет включается. В комнате практически пусто. Джихун приподнимает жалюзи, впуская немного солнечного света. Сонхо предлагает Юнги сигарету, но он отказывается. Агент зажигает одну. — Я вроде как потерял тебя из виду после Синего дома, — говорит Джихун Юнги, который произносит простое «да». — Как с личными делами? — спрашивает его Сонхо. — Отлично. — Бьюсь об заклад, большие деньги? А? Юнги пожимает плечами. Джихун понимающе смотрит на Сонхо. Оба мужчины проводят Юнги в вестибюль. Джихун толкает Юнги локтём в руку. — Чёрт. Я знал это. Это большие деньги! Блять. Тебе нужен помощник? Я готов уйти. Я потерял терпимость к козлиному поведению. Ты должен увидеть придурка, которого мы прикрываем сейчас… — Шшш! — шикает Сонхо. — Кто-то хочет его прихлопнуть… — И это неудивительно, учитывая то, что говорит этот говнюк, — фыркает Джихун. — Да! Пусть сделают всем одолжение, — Сонхо иронично кашляет. — Как ты знаешь, нынче мы аполитичны. Трое мужчин лёгко смеются вместе. Когда они подходят к дверям вестибюля, Джихун поворачивается к Юнги и успокаивающе кладёт руки ему на плечи. — Мы всё проверим. Бихевиористский анализ будет готов через несколько дней. — Спасибо, — говорит Юнги, направляясь к двери. Он делает паузу. — Джихун? — Да? — Почему мне предложили это сотрудничество? — Он большая звезда. О нём заботятся важные люди, — вместо него отвечает Сонхо. — Политика и шоу-бизнес в наши дни практически одинаковы, — добавляет Джихун. — Есть какие-нибудь фотографии толпы, которые мы можем использовать? — Я пытаюсь держать его подальше от толпы. — Удачи.

***

В «Wisteria House», как обычно, много посетителей. Многие из них приходят, уходят, садятся за столики. Официанты пересекают террасу ресторана. Здесь же Чимин прощается с женщиной средних лет. Юнги стоит в нескольких метрах от Сонуна. Женщина что-то говорит Чимину, который поворачивается к Юнги. Пак что-то ей шепчет, и они оба смеются. Они целуют друг друга в щёки на прощание, и Чимин направляется к выходу. — До свидания, Сонун. Так приятно было тебя увидеть, — говорит женщина парню, когда они проходят мимо неё. Сонун машет рукой и следует за Чимином, в то время как Юнги остаётся достаточно близко, но недостаточно, чтобы это выглядело так, будто он на самом деле идёт с ними. Маленькая девочка бросается им навстречу и приближается к Чимину. Айдол смотрит на Юнги, который останавливается вместе с ним, и даёт девочке автограф. Мать девушки, стоящая рядом с ней, небрежно протягивает Сонуну свой телефон, чтобы он сфотографировал их с кумиром. Мин наблюдает, как парень безропотно подчиняется. Чимин, Хосок и Сонун вместе достигают главного выхода из ресторана, и Юнги выскальзывает из здания первым, оглядываясь по сторонам. Чимин выходит и идёт рядом в нескольких сантиметрах от него. — Я удивлён, что ты не заткнул их, — невесело бормочет он. Когда они идут к лимузину, Пак как обычно притягивает взгляды прохожих. Юнги постоянно осматривает улицу, что явно раздражает Намджуна, который пристально смотрит на него. — Эй, поехали. Бросив последний взгляд, Мин садится на переднее сиденье рядом с Намджуном. — Окей, Тэхён, поехали. Намджун смотрит на Юнги, сузив глаза. — Позволь мне объяснить тебе парочку вещей, — говорит он почти шёпотом. — Прежде всего, я люблю Чимина… Всё, что я делаю для него, я делаю с любовью. Я не какой-то наёмный грёбаный стрелок, который пытается сделать его жизнь несчастной. Пока Намджун говорит, глаза Юнги устремляются к боковому зеркалу, и его взгляд остаётся там. Неожиданно появляется черная Toyota. — Я делаю то, что ему нравится. Его счастье — всё для меня, — Ким продолжает, но Юнги даже не слушает. Он всё ещё сосредоточен на зеркале. — Без проблем. Я хотел бы узнать, как ты справляешься, Намджун. — Я прекрасно справляюсь со всем, Юнги. Смотри на меня, и научишься чему-нибудь. — Поверни налево, — повернувшись к водителю, приказывает Юнги. — Это он? — спрашивает Тэхён. Мин качает головой, потому что не уверен. — Эй, что происходит? — реагирует Намджун. Юнги игнорирует его, глядя на Toyota через зеркало заднего вида. — Срежь путь. Тэхён поворачивает лимузин, а внедорожник следует за ними в поворот. — Медленнее. Очень медленно, — шепчет Юнги шофёру. — Хочешь, чтобы я сделал сто восемьдесят? — Нет. Просто помедленнее. Машина тормозит. Сидящие сзади Чимин и Хосок отрываются от каких-то бумаг. — Почему мы останавливаемся? Мы приехали? — недоуменно спрашивает Хосок. Позади них, как будто что-то чувствуя, 4×4 с визгом делает резкий поворот налево и пропадает. Лимузин подъезжает к воротам, где сейчас рабочие устанавливают большой забор. — Остановись здесь, — говорит Юнги Тэхёну и выскакивает из машины. — А теперь проводи их до дома. Юнги мчится к лужайке и рабочей зоне. Он проходит через кусты, внезапно сквозь деревья мельком видит чёрную Toyota. Он начинает ускоряться. Когда автомобиль отъезжает, Юнги на полном ходу бежит к другому концу владения. Перепрыгивая через живую изгородь, он приземляется в заросли и несётся вниз по крутому лесистому склону к дороге, ведущей вниз. Он наблюдает за внедорожником, продолжая бежать, чтобы остановить его. Опорная стена высотой около двух метров возвышается от дороги к склону. Без паузы Юнги спрыгивает и летит всё расстояние до дороги. 4×4 рычит, проезжая мимо него, поворачивает за угол и исчезает.

***

На следующий день Юнги наблюдает за работой в поместье. Рабочие закручивают гайки, проводят монтаж электропроводки, проверяют сигнализацию. Пока всё идет по плану. В какой-то момент Чонгук тоже приходит посмотреть. Он приближается к мужчине с осторожным любопытством. — Расскажи мне о машине. — Toyota. Чёрная. — Полный привод? Поздняя модель? Юнги кивает. Чонгук выглядит довольным. — Одна загвоздка. — Какая? — с поникшим лицом спрашивает он. — Более десяти тысяч таких зарегистрированы в Сеуле. Я проверил. — Что ж, никто не идеален, хён. Да ведь? — Чонгук пожимает плечами. Мин улыбается, взъерошивая волосы мальчишки. Чимин наблюдает за общением Юнги и Чонгука под холмом. Когда мальчик наконец возвращается к бассейну, Пак откидывается на шезлонг, намереваясь продолжить загорать, и надевает наушники. Со стороны дома доносится визг сверла по металлу. Пак подпрыгивает и кричит в их сторону. — Заткнитесь, придурки! Громко простонав, Чимин уходит от бассейна в свою комнату. Начав стягивать плавки, он замечает пожилого мужчину, работающего над его окном. Он останавливается, поражённый. Это последняя капля. Парень взрывается. — Ты! Ты! Вон! Вон! Сейчас же! Иди отсюда! Уходи! В ужасе слесарь роняет свои инструменты и начинает пятиться из комнаты. — Да, сэр. Спасибо вам. Я ваш настоящий фанат, господин Пак. Всё ещё злой, но обезоруженный, Чимин корчит гримасу. — Тогда можешь взять свои инструменты с собой. Он поворачивается к окну, туда, где, как он себе представляет, находится Юнги, и, как какой-то несносный ребёнок, высовывает язык.

***

Несколько недель спустя Юнги, Тэхён и Чонгук сидят в недавно построенном караульном домике, наблюдая на мониторе за безупречным синим Lamborghini Сокджина, пока тот с рёвом пересекает участок. Всё поместье сильно изменилось.Теперь здесь присутствует охрана в форме с впечатляющим набором переключателей, фонарей и телефонов в их распоряжении. Несколько телеэкранов, один из которых транслирует серию бесконечно сменяющихся кадров с камер в задней части территории. Другой демонстрирует как Lamborghini поднимает пыль, сделав несколько последних повторов. Чонгук качает головой, как будто видит это уже не впервые. — Это Сокджин-хён? —спрашивает Тэхён. — Он обвёл его вокруг пальца, не так ли, хён? — Чонгук поворачивается к Юнги. Мин подавляет улыбку. Где, чёрт возьми, он научился этому? — Да, твой брат, конечно, заставил его нервничать. Они смотрят, как Сокджин с визгом останавливается, выходит и спешит внутрь. На элегантной открытой кухне Сонун режет фрукты на барной стойке. Чимин, выглядя очень напряжённым, берёт кусочек и опускает его в йогуртовый напиток, который готовит в блендере. Тэмин, его хореограф, стоит позади него и массирует его шею и плечи. Хосок сидит на барном стуле, как стервятник. Когда Сокджин буквально вбегает в комнату, Сонун бросает на него предупреждающий взгляд. — Я хочу, чтобы он ушёл, — рычит Чимин. — Что на этот раз? — Ким сердито вздыхает. — Он сказал Чимину, что больше никакого воскресного бранча в Grain, — объясняет Сонун. — Дело не в этом! — усмехается Чимин. — Это мои деньги и моя жизнь, и я хочу, чтобы он ушёл отсюда. — Где он? — спрашивает Сокджин, и Сонун указывает на стеклянную дверь. — Во внутреннем дворике. — Он портит мою жизнь, — продолжает разглагольствовать Пак. — Чимин-а, мне чертовски надоело бегать сюда каждый раз, когда он задевает твои чувства, — Сокджин изо всех сил старается сохранять спокойствие, высовываясь из стеклянной двери. — Юнги! Зайди сюда на минутку! — кричит он и возвращается к Чимину. — Ты знал, что он чокнутый, когда решил нанять его? — Чимин хмуро смотрит на него. — Знаешь, кто вчера не смог пройти через ворота? — вмешивается Хосок. — Кто? — Сокджин закатывает глаза. — Ю Джесук, вот кто. Тэмин хихикает в затылок Чимина, борясь со смехом. Паку тоже трудно сохранять невозмутимое лицо. Раздражённый Хосок смотрит на них, в то время как Юнги входит в дом, отодвинув двери. — Вы думаете, что это смешно? — фыркает Хосок. — Этот человек разговаривал с сотнями тысяч людей и не смог попасть сюда. — У него была назначена встреча? — спокойно спрашивает Мин. — Юнги, что случилось с бранчем в Grain? Чимин ходит туда каждое воскресенье последние три года, — Сокджин поворачивается к нему. — Я не хочу, чтобы он делал то, что делает всегда. — Я не хочу, чтобы он делал то, что делает всегда, — Чимин насмешливо передразнивает Юнги. — Этот парень псих. — Как и парни, от которых он тебя защищает, — возражает Сокджин. — Они меня не пугают, — певец включает блендер, заглушая слова Сонуна: — Подумай о Чонгуки… Юнги холодно смотрит на Чимина, пока тот раздражённо смотрит на него, выключая блендер. — Ты знаешь, что он прослушивает мой телефон? — спрашивает Пак Сокджина. — Может быть, он перестает слушать мои телефонные звонки. Всё это тяжелое дыхание… — Чего ты хочешь от меня? — Сокджин прерывает его. — Я хочу немного покоя. — Верно, — кивает Хосок. Сокджин вопросительно смотрит на Юнги. — Мы почти закончили, — сообщает ему он. — И я хочу иметь возможность съесть мой бранч со своими друзьями, — снова жалуется Чимин. — Можешь во вторник на этой неделе. — Бранч утром вторника? Где вы нашли этого парня? — Хосок смотрит на Юнги, как на марсианина. Чимин снова включает блендер и смотрит на Мина.

***

Бутик Chanel в Каннама пуст, Чимин ходит по магазину в сопровождении продавца. Ничуть не удивляет, насколько легко организовать частный шопинг для айдола, хоть он и не был доволен этой идеей, ворча что-то о том, что Юнги снова всё испортил. — Так много замечательных вещей. Я влюблён в новую коллекцию, — возбуждённо болтает Чимин, а продавец вежливо улыбается. Юнги небрежно прислоняется к одной из стен, на самом деле не наблюдая за певцом, а пристально следя за магазином и улицей снаружи. Кажется, Чимин находит то, что ему действительно нравится. — Ууу! Надо это примерить. Помощница находит его размер и протягивает ему одежду, направляясь за стойку, пока Чимин идёт в примерочную. Он бросает взгляд на Юнги, который не смотрит на него, и отодвигает тяжёлую занавеску ближайшей раздевалки. Затем он резко останавливается. — Эй, Юнги. Мужчина оглядывается, и Чимин указывает на открытые кабинки. — Не хочешь постоять здесь со мной? Просто на всякий случай. Юнги слегка качает головой и возобновляет слежку за магазином. Обернувшись, он замечает, что Чимин уже внутри кабинки. — Ты, наверное, не поверишь, но у меня репутация избалованного засранца, — говорит Пак из-за занавески. Юнги ничего не говорит. Он смотрит на улицу через витрину магазина и видит Тэхёна и Намджуна, прислонившихся к лимузину. Они выглядят такими же скучающими, как и он. — Раньше я не был таким, — продолжает Чимин. — Но ты становишься знаменитым благодаря тому, что люди думают о тебе, и довольно скоро ты становишься таким. Ничего не поделать. Юнги улыбается, но молчит. — Что ты об этом думаешь, Юнги? В конце концов, ты же такой знаток известных людей. — Я встречал нескольких. — И ты не согласен? — Ты можешь быть таким, каким хочешь быть, — категорично говорит Юнги. — Иногда это мера дисциплины, но это возможно. — Поэтому ты никогда не остаёшься с кем-то из своих клиентов? Они слишком недисциплинированные для тебя? Или ты боишься, что начнёшь заботиться о них? — фыркнув, Чимин открывает шторы и смотрит на себя в зеркало. — Верно, — безразлично бормочет Юнги. Через мгновение Пак указывает на наряд на вешалке, что висит сразу позади мужчины. — Возьми это, можешь? Юнги глубоко вздыхает и смотрит в окно. — Я здесь для того, чтобы сохранить тебе жизнь… а не для того, чтобы делать покупки. Разъярённый Чимин подбирает размер, сам хватает одежду и захлопывает за собой шторы. Он не замечает улыбки на лице Юнги.

***

Позже этой же ночью Юнги сидит один в своей комнате, освещённой светом телевизора, одетый в элегантный синий костюм и галстук. Он смотрит музыкальные клипы и выступления Чимина, записывая слова на жёлтом блокноте, лежащем у него на коленях. Некоторые фразы обведены кружком. Во время просмотра выражение его лица меняется. Как будто он действительно впервые смотрит на Чимина сейчас, наблюдая за его выступлением. На секунду кажется, что Чимин поёт только для него, страстный и уязвимый. Юнги открывает небольшую коробочку и достаёт аккуратное украшение. Эмалированная брошь в виде стрекозы в сине-золотом цвете. Он застёгивает застёжку, проверяя, держится ли она, и снова смотрит в экран.

***

Спальня Чимина на удивление свободна и проста, почти пуста, если не считать его коллекции плюшевых игрушек разного размера на полках и кровати. Он одевается к вечеру, стилист стоит позади него и укладывает его волосы. Музыка, доносящаяся снаружи, привлекает внимание Чимина, он встаёт и подходит к окну. Глядя через сад, Пак замечает свет в комнате Юнги и слышит оттуда свой собственный голос. Песня играет в ночи над залитым лунным светом поместьем.

***

Юнги показывает Тэхёну, как проверять днище лимузина с помощью наклонного зеркала на палке. Оба сидят на корточках около автомобиля, и вдруг внезапный шум заставляет их взглянуть вверх. Чимин, одетый с иголочки и чертовски горячий, выходит из дома вместе с Хосоком и Сокджином. Намджун следует за ними, направляясь к машине, где их ждут Юнги и Тэхён. Мин замечает, что Чонгук стоит в дверном проёме в окружении охранников в униформе. Мальчик машет ему, сияя своей фирменной кроличьей улыбкой. — Я думал, это ужин, — бормочет Юнги Тэхёну, который только пожимает плечами. — Мы собираемся куда-то ещё? — повернувшись к Хосоку, спрашивает он. — Аура, Юнги. — Что за Аура? — Это клуб, Юнги. Давай, Тэхён, поехали, — говорит Хосок, начиная забираться в лимузин. — Хосок, ты должен был сказать мне об этом. — Я только что сказал. Он исчезает в лимузине, оставляя очень недовольного Юнги снаружи. Чимин подходит к нему и поправляет лацканы его пиджака, осматривает с головы до ног, стряхивая что-то с его плеч. — Хороший костюм, Юнги, — он собирается сесть в машину, но мужчина останавливает его. — Чимин, — Юнги вынимает из кармана небольшую блестящую эмалированную брошь. — Я хочу, чтобы ты принял это. — Для меня? Очень красиво, — Чимин смотрит на неё, одновременно взволнованный и сбитый с толку. — Она оснащена радиопередатчиком. Когда ты закрываешь застежку, она подаёт сигнал. Если вдруг возникнет проблема и мы разминёмся, просто нажми на неё, и я буду знать, что я тебе нужен. Кажется, у Чимина нет слов. Он не знает, что ответить, и ему даже не удаётся сказать простое спасибо, потому что Хосок нетерпеливо высовывает голову. — Окей, он узнал, как это работает, а теперь поехали. Пак быстро улыбается Юнги, садясь в лимузин. Мин садится впереди, занимая своё обычное место рядом с Намджуном. Лимузин трогается. По дороге в клуб тихо играет радио, а Чимин, Хосок и Сокджин пьют шампанское в задней части салона. Внезапно в середине песни музыка останавливается, и голос радиоведущего звучит через автомобильные динамики. — Вы слушаете Big B, K-Pop радиостанцию №1. И да, у нас для вас есть эксклюзивные новости. Мы говорили вам, что раскроем загадочного гостя… и если вы один из немногих, кто не слышал, это Пак Чимин в Ауре. Юнги увеличивает громкость. — Пак Чимин появится сегодня вечером как особенный гость на вечеринке по случаю празднования 25-летия Mnet. Но если у вас нет билета, можете забыть о посещении мероприятия. Полиция просит нас держаться подальше. Так что все, пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Оставайтесь с нами, и мы постараемся получить для вас несколько интервью. Напоминаю, вы слушаете Big B. Нахмурившись, Мин оглядывается на Хосока, который молча произносит: — Это не я. Машина поворачивает за угол, и вот она, Аура, всего в пятидесяти метрах, толпа фанатов тянется от клуба на тротуар и улицу. — Блять, — ругается Намджун себе под нос. Хосок вскрикивает с бесконтрольным восторгом в задней части лимузина. Юнги просто недоверчиво смотрит вперёд. Когда они останавливаются, шум толпы становится громче. Они сходят с ума при виде приближающегося лимузина, который съезжает на парковку и направляется за кулисы. Лица фанатов направлены в окна, они пялятся на Чимина. Безумие возрастает, когда лимузин проезжает мимо. В окна машины светят фонарики телефонов и фотоаппаратов. Все щурятся из-за яркого света. Охрана пытается сдержать фанатов, когда лимузин останавливается. — Чимин! Чимин! Мы хотим Чимина! — скандирует толпа. В тот момент, когда певец выходит из машины широкая улыбка, работающая на камеру, расцветает на его лице. Зажатый между Хосоком и Сокджином, с Намджуном впереди и Юнги позади, он величественно шагает вперёд. Молодая женщина преодолевает барьер, двигаясь к Чимину, но Юнги хватает её за руку, грациозно ведя через весь проход, а затем передаёт в руки охраннику. Чимин входит в помещение, готовое к приезду звезды его уровня. Цветы на каждой поверхности. Одна композиция настолько велика, что её разместили на полу. Юнги проверяет их все с помощью манометра, прежде чем позволить певцу сесть. Затем он выходит, настороженно закрывая дверь. Его глаза изучают толпу людей, слоняющихся возле гримёрной. В нескольких метрах от них Хосок разговаривает с рассерженным журналистом с диктофоном. — …и это мой эксклюзив? — Клянусь, я думал, что он поговорит с тобой. Может быть, позже. Ничего не могу поделать.

***

В гримёрке Чимин сидит перед зеркалом, надевая фиолетовую ковбойскую шляпу, которая идеально сочетается с его фиолетовым костюмом. Он замечает среди цветочных композиций небольшой букет ландышей. К нему прикреплён конверт с надписью «Чимин». С любопытством Пак тянется к нему и открывает. Когда он разворачивает конверт и читает записку, выражение его лица становится крайне шокированным. ПАК ЧИМИН — ПРИГОТОВЬ СВОЮ ДУШУ К СМЕРТИ — Я ОБЕЩАЮ ТЕБЕ, ВРЕМЯ УМЕРЕТЬ… Чимин вскрикивает, роняя бумагу на пол. Хосок, Сокджин и Юнги взрываются в комнату, как только слышат крик. Певец выглядит ошеломлённым, потерянным. Он указывает на записку на полу, Сокджин поднимает её и передаёт Юнги. — Он отправил ещё одно. — Что значит «ещё одно»? — Чимин сразу это понимает. — Они не сказали тебе? — Юнги быстро смотрит на Хосока. — Сказали мне что? Сокджин глубоко вздыхает, прежде чем начать объяснять. — Раньше уже приходило несколько писем, Чимин-а… с угрозами, странностями… — Мы не хотели тебя волновать, — перебивает Хосок. — …и кто-то проник в дом, — голос Кима тихий и осторожный. — Кто-то был в моём доме? — парень начинает паниковать. — Так. Давай не впадать в истерику, — Хосок пытается его успокоить. Это, разумеется, не срабатывает. Юнги не уверен, есть ли какая-то прямая опасность, но он всё же считает, что Чимину лучше покинуть это место. — Давайте выведем его отсюда. — Кто-то был в моём доме? — снова спрашивает Чимин, глядя на Хосока. — Это было несколько недель назад. Тебя не было в городе.  — Чонгук был дома в это время? — Слушай, Чонгук в порядке. Теперь дом похож на Форт-Нокс. Верно, Юнги? — Мы должны вывести его отсюда прямо сейчас, — повторяет Мин, но куда более настойчиво. — Никто не может… — голос Хосока задумчиво затихает. — Никто не может что? — глаза Пака расширяются. — Нет, подождите… слушайте, все успокойтесь. Успокойтесь. Давайте просто узнаем, как он. Как ты себя чувствуешь, милый? Чимин просто безмолвно смотрит на Хосока. Кто-то входит с цветами, и Юнги прогоняет их, осторожно закрывая дверь. — Я не могу защитить его здесь, — сухо говорит он. — Как вы думаете, он тут? — голос Чимина дрожит, он глядит на Сокджина, у которого нет ответа, который ему нужен. В конце концов, он поворачивается к Юнги. — Он здесь, не так ли? — Может быть. — Мы этого не знаем. Юнги, мы этого не знаем, — стонет Хосок. — Но вы же знаете, что он был в моём доме… Боже мой! — Пак в ярости. — Поехали домой, Хоба, — Сокджин пытается убедить Хосока. — Мы должны сделать объявление. — Хорошо, но это сделаешь ты. Они разрушат это сраное место. Глубоко вздохнув, Ким выходит из гримёрки. На сцене стоит одинокий микрофон. Толпа становится нетерпеливой. Они начинают ритмично аплодировать. Сокджин робко выходит на сцену. Он явно не рад быть здесь. Дотянувшись до микрофона, он постукивает по нему пальцем. — Извините… привет… Мне нужно сделать объявление. Мне очень жаль, но… в связи с обстоятельствами, выходящими за рамки… — Где Чимин? — кричат голоса, не давая ему закончить. Хор свиста заполняет комнату. Сокджин поднимает руки, но толпа становится всё громче. Юнги ведёт Чимина к выходу, когда начинается рёв фанатов. «Чимин! Чимин! Чимин!». По мере приближения к выходу он становится громче. Выражение лица Пака представляет собой смесь страха и унижения. Когда они почти достигают выхода, он внезапно останавливается. — Подожди. Юнги поворачивается и смотрит на него почти умоляюще. — Чимин… не делай этого. Оно того не стоит. — Ни один ёбаный урод не прогонит меня со сцены, — Чимин быстро перебивает его. Он идёт обратно, и Юнги шагает вслед, за ним же следует Хосок. На сцене Сокджин по-прежнему пытается закончить анонс. — Боюсь, что… Толпа разражается аплодисментами. Ким сбит с толку. Он не видит, как Чимин подходит к нему сзади. — Чимин не сможет… Пак встаёт рядом с ним, сияя. Он любезно кланяется и хлопает в ответ поклонникам. Сокджин в замешательстве отступает. Показывая в его сторону, Чимин говорит в микрофон: — Ким Сокджин, дамы и господа. Спасибо, Джин-хён. Привет всем. Здравствуйте! Разве Mnet не лучший? Меня попросил исполнить песню к годовщине их генеральный директор, сам Хо Минхо. Надеюсь, вы не возражаете. Толпа одобрительно ревёт. Юнги нервно осматривает помещение, а Чимин улыбается и движется по сцене. Начинает играть музыка. Скрывая очевидный страх, Пак начинает петь. Когда он убирает руку с микрофона, его пальцы дрожат. Он снова сжимает его, чтобы скрыть своё беспокойство. Мин смотрит в сторону сцены. Залитый светом в самом центре Чимин выглядит таким одиноким и уязвимым. В следующую секунду их взгляды пересекаются, и Юнги испытывает укол сожаления из-за того, что не попытался изо всех сил помешать ему выйти сюда. Певец снова смотрит на свою тихую аудиторию. По мере приближения к концу песни голос Чимина становится всё сильнее. За кулисами Хосок подходит к Юнги, воинственно вставая между ним и его взглядом на певца. — У нас тут проблемы с коммуникацией? — Что? Присутствие Хосока отвлекает. Юнги отступает в сторону, чтобы лучше рассмотреть сцену, но Чон тоже двигается. — Видимо, я не объяснил тебе, как здесь обстоят дела. — Ты сказал мне, что расскажешь ему. Но ты этого не сделал. — Я сомневался, что он справится с этим. — Но он справился с этим нормально. Юнги продолжает смотреть через плечо Хосока, его бдительность не ослабевает. Успокаиваемый и питаемый очевидным восхищением публики, страх Чимина начинает отступать. Песня берёт верх. Тогда Хосок меняет свою тактику на конфиденциальную, «один на один». — Послушай, Юнги. Я знаю, о чём ты говоришь. Я знаю, что ты хочешь лучшего для Чимина. Я понимаю это. У тебя есть работа. Но ты должен понимать, что у Чимина тоже есть работа. И это то, что он делает здесь. Он работает, Юнги. Это то, что он делает, и вот, как это происходит. Сейчас он популярен. Сейчас его время. Если он не выберется отсюда, он мёртв. Забудь о безумных угрозах смерти, он всё равно мёртв… Смотри, при правильном обращении, это дело могло бы быть полезно для бесплатной рекламы на сотни миллионов вон. Юнги хватает его за воротник его смехотворной разноцветной рубашки и прижимает к стене. — Одно слово, — говорит он сквозь стиснутые зубы. — Это могло бы закрепить его в номинациях на КМА. — Одно слово прессе обо всём этом… Хосок кивает, почти задыхаясь. Юнги усиливает хватку, но его внимание привлекает новый рёв толпы. — Твоя проблема в том, что ты не понимаешь, как это повлияет на исход голосования.

***

Чимин оглядывает толпу, раскинувшуюся перед ним, как сюрреалистичную картинку. Фонарики фотоаппаратов безумно взрываются сквозь софиты. Громкие овации действуют как стимулятор. Он бросает взгляд на Юнги и одаривает его улыбкой «непослушного парня», прежде чем вернуться к толпе. — Вам нравится? Хотите послушать ещё одну? Господин Хо? Хо Минхо кивает, находясь за кулисами. Кажется, публику всё устраивает. Начинается новая песня, на этот раз в танцевальном ритме. — Мне кажется, мои ноги пытаются мне что-то сказать… хотите посмотреть моё новое видео? Толпа взрывается. Они знают песню. Они начинают двигаться вместе с Чимином. — Я хочу танцевать… Пак перебегает на другую сторону сцены, раздразнивая своих поклонников. Его новое музыкальное видео начинает воспроизводиться на видеостене позади него. Толпа устремляется вперёд. Двое охранников нервно напрягаются, наблюдая за публикой. Когда один из фанатов пытается подняться на сцену, Юнги протягивает руку и выводит его из равновесия, так что мужчина падает обратно в зал. Другой фанат поднимается на сцену с другой стороны. Один охранник выскакивает, отталкивает вентилятор и спешит в дальний угол, чтобы восстановить бдительность. Толпа возбуждается ещё больше, прижимается ближе, пытается коснуться Чимина. Охранники удерживают их, но певец жестом приказывает им отступить. Задача Юнги внезапно становится невыполнимой. Лес рук и лиц начинает поглощать Чимина, и любой из них может оказаться убийцей. Глаза Мина бегают по ним всем, его пристальный взгляд напряжён, будто пытается удержать их силой воли. Чимин смотрит на Юнги. Негодование телохранителя почти опьяняет его. Он перебегает через край сцены, и девушка выскакивает из толпы, чтобы присоединиться к нему. Мин инстинктивно делает шаг вперёд, но Чимин с улыбкой отмахивается от него. Схватив девушку за талию, он начинает эротично танцевать с ней, врезается и трётся. Толпа одобрительно ревёт. Юнги быстро анализирует сцену, затем говорит в микрофон, спрятанный в рукаве. На другом конце комнаты Тэхён слушает его, прижимая наушник к уху. Следуя инструкциям, он спешит к выходу. Мужчина начинает двигаться к сцене. В этот момент счастливая поклонница, танцующая с Чимином, обнимает его за шею, и они начинают весело кружиться. Один из охранников бросается вперёд, чтобы оттащить её, но танцующая пара сильно врезается в него, теряя равновесие, и падает с края сцены — прямо в обожаемые руки полдюжины фанатов. Публика сходит с ума. Это то, чем был известен Чимин, когда только начинал. Сцена напоминает схватку в регби… с Чимином в роли мяча. Юнги видит, как его несут над головами фанатов — глубже в толпу. Его пиджак разорван. Шляпа срывается с его головы и исчезает в толпе. Страх отражается на лице Чимина. Он пересёк черту, в прямом и переносном смысле. Он потерял контроль. Намджун и охранники пытаются добраться до него, расталкивая тела в стороны. Юнги замечает огнетушитель. Он хватает его и направляется к центру сцены. Он целится в толпу между Чимином и сценой, химическая пена делает своё дело, накрывая фанатов. Мин прыгает на пол, толкает молодого светловолосого мужчину с дикими глазами в грудь и пробивается к Чимину, обнимая его. Намджун подбегает к Юнги, сбивает поклонника со сцены и машет Мину, чтобы тот следовал за ним. — Намджун, не туда, — кричит Юнги. — Я позабочусь об этом, — Намджун направляется к двери. — Просто следуй за мной. Он поворачивается и шагает вперёд, как бык, даже не проверяя, идёт ли за ним Юнги или нет.

***

Юнги и Чимин выходят из темноты между двух мусорных баков и садятся в лимузин, который подогнал сюда Тэхён. Автомобиль отъезжает с визгом шин, едва попадая в поле зрения Хосока, который, шатаясь, выходит из здания. — Эй! Какого хрена… Юнги! Юнги! Вернитесь! — кричит он. Лимузин вылетает за угол и ускоряется по улице, оставляя Хосока в беспомощном состоянии — взбешённым и потерявшим дар речи. В лимузине Юнги поворачивается и смотрит на Чимина. Он миниатюрный, похожий на куклу, одинокий в центре большого сиденья. Его руки поднимаются к лицу, и его тело в рваной рубашке начинает трястись от рыданий. Мин отворачивается, чтобы не смотреть на него, но чувствует себя некомфортно. Тэхён замечает, что происходит, и тихо говорит: — Никогда не делал такого раньше. — Это была долгая ночь, — Юнги вздыхает рядом с ним. Внутри клуба толпа редеет. Где-то за кулисами горит тусклый технический свет. На сцене полный беспорядок, уборочная бригада приступает к работе с мусором. Приближаются шаги. Кто-то идёт, делая паузы, будто что-то ищет. На полу валяется небольшой кусок ткани, фрагмент разорванного костюма Чимина. Шаги останавливаются. Молодой человек со светлыми волосами осторожно берёт его и подносит к лицу, глубоко вдыхая, прежде чем двинуться дальше.

***

Юнги ждёт снаружи в коридоре, пока Чимин проверяет своего брата. Чонгук крепко спит в своей постели. Оставив мягкий поцелуй на его плече, Пак уходит, открывает дверь в свою комнату и отступает, позволяя Юнги войти первым. Мужчина быстро проникает внутрь, проверяет окна и французскую дверь, а Чимин молча ждёт его у входа. Всё чисто. Юнги оборачивается и приближается к Паку, который начинает дрожать. Мягко протягивая руку, Юнги обнимает его за талию и ведёт в кровать. Он отодвигает плюшевые игрушки, разложенные на подушках. Руки Чимина автоматически берутся за рубашку, но они так сильно трясутся, что он не может расстегнуть все пуговицы. Юнги медленно расстёгивает их, и Чимин охотно позволяет ему снять рубашку, а затем и брюки. Между ними не звучит ни слова. Сейчас они не нужны. Чимин стоит в нижнем белье, по-прежнему дрожа, Юнги стягивает одеяло и осторожно укладывает его в кровать. Когда он поправляет одеяло, Пак хватает его за руку. Мужчина смотрит вниз и гладит его по лбу, как ребёнка. — Разве ты не спросишь, почему я так себя веду? — спрашивает Чимин тихим и слабым голосом. Юнги подносит руку к его щеке, лаская мягкую кожу. — Я знаю, почему.