Starting Over Again / Начать сначала

      — Что ты будешь? — Генри плюхнулся на диванчик напротив Реджины.       Она улыбнулась его казалось бы бесконечной жизнерадостности.       — Не знаю, — она взяла меню и тут же прикусила язык, вспомнив, что изо дня в день делала один и тот же заказ. Чёртова ошибка. Быстро добавила: — Думаю, на этот раз было бы неплохо попробовать что-нибудь новенькое. Как считаешь?       Генри смерил её недоуменным взглядом.       — Например?       — Не знаю. Например, омлет или, скажем, крепы [1]? — она быстренько изучила меню, надеясь, что взгляд зацепится за что-то кроме яблочных блинчиков, которые она всегда заказывала.       — Ты не хочешь блинчики? — Генри усмехнулся. — Брось, мам, ты же знаешь, что хочешь блинчики. Не говори, что ты на диете.       Она взглянула на сына и поняла, что он подшучивает над ней. Улыбнулась.       — Нет, маленький принц, но иногда человеку нужно что-то менять в заведённом распорядке. Жизнь становится интересней.       Генри откинулся на спинку дивана и склонил голову набок.       — Да, но я не думал, что ты из таких людей. Ты постоянно говоришь мне, как важно придерживаться распорядка.       Информация не сильно удивила. Напротив. Она должна была предвидеть что-то такое. В тетрадях было описано по меньшей мере пятнадцать различных ритуалов. Вздохнув, Реджина положила меню на стол.       — Хорошо, ты поймал меня, — она лихорадочно пыталась придумать ответ, который удовлетворил бы любопытство не по годам сообразительного сына. — Я ездила в Бостон, чтобы узнать что-нибудь новое для себя, и к некоторым советам решила прислушаться.       Генри скрестил руки на груди и посмотрел на неё красноречивым взглядом. Он явно хотел услышать эти некоторые советы.       Интересно, подумала Реджина, от кого он перенял тактику ведения разговора? Если от неё, хотелось бы верить, что все эти уловки отложились где-то в подсознании, и при необходимости она сможет применять их с не меньшей эффективностью. Она неловко поёрзала на сиденье, и Генри ещё сильнее сощурил глаза.       — Один человек сказал, что я должна стать лучшей матерью и лучшим мэром, и это — в некоторой степени — поможет мне обрести счастье, — Генри необязательно было знать, что она сама себе оставила письменные инструкции. — Я немного подумала, согласилась, что доля правды в этом есть, и решила внести коррективы в наш установленный распорядок, — сдержанно улыбнулась. — Нам незачем проживать один и тот же день снова и снова, правильно? Какое в этом удовольствие?       — Не хочешь превращаться в героя Билла Мюррея? — заулыбался Генри.       Реджина понятия не имела, о ком идёт речь, и это отразилось на её лице.       — В кого?       — Да ладно? Билла Мюррея? — он покачал головой. — В Фила? — снова ничего. — Брось, мама! Ты никогда не любила его фильмы, но не настолько же! В смысле, я знаю, что тебе не нравится Билл Мюррей, но…       — Кому не нравится Билл Мюррей? — встряла в разговор подошедшая Эмма.       — Маме, — Генри кивнул на сидевшую напротив Реджину. — Она терпеть его не может.       — Правда? — Эмма жестом приказала сыну подвинуться и, не дожидаясь разрешения, плюхнулась рядом с ним. — Как можно не любить Мюррея?       — Во-первых, — Реджина поверить не могла, что ей с утра пораньше придётся отбиваться от Эммы Свон. Она не была готова к новой стычке. — Не помню, чтобы приглашала вас позавтракать вместе с нами, шериф Свон.       — Да ладно тебе, мам, — заныл Генри. — Почему она не может остаться? Ну, пожалуйста, пусть Эмма посидит с нами.       Реджина умом понимала, что должна следовать собственным наставлениям, но сердцем хотела согласиться. По какой-то причине её влекло к шерифу, да и что плохого в семейном завтраке? Она вздохнула.       — Хорошо.       — Да… — прошипел Генри торжественно.       Реджина даже не взглянула на него.       — Во-вторых, я не знаю Билла Мюррея и не могу сказать, нравится он мне или нет.       — Он — актёр, — сказала Эмма прямо без намёка на улыбку. — Снимался во многих фильмах, в том числе в «Дне сурка», где главный герой снова и снова проживает один день своей жизни. Но ты можешь его не знать. Юмор в фильмах подростковый.       — Мама! — Генри помахал, чтобы привлечь внимание Реджины, которая не сводила пристального взгляда с Эммы. — Ты его знаешь. Фила. В своё время мы часто пересматривали этот фильм. На самом деле, — произнёс он задумчиво. — Мне кажется, кассеты до сих пор где-то валяются, можно поискать.       — Ах… — не сказать, что после подсказки Реджина почувствовала себя увереннее, но она не хотела и дальше демонстрировать невежество. — Как я могла забыть? — она передёрнула плечами. — Что ж, шериф, если вы настаиваете на том, чтобы позавтракать с нами, что изволите заказать?       Эмма оставалась невозмутимой.       — Не знаю. Сначала мне хотелось яблочных блинчиков, — она заглянула в меню поверх плеча Генри, — но сейчас я бы не отказалась от омлета.       Генри переводил насмешливый взгляд с одной матери на другую. Реджина сразу смекнула, что сын задумал какую-нибудь пакость, но сомневалась, а надо ли так слепо доверять инстинктам?       — Почему бы вам не заказать плато на двоих? — ещё как надо. — Я знаю, что мама хочет яблочные блинчики, даже если утверждает обратное, а ты обожаешь омлет, но вы обе хотите попробовать что-то новое. Сделайте обычные заказы и поделитесь.       Эмма смерила его убийственным взглядом. Реджина предположила, что мисс Свон разделяет её подозрения насчёт Генри, замыслившего хитрость.       — Я не собираюсь делиться едой с мисс Свон.       Эмма закатила глаза.       — Почему нет? Я ничем не болею, если ты об этом.       Реджина даже близко не задумывалась о таком.       — Вы серьёзно хотите поделиться со мной едой, мисс Свон? — в голосе прозвучали оборонительные нотки, и это ей самой показалось перебором.       — Я не возражаю, — пожала плечами Эмма. — Пацан предложил дельный план. Может, согласимся? И потом, мадам мэр, время не стоит на месте. Если не поторопимся с заказом, Генри опоздает в школу.       — Хорошо, — Реджина с силой сжала меню. — Позовите кого-нибудь, чтобы мы могли сделать заказ.       Генри приподнял бровь, и Реджина это заметила. В чём проблема? Неужели обычно она сама делала заказы? Или сын удивился из-за того, с какой лёгкостью она согласилась на его авантюру? Впрочем, слово не воробей — сказанного не вернёшь. А когда официантка наконец-то подошла к ним, Реджина напрочь забыла о неоднозначной реакции сына, заинтригованная историей Красной шапочки из книги сказок. Генри решил скрасить ожидание чтением вслух. И представленная им версия здорово отличалась от общеизвестной: в ней Красная шапочка была оборотнем. Захватывающее чтиво.       Завтрак прошёл без приключений. Эмма и Генри, дорвавшись до еды притихли, и Реджина призывала обоих поторапливаться, чтобы никто не опоздал в школу и на работу. Времени на лишние разговоры не осталось. Но облегчение, которое она почувствовала, когда высадила сына возле школы, исчезло, как только она вспомнила, что забыла все привезённые подарки в особняке. Пришлось разворачивать машину и возвращаться домой. Не входить же в офис с пустыми руками. Меньше всего на свете Реджина хотела портить отношения с помощницей, которая могла помочь сохранить ей карьеру, а могла и разрушить до основания.

***

      — Итак, — едва переступив порог кабинета заговорил Дэвид, — по городу пронёсся слушок, что ты завтракала с Генри и Реджиной.       Эмма пожала плечами.       — Мы оказались в одно время в одном месте. Вот я и присоединилась.       — Значит ли это, что Реджина больше не злится на тебя? — Дэвид, скрестив руки, послал ей свой лучший «отцовский» взгляд.       — Нет, — она покачала головой. — Она относится ко мне почти так же, как до падения первого проклятия.       Дэвид скривился.       — Полагаю, это лучше, чем ничего. С твоей одержимостью покончено? С Реджиной всё в порядке, и теперь ты знаешь, что она не собирается ненавидеть тебя до скончания времён.       — Это такой очень тонкий намёк, чтобы я снова начала общаться с Крюком? — Эмма театрально запрокинула голову и испустила долгий стон. — Ну почему, если мне кто-то не нравится, окружающие не могут обойти это стороной?       — В один день ты целуешься с ним перед закусочной, в другой — орёшь посреди «Кроличьей норы», чтобы держался от тебя подальше, — пожал плечами Дэвид. — Стремительные перемены.       — Слушай, я знаю, что он тебе нравится, и я знаю, что ты считаешь его классным парнем. Вы с Мэри-Маргарет уверены, что он подходит мне, но на самом деле… — она взмахнула рукой. — Я думаю, в какой-то момент я просто сдалась.       Дэвид недоуменно покачал головой.       — Как это?       Эмма выразительно посмотрела на него, всем видом показывая, что думает про его не слишком выдающиеся умственные способности.       — Дэвид, он бегал за мной очень долго. Был безумно настойчив, совершал великодушные поступки, чтобы показать, как сильно изменился, и доказать свою любовь. Но ты знаешь, я много раз отшивала его, — отец кивнул. Она тяжело вздохнула. — Когда два человека прошли через многое, и один из них давит другого настойчивостью, происходит одно из двух. Преследуемый либо сдаётся и соглашается попробовать, либо сбегает куда подальше. Сбежать я не могла, — помолчала. — Думаю, я решила попробовать.       — И не получилось? — разочарованным Дэвид не выглядел, и это было странно, поскольку Эмма ждала от него именно этого.       — Мне не нужны люди, которые бегают за мной потерянными щенками или считают своим долгом защищать меня от всего на свете, — Эмма пожала плечами. — Я не бедовая и не заколдованная принцесса. Мне не нужна вся эта романтика, понимаешь? — она поморщилась, не потрудившись скрыть, как ей претит сама мысль вступить в подобные отношения. — Я не хочу. Мне нужен равный. Кто-то, кто понимает, что иногда мне не хочется принимать решения, а иногда не хочется даже разговаривать. Кто-то, кто сможет уравновешивать меня, кто осознаёт, что я не трофей, что своей благосклонностью не оказываю честь, — она наклонилась вперёд, поставила локти на колени и уставилась в пол. — Мне нужен человек, который понимает, кто я, и который признаёт меня равной себе, — она взглянула на отца. — Это же не бессмыслица, правда?       — Нет, — со вздохом ответил тот. — Ты всё ещё ищешь свою истинную любовь.       — Это не Крюк, — проворчала Эмма.       — Думаю, нет, — Дэвид сунул большие пальцы в передние карманы джинсов. — И это нормально. Я поговорю с твоей матерью.       — Спасибо, — она посмотрела на часы. — Мне пора. В двенадцать в мэрии состоится встреча с шахтёрами. Не хочу опаздывать.       Дэвид кивнул.       — Я тебя прикрою. Удачи.       — Она мне понадобится, — буркнула Эмма и, подхватив со стола несколько папок, выскочила за дверь.