О братьях и любви

      Тобирама мечтал об этом. Так желал, аж до дрожи. Приложил все усилия, чтобы достигнуть того, что хочет.       Любви старшего брата.       Такой любви, что не остаётся места в сердце ни для кого больше. Такой поглощающей. Такой, чтобы лишь один Тобирама был центром Вселенной. Ради него и в огонь, и в воду…       Только стоило ли оно того? Годы, потраченные на брата… Чётко построенный план, что сработал безотказно.       Пока Тобирама добивался благосклонности, чтобы его любили не просто, как прекрасного младшего брата, а как человека. Мужчину, с которым можно построить счастливые отношения.       Да запретные. Да порочные. Грязные, отвратительные, но такие желанные! Разве о многом просит?       А Тобирама больше так не любит. Целиком, полностью. С учащённым сердцебиением, детским азартом и порочными мыслями в голове.       Гнобит себя, корит и смотрит на безумно влюблённого Хашираму. Так, что у того крышу порой сносит. Не может себя контролировать и от этого… Ужасно страшно. Порой до чёртиков. Хочется броситься бежать куда глаза глядят. — Тобирама, я рад, что ты приехал, — улыбается старший брат.       Обнимает. Целует в висок. Сдавливает сильнее. Только не чувствуется ответной любви. Не хочется так же поцеловать, обнять.       Тобирама замирает. Ноги дрожат и холодеют пальцы. Да что же такое?! Ведь Хаширама самый лучший на свете старший брат, который не обидит никогда. Не повысит голоса и положит к ногам весь мир ради счастья младшего брата. Да о таком мечтать можно!       Тобирама мечтал. Давно. Лет пять назад, а сейчас, когда добился своего — струсил. Ему страшно и мерзко.       По спине холодный липкий пот. Ощущение, что его трогает мерзкий старик-извращенец. Каждое прикосновение отзывается отвращением и позывом тошноты. Каждое прикосновение, как домогательство. Неприятно и хочется отстраниться. Только тело не слушается и приходится терпеть и ждать, пока Хаширама сам отпустит. — Я тоже рад, — фальшиво-искренне улыбается, тянет губы и застывает, когда старший брат целует.       Коротко. Противно холодно и это отзывается диким воем внутри и тяжестью на душе. Мерзкое чувство, словно грязью облили. Хочется молить, чтобы Хаширама не трогал. Тобираме неприятно, но слова застревают в глотке, и он откладывает до следующего раза. Потом всё дальше и дальше.       Он не может признаться. Каждый раз комом и даже трудно дышать. Когда-нибудь это дойдёт до точки невозврата, но это уже другая история.       …Тобирама так желал любви, но всегда нужно уточнять желаемое и помнить об обратной стороне медали.