Два процента

Следующие пару дней Стив заставил Баки пролежать в постели, строго следя за тем, как затягивается рана. Пуля задела левую почку и неплохо порезвилась в кишках, и не будь Баки супером, точно сдох бы еще в кабинете, прямо на руках у Старка. Ебаный Старк. От одной мысли о… обо всем этом у Баки в груди поднималась душная волна, хотелось вскочить с чертовой кровати, найти этого лживого ублюдка и разорвать к хуям, вбить самодовольную улыбочку ему в рожу. Неплохо повеселился за эти месяцы, а? Баки, задыхаясь от унижения, вспоминал, как писал ему по ночам, когда становилось совсем невмоготу, доверял… доверял свою жизнь. Боже, сколько раз он полагался на Жес… на Старка на миссиях. Какой же наивный идиот, боже. Какой идиот. Сам ведь подставился. Все сам. Подкинул стикер со своим номером, отвечал и писал. Обсуждал планирующиеся рейды. Позвал на свидание… Баки зажмурился и воткнул металлические пальцы под бинт, зашипев от спасительной боли, облегчившей резь в груди и глазах. А он еще удивлялся, что Старк по ночам всегда на связи, всегда отвечал ему сразу же. Еще бы, гребаный вампир, разумеется, не спал ночью, наверняка проворачивал свои вампирские делишки. Да блядь. Баки не мог поверить, что Старк действительно оказался с двойным дном, что именно он все это время спонсировал хищных, снабжал их оружием и укрытием. Стейн все рассказал как на духу, и данные агентов это подтверждали. Баки снова пролистал их бесконечную переписку. Твою мать, он ведь и правда хотел предложить встретиться по-настоящему, в какой-нибудь кафешке. Без маски и костюма. Все думал, как бы подступиться к этой теме, не спешит ли он, интересно ли это вообще, или они только напарники? А Баки правда считал его другом. Почти таким же близким, как Стив. Он тяжело сполз с кровати, доплелся до кухни, сунул под кран стакан. Вода ударила с сильным напором, забрызгав ему руки и живот. Намочила бинт. Баки чертыхнулся и отпрянул, зарычав от полоснувшей рану боли. Первой мыслью было сфоткать это безобразие и отправить Жестянке. Поймав себя на этом желании, Баки, взбесившись, саданул левым кулаком по раковине. Раковина крякнула и отвалилась, из сорванного крана ударил фонтан ледяной воды. — Ах ты блядь! — Баки шарахнулся в сторону, матерясь и отплевываясь. Его окатило всего, от макушки до пят, даже трусы намокли, неприятно облепив все в паху. Баки подлез под повисшую раковину, вздрагивая от брызг, бьющих в спину, повернул вентиль, перекрывая напор. — Господи Иисусе! — Стив ворвался на кухню, когда все уже было закончено. — Баки… Ты как всегда, — вздохнул он, осматривая место битвы. Пол был залит, раковина вот-вот отвалится, а Баки без сил сидел на коленях посреди лужи, весь мокрый, взъерошенный и несчастный. Бок сильно болел, наверняка пара швов разошлась, а значит, его ждет еще одна лекция от Стива, пока тот будет его латать. Стив вытащил из корзины грязное постельное белье, кинул на пол. Вода перестала расползаться по всей кухне. — Вставай, Бак, пошли посмотрим швы. И перебинтовать надо, все мокрое. Разумеется, пришлось зашивать по новой. Баки неподвижно лежал и морщился, пока сквозь кожу протягивали иглу с нитью. Больно было терпимо, плюс Стив сбрызнул анестетиком вокруг шва. Мокрый окровавленный бинт валялся рядом, сбитый в противный комок. — Если бы бригада прибыла на пять минут позже, ты бы умер, — сказал вдруг Стив. Совершенно не к месту. — Сыворотка бы не справилась. — И что? — проворчал Баки и втянул со свистом воздух сквозь зубы, когда Стив жестко завязал узел. Скривился на следующий прокол. — Если бы да кабы… — Тебе надо быть осторожнее, Бак. Я понимаю, почему ты не убил Старка, но… — Эй, я был ранен, — возмущенно перебил Баки, но Стив только раздраженно вздохнул. Конечно, Баки и с дыркой в животе успел бы и смог с этим справиться. Один удар металлическими пальцами в сердце и все. Баки обдало холодком, стоило представить это. — Он врал тебе. Он один из хищных, — жестко сказал Стив, затянул последний узел, обрезал нить и взялся за чистый бинт. — Ты уже пострадал из-за вашего общения, я не хочу, чтобы это повторилось. Как будто Баки хочет. — Я понял, — ворчливо ответил он. — Ай! Полегче, сопляк! *** Живот быстро заживал, движения больше не причиняли боли, что оказалось неприятным последствием выздоровления, потому что душевная боль вгрызлась в Баки с утроенной силой, особенно донимая по ночам. Стив хмурился, но молчал, особо не выспрашивал, до чего они со Старком успели допереписываться, был милосердно тактичен. Сам Баки на его месте уже устроил бы допрос высшей степени, отнял бы телефон, прочел переписку и стер бы все нахер, чтобы исключить возможность повторения ошибки. О, Баки хорошо себя знал. Пару дней он прицельно мучился, перечитывая самые дорогие для него моменты, кусал до крови губу, рыча от бешенства внутри, натыкаясь на очередное “медвежонок”. Как же ему это нравилось, господи, и как же было теперь стыдно. До черных кругов перед глазами и злых слез. Попался на ласковые прозвища и лживые слова, как малолетка. Поверил, что они на одной стороне. Баки удалил переписку, но, скрепя сердце, оставил контакт Жестянки и сам не стал менять телефон. Спецы из Щита планировали вытянуть из номера телефона все, что можно было и нельзя. Установили программу, которая отследит смс, если Старк вздумает снова писать ему. Как будто он был так глуп. Он же не Баки. Господи, все это время, все чертовы три года это Старк был под маской Железного Человека. И ведь не колеблясь убивал своих же, без жалости и сомнений. Баки был не уверен, что смог бы так же просто стрелять по бойцам, с которыми вместе работал и которые решили бы продаться на темную сторону. После захвата Обадайи Стейна Старк исчез, в Башне не появлялся, никто из сотрудников понятия не имел, где он живет. Сейчас работу компании контролировал ИИ, который не удалось взломать. Башню Старк Индастриз перетряхивали сверху донизу, каждого вампира и человека, работающего на Старка, допрашивали по несколько дней. Все было на удивление чисто, не придраться. Мелкие грешки, конечно, были, как и в каждой настолько крупной компании, но ими не заинтересовались даже в отделе экономических преступлений, посоветовав не ебать им мозг и не придираться к адекватной фирме. Нужно было найти подтверждение данным от внедренных агентов, которые доказывали не только причастность Старка к клану хищных, но и его главенствующую роль во всем этом. Но пока было глухо, как в танке. Наверняка вездесущий ИИ все потер, любую, даже самую крошечную зацепку. Через три недели радиомолчания и безнадежных поисков Старка и доказательств Баки на телефон пришла смс: “Скучаешь? Я да”. *** Тони, больше не церемонясь, вломился в базу Щита как к себе домой. Вскрыл их до самого донышка, перевернув все там, докопавшись-таки до истины. Стейн был только приманкой, разменной монетой, а следы вели на самый верх. Похоже, это именно Щит ведет двойную игру, прикрываясь охотой на хищных, а на деле помогает им, предоставляет оружие и финансирование, прикрывает убийства и похищения людей. Это Щит снабдил ту банду оружием СИ. Тони нашел ниточки, вспомнил ту самую партию, которую он продал Щиту. Думал, помогает правому делу. Вот же идиот. Интересно, Солдат в курсе? Нет, вряд ли. Тони очень надеялся, что нет. Такой информации Тони перенести не сможет. Он пока не нашел, это Фьюри покрывает хищных или кто-то еще выше него. Фьюри подчинялся только министру обороны, но уж Александр Пирс никак не мог быть в таком замешан. Телефон молчал, разумеется, Тони и не ожидал, что Солдат что-то напишет ему. Первым делом он удостоверился, что Солдат выжил после ранения, и еще долго отходил от облегчения, когда в медкарточке появилась строчка “Угрозы для жизни нет.” Он здоров, Тони жив — что еще надо для спокойствия? Оказалось, многое. Джарвис докладывал, что по номеру телефона Тони его регулярно пытаются отследить. Некоторые попытки даже весьма недурны, как чопорно отозвался Джарвис. Тони не мог избавиться от мысли, сколько Солдат выложил спецам Щита. Показал всю их переписку? Даже те, только их собственные, самые личные моменты? Стер ли он контакт Тони, отдал ли телефон в лабораторию, где из него выскребут любую, мало-мальски значимую информацию о Железном Человеке? Он скучал. Безумно, мучительно скучал по Солдату, по ежедневному общению, по его шуткам и метким комментариям, дурацким селфи. У них уже установился свой утренний ритуал: Солдат присылал ему фото чашки с кофе, где на пене пытался рисовать и писать всякую чушь, Тони смеялся и комментировал его умения. Отправлял фото в ответ. Черт побери, он купил кофемашину специально для этого и делал кофе, который потом выливал. По всем признакам у них уже был полноценный, классический роман на расстоянии. Только секса по телефону не хватало. Но, господи, судя по все большему накалу их переписки, и до этого было недалеко. В Башне СИ хозяйничал Щит, сотрудников допрашивали, а Тони не мог даже поддержать их своим присутствием. Джарвис следил за соблюдением порядка, и пока что Щит черту не переступал, все было в соответствии с их соглашением. В отношении себя Тони на это не рассчитывал. Всем бойцам, включая Солдата, был направлен приказ “Уничтожить”. Его даже не собирались допрашивать, приговор был подписан заранее. Тони как остервенелый работал в лаборатории, пока Джарвис раскапывал все новые и новые доказательства двуличия Щита. Скоро с этим уже надо будет что-то делать. Пока он не представлял, кому можно будет переслать эти данные. Судя по всему, зараза шла с самого верха, и Фьюри был либо не в курсе, либо умело управлял спектаклем. После того, как Тони ухватил ниточку, ведущую к Пирсу, он понял, что в одиночку с этим не справится. Надо было идти ва-банк. Он написал Солдату, зная, что смс отследят. Тони был готов. Ждал его. Что ж, либо пан, либо пропал.