***
Утренние лучи мягко касаются черт лица спящего омеги. Тот жмурится, но вставать не спешит. Ведь если он проснётся, то ему придётся идти на нелюбимую работу…к этим наглым и бесячим пациентам, но сегодня он обязан там быть еще раньше, чем положено, ведь ночью в больницу доставили пациента, которого сразу приписали Паку в больные. Чимин не особо рад таким новостям, ведь у него итак уже около 20 людей, находящихся в больнице и ждущих от Чимина помощи. Нет, он не жалуется на работу, ведь это была мечта его папы. Он хотел видеть сына в белом халате и помогающим другим людям.
Сам же Пак мечтал быть танцором, но его мечте не суждено было сбыться. Да и к тому же, его папа умер, а Чим никак не мог ему помочь. " Надеюсь что у тебя все будет хорошо, сынок. После моей смерти, пожалуйста, помогай другим» — так прозвучали для плачущего, возле больничной койки, сына слова его любимого папы. Эти строчки так отпечатались в голове Пака, что тот по началу даже радовался профессии врача: помогать нуждающимся в заботе людям, разговаривать с ними и узнавать много нового и интересного- все это было первые два месяца работы в больнице, но потом, с большим количеством больных взброшенных на хрупкие плечи Пака, становилось совсем не радостно.
Вот и сейчас, едя на работу в автобусе, Пак проклинает тот день, когда подал документы на поступление в медицинский. Он всегда был отличником, мама и папа гордились им, он мог устроиться на любую работу, но уж точно не врачом! — это все проносилось в голове парня, пока тот ехал в сторону центра, а потом сойдя с автобуса подходил к больнице. Зайдя в неё его сразу встретили завистливые взгляды коллег и перешептывания за спиной. У Чим-чима в больнице был любимый хен — Джин. Он всегда рад был его видеть и всегда чем-то вкусненьким угощал. Уже подходя к своему кабинету Чимин заметил, что какой-то парень бежит в его сторону, и в этом парне он узнал еще одного своего лучшего друга:
— Тэхен? — спросил парень когда его красный, как помидор, от бега друг приблизился к нему и пытался отдышаться.
— Тебя — сделал паузу парень восстанавливая дыхание, — тебя ждет пациент в 306 палате…- сказал Ким выпрямляясь и смотря в глаза парня напротив.
— Скажи, что я подойду попозже… — посмотрев время на наручных кожаных часах ответил старший парень по возрасту и снова перевёл взгляд на собеседника, — у меня много пациентов и без этого…- строго сказал блондин убирая выпавшую белую чёлку назад.
— Нет, тебя ждут сейчас и если ты не появишься через минуту, то тебя уволят!
— Пускай увольняют, мне моё время, за которое я обхожу всех моих больных важнее, чем один какой-то уже бесящий меня пациент в 306 палате
— Прошу, чимин-хён — парень посмотрел молящим взглядом в глаза пака. Вздохнув, Чимин направился в палату, где его ждал доставленный сегодня ночью пациент. Дойдя до двери он решительно открыл её и прошёл внутрь палаты, но как только он увидел пациента, вся смелость куда-то исчезла оставив от себя лишь трясущиеся ноги и заплетающийся язык.
— Здравствуй… Пак Чимин — донесся мужской, нежный и
родной чужой голос с кровати
Собрав себя с пола Пак подошел к пациенту на ватных ногах, Чим холодно посмотрел на того, зная, что хоть он и ненавидит этого человека, но любит безумно, а еще беспокоится. Как этот придурок водит, что не заметил приближающийся грузовик? Как у этого придурка дела? Нашел себе кого-нибудь? На последний вопрос Паку знать ответ не хотелось, ведь он все ещё помнит их совместные ночи, поцелуи и слова любви сказанные друг другу на закате у реки Хан в их первое свидание. В парне жива еще та невинная любовь к человеку, который лежит сейчас с разбитой головой в височной части и ухмыляется, когда замечает своего лечащего врача в дверях.
-Здравствуй, Чон Чонгук… — все, что может выжать из себя Чимин пред тем как начать процедуры.
Во время того, как Пак проводил опрос про аварию, что бы знать с чем именно нужно работать, Чон не отрывал взгляда от таких родных черт лица, родных для Чона, конечно же… Он смотрел на его ресницы, такие же пышные как и в их последнюю встречу, на щеки, которые чон так любил целовать по вечерам и получать в ответ смешок от их обладателя, смотрел на губы, которые он так любил целовать, кусать и получать в ответ лишь довольно мычание в перемешку с притягиванием его ближе к хрупкому телу. Почему-то именно с губ Чимина начинался их секс, Чон просто не мог сдерживать себя, когда эти губы шептали столь соблазнительные, но безумно пошлые словечки. Хотелось отыметь Чимина так жёстко, что бы тот неделю сидеть не мог и что бы Гук его везде на руках носил. Как хотелось тогда, так и хочется сейчас, но нельзя —
они больше не пара, Чимин больше
не его. А все из-за самого Чон Чонгука, который с ничего решил, а вернее со слов своих бывших «лучших» друзей, что Пак ему изменяет и выгнал из своего дома, а потом понял, что сделал ошибку, но прошло уже больше шести лет, как чимин уехал от него, как начал работать в этой больнице, а Чон все также руководил компанией днем и выл раненным зверем ночью, потому что —
больно…Его любовь, его счастье, все самые положительные качества находившиеся в черством сердце альфы, разбудил один омега, который является его истинным. Чимин ворвался в его жизнь и перевернул её с ног на голову. Все то, что расцветало внутри Чонгука, все то, что придавало сил идти дальше, все это ушло из его жизни вместе с Чимином. Да, у чона были еще половые партнёры, но все они были, как правило, на ночь. Все, в отличии от Чимина, который был с ним в самые тяжёлые времена его компании, придавал сил и успокаивал своей ангельской улыбкой. Для Чонгука это был словно сказочный сон, который к сожалению по вине самого гука закончился.
— Ты все такой же красивый- рефлекторно выпаливает Чон ни на секунду не задумываясь о последствиях.
— Ч…что? -с недоумением спрашивает парень поднимая голову и смотря в глаза Гуку
— Ты красивый, как и раньше…-вновь говорит Гук смотря на растерявшегося от его слов врача.
— Спасибо, — все, что может ответить Чимин хотя даже подступивший румянец он скрыть не в силах. Пак просто надеется, что парня напротив не взбредет в голову сказать какую-нибудь глупость, наподобие: «Я был не прав, прости, я люблю тебя», ну бред же, верно? Хотя если Чон скажет то, что хотел бы услышать каждый кто знает лично Чонгука, то, ту боль, что Пак так старательно пытался скрыть от чужих глаз, теперь уже не сможет заглушить ничто и никто. Никто кроме
самого-мать-его-Чонгука, потому что хоть и прошло уже немало лет, но любовь-то в сердце ещё жива к этому идиоту. Это и не удивительно, Чимин о Гуке каждый день со всех сторон слышит. Следит за ним и делами его компании, которая между прочем становится все больше и больше день ото дня привлекая иностранных послов и коллег Чона.
И все выходит именно так, как только что у себя в мыслях Чимин прикрутил данную картину. Как говорится:
«Привет Чимин — это жизнь и я тебя не люблю».
— Я скучаю, любимый…прости меня, прошу…я не выживу без тебя в этом мире, я становлюсь монстром из-за того, что тебя нет рядом. Альфа внутри рвёт и мечет стоит хоть одной мысли о тебе появится. И самое страшное что сдержать то я его последние года два точно — не могу. Мой внутренний зверь с катушек нахер слетает и тебя по всему городу ищет постоянно. Я даже хотел справки на тебя навести, лишь бы вернуть моё чудо обратно домой. Вернись ко мне, я был таким идиотом, малыш. Я тебя люблю так же сильно как и шесть лет назад — нежным, до одури хриплым голосом говорит альфа поглаживая пальчики чужой руки, по которым он тоже безумно скучал.
«Господи, Чимин, где ты согрешил так в прошлой жизни?»
Пак просто создан был для Чонгука: маленькие пухлые пальчики как у ребёнка, которые зарываются в волосы старшего и с силой оттягивают те назад что бы вновь соединиться в поцелуе; его детские большие карие глаза в которых отражается свет вселенной: его мраморная кожа с багровыми пятнами и укусами на ней после каждой жаркой ночи; его мягкие вкусно-пахнущие волосы, родной цвет которых что-то среднее между черным и каштановым. Да вообще весь Пак — одна эрогенная зона Чон Чонгука, которую он должен охранять всю жизнь.
Чтобы переварить суть сказанных слов, Чимину потребуется минута или же целый день. Потому что непривычно слышать именно
это от Чонгука. Да тот за год их отношений сказал такие слова лишь раз и то потому что был в хлам. Сейчас Чим понимает, что скорей всего, Чонгук его никогда и не любил. Так, просто привязанность. Но то, как нежно он сейчас смотрит на него, как ласково гладит руки и как искренне это говорит убеждает Пака в том, что все его прошлые убеждения были ложными. Ну, он надеется на это.
— Замолчи — тихо, почти шёпотом произнёс Пак садясь на стул возле кровати, — прошу тебя, замолчи, не рушь то, что я восстанавливал с таким трудом после твоего предательства. Всё то, что звало к тебе и тянуло в твою сторону. Всё то, что говорило мне продолжать любить тебя, всё то, что я так старался игнорировать все это время.Всё это дало мне сил идти дальше не оглядываясь назад. И под всем этим я имею ввиду свои чувства к такому монстру как ты.
С ноткой отчаяния в голосе пролепетал Чимин и оперся рукой о кровать, ведь даже если Чимин и сидел, его ноги все равно стали ватными,
снова. Чон Чонгук — его спаситель и его каратель. Это Чимин знает точно.
