тэхен очень тихо заходит в дом и прикрывает за собой дверь. его настигает сильный мандраж, и руки начинают дрожать уже на той стадии, когда он просто отдает портфель джинсоку.
ему нужно поздороваться хотя бы, иначе это будет неуважительно с его стороны. но еще больше он нуждается в том, чтобы увидеть чимин-и и убедиться, что с ним все в порядке, что он чувствует себя лучше.
тэхен прикрывает глаза, считает до десяти и выдыхает, прежде чем показаться на глаза родителям и гостям. они не сразу его замечают, слишком увлечены разгоревшимся спором, и тем не менее его едва слышимое обращение звучит громче криков всех присутствующих.
– папа?
сокджин оборачивается на возглас своего ребенка, и улыбка сама против воли лезет на лицо. хотя, от внимательного папиного взора не ускользает бледность кожи сына, как будто тот сейчас упадет навзничь и абсолютно без сил.
– привет, детка, почему ты так поздно?
– я попросил кихена заехать в кафе, – тэхен не стал упоминать, что они перекусили фастфудом при всем знании того, как папа ненавидит подобную пищу и в принципе подкрепление во всяких фуд-кортах, где все готовится при полной антисанитарии.
– тэхен-а, боже мой! – юнги вскакивает с места и немедленно оказывается возле племянника, целуя в обе щеки. – как ты вырос, мы не видели тебя всего полгода, и либо это я постарел, либо это ты у нас возмужал и стал еще прекраснее!
тэхен искренне любит своих дядюшек, они - удивительные люди, но, несмотря на это, у него совершенно нет сил, чтобы отвечать на все их комплименты. он молча принимает поцелуи, объятия и всячески старается не замечать пристального взгляда молодого альфы за столом. тот прожигает ему кожу, и тэхен буквально чувствует, как она плавится под его напором.
– тэ-тэ! – вот кого омега действительно рад видеть, так это самого младшего члена семьи, восседающего на коленях самого чонгука. чимин спрыгивает на пол не без помощи альфы и резво подбегает к старшему брату, предусмотрительно присевшему перед ним.
– тебе лучше, малыш? – от омежки все еще пахнет лекарствами и немного рвотой, но видеть улыбку на маленьком личике стоит всего. и тэхен знает, что чонгук думает так же, а потому без отвращения занимается утомившимся болезнью мальчиком.
– да! – чимин крепко обнимает его за шею и показывает малюсенькие зубки во рту и подаренного пушистого единорога. игрушка действительно очень милая и побуждающая прижать её к себе, и тэхен может только догадываться, кто же этот человек, выбравший столь прекрасное создание в качестве подарка? – нуки помогает мне выздоравливать!
– правда?
– да, он поднимает настроение! – буквально краем глаза омега замечает взгляд чонгука, и, к его удивлению, он не был наглым или насмешливым, таким, к какому они привыкли оба. он был скорее заинтересованным и даже нежным, почти таким же, как у всех взрослых, присутствовавших в комнате. – обними его!
– ну, давай, – момент настолько трогательный, что все боялись сделать неправильный вдох, дабы ненароком не спугнуть его. тэхен неуверенно тянет руки к единорогу и прижимает его к себе, ощущая невероятную мягкость и пришедшее с ней успокоение. ему хотелось позорно разрыдаться на глазах у всех, потому что какой-то кусок материи заставляет его прийти в себя и немного отступить от всех негативных мыслей и домыслов, беспринципно зреющих в голове.
либо это чимин, который уже наверно настолько сильно полюбил этого единорога, что тот впитал в себя всю его любовь и искренность, какими обладают только дети.
– ну, как? – шепчет чимин ему в лицо и победно улыбается, когда тэхен несколько раз кивает ему. – я же говорил, – старший омега возвращает единорога и получает маленький поцелуй в носик.
да, его настроение действительно улучшилось.
– пап, отец, простите, я сегодня очень устал и хотел бы лечь пораньше, – сокджин понимающе кивает, будто заметил все изменения в сыне в моменте с единорогом. тэхен целует родителей перед сном и бесстрашно приближается к чонгуку, но только для того, чтобы поцеловать еще братика на ночь и пожелать ему скорейшего выздоровления и "спокойной ночи" всем присутствующим.
и, уже поднимаясь по лестнице, тэхен не может выкинуть из головы одеколон младшего альфы и его едва уловимый природный аромат.
***
несмотря на смертельную усталость, тэхен долго не мог заснуть, и на то было множество причин.
во-первых, его снова мучали боли в тазовых костях, и несколько раз ему пришлось отсиживаться в туалете, дабы избежать нового намокания простыней и чистой пижамы. он выпил пару таблеток обезболивающего, вставил новый тампон и лег на диване в гостиной, принимаясь наблюдать за ночным дождем в панорамных окнах.
во-вторых, он чувствовал себя невыносимо одиноко. тэхен всегда спал без мягких игрушек в постели, но сейчас он начал ощущать острую потребность в том, чтобы кого-то обнять. ради интереса он даже прошерстил интернет, из чего осознал, что "
нуждается в защите от невидимой угрозы".
ну, ничего себе, а раньше такого не было и в помине.
и в-третьих, да, он действительно думал о натуральном запахе чонгука. гон у молодых альф наступает куда позже, чем течка у омег, соответственно, половое созревание и запах проявляются позже. в последний раз, когда они виделись, чонгук ничем не пах, но сейчас его древесный аромат заполонил легкие тэхена сплошь и полностью.
всего полгода прошло, а он изменился. кажется, тоже чуть подрос, стал чуть шире в плечах, его волосы спадают на глаза, а запах теперь полностью отражает его внутреннее состояние и ауру. от него веет невероятно сильным альфой, и если раньше омега был уверен, что тот не причинит ему особого вреда даже в порыве эмоций, то сейчас он сильно в этом сомневается.
наверно, юнги и хосок им очень гордятся, все-таки это их гены.
может, тэхену стоит наладить с ним общение, или хотя бы попытаться не грубить ему при каждой встрече (
ведь его запах неожиданно сводит с ума). стоит просто понять его и попытаться стать дружелюбным?
и не потому что тэхен теперь его боится, он боялся его всегда, это же альфа. просто омега седьмым чувством чует, что ему нужно, необходимо это сделать, ибо их вражда действует только во вред им обоим. они уже выросли, обрели запахи и даже стали немного самостоятельными, так почему бы не применить это взросление при обоюдном согласии на остановку войны?
– хэй, ты чего не спишь? – черт.
черт. черт. черт.
недавно упомянутый гражданин и герой всех последних мыслей тэхена только что спустился на первый этаж и обнаружил извивающегося на диване омегу. и непонятно, извивался он от бесконечного потока своих разумных предположений и идей, или от еще немного покалывающих тазовых костей?
– кхм, – тэхен немедленно выпрямляется и застывает в одной позе. – не спится, а ты чего?
– да, в горле пересохло, – наверно, это их первый спокойный разговор за всю историю их знакомства и незамысловатых отношений. тэхен вообще удивляется тому, как чонгуку удается сохранять нейтралитет и невозмутимость в особенно ужасных ситуациях, когда омега порой просто слетает с катушек и начинает крыть его матом по поводу и без.
хотя, откровенно говоря, тэхен редко ругается матом, причем, в таких количествах.
сейчас же этот нейтралитет проявляется в общении с вроде как давним недругом, но с ощущением того, будто они - закадычные друзья или родственники, которые действительно любят и уважают друг друга.
ну, как дядюшки и его родители, например?
– кхм, чонгук-а? – ладно, тэхен собирается идти на отчаянный шаг, а там будь, что будет. чонгук останавливается на ступеньках с полным кувшином воды и стаканом в руках и в замешательстве приподнимает брови. ким, честно, пытается не смотреть на его мощные обнаженные руки, выглядывающие из-под футболки, но он не может не признать, хотя бы себе самому, что в таком виде этот альфа выглядит, как самый сексуальный мужчина на земле.
– я хотел сказать, что... – тэхен чуть опирается о перила, чем сильно выдает свою нервозность. но вопреки всему, чонгук не смеется над ним и даже не подкалывает, как привык делать это всегда, при любой выпавшей возможности. может, они действительно повзрослели за эти полгода? – может, сейчас неподходящий момент, но прости меня, если что. у меня было время подумать, и я решил, что будет правильнее извиниться перед тобой и предложить перемирие хотя бы, если не мир... вот. я говорю искренне, не принимай на свой счет, что бы там ни было.
– все в порядке, – чонгук чуть улыбается и кивает, будто в знак поддержки. черт, этот альфа заставляет его чувствовать себя некомфортно, и в то же время невероятно приятно. его запах обволакивает омегу точно куполом и по-своему успокаивает, вся его тревога сходит на "нет", и оттого наступает долгожданное облегчение. – ты меня тоже прости, я наговорил тебе всякого за все эти годы, что стыдно становится. если честно, то я так не считаю и не считал.
– все хорошо, я уже забыл, – это неправда, конечно. потому что оскорбления по типу "шлюха" и "бестолочь, не обладающая никакими отличительными качествами, кроме своей дырки" так просто не забываются.
и чонгук, видимо, ему не поверил. слишком очевидной была ложь.
– и все равно, я был неправ. прости меня за все, – это слишком сильный отпечаток в душе и на самооценке, но тэхен готов из кожи вон лезть, даже наступать на горло собственной омежьей гордости, чтобы попытаться простить этого молодого человека.
потому что по глазам видно, что жалеет.
и жалеет очень сильно.
– я постараюсь.
– спасибо, и спокойной ночи. отправляйся спать, завтра с утра можем поговорить, если захочешь, – чонгук скрывается на втором этаже, а тэхен не понимает, что с ним только что произошло.
