parasite

      это утро у всех началось по-разному.       тэхену все же удалось заснуть, но лишь ближе к утру, когда непонятная ему самому эйфория от разговора немного поутихла. и, несмотря на то, что проснулся он позже всех, в одиннадцать утра, а такое случалось крайне редко, ким все равно принялся за утреннюю йогу и медитацию. к слову, боль и выделения от принятых обезболивающих тоже ненадолго исчезли, позволив бедному омеге немного подремать.       – сок-а, – а у чонов утро было очень насыщенное.       юнги с утра очень возбуждал вид заспанного мужа, поэтому чуть ли не с каждым пробуждением он устраивал ему целые марафоны. конечно, им часто мешали внешние обстоятельства, вроде ухода на работу или ребенка за стенкой, который, так уж вышло, родился ранней пташкой и терпеть не мог поздние подъемы, но страсть между ними не переставала пылать, даже спустя столько времени.       – детка, – хосок легко усмехается и кладет ладони на тощие бедра взобравшегося на него мужа. юнги на нем - самое лучшее зрелище, которое ему, в принципе, доводилось лицезреть.       ну, кроме рождения сына, разумеется.       – мм, – тонкие пальчики проходятся по крепкой груди, а кончик шаловливого язычка касается сначала верхнего ряда зубов, а потом уже и напряженных сосков, самой чувствительной части тела мужа. так забавно наблюдать, как сильный и статный альфа извивается от его прикосновений не в силах противостоять соблазну.       соблазну снова испробовать сию плоть на вкус, хотя, они оба уже наизусть, вдоль и поперек знают друг друга. и обычная миссионерская поза больше не срабатывает.       хосок рычит и скидывает с себя обнаженного омегу, впиваясь в шею звонко смеющегося создания. да, этот день определенно начинается наилучшим образом.       – папа? – где-то в районе семи часов утра в родительскую спальню прибегает маленький, сонный комочек с единорогом в руках. сокджин никогда не мог удержать себя от писка умиления всякий раз, когда наблюдал любимое дитя на пороге их с мужем комнаты.       – что, малыш? тебе снова плохо? – омега трет глаза и более осознанно смотрит на омежку, неуклюже забирающемуся на их постель с темно-фиолетовыми простынями.       – немного тошнит, но ночью ничего не было, – чимин перелезает через папу и устраивается поудобнее между обоими родителями. намджун уже тоже проснулся и с умилительной улыбкой следил за этим крошечным существом, которое являлось смыслом его жизни наравне с тэхеном и сокджином.       маленький чимин пока не понимает этого, а инстинктивно и совершенно просто дарит всю свою любовь самым дорогим в своей жизни людям - своей семье.       – дать тебе таблеточку?       – нет, давайте еще поспим, – и спальня с панорамными окнами, за которыми все еще лил дождь, наполнилась едва слышимым сопением и храпом.       обычно после всей учебы, в конце недели, тэхен устраивал себе спа-день и мог весь день тупо зависать в ванной, за что потом отгребал от отца за огромные счета за воду. и эта суббота не стала исключением, потому что она стала отправной точкой его каникул длиной в целый месяц, да и эти процедуры помогают расслабиться куда больше, чем всякие таблетки и те же медитации, которые практикует омега.       и честно говоря, когда он появился на завтраке, где собралась абсолютно вся семья, в своем странном прикиде с белой маской на лице, халатом на голое тело и полотенцем на голове, он ожидал, что чонгук поднимет шумиху и начнет люто смеяться над ним, ибо вид действительно весьма комичен, но этого не последовало. видимо, тот разговор сумел должным образом расставить все на свои места.       но чон лишь заинтересованно взглянул на него и чуть улыбнулся. тэхен мог только гадать, что ему пришло в голову, но, на самом деле, единственная мысль, поразившая его в тот момент, была: "он выглядит очень мило". никаких пошлых или мерзких мыслей не было и в помине.       – так как сегодня ужаснейшая погода, скорее всего, мы все сидим дома, – произносит подошедший намджун и благодарит джинсока за поданную кружку с кофе. кроме этого бодрящего напитка, лучшей вещью с утра является маленький неугомонный сынишка, безмятежно сопящий в две дырочки.       – люблю сидеть дома, – злобно хихикает юнги.       – если вы планировали заняться чем-то все вместе, то меня не зовите. мне нужно репетировать, – тут же осведомляет тэхен, и он не врет. если раньше, он конечно сделал бы это, не задумываясь, дабы снова избежать встречи с младшим чоном лицом к лицу, то сейчас ему попросту незачем это делать.       – мне тоже. нужно доработать индивидуальный проект, а то после предзащиты мне весьма доходчиво объяснили, что у меня много промахов, – добавляет чонгук и чуть улыбается на недовольное лицо папы. юнги превращается в ребенка, когда происходящее вокруг его не шибко устраивает, и хосока это всегда до ужаса умиляло.       – дети, у вас намечен отдых...       – мы заканчиваем школу, и этот отдых совсем не отдых для нас.       в итоге, старшие дети мирно разбредаются по своим комнатам, и родители даже удивлены тому, что сегодня все прошло без драк и даже без перепалок - их излюбленного занятия, без которого прежде не проходил ни один прием пищи или совместная посиделка.       вот только, чонгук спешно ретируется лишь после того, как его телефон ощутимо вибрирует рядом с тарелкой оладьев. он немедленно хватает мобильный, что-то рассматривает в нем и убегает так быстро, как только может, бессвязно поблагодарив эконома за завтрак.       сокджин и намджун не упускают из виду изменившееся выражение лиц чонов и некое вымученное снисхождение, кинутое вслед сыну.       – в общем, – юнги не видит смысла скрывать, потому медленно начинает. – в конце ноября, почти через месяц после нашего последнего приезда к вам, у чонгука случился первый гон, вполне возможно, вы почувствовали его запах. и короче, как я понял, омеги в школе начали на него вешаться, хотя, он и до этого был ничего. и в начале марта, кажется, чонгук познакомил нас со своим омегой.       – омегой? – переспрашивает джун, будто не верит.       хотя, в действительности реально не верил. чонгук, может, и был насмешливым и излишне дерзким в отношении его сына, что часто списывалось на подростковый возраст, но сам по себе он был учтивым и замкнутым мальчиком, несмотря на безумно привлекательную внешность. его куда больше интересовала учеба и наука, чем одноклассники в коротких юбочках, и это, в принципе, то, что намджун и чоны уважали и принимали в нем.       – да, омегой.       – и судя по вашим лицам, омега вас особо не впечатлил, – весело подмечает сокджин, переводя взгляд с одного на другого.       – не знаю, как объяснить, тэхен не водит к вам альф...       – да, и слава богу, – с облегчением выдыхает намджун, за что получает укоризненный взгляд от мужа, уже давно ждущего, когда его мальчик познакомит его с каким-нибудь представителем противоположного пола.       – ну... чонгук не такой. и омега этот тоже. вроде и милый, и ответственный, и само очарование, но что-то совсем не цепляет, – морщится юнги и долю секунды раглядывает хосока. – я понимаю, в этом возрасте все пытаются побыстрее расстаться с девственностью и прочее, но...       – и вы, конечно же, не сказали чонгуку об этом?       – мы сошлись на том, что если гуку он нравится, и ему нравится гук, то почему нет? – максимально корректно отвечает хосок, хотя всеми фибрами души он против этого союза. да простит его бог и самый любимый человек на свете - его сын. – в конце концов, если бы мы им запретили, они бы все равно продолжили встречаться, это же дети!       – я просто молюсь за то, чтобы потом не прилетало каких-то неожиданных сюрпризов, вроде беременности и прочей херни...       – герпеса, например.       – ой, да, вы преувеличиваете, я уверен, – высказывается сокджин и важно складывает руки на груди. – вы боитесь признать, что ваш малыш уже вырос.       – я боюсь признать, что он может связать с этим омегой всю оставшуюся жизнь. я лично не готов к этому, чонгук достоин большего, – категорично отрезает юнги.       – плюс ко всему, чонгук загорелся идеей поступать в сеуле. даже если они переедут, я убежден, что эти отношения не продлятся долго, – хосок трет переносицу, ибо рассуждения об отношениях сына отчего-то вызывают у него головную боль.       – порадовались бы за него, это ведь его первые отношения, – по-доброму усмехается намджун.       – мы приняли их... кое-как. но с другой стороны, ты прав, это опыт, и он должен был произойти рано или поздно.       – но я уверен, что когда тэхен приведет какого-нибудь альфу к вам в дом, вы будете так же пристально разглядывать его со всех сторон! – смеется хосок.       намджун чуть напрягается при озвучивании этих слов, но гладкая ладошка мужа на коленке успокаивает и приводит его в чувства.       пусть тэхен не торопится, у него еще вся жизнь впереди.

***

      – ...значит, все в порядке? – легко смеется чонин, и чонгук вслушивается в смех возлюбленного. они виделись буквально позавчера, перед долгой разлукой пара не отлипала друг от друга и не вылезала из постели.       и тем не менее, альфа уже скучает по нему. крики папы в тот день прошли мимо него, ибо чонгук не мог перестать облизывать свои губы, вкус его омеги все еще оставался на языке и коже, и был зациклен только на этом. самый приятный вкус на земле.       – да, поэтому можешь не волноваться.       – как вы с тэхеном? помирились? – учтиво интересуется омега.       – ты знаешь, да. да, – отвечает чонгук и откидывается на ковер в своей комнате. – я даже удивлен, он первый подошел ко мне и попросил прощения.       – и ты простил?       – а кем бы я был, если поступил бы по-другому? я бы тоже выглядел ебнутой и вредной истеричкой, как сам тэхен, – по крайней мере, чон был уверен, - при другом раскладе их родители обязательно узнали бы первыми, что тот сознательно не пошел на примирение. лучше уж действительно оставаться дерзким, не следящим за выражениями альфой в их глазах, чем "ебнутой и вредной истеричкой".       – ну, поздравляю с примирением, – излишне сухо говорит чонин, и на фоне слышится какой-то непонятный шорох. – только я так понимаю, ты не собираешься заходить дальше него?       – нафиг мне это? достаточно того, что мы просто не ругаемся, – чонгук немного боялся этого утра, потому что ожидал продолжения ночного разговора от тэхена, но омега не стремился подходить к нему. значит, он примерно такого же мнения, что и сам альфа. кому: джехен, 13:49 неужели я правда забыл свою нотную тетрадь? :(

кому: тэ-тэ, 13:51 а я тебе говорил

кому: джехен, 13:53 ладно, зайди ко мне и занеси тетрадь, пожалуйста кому: джехен, 13:54 и скрипку захвати, репетировать будем

кому: тэ-тэ, 13:55 а твой отец не будет против? :)

кому: джехен, 13:59 нет, не будет

кому: тэ-тэ, 13:59 купить тебе что-нибудь?

кому: джехен, 14:00 только клубничные поки

кому: тэ-тэ, 14:00 это намек? :)

кому: джехен, 14:02 я сейчас передумаю

кому: тэ-тэ, 14:06 пхаха ;)

      – ...ладно, развлекайся и постарайся не влезать в неприятности, – чонин знал немного другую сторону характера чонгука, в принципе, так же как и сам тэхен. конфликтный, вспыльчивый, не лезущий за словом в карман. эта сторона редко являла себя миру, ибо была подконтрольна, но лишь в те моменты, когда чонгук чувствовал невыносимый гнев, или когда его загнали в угол, она демонстрировала себя во всей красе.       альфа не может сказать, что ему прям доставляют удовольствие все эти споры и даже единичные случаи драк с обидчиками или оппонентами. скорее, он терпеть её не может, ибо та превращает в монстра, не способного противостоять своим неандертальским инстинктам.       подобное отношение чревато многими последствиями, среди которых так же может обнаружиться неправильное представление о нем у других людей.       и чонин весьма ожидаемо помогает ему преодолеть это. и не потому что не может иначе или это его обязанность, как пары, скорее, личное желание прийти на помощь. и чонгук искренне благодарен ему за это.       когда альфа кладет трубку, внизу слышится дверной звонок, и на этаже тут же звучат чьи-то спешные шаги.       – господин ким, к вам пришли!       – тэхен-а?       – да, это ко мне, – тэхен спускается по лестнице и приближается к входной двери, где уже стоит джинсок. за стенами дома слышится стук тяжелых капель о крышу крыльца и асфальт, когда внутрь забегает высокий рыжеватый альфа и складывает промокший зонт, передавая его эконому.       – привет, спасибо, что пришел! – чуть взволнованно благодарит омега и хватает джехена за руку, таща его в свою комнату и отчаянно надеясь остаться незамеченным родителями и родственниками.       – тэхен-а? – громкий возглас намджуна заставляет сына остановиться и растерянно посмотреть на отца. тот разглядывает парочку серьезно, так, что сам джехен, несмотря на свое легкое отношение к жизни и стрессу, немного пугается.       чонгук, любопытный ко всему, выбирается из комнаты и с насмешкой наблюдает за племянником и незнакомым ему альфой. если бы он сказал, что все происходящее не вызывает в нем противоречивых и отчасти очень неприятных ощущений, то нагло солгал бы. не привык он к тому, что к его безумно красивому племяннику мотаются альфы и неважно, с какой целью.       – отец, давай без этого? джехен просто привез мне нотную тетрадь, и мне нужно с ним репетировать, – намджун понятливо кивает, но ему на глаза на секунду попадается чонгук. он хмурится, не понимая, что тот вообще там делает, и тут же теряет из виду собственного сына и этого непонятного альфу.       – джинсок-а, прости меня за эту просьбу...       – я вас понял, господин ким, – мягко улыбается эконом и отправляется на второй этаж.       – ...ну, ты как обычно! – усмехается джехен и валится на кровать, предварительно кинув помятую тетрадь на рабочий стол.       – заткнись, – только и произносит тэхен. – давай начнем?       он и не подозревает, что у стен его комнаты есть уши.