Рождённые в Пламени

Несмотря на настойчиво преследующие меня мысли о покаянии за бесчисленные преступления ОЭГ и Старой Земли, мы с Нисой прекрасно провели время. Мы гуляли по широким проспектам Асшая и любовались закатом над Нефритовым Морем возле затопленных плавучих доков. Держались за руки и разговаривали о Первых Колонистах. А когда солнце коснулось океанской глади и в городе зажглись фонари, вернулись пешком к дому хранителя. Жара схлынула с улиц с последними лучами закатного солнца. С Сумеречных Гор спускалась прохлада и растекалась живительным потоком по опустевшим улицам. Разгорячённая вином Ниса сняла туфли и шла по гладкой мостовой босиком, а я рассказывал ей о далёких звёздах и космических кораблях. В свете сумерек она была ещё прекраснее, я очень хотел поцеловать её, но, почему-то так не решился, хотя, как мне кажется, она была бы не против. Когда мы подошли к тяжёлой деревянной двери моего временного пристанища, по небу уже рассыпались едва заметные в свете фонарей незнакомые мне тусклые звёзды. Где-то там в десяти астрономических единицах от большого чёрного города парил в пустоте космоса законсервированный Линкор ОЭГ – последнее напоминание о былом величии человеческой расы. Я поднял глаза к небу, пытаясь разглядеть его в ночной мгле, но, разумеется, ничего не увидел. Не выпуская моей руки девушка приблизилась ко мне и вопросительно заглянула в глаза, как будто ждала от меня каких-то слов или действий, но я как всегда сморозил глупость: – Уже так поздно, – проговорил я, останавливаясь у двери, – твой отец не будет возражать, что мы гуляем так долго? Судя по разочарованному взгляду Ниса, она ждала от меня не этого. Девушка взмахнула свободной рукой, как будто отгоняя невидимую муху и проговорила: – Мне кажется, он будет только за… – Ты очень красивая, – наконец произнёс я то, что следовало сказать с самого начала. – Я… – начала было девушка, но распахнувшаяся дверь прервала наш разговор. В светлом прямоугольнике дверного проёма был виден лишь тёмный силуэт. Поскольку свет падал в нашу сторону изнутри дома, разглядеть лицо человека было невозможно, но по голосу, который я уже слышал сегодня, я без труда опознал в тёмной фигуре Хранителя Технологий Диса Медину: – Вот вы где, голубки! – весёлым голосом проговорил он, и добавил. – А я, между прочим, жду вас тут уже два часа! Он отступил назад, освобождая проход в здание и жестом пригласил нас войти внутрь. Романтичность момента была безнадёжно потеряна, я пропустил Нису вперёд, а сам вошёл следом и затворил за собой дверь. В прихожей нас уже ждал Селуд Навар. Я ожидал от него какой-то реакции на столь длительную прогулку с его единственной дочерью, но он, судя по всему, был озабочен совершенно другими делами. – Нам нужно переговорить по очень важному делу, – обратился он ко мне. Затем он перевёл взгляд на Нису и добавил: – дорогая, ты не могла бы собрать на стол. Пока мы побеседуем с… мн-н… Р’Глором наедине? – Конечно, папа, – Ниса глубоко вздохнула, изящно оперившись на перила надела туфли и ушла на верх, громко цокая каблучками по каменным ступеням. – Пойдёмте, – Селуд отворил дверь своего рабочего кабинета и пропустил нас с Мединой внутрь к большому Т-образному столу. Затворив дверь он присел на хозяйское место во главе стола, а мы с Мединой примостились с противоположной стороны в углу буквы Т по левую руку от хозяина. Развернувшись в пол оборота так, чтобы в поле его зрения попадали одновременно я и Хранитель Библиотеки, Дис начал без всяких предисловий: – Вы же понимаете, что Агилар собирает оружие не против кочевников? Честно говоря, такой откровенный тон с первой минуты разговора несколько меня озадачил. Я бросил вопросительный взгляд на Селуда, но тот лишь едва заметно кивнул в ответ, мол – говори всё что думаешь. Хорошо, меня два раза просить не надо, откровенность, так сказать, за откровенность: – Разумеется, – кивнул я, – бластеры мощное оружие, но в дальнем бою против пеших и конных воинов в примитивных доспехах они ничем не отличаются от автоматов. Автоматы, пожалуй, даже лучше. А ведь, как я понял, с пороховым оружием в городе проблем нет? – Совершенно верно, – согласился Медина, – более того, у нас нет ускорителей для создания атомных батарей, но город производит достаточно энергии для стационарных лазерных пушек, и при желании мы могли бы сделать их сколько угодно и укрепить на стенах города. Мы не делаем этого только потому, что в этом нет никакого смысла – изготавливать пороховые патроны и автоматическое оружие гораздо проще и дешевле, и это значит, что Агилар собирается использовать оружие… – …против вас, – подытожил я. – А вы очень умны, – похвалил меня Медина, – именно так, чем стрелять по всаднику разницы нет, а вот солдата в бронежелете из автомата убить трудно, а из бластера легко, ведь бронежелет луч бластера не остановить, верно? – Верно, – согласился я, – но ведь, бластер, вроде как, купил Город, а не Агилар лично? – вспомнил я подробности сделки. – Формально так, – уклончиво ответил Медина, – но, боюсь, Агилар с ним не расстанется. – он тяжело вздохнул, очевидно собираясь с мыслями, и наконец, задал тот вопрос, который на самом деле его и интересовал. – Вы правда можете достать ещё оружия? Этого вопроса я ждал, я вообще удивлён что задать его мне приехал Медина, а не сам Агилар, тем не менее я важно кивнул и произнёс: – Безусловно. Я честно признаюсь, что не вижу в этом смысла, – добавил я, – но мне нужны деньги. Очень много денег и это самый простой и быстрый способ собрать требуемую сумму. – Зачем вам деньги? – удивлённо приподняв брови поинтересовался Медина. – Деньги нужны всем, – резонно заметил я, – никогда не знаешь зачем и в каком количестве они понадобятся… Мой ответ, очевидно, никого не убедил, но поскольку Хранителей интересовало совсем другое, они оба сделали вид, будто удовлетворены ответом. – Я могу что-нибудь сделать для вас, чтобы притормозить эту сделку? – вопросительно проговорил Медина. – Не думаю, – покачал головой я, – во-первых это будет выглядеть крайне подозрительно, а во-вторых, как я уже сказал, мне нужны деньги и чем больше, тем лучше… – Хорошо, – Медина поднял руку открытой ладонью в мою сторону, – тогда поставлю вопрос иначе: наши бронежилеты, очевидно, бесполезны против бластеров… но ведь у вас могут быть и такие доспехи, которые смогут защитить от вашего оружия? Я напряг память: в моём распоряжении Корвет ОЭГ и если там есть комплекты вооружения, то должны быть и комплекты брони… я как-то не задавался целью их найти, но они должны быть… да, наверняка они там есть. – Возможно, – проговорил я, всё ещё не до конца понимая, к чему клонит мой собеседник. – …и, – продолжил Медина, – я бы хотел приобрести у вас пару комплектов подобной брони… причём желательно так, чтобы больше никто об этой сделке не знал… ну и попросить вас, чтобы другим вы её не продавали. Отличный план Медина! Пусть у всех Хранителей будет оружие, но только у тебя будет от него защита – это весьма разумное решение – мысленно похвалил я Хранителя Технологий. – А что мне за это будет? – многозначительно поинтересовался я. – А чего вы хотите? – также многозначительно отозвался Медина. Чего я хочу? А правда – чего я хочу? Пожалуй – всего. Но для этого мне надо сначала спасти мир, а я не смогу сделать этого в одиночку, даже с имперским Корветом и Ковчегом ОЭГ. Быстро прикинув в уме самые разные варианты развития событий я выдал ответ, показавшийся мне оптимальным: – Я подарю вам два комплекта штурмовой брони… Медина одарил меня вопросительно-заинтересованным взглядом: – Но…? – вопросительно проговорил он, приглашая меня к продолжению фразы. – Но вы поможете мне в очень важном деле, – ответил я, – может быть, дадите людей, может быть ещё как-то, у меня пока слишком мало данных, чтобы сказать точно, что мне от вас потребуется. – Это хорошая сделка, – кивнул Медина, – и всё же я хотел бы хоть каких-нибудь подробностей – какого рода предприятие вы изволите затеять? – Ну смотрите, – выдохнул я, приготовившись к длинному разговору, – что вам известно о кочевниках? Вам обоим? – я перевёл взгляд на Хранителя Библиотеки, давая понять что вопрос относится и к нему тоже. – Почти ничего, – покачал головой Медина. – …в смысле никому толком о них ничего не известно, – дополнил его Селуд, – двадцать лет назад они впервые напали на город, с тех пор мы укрепили городские стены и выставили круглосуточные дозоры, иногда они нападают, мы их отстреливаем, в общем к этой не хитрой схеме сводится всё наше взаимодействие… – Это я уже понял, – кивнул я, – но неужели никому не интересно ПОЧЕМУ они нападают на укреплённый город, в то время как, учитывая разницу в вашем техническом уровне, было бы намного выгоднее торговать, а не воевать? – Они тупые и агрессивные? – подкинул вариант Медина. Но я лишь покачал головой. – Даже тупые и агрессивные люди в большинстве случаев ведут себя рационально, а их нападения на технически превосходящего противника похожи на жесты отчаяния… – озвучил я свои сомнения. – Я полагаю, – начал Селуд, – …и уже говорил об этом нашему гостю, – он бросил взгляд на Медину давая понять что обращается к нему, – что их кто-то теснит с севера, но я не знаю как проверить свои предположения… – Вот об этом я и говорю! – поддержал я хозяина дома. – Мы ничего не знаем о кочевниках, но главное – мы ничего не знаем о мире за пределами городских стен… в общем мне требуются деньги и верные люди для… скажем так, исследовательской экспедиции. Кроме того мне нужны образцы местной флоры и фауны, всего что может расти и бегать в тех странных лесах, которые покрыли материк не смотря на противодействие Ковчега и Первых Людей, и уцелели не смотря на потоп. – Но у Вас же есть атмосферный катер, – напомнил Медина, – почему вы не можете просто облететь планету и увидеть всё сами? Чем я-то смогу вам помочь? – Две недели назад я уже вышел походить по этой планете в одиночку, спасибо. Я нагулялся, – я жестом показал, где именно видел такую идею, – да и что я увижу сверху? Площади покрытые лесами? Или кочевые юрты? Я и так всё это видел с орбиты, меня не интересует где сейчас расположены юрты и леса. Меня интересует ПОЧЕМУ они там, а узнать об этом с воздуха я не могу… кроме того, мой флаер застрял в двухстах километрах выше по течению этой вашей ядовитой реки, где бесконечное море ядовитой же травы, кишит обезьянами с гранатами, – напомнил я. – Кем? – не понял Медина. – Стигийцами, – объяснил за меня Навара. – Так что мне как минимум потребуется помощь, чтобы до него добраться. Мне нужно оружие, боеприпасы, и пара крепких парней, чтобы доставить меня туда. Ведь, как показала практика, даже мой бластер и броне-костюм не защищает от стигийцев достаточно надёжно, – подытожил я. – Ну это не беда, – взбодрил меня Медина, – с этим мы что-нибудь придумает, 200 километров не такое большое расстояние… да, я думаю мы решим эту проблему. И что потом? – Потом я продам оружие городу и на вырученные средства устрою сбор образцов лесной биоты… всех, кто обитает этих поганых лесах, – объяснил я, – наверное как-то подключу к этой задаче кочевников – я ещё не продумал этот вопрос… я вообще думаю с ними надо как-то договориться, потому что убивать людей на и без того враждебной планете это совершенно зашкварная идея… Для передачи своей мысли я ввернул несколько словечек на федеральном языке, вряд ли Хранители поняли меня дословно, но общий смысл сказанного они, вне всяких сомнений, поняли. – Мы пытались объяснить в совете тоже самое, – наконец подал голос Навара, – но большинство Хранителей полагают, что договориться с кочевниками невозможно. – …хотя никто ни разу не пытался, – дополнил его слова Медина. – Я о чём и говорю, – коротко кивнул я, – самое логичное предположение состоит в том, что если мы уничтожим то, что гонит их на юг, им вообще не будет надобности совершать эти самоубийственные набеги, и мы… вы, сможете вернуться к сотрудничеству, которое было нормой во времена Первых Людей. – Допустим, – согласился Медина, – даже допустим, что кочевников гонят на юг стигийцы и их лиственные леса, но как мы сможем их остановить? Первым Людям это не удалось… – заметив мой пронзительный взгляд, он добавил, – да, я помню, Ковчег ОЭГ и всё такое, но реально, что он может? – Всё, – без размышлений ответил я. – Всё? – Медина посмотрел на меня вопросительно. – В рамках одной планеты не защищённой из космоса – всё, – повторно кивнул я, – но для этого мне нужны образцы жизненных форм, особенно тех, что появились на планете недавно… Селуд говорил вам на счёт своей теории о призрак-траве? – Да, – подтвердил Медина. – Так вот, – продолжил я, – насколько мне известно – он прав, подобного растения нет в информатории корабля, его не было на Стигии 400 лет назад и отличия от местной флоры весьма существенны… – Это не может быть результатом мутации от радиации? – поинтересовался Медина, но я отрицательно покачал головой. – В принципе, может, но маловероятно… – ответил я. – …и? как это будет? – спросил Медина. – Вы, не знаю, взмахнёте волшебной палочкой и в степях оживут чудовища? – Не совсем… но что-то типа того, – признался я, – но для начала мне нужно попасть на свой челнок… и добыть образцы флоры и фауны… я уверен среди кочевников есть смелые ребята, которые заходят в леса, – добавил я, – но у меня нет никаких мыслей как с ними связаться, а у вас? – я ожидающе посмотрел на Медину и Навару. Медина отвёл глаза, попыхтел, покряхтел, помолчал, видимо размышляя стоит ли выдавать такую информацию, и, наконец, понизив голос до предела слышимости произнёс: – Говорят, что Лэнгийские аристократы в тайне от Асшая торгуют с кочевниками, главным образом покупая лошадей и рабынь для утех, но всё это глубоко незаконно, и по доброй воле никто из них в этом не признается… – полушёпотом произнёс он, – по крайней мереасшайцу, но может быть вы сможете их разговорить? – Для этого вы подняли цену на бластер? – прищурившись, спросил я. – Хотели снабдить меня деньгами для переговоров? – В том числе, – не стал отрицать Медина, – кстати, в порту сейчас стоит Лэнгийский корабль… он называется Мантикора – это такое ядовитое животное, вроде огромного жука. Так вот. До меня дошли слухи – всего лишь слухи! – он сделал честные глаза и помахал открытыми руками перед носом Селуда, как бы объясняя Хранителю Библиотеки, насколько он тут не при чём, – что его капитан может привести незаконный груз. Хотя Асшайские силы правопорядка никогда не ловили его с поличным… – закончил он, бросив взгляд в мою сторону. – Благодаря вам? – заинтересовался я. – Хмм… не важно, – пробормотал Медина неопределённо, – но у него может быть то, что нам нужно… – Могу я тоже задать вопрос? – обратился я к Медине и сразу же перевёл взгляд на Селуда. – Да, конечно, – кивнул Хранитель Библиотеки. – С чего вдруг такая заинтересованность? Ну там броня… понятно, но ведь это не всё. Почему вы пытаетесь помочь мне отбить материк у стигийцев? – Селуд только было приготовился открыть рот для ответа, как я упредил его реплику. – Только сделайте мне одолжение, не надо рассказывать байки про человечество и спасение цивилизации! Вам, – указал я на Хранителя Библиотеки, – я бы ещё поверил. Но Вам… – я повёл рукой в сторону Медины, и замолчал. Хранитель Технологий не стал упираться и изображать оскорблённую невинность: – Новые земли, новые города… да и вообще если мы будем не воевать а торговать с кочевниками – это открывает новые возможности. Быт в Асшае налажен, в Лэнге уже сформировалась своя аристократия, но новые города не обойдутся без старых технологий, и… – И влияние Хранителя Технологий… – продолжил я, – да и чего греха таить, Хранителя Библиотеки, – кивнул я Селуду, – резко вырастет. Собственно отсюда и такая преданная дружба, ни так ли? – Не стану отрицать, – согласился Селуд, – но тогда и вы нам ответьте Р’Глор– Земли, в чём Ваш интерес? Вы продали самую ценную вещь, что у вас была, чтобы собрать экспедицию, вы готовы вооружить совет, зная что он вас не поддерживает, и вы собираетесь налаживать контакты с кочевниками рискуя жизнью… ну и, конечно, вы собираетесь подарить кочевникам и Асшаю целый материк, ничего не требуя в замен… в чём Ваш интерес? Давайте – откровенность за откровенность. – Я хочу спасти мир, – коротко ответил я. – Это понятно, – присоединился к разговору Медина, – только что вам за дело до нашего мира? Даже если поверить в то что вы не можете покинуть систему… что, простите, вызывает у меня серьёзные сомнения, то на вырученные деньги вы могли бы купить замок в Лэнге, нанять себе армию, и жить в роскоши, как император, до конца своих дней… но вы собираетесь бросить все деньги и боевую мощь Ковчега, который кроме вас никто не может контролировать, на спасение Стигии – зачем это вам? – Я хочу спасти мир, – повторил я, – во-первых потому, что я правда не знаю куда бежать из системы, даже если бы мог её покинуть, хоть вы мне и не верите. Я в отличии от вас видел хранганийскую войну и даже участвовал в ней. Вы едва ли можете представить те зверства, которые творила Земля в оккупированных мирах, и если хранганийцы хоть на десятую часть также жестоки как люди, то после их победы жизнь человечества превратилась в ад. Это во-первых, а во-вторых… Медина сказал «жить как император», но я не хочу жить как император, я хочу БЫТЬ императором! Разумеется в слух я ничего подобного сказать не мог, поэтому сделанная мною пауза несколько затянулась. – Во-вторых…? – подстегнул меня Медина. – А во-вторых я хочу лавры спасителя мира, – ответил я, – слава – это то что нельзя купить на деньги, а я всегда мечтал прославится. Медина кивнул, удовлетворённый моим ответом. Слава, деньги, женщины – эти безусловные причинных самых отчаянных поступков понимает каждый. – Тогда я полагаю мы сработаемся, – он протянул мне широкую крепкую руку ладонью вниз и я принял её для рукопожатия. Потом таким же жестом мы обменялись с Хранителем Библиотеки. – Правда есть и ещё один момент, о котором мы хотели бы вам сразу предупредить, – продолжил Медина. – Я весь внимание! – судя по тону Хранителя речь пошла о по настоящему серьёзных вещах. – Агилар никогда не отпустит вас на переговоры с кочевниками, даже и тем более если вы будите готовы помочь им в борьбе со стигийцами. Он панически боится любых договорённостей с дикарями – именно поэтому Лэнгу запрещено торговать с материком, – объяснил Хранитель Технологий, – он приложил уйму усилий, чтобы никто за его спиной не мог объединиться с вольными племенами. Он считает, что это может быть опасно для города… и я даже не могу сказать, чтобы он был совсем уж не прав в своих опасениях… – И…? – я всё ещё не понимал, к чему клонит главный технолог. – И мы тут с Наварой подумали… – взгляд его рассеянно забегал по помещению, –посоветовались… вы только не подумайте ничего такого, я не знаю было принято в ваши времена на Земле, но… – он толкнул Хранителя Библиотеки в бок. – В общем мы решили, – продолжил за него Селуд, – что было бы очень полезно, если бы в городе оставалась ваша семья и, возможно, дети… тогда… оставив семью в городе… вы не смогли бы привести сюда врагов… по крайней мере мы сможем убедить в этом если не Агилара лично, то большую часть Совета – наверняка. Я рассмеялся: – Господа, я был бы обоими руками за – вы должны были заметить, что я не прикасался к женщине сотни лет… не могу сказать что я хотел бы именно жениться, – уточнил я, – но полагаю этот вариант вполне допустимым. Однако у меня к вам обоим вопрос – у вас-то семьи и дети в городе есть – отчего бы в таком случае, на переговоры не отправиться вам? – Ну… – замялся Селуд, – мы не достаточно хорошо владеем тематикой… и не знаем всех технических тонкостей… – Вы боитесь, что кочевники вас убьют, – перевёл я с дипломатического на человеческий. Мои собеседники замолчали. Ни словом, ни жестом ни один из них не подтвердил мои слова, но мне и так всё было понятно. – Давайте так, – предложил я, – сначала соберём данные, а потом будем думать о свадьбах? – Это будет не вполне натурально, – не согласился Медина, – согласитесь, если вы женитесь сразу перед переговорами, это будет казаться фикцией, другое дело если вы будите уже давно женаты… ещё лучше если молодая супруга будет к тому времени в положении, – он почему-то опять покосился на Навару и подмигнул ему. – Вы так говорите, – протянул я, – как будто уже подыскали для меня достойную кандидатуру? – В общем… да, – проговорил, наконец, Хранитель Библиотеки, – моя младшая дочь до сих пор не замужем… мне показалось что вы друг другу понравились? В моём животе разрослось приятное ощущение, как будто я летел под гору на американских горках. Не могу сказать, что я прямо вот мечтал именно о свадьбе, но Ниса правда мне симпатично, и раз уж мне дают карт-бланш практически ничего не спрашивая в замен – ведь я вполне планировать приударить за дочерью Хранителя и без всяких политических целей – так почему бы и нет? В конце концов у меня в руках Корвет и Ковчег ОЭГ – могу сбежать, если молодая жена совсем уж не оправдает ожиданий… Однако выдавать мою радость заговорщикам совершенно не следовало, а то свою просьбу они сочтут за благодеяние, а надо чтобы они думали будто это я делаю им одолжение, а не наоборот. Я старательно скривил лицо, выражая крайнюю степень недоумения: – Поймите меня правильно, Селуд, – начал было я, – Ниса прекрасная девушка, и очень мне симпатична, но… я не видел женщин четыреста лет… Четыреста! В общем одной симпатии не достаточно, чтобы я был готов жениться на любой кого мне предложат. Всё-таки женитьба – это очень серьёзный шаг… Даже на Земле, где отношения полов довольно свободные, брак весьма ответственное предприятие, но тут у вас… – я замолчал пытаясь подобрать слова, – в общем я видел ваших женщин завёрнутых в покрывала и всё такое прочее, что, как мне показалось, говорит о серьёзности институт брака на вашей планете… Я очень надеялся, что мои слова прозвучали разумно, и я никого при этом не оскорбил. – Я понимаю, – неохотно согласился Навара, – и всё же подумайте… если что, имейте в виду: разводы у нас разрешены и за измену вас не повесят… мы же все взрослые люди и всё понимаем… – Дадите мне несколько дней для размышлений? – спросил я, задумчивым голосом, ликуя внутренне. – Да конечно! – Селуд взмахнул рукой в знак одобрения. – Хорошо, – я хлопнул руками по коленям, и обратился к Медине, – ваш контрабандист… он не заподозрит во мне… агента правопорядка? – Не думаю… я пошлю ему весточку… кроме того, вы сильно недооцениваете свою популярность, – добавил он, – весь город пересказывает друг другу легенды о спустившемся с неба древнем воине, которому ведомы тайны Первых Людей. Так что многие хотели бы с вами встретиться и без моей протекции… – Поймите, – добавил к его словам Хранитель Библиотеки; и судя по разворачивающимся событиям мой будущий родственник, – мы приложили много усилий, чтобы никто в городе не знал что вы – это вы. Большинство из тех, кто слышал о появлении пришельца, считают, что вас держат в Башне Совета… – …а меньшинство? – ехидно осведомился я. – Что мы вас уже убили, – хладнокровно ответил на мой вопрос Медина, и судя по голосу его ответ не был шуткой. – Ясно, – ответил я, наверное надо было как-то возмутиться, но я не сумел подобрать достойных слов, – тогда я не стану откладывать и встречу с вашим капитаном завтра утром. – Хорошо, – кивнул Медина, – только ни в коем случае не показывайте ему всех денег сразу, – предупредил он, – на то золото, что вы выручили от продажи бластера, его корабль можно купить целиком, так что он наверняка попробует заломить цену. – Я на китайском рынке без переводчика торговался! – с гордостью ответил я, и лишь потомпонял что сказал эту фразу на федеральном, – в общем не беспокойтесь, – заверил я заговорщиков, – я знаю цену деньгам, и лишнего не потрачу. – Тогда пройдёмте, пожалуй, ужинать, – предложил хозяин дома, – Ниса уже наверняка накрыла на стол и давно нас ждёт… кстати, она ещё и прекрасно готовит, – подмигнул мне будущий тесть, поднимаясь из-за стола. За ужином Навара и Медина наперебой рассказывали мне всё, что им известно о кочевниках и мире за стенами города. Несмотря на то, что наша беседа длилась несколько часов. Узнать удалось ни так уж и много. Во времена Первых Людей, то есть между Колонизацией и Катастрофой, города поддерживали тесные отношения с изгнанниками – фактически те заменяли развитым прибрежным городам сельское хозяйство: охотой на мегафауну изгнанники добывали мясо, которое сдавали в города в обмен на технические изделия. Более развитые сеяли какое-то зерно и в обмен получали покровительство и опять же простейшую технику. Но после катастрофы все связи с одичалыми были полностью утрачены. Всё дело в том, что когда Стегай остался единственным городом не уничтоженным Катастрофой, в него собирали только выживших жителей других мегаполисов, все изгнанники были просто брошены на произвол судьбы. Сам же Стигай, находясь в глубине гор, собственных степных окраин, пригодных для жизни людей, не имел. Городских преступников либо использовали на работах в шахтах – если те имели незначительные сроки – либо же отвозили в долину реки Янь-Цзы почти за тысячу километров на север по побережью, потому что она была ближайшем пригодным для жизни местом. Асшай в те времена был мелким логистическим узлом, использовавшимся исключительно для погрузки и выгрузки грузов, транспортируемых между Стегаем и остальными городами колонистов. Берега к северу от Асшая тогда, как и сейчас, были мало пригодны для кочевого скотоводства или загонной охоты – почти на тысячу километров к северу всё побережье представляет из себя узкую полосу в пять десять километров, зажатую между отвесными скалами Сумеречных Гор и солёным морем. Это пространство слишком узкое и каменистое, чтобы там могли плодиться крупные степные животные, и выбрасывать в эти негостеприимные земли людей было равносильно преданию их смерти. С тех пор ситуация только ухудшилась – предгорья Сумеречного Хребта до самого моря заросли ядовитой призрак-травой, убившей всё живоена и без того довольно пустынном побережье. Асам Асшай был смыт вместе с остальными городами. Заново его отстроили только через полвека и нынешнего своего облика он достиг не больше столетия назад, и теперь уже асшайцы преступников использовали либо на работах в шахтах, либо отправляли в Лэнг. В общем,очень много лет между горожанами и выжившими на севере одичалыми не было никакой связи. Лишь спустя столетие после Катастрофы стен Асшая достиг первый торговый караван. Хотя. Возможно, наверное отдельные степные «пионеры» приходили сюда и раньше, но их никто не замечал. В те времена стены служили не оборонительным, а заградительным сооружением, препятствующем разрастанию призрак-травы, но даже в таком виде для одинокого путника без подготовки она могла стать непреодолимой преградой. С тех пор взаимодействие цивилизованных людей и их одичалых собратьев потихоньку налаживалось. Асшайцы получили новый и довольно важный источник продовольствия – кочевники везли в город зерно, солонину, вино, шкуры, мамонтову кость и многое другое, асшайцы же расплачивались сталью, золотом и драгоценными камнями. Однако вскоре ситуация начала меняться – торговые караваны приходили всё реже, а вместозолота и камней брали в оплату только сталь. Тогда же начался массовый исход из Асшая в Лэнг – большой остров на западе, недоступный ни для кочевников, ни для стигийев. Когда-то в Лэнге был форпост колонистов, не город в полном смысле этого слова, а небольшая станция технического обслуживания – промежуточный порт на пути из Асшая в остальные колониальные города.В дни Катастрофы километровая волна цунами накрыла остров целиком ни оставив от поселений и заводов камня на камне, и когда остатки колонистов собирались в Стигае, полностью затопленный Лэнг даже не стали исследовать на предмет выживших. Тем сильнее было удивление асшайцев, когда после возрождения города, первый же причаливший к Лэнгу корабль обнаружил его населённым. Как оказалось, в центре острова сохранился военный бункер, построенный ещё ОЭГ, и заброшенный сразу после мятежа на корабле, но известный местным жителям, которые сумели укрыться в нём от наводнения – задраив вентиляционные шахты они смогли продержаться там несколько месяцев, пока вода не отступила и не освободила путь к выходу. Более того, выжившие в бункере даже умудрились запустить древние передатчики, но к тому времени как их антенны показались изпод воды все уцелевшие колонисты уже собрались в Стигае и вылеты за пределы Сумеречных Гор полностью прекратились. А, как было мне известно уже на собственном опыте, никакой наземный передатчик не может пробиться через хребты Сумеречных Гор.В общем связаться со Стигаемлэнгийцы не смогли… зато смогли оповестить о сохранившейся базе экипажи нескольких потерявшихся, но не затонувших кораблей – так на Лэнге собралась довольно внушительная человеческая популяция. По словам Хранителей моряки рассказывали о той поре страшные вещи: будто бы лишь один из десяти спустившийся в бункер в итоге смог вернуться на поверхность – люди ели друг друга чтобы выжить, и выжили далеко не самые честные и законопослушные. С тех пор нравы Лэнга довольно суровы: многочисленные асшайцы быстро поглотили местное население, однако в горах, говорят, до сих пор сохраняются людоедские (в прямо смысле слова) обычаи. И всё же это не отваживало население Асшая от эмиграции в безопасное плодородное место: караваны с провизией приходили всё реже, а почва вокруг города становилась всё ядовитее, дошло даже до того, что животные почти перестали выживать в городских стенах – мощности очистных сооружений едва хватало на обслуживание людей, а для промышленности и животноводства вода бралась прямо из реки. Тридцать лет назад караваны перестали приходить вообще, а двадцать лет назад на город впервые напала кочевая орда. Конечно «Орда» – громко сказано, несколько тысяч всадников с железными и бронзовыми мечами не могут представлять реальной опасности для миллионного города. Но в том-то и дело, что нападения никто не ждал, и толпа плохо вооружённых людей успела вырезать буквально тысячи горожан, прежде чем подтянулись силы правопорядка с огнестрельным оружием и не перебили кочевников как скот. Те немногие кого удалось захватить живыми не скрывая своих намерений объяснили что пришли за сталью, ибо про то, что тут есть сталь, им рассказали уничтоженные ими племена. Из чего стало понятно, что тех, с кем асшайцы торговали прежде, частично или полностью нет в живых. На вопросы: «а почему было не предложить что-то на продажу?», нападавшие ответили, что предлагать нечего – у них у самих проблемы с продовольствием и всем остальным тоже. Согласно выводам комиссии, разбиравшейся в инциденте дельта реки была завоёвана другим, более враждебным кочевым народом, а пахотныеземли как и площади степей для загонной охоты сократились – в принципе я мог подтвердить эти выводы своими данными полученными на орбите Стигии. Стоит ли говорить, что поток переселенцев из Асшая в менее технический развитый, но более изобильный и безопасный, Лэнг после этих событий вырос многократно. С тех пор Асшай вымирал, а Лэнг набирал силу. Обеспечение Асшаяпродовольствием взяли на себя Лэнгийский фермеры и рыбаки, в обмен на это Асшайснабжал Лэнг промышленными товарами и первичными ресурсами… вот такое равновесие и желал бы поддерживать совет и далее, если бы на их голову вдруг не свалился я, со своим Ковчегом. Ниса весь вечере лениво ковырялась в тарелке, бросая в мою сторону скучающие взгляды. Мне тоже было неловко, что романтический момент между нами был так бесцеремонно прерван и я, вместо того чтобы догонять её на лестнице отправился обсуждать «более важные вещи». В конце концов она ушла спать не дождавшись окончания ужина, и в тот вечер мы так и не договорили. А на следующий день мне предстояло отправиться в порт, чтобы приобщиться к асшайской организованной преступности… *** – Где мне найти капитана Мантикоры? – спросил я у угрюмого бармена у стойки, – я знаю что он бывает в вашем заведении в это время… Не успел я договорить, как ко мне подлетел молодой человек, лет двадцати-двадцати пяти и впился в мою руку как скорпион: – О! Дорогой друг! Сколько лет, сколько зим! – невысокий гладко выбритый моложавый мужчина с серьгой в ухе тряс мою руку как сумасшедший, так что полы его цветастого халата пошли рябью как море перед приближением урагана, – нам так о многом нужно поговорить! «Кто вы», – хотел спросить я, но не успел, потому что молодчик обхватил меня за плечи и чуть не задушил в объятия. «Пойдёмте со мной», – прошептал незнакомец на ухо. – Извините, – бросил я бармену и отчалил от стойки, – какими судьбами друг! – начал я подыгрывать незнакомцу, – я думал ты давно перебрался в Лэнг! – Да, представляешь, прибыл в город по делам, а тут ты! Неся какую-то ахинею мы прошли через многолюдный даже в это время, отделанный деревом просторный зал, и оказались в небольшом, но весьма уютном помещении, где уже сидели два человека: загорелый стройный юноша высокого роста с чёрными волосами до плеч и невысокий, но коренастый и жилистый седоватый мужчина с коротко стриженными волосами и бородой. – Я вас уже заждался, – раздражённо произнёс он, – смотрю, вы не торопились. – Вы знаете, кто я? – спросил я с удивлением. – Конечно, – подтвердил пожилой мужчина, – вы Человек-с-Неба. Весь Город только о вас и говорит. И можете не льстить себе, ваш акцент ужасен, и на местного вы совершенно не похожи. – Пусть так, – не стал спорить я, – но с чего вы решили, что я приду сюда? – Птичка на хвосте принесла, – неопределённо произнёс, он и указал мне рукой на свободный стул, – присаживайтесь. – И что же говорят обо мне в городе? – спросил я, занимая предложенное место. – Что Первые Люди послали вас спасти город и мир от гибели, а жирный мудак Агилар старается этого не допустить. Не очень хорошее начало. Ссорится с местным руководством в мои планы не входило, по крайней мере пока, а теперь получалось, что я с ними уже в конфликте… Такие общественные настроения не сулили ничего хорошего, мне оставалось лишь надеяться что капитан сильно преувеличивает. – Я Рон Салазар, – проговорил он, протягивая мне руку. Я кивнул, отвечая на рукопожатие: – А я… – А вы Р’Глоря, я знаю, – не дал мне закончить капитан, – так зачем вы пришли? – Такая секретность и посторонние? – спросил я, вместо ответа указывая глазами на своего провожатого и черноволосого парня рядом с капитаном. – Не переживайте за них, – ответил тот мотнув головой, – я доверяю этим людям как себе. Так зачем вы пришли? Он повторил свой вопрос и уставился на меня в упор колючим немигающим взглядом. – Та же птичка, что принесли вам весь о моём прибытии, сообщила мне, что вы в нарушение конвенции торгуете с кочевниками… – Птицы нынче разболтались… – глубокомысленно проговорил Салазар, – предположим, что кто-то с ними действительно торгует… и что из того? – Мне нужно кое-что купить, – объяснил я. – Что-то такое, чего нет в Лэнге и Асшае, но есть у кочевников? – капитан приподнял левую бровь в напускном удивлении. – Да, – подтвердил я. – Никак вы решили отказаться от предложения Хранителя Библиотеки и вместо его дочери прикупить для любовных утех рабыню? – подмигнул капитан. Признаться, я не сразу понял о чём говорит капитан, но когда до меня дошло, что он намекает на наш, совершенно ещё гипотетический семейный союз с дочерью Хранителя Библиотеки, то даже слегка растерялся. Тем не менее, виду я не подал, и лишь пожал плечами, ответив подражая интонации моряка: – Я смотрю птицы действительно в последнее время очень разговорчивы. Капитан и юноша напротив залились заливистым смехом. – Старик Медина совершенно не умеет держать язык за зубами, – всё ещё улыбаясь пояснил капитан, – именно потому ему и не удаются никакие заговоры, и в Асшае правит не он, а Агилар, самый тупой и бесполезный из всех хранителей. Решив что вступительная часть и без того затянулась, я перешёл к делу: – Мне нужны образцы животных и растений из Леса, особенно странных. Можно даже одного вида, но обязательно от разных особей. Сохранять их живыми и даже целыми совершенно не обязательно. Главное чтобы их было как можно больше. Если это будут ветки, листья – то от разных деревьев;шерсть, когти – от разных особей. Главное – чем больше, тем лучше. – И как вы отличите листья с одного дерева от листьев с разных деревьев, если те одного вида? – скептически поинтересовался капитан. – У меня есть способ, – уверенно ответил я, – не надейтесь меня обмануть, подсунув не то, что нужно – у меня есть устройство, которое однозначно определить обманываете вы меня или нет. – Это прекрасный план, – в глазах Салазара мелькнула усмешка, – вы-то узнаете подставу и обвините меня… а я как должен узнать, что кочевники не растерзали на части одного василиска, или не искромсали в труху единственноечар-древо? Надо признаться, что об этом я не подумал. Видя мою растерянность, капитан добавил: – То-то же! Это же твари, они так и норовят тебя обмануть, а то и вовсе в тихую прирезать и забрать товар даром. Я не могу отвечать за этих поганцев. Если у вас есть способ ловить людей на вранье – сообщите его мне, или едьте торговаться с этими варварами сами. В словах капитана был резон, но в мои планы такая поездка совершенно не входила, тем не менее я спросил почти на автомате: – Когда вы собираетесь отплывать и сколько дней занимает путь? – Корабль почти разгружен, – ответил Салазар, – товары проданы, завтра я начинаю закупку стали, ножей игл, нити и всего того что требуется кочевникам, и где-то через неделю планирую отбыть из города на север. При попутном ветре, мы прибудем к месту назначения дней через восемь-десять… – Ветре? – моё удивление было не поддельным. – У вас что, парусное судно? – А какое же ещё судно, я могу использовать для автономного плавания на 2-3 тысячи километров? – с издёвкой в голосе поинтересовался Салазар, – Не знаю в курсе ли вы, но атомные батареи не производят уже 300 лет, а под саляру, на такой долгий поход, нужно выделать отдельный трюм, а значит уменьшить прибыль… это не говоря уже о том, что сам двигатель тоже весит не хило, а стоит и того больше, потому что у нас нет промышленного производства таких машин, как в древности… да, чёрт возьми, я хожу под парусами, но с радостью куплю у вас атомную батарею, если вы мне её продадите… Капитан, конечно, говорил это не в серьёз… а зря. Ведь у меня как раз было то, что ему нужно, только я раньше об этом не знал… Очень хорошо – это означало что мы сможем договориться без денег вообще. – Я продам вам атомную батарею! –выдохнул я. Лицо капитана стало серьёзным: – За сколько? – кажется он ни на секунду не усомнился, что она у меня есть. – Я подарю вам её так, – в голове у меня мгновенно сформировался новый план, – но вы отрядите со мной нескольких своих крепких парней… да и вообще, выполните несколько моих поручений, а то у меня совсем нет друзей в городе. – А вы не боитесь, что мои крепкие парни заберут у вас батарею даром? – честно спросил капитан. – Если в их намерения не входит сдать её на металлолом, то не боюсь, – также честно ответил я, – едва ли в городе найдётся второй человек, имеющий хоть какое-то представление что и как с ней делать… – А как же Медина или Навара? – прищурился капитан. – А им нет никакого резона помогать вам без меня, – ответил я, разводя руками. – Вы правы, – сдался капитан, – но я с трудом представляю, чем я смогу расплатиться за такой щедрый подарок? – Как вы заметили, меня недолюбливает местный вождь, так что мне может пригодиться любая помощь,– спокойно ответил я, – если всё пройдёт хорошо, то вы получите достаточно денег, чтобы напечатать совершенно новый корабль с нуля, который будет без дозаправок преодолевать расстояние до Лэнга за день, а служить вам будет до конца ваших дней… я слышал, – я чуть понизил голос скорее для создания драматического эффекта, из соображений секретности, – что в мире есть и другие города, ведь если люди выжили даже в Лэнге, который говорят, был покрыт водой несколько недель, наверняка есть выжившие в других частях мира. Поговаривают, что в тысячах километров к западу моряки видели большой город… я никогда не поверю, что вам не хотелось бы изучить далёкие земли, которые могут кишеть баснословными богатствами… При упоминании о богатствах глаза капитана затуманила масляная плёнка мечтательности. – Я согласен, – ответил он, протягивая мне руку, – за атомную батарею я отдал бы вам даже собственную жену… хотя она для вас старовата, – Салазар смерил меня оценивающим взглядом, – да чего там жену, сына бы отдал, – он толкнул в бок черноволосого юношу,– но если вы хотите чего-то от кочевников, вам придётся плыть со мной… – У меня есть идея получше! – приосанился я, – у вас же есть карты? Пусть у вас нет спутниковой навигации, но координаты-то места назначения вам известны? – Разумеется, – кивнул капитан. – Укажите мне на карте координаты места, в которое плывёте для торга, и я прибуду туда самостоятельно! – Как? – во взгляде капитана читалось неподдельное удивление. – Я же человек-с-неба! Я умею летать!