Рождённые в Пламени

Когда до города оставалось не больше сотни километров бортовой передатчик ожил: – Доброго дня зятёк, как там наши дела? – раздался из динамика голос Селуда Навары. – Рад слышать тебя, папаша, – приветствовал я Хранителя по родственному, – дела наши… как посмотреть… если вас интересует сбор данных – то он прошёл как по маслу. Кочевники не сомневаются в существовании нового бога, настолько, насколько они вообще могут во что-то верить… но есть и другие новости, но они гораздо хуже… А у вас там как? Как там Ниса? – Сам у неё и спроси! – хохотнул в микрофон Хранитель, и почти сразу же его прервал голос моей молодой жены. – Р’Глор, милый, у тебя там всё в порядке? Как там эти варвары, не агрессивны? – голос девушки мигом вернул мне хорошее настроение. – Да, всё отлично! «Они нет, а мы да – одного я здесь уже поджарил», – эти слова рвались на язык, но я удержал их внутри себя: – Спать только всё время хочется, – продолжил я, – приходилось мотаться туда сюда до Стигая и обратно каждый день. Мои передатчики до Базы сквозь горы не добивают… в общем не высыпаюсь я. – Это ничего, – ответил ласковый голос, – домой прилетишь – выспишься. – Вообще-то я рассчитывал, что после такой долгой разлуки ты мне дома спать не дашь… – я улыбнулся про себя приятным воспоминаниям об упругом теле моей юной красавицы. – Милый! Тут же папа! – голос Нисы был одновременно суровый и радостный. – Да ладно, дети мои, – пробухтел в динамике Селуд, – я ведь тоже когда-то был молод и влюблён… в общем голубки, сеанс связи не на долго, а у меня к тебе ещё есть пара вопросов. Медина тут сильно переживает за своих людей, говорит что отдал тебе лучших техников и они нужны ему живыми. Специально это просил тебе передать, как они там? – О! Живы и великолепно справились! – похвалил я техников. – Прямо настоящие языческие жрецы – в его лаборантах умирает актёрский талант! – Рад слышать, эксцессов не было? Тут можно было бы рассказать о сожжённом кочевнике, но решил, что Нисе мои тёмные стороны до поры до времени видеть не нужно. Она знает меня как милого и умного парня со звёзд. Не стоит разрушать этот образ сообщением о том, что она вышла замуж за Палача… этих баб не поймёшь. Какие-то из них сохнут по убийцам, а кто-то их до тошноты не переносит. При случае расскажу, конечно, но мне нужно видеть её реакцию, чтобы скорректировать разговор при необходимости, а по радиосвязи этого не сделаешь. – Нет, всё отлично. – соврал я. – Кочевники оказали искреннее содействие и притащили из леса столько образцов, сколько там вообще есть. – Они так быстро успели проскакать туда-обратно до границы Леса? Там же тысячи километров, – с сомнением в голосе проговорил Навара. – Уже нет, – покачал головой я, хотя мой жест и не был виден по ту сторону передатчика, – я тут сделал несколько облётов. Так вот, предположение Медины оказалось верным: леса давно перебрались через Цинь и теперь все племена обитают на узкой полоске между призрак-травой и Лесом шириной в несколько сот километров… Точнее правильно будет сказать обитали. Вот тут то и начинаются плохие новости. Поскольку большую часть времени мои ребята прохлаждались внизу без дела, я поручил им помимо образцов, собрать ещё и некоторые сведения. Если вкратце, то нет больше никаких отдельных племён: теперь это одно племя, под властью одного вождя – к счастью он нас своим присутствием пока не почтил – остальные либо бежали, либо присягнули ему на верность, либо были перебиты. Видимо остатки эти племён и пытались взять стены Асшая от безысходности. Говорят что часть людей ушла в горы, кто-то сбежал искать лучшей доли на запад по побережью, говорят даже есть люди приспособившиеся к жизни в стигийских лесах и вступивших в некоторого рода союз со стигийцами, но правда это или нет – никто не знает, в любом случае их сугубое меньшинство… – И сколько кочевников под началом этого… хм… хана? – поинтересовался Селуд. – Его называют Октин Хан, – сообщил я, – точно не знаю, но по косвенным оценкам около миллиона… – Не мало, – присвистнул Хранитель, – и если стигийцы прижмут их с севера, они все придут сюда, в Асшай? – Боюсь что так… – согласился я, – и нам надо сделать так, чтобы этого не произошло. – Хорошо бы… – ответил Навара, и вроде собирался сказать что-то ещё, но его прервал голос дочери. – Не скучай! Я тебя люблю! – прокричала она в микрофон. – И я тебя, милая! – ответил я. – Всё, голубки, по приезде поболтаете, я и так нарушаю положения. Давай Р’Глор, до встречи! – До встречи, – ответил я, когда в обзорном экране уже показались городские огни. *** Вернувшись в Асшай я неделю не вылезал из постели… правда выспаться мне так и не удалось, но после 400 лет сна это было не так уж страшно. Разумеется мы с Нисой иногда выходили поесть и погулять, и ещё в первую нашу вылазку нас прямо в столовой перехватил Медина, который, по всей видимости довольно часто навещал Хранителя Навару, просто обычно они не ходили дальше рабочего кабинета на первом этаже. Моего тестя нигде не было видно, и Хранитель Технологий немедленно воспользовался возможностью увлечь меня в сторону оторвав от молодой жены. Ниса не сказав ни слова отправилась в свою комнату прихорашиваться, и мы с Мединой остались наедине. – Я хотел бы с вами переговорить… – начал было он, но я сразу его перебил. – Я с вами тоже, – тут же ответил я, хватая его за рукав, – мне нужна встреча с Советом Хранителей, чем скорее, тем лучше… Медина, казалось не ожидал подобного поворота разговора и немного опешил от моего напора: – Ваша экспедиция… она удалась? – поинтересовался он. – В некотором смысле, – подтвердил я. – Вы разобрались, что делать со стигийцами? – Пока нет, над этим работает Фра… Ковчег, – поправился я, сообразив, что Сеятель только для меня Пятница, – на обработку результатов уйдёт некоторое время, и ещё время понадобится на их анализ. Но как оказалось у нас есть и другие проблемы… – Вы о чём? – Медина удивлённо приподнял брови. – Я о кочевниках, – коротко ответил я. – Вот, – обрадовался Медина возможности перехватить разговор, – вы знаете, что ваша экспедиция стоила мне трёх лучших техников? – В каком смысле? – не понял я. – Я ведь вернул их вам живыми и здоровыми. – Да, – согласился Медина, – но теперь они все собираются в Лэнг и готовы бросить ради этого и лабораторию и перспективы роста… что вы выяснили? – Что оставаться в Асшае опасно для жизни, – не стал лукавить я, – полагаю это очевидно… разве они вам не доложились? – Ограничились достаточно общими рассуждениями о пользе свежего воздуха и неотравленной воды, особенно для детей… – отмахнулся Медина, – что происходит на самом деле? – Вот об этом я и хочу поговорить на совете… – вставил я. – Но мне нужна информация, – попытался надавить на меня Хранитель Технологий. Но я сразу же пресёк эти поползновения: – А мне нужен дворец и титул, – резонно возразил я, – это моя информация, я за неё заплатил из собственных средств… – Город помог вам вернуть флаер… – напомнил он. – Флаер я вернул бы и сам, – огрызнулся я, – если вы о потерянном катере, то я полностью компенсировал городской казне его стоимость. Лицо Хранителя Технологий отражало сложную гамму чувств, но я не стал добивать своего потенциального союзника: – Да расслабьтесь, – я дружески подхватил хранителя под локоть, – большого секрета в этом нет, но я расскажу что происходит, если вы расскажите мне что знаете вы. – О чём? – не понял Хранитель. – Например о нападениях на шахты… – загадочно подмигнул я. – Ах вы об этом… – Я полагаю такая информация несколько меняет известный мне баланс сил… – ведь Отис говорил что нападающих на город кочевников его люди успешно отстреливают… а вы ходит всё прямо наоборот? – Ну да, – нехотя согласился Медина, – кочевники иногда нападают на шахты… на самом деле люди гибнут редко, но… – Редко, это как? – попытался я внести ясность. – Да человек двадцать, может тридцать за последний год… – растерянно ответил он, – мало… – Это не мало, – проговорил я. – Но и не много, – парировал Медина. – Ладно, не мне учить вас ценности человеческой жизни, в чужой монастырь со своим уставом не ходят, – вспомнил я древнюю пословицу, – но вы сказали «но», что там было дальше: «человеческих жертв немного, но...»? – ...но кочевники наносят большой урон инфраструктуре, – продолжил Медина прерванную мною реплику, – разбирают рельсы, воруют инструменты, крепления, провода… выгоды им на медный грош, а ущерб городу на тысячи золотых. – Как часто происходят нападения? – Раз в два-три месяца… последнее время чуть чаще… – опустил глаза ответил Медина, – может быть полдюжены за последний год… На самом деле Отис не врал – обычно охране удаётся отбиться… главные проблемы доставляют не жертвы… тем более для самых опасных работ мы, благодаря Селуду, научились приручать соторийцев… Главная проблема в том, что одичалые грабят пригороды, разрушают инфраструктуру, разбирают пути, воруют металл отовсюду, где могут его достать… это мешает гораздо больше чем сами нападения на шахты… – И именно для этого городу потребовались бластеры? – констатировал я. – Вы меня обманули, Агилар вовсе не рвётся к личной власти, а действительно заботится о городе? – Нет, – покачал головой Медина, – то есть да, о продолжающихся нападениях за стенами города я умолчал, но я просто не посчитал это важным. В остальном же всё правда, к тому же за прошедшие три недели ни один бластер охранникам шахт и городских стен так и не поступил… Я окатил Хранителя Технологий недоверчивым взглядом. Ладно, поверим. – Почему совет не обсуждает проблему взаимоотношений с кочевниками, откуда этот дурацкий запрет на торговлю с ними? – попытался выяснить я. – Да нет никакого явного запрета, – отмахнулся Медина, – просто обсуждать нечего, торговать им с нами в общем нечем, наши потребности покрывает Лэнг, что же до прочего… мы ведь даже карательную экспедицию провести не можем… – Почему? – У нас нет транспорта, – развёл руками Хранитель Технологий – да, о Первых Людей осталось несколько древних бронемашин, но их не на чем перевести – у города нет достаточно вместительных кораблей… – А своим ходом…? – Во-первых надо тащить за ними большой запас топлива, а у нас нет нормальных наземных бензовозов, а во-вторых туда нет дорог – местность сильно пересечённая, в некоторых местах скалы вдаются прямо в море, а на планете никогда не было дорожной сети, даже при Первых Людях, потому что в ней не было необходимости, города строились на побережьях и грузы переправлялись морскими и речными судами… – Но от Стегая до Асшая дорога была? – напомнил я. – Редкое исключение из правил, – пожал плечами Медина, – да и маршрут тут меньше пятиста километров – не те масштабы… – Хорошо, но ведь кочевники как-то пробираются? – напомнил я. – Кочевники пробираются на лошадях, а не на танках, – возразил Хранитель. – Ладно, но как же быть с защитой? Почему вы не можете остановить их на подступах, нет ни разведгарнизонов… ничего… – я пытался подобрать слова, но они не хотели собираться в осмысленные предложения, – как вы вообще узнаете о приближении орды, если вы даже маленькие отряды обнаружить не можете? – Мы стараемся! – пытался оправдаться Медина. – Но кочевники ориентируются в горах и степях лучше нас, мы не всегда успеваем их заметить. Я не знаю что ещё вам сообщить, у меня нет более никаких сведений, и у совета их нет… но я смотрю они есть у вас, – внимательный взгляд Хранителя пытался пронзить меня насквозь, – так расскажите хоть в двух словах, что вам удалось выяснить, почему мои люди бегут в Лэнг вместе с детьми и жёнами? – Если в двух словах, – тяжело вздохнул я, то мы выяснили, что около миллиона кочевников теперь объединены единым руководством, и готовят большой поход на Асшай – им нужна сталь для борьбы с лесами, а леса наступают, всё быстрее и быстрее… этого ваши люди не знали, но всего за месяц лесной фронтир продвинулся к Иню на километр – это просто невероятная скорость для биоты, очень быстрое расширение… – Леса перешагнули Цинь? – удивился Медина. – Лет сто назад, – кивнул я. – Откуда вы это знаете? – У меня вообще-то флаер есть… – напомнил я. – Я не о том, – тряхнул головой Хранитель, – я о скорости расширения лесов? – Я сравнил свежие данные с теми, что собрал сразу после пробуждения, – объяснил я, – телескопы Ковчега позволяют на Стигии газеты читать… – Тогда где же все эти люди… – Медина не успел подобрать слово, потому что я его опередил. – …помещаются? – продолжил я недосказанное. – Вот то-то и оно – им помещаться особо не где, – подтвердил я сомнения Хранителя, – все оставшиеся кочевые угодья это примерно четверть миллиона квадратных километров к северу и югу от Иня. Километров 200-300 в каждую сторону и 400-500 вглубь материка. – Но это ведь очень мало для кочевого скотоводства? – кажется до Медины начала доходить серьёзность положения. – Конечно, – согласился я, – поэтому они и вырезали друг друга последние двести лет, пока не остались самые отмороженные… Договорить я не успел, потому что из комнаты высунулась Ниса и недовольно пробурчала: – Милый? Ты там скоро? Не наобщался с мужиками в экспедиции? – Да мы всё, – отозвался я в ответ, – а с хранителем Мединой, – я перевёл взгляд на своего собеседника, – мы продолжим говорить на Совете… *** Совет по моему приглашению собрался только через неделю, в этот раз я пришёл в боевом снаряжении, хотя и без оружия, а вот охрана у входа теперь была вооружена моими плазменными винтовками. Во главе стола как всегда председательствовал Агилар, да и остальные хранители сидели на своих местах – то есть расположение людей не было случайным, у каждого было своё место… значит оно действительно отражает иерархию, и мой тесть находится в самом её низу… – И так, зачем мы здесь собрались? – без предисловий начал Хранитель Законов. – Вы решили проблему, которую оказалось не под силу решить Первым Людям? – Пока нет, – честно признался я. – Так зачем мы здесь собрались? – раздражённо спросил он. – Собранную информацию сейчас обрабатывает Ковчег, – начал объяснять я, – он прогоняет в песочнице… в эмуляторе… миллиарды комбинаций генов и миллионы лет эволюции, на это требуется физическое время, сколько сложно сказать. – Тогда зачем же мы здесь? – вновь повторил свой вопрос Хранитель. – Как оказалось у нас есть и другие проблемы, – коротко ответил я, и добавил для конкретики, – кроме стигийских лесов. – О чём вы? – Сейчас объясню, – успокоил я собравшихся, – я не стал разбираться с вашим оборудованием и поэтому захватил своё, разберите пожалуйста пару окон, – обратился я с охранникам. – Здесь могу приказывать только я, – побагровел Агилар. – Я могу и сам, – я решительно двинулся к огромным витражным окнам, – но я могу не рассчитать силы и что-нибудь сломать… – Хорошо, сейчас, – вставший из-за стола мужчина хлопнул в ладоши и откуда-то из боковых дверей выбежали двое слуг, – разберите два витража, приказал он, и обернувшись ко мне добавил, – это займёт некоторое время, может объясните что вы собираетесь делать? Объяснить я мог, но для этого мне был нужен нормальный галопроектор. Как я уже говорил здание совета было стилизовано под средневековье только внутри, снаружи это был обычный древний небоскрёб из стекла и бетона, поэтому разобранные витражи открыли доступ к внешним окнам здания – простым стёклам, которые мне уже ничем не мешали: – Фрай, ты нас видишь? – проговорил я в микрофон. – Так точно шеф, – отозвался Искусственный Интеллект из закреплённой на ухе гарнитуры. – Тогда проецируй картинку на стол! – приказал я. По моей команде над столом совета в воздухе возникла объёмная карта долины заключённой между морем и сумеречными горами. – Увеличить линию фронтира! – добавил я очередной приказ. Изображение приблизилось и перенеслось на несколько сот километров на север. – Вот эта линия, – стараясь подстроиться под мои слова Фрай подсветил красным границу леса, – положение лесов в момент моего пробуждения… ну чуть позже, когда я наладил на Ковчеге телескопы, – поправился я, – с тех пор прошло чуть больше месяца, и теперь линия лесов вот тут. Линия сместилась на юг на несколько сантиметров. – Сколько здесь? – поинтересовался Агилар, указав глазами на заметное смещение. – Километра два-три, – ответил я, – с такой скоростью сейчас стигийские леса наступают на остатки терраморфных степей… – Это какая-то чушь… – помотал головой Хранитель Законов, – если бы леса наступали со скоростью двух-трёх километров в месяц, на планете давным-давно не осталось бы никаких степей. – Зрите в корень, – кивнул я, соглашаясь. – Как же такое может быть? – подал голос Хранитель Медина, что сидел по правую руку от Агилара. Видно было что и его сильно взволновало такое положение вещей. – Виной всему кочевники. – коротко ответил я. – Как я понимаю, после катастрофы людей было мало, а фронтирных терраморфных зон ещё много, поэтому люди со степной биотой не конфликтовали… – Переведите для нас, – теперь говорил человек в военной форме, уже известный мне Хранитель Оружия Отис Санс. – Фрай, объясни! – скомандовал я. И зал сотряс громовой голос снаружи, а картинка над столом сменилась: – По оценкам бионженеров ОЭГ сделанных 400 лет назад, стигийские леса являлись аналогом земных лесов позднего мела, их было решено уничтожать тем, что уничтожило подобные леса на Старой Земле – плейстоценовой мегафауной и травяной биотой. Над столом поплыли изображения мастодонтов, гиеновых собак, саблезубых тигров, слонов и шерстистых носорогов. – К чему это всё… – пробормотал кто-то, а я, чтобы не растягивать представление перехватил инициативу в объяснении. – Это всё к тому, – я указал рукой на карту, – что когда зоны степей начали сокращаться, а люди сбиваться в кучи, численность мегафауны стала стремительно падать, даже саблезубые тигры встречаются теперь только в горах. Иными словами, когда жрать стало нечего, кочевники истребили всех животных вытаптывавших лесной фронтир, теперь лесам почти ничего не угрожает и скорость их распространения возросла многократно… – И когда же стигийцы будут у стен Асшая? – этот вопрос опять был задан Отисом, очевидно по долгу службы. – При нынешней скорости распространения, – линии в воздухе начали двигаться а напротив каждого Хранителя вспыхнул отчёт времени, – лет через сто или сто пятьдесят… и то лишь потому, что после перехода через Янь скорость их экспансии сильно уменьшится. – Тогда видимо срочности нет? – резюмировал представление Агилар. – Увы, – мои разведённые руки должны были сказать хранителю, что он ошибается, – задолго до того как первое Чар-Древо опустит корни в воды Пепельной, Асшай превратится в отравленные руины. С разных сторон зала в мою сторону обратились вопросительные взгляды. – Следите вот за этой линией, – указал я на голограмму под столом и линия лесного фронтира вернулась в нынешнее состояние, – сейчас она запирает кочевников с Севера примерно в трёхстах километрах от Иня. А в трёхстах километрах от Иня к югу, – Фрай подсвечивал нужные фрагменты карты по мере того как я говорил, – их сдерживает Призрак-Трава, которая не только ядовита сама, но и крепко загрязняет почву и, следовательно, воду… С запада – Нефритовое Море, с Востока – Сумеречные Горы. В результате все степные люди сосредоточились на этом пятачке. На карте зажглась фигура напоминающая неровную трапецию – 500-600 с юга на север и 400-500 километров с востока на запад. Это примерно четверть миллиона квадратных километров, где почти миллион человек пытается выжить кочевым скотоводством в условиях нестабильного климата… – И что с того? – подал голос неизвестный мне мужчина с колосками на лацкане. Он отвечает за сельское хозяйство? Хранитель Капусты? В прочем не важно – на мой ответ его личность не повлияет: – Они голодают, – чеканя слова, произнёс я, – а если ещё не голодают, то скоро начнут. – Нас мало заботят проблемы дикарей… – Агилар, по-моему, окончательно потерял интерес к происходящему и теперь со скучающим видом по обыкновению вытирал лоб платком. – А напрасно, – с иронией в голосе возразил ему я, – вы знаете что-нибудь из истории Древней Земли? – К чему это? – судя по его взгляду, история была Агилару глубоко безразлична. – Я прочитаю вам небольшую историческую лекцию, – произнёс я вместо ответа, – несколько тысяч лет назад на Земле случилось очередное локальное потепление, в это время Старая Земля уже была вполне цивилизована. Величественные культуры насчитывающие десятки миллионов человек, отличная сталь, первые механические машины, в общем технологический уровень был уже достаточно высоким… Потепление повлекло за собой рост населения и расцвет культуры и науки… Однако во время потепления процветали не только древние государства – земля тогда ещё не была единой – но и плодящиеся в степях дикари. А, как известно, локальные потепления в межлидниковье долгими не бывают… в общем вскоре потепление сменилось похолоданием и, неожиданно, расплодившиеся в степи кочевники стали голодать… но они не умерли с голоду! – я поднял вверх указательный палец в надежде привлечь внимание к тому, что скажу дальше. – Они объединились под предводительством одного вождя, и начали грабить соседние цивилизованные народы… Перед глазами Хранителей появилась карта древней Евразии. – Их было не больше пары миллионов, – продолжал я, – но этого хватило чтобы полностью перекроить карту мира и уничтожить все цивилизации того времени до которых можно было добраться по суше. На карте вспыхнули очертания культурных центров. – Сначала они уничтожили цивилизацию Дчурдженей, – огромный кусок территории на востоке погас, – потом половину Китая, – красная страна на юге уменьшилась вдвое, –потом почти всю Русь, – от голубого рваного прямоугольника осталось лишь крохотное пятнышко на севере. – Под копытами их лошадей погибли почти все восточные цивилизации, – от востока до запада широкая полоса разноцветных страновых обозначений слилась в единый серый фон. – К чему это всё? – в очередной раз спросил Агилар, но я снова прервал Председателя Совета. – Не торопите меня! – я поднял руку останавливающим жестом и продолжил. – Итак, объединённая кочевая армия не превышала нескольких сотен тысяч, а вот здесь – на карте загорелась синим древняя Русь – и вот здесь, – подсветилась Северная часть Европы, – жило примерно по 12 миллионов… численность людей в этих двух местах была почти одинаковой... – Синяя область погасла, и я дополнил это изменение голосом, – больше такого не будет никогда: русское население восстановилось до той численность, что была до нашествия лишь спустя 400 лет. За это время население Северной Европы увеличилось в десятеро… Аигилар вновь бросил на меня раздражённый взгляд – было понятно, что представление его не впечатляет: – И вот теперь я могу ответить «к чему это всё?» – я присел на край стола. – Голод в степи и два миллиона ищущих спасения кочевников стали причиной гибели почти всех цивилизаций того времени. Всего за несколько лет эти два миллиона вырезали двадцать, а по некоторым оценкам гораздо больше. Они уничтожили в десятки раз больше людей имеющих намного лучшие технологии и общественное устройство… – Но у нас есть автоматы и даже бластеры! – Раздражённо вскричал Агилар. – И когда люди Октин Хана придут к стенам Асшая, вы сможете из них застрелиться, – не раздумывая парировал я, – это, б…, кочевники, охотники, воины, каждый мужчина и половина женщин в их стойбищах умеет держать в руках оружие, они из лука стреляют лучше чем вы, – я указал пальцем на Хранителя Оружия, – из пистолета. Они не будут ждать пока линия лесов столкнётся с линией призрак-травы. Ещё раз внимание на карту: вот эти сто километров с севера самые плодородные и полноводные земли. Леса поглотят их за несколько лет, и к тому времени как стигийцы переберутся через Инь, Асшай уже будет лежать в руинах. Я тяжело вздохнул и добавил: – Шестисот тысячная кочевая армия на Старой Земле уничтожила десятки миллионов человек. Сейчас в подчинении Октин Хана, почти полмиллиона мужчин и все они воины… а вас, – я обвёл взглядом присутствующих, – от силы миллион. У Асшая нет никаких шансов, вы не успеете подготовится к войне, а если успеете, кочевники захватят Лэнг, и Асшай вымрет от голода. – Кочевники не плавают… – возразил Отис, но в его голосе уже не было прежней уверенности. – Когда станет нечего жрать – поплывут, – резонно возразил я. Хранители переглядывались и перешёптывались, но большая часть вопросительных взглядов была направлена уже не на меня, а на Председателя Совета. Очевидно услышанное многих зацепило, и они ждали от Агилара хоть какой-то внятной реакции. При этом сам Агилар никаким образом реагировать не хотел, но что-то сказать было нужно. Так что он ещё раз промокнул лоб платком, поднялся, успокаивая собрание одним только видом своей реакции и, обратившись в мою сторону, равнодушно спросил: – Что вы предлагаете? Ну вот собственно мы и перешли к главному: – Я оправляюсь на переговоры с кочевниками, – ответил я, – я дам им земли на севере и семена пшеницы, и буду рассчитывать на то, что Октин Хан не отважится на самоубийственную войну с Асшаем, если у него будет другой выбор. Именно такой выбор я собираюсь ему дать… Кто одобряет переговоры? Хранители смотрели на Агилара, но тот лишь покачал головой: – Мы не можем принимать столь ответственное решение немедленно… – Разрешите доложить, шеф, – вдруг раздался в наушниках голос Фрая. – Трави, – полушёпотом ответил я. – У меня информация для этих людей, – проговорил искусственный интеллект, – можно показать? Я воздел руки к небу и прокричал пересиливая шум в зале: – Мне поступила новая информация с Ковчега, его искусственный интеллект просит слова… Агилар махнул рукой и в зале наступила тишина. – Вот в этом месте, – громовой голос Фрая дополнился подсвечивающийся куском карты, – был небольшой торговые посёлок, где контрабандисты с Лэнга сбывали товар кочевникам в нарушение запрета Совета Хранителей Асшая. Так вот, мне только что стали доступны свежие данные с Ковчега: этого городка больше нет, вчера он был превращён в пепел. Полагаю кочевники не стали бы нападать на город если бы собирались продолжать торговлю, так что думаю вопрос нападения на Асшай уже решён, они могут быть здесь несколько недель или несколько месяцев, но ни о каких множественных годах даже речи не идёт… – Ну вы всё слышали, – подытожил я. Понимая, что теряет контроль над ситуацией, Агилар заверещал: – Совет соберётся вновь для обсуждения этой проблемы через месяц! – Идиоты! – не выдержал я. – Когда они отправятся в поход даже огненный бог их не остановит! Переговоры надо проводить сейчас! – Через месяц! – железным тоном произнёс Агилар, и под его взглядом большинство хранителей опустило глаза. – Тогда я отправляюсь на переговоры сам, – констатировал я, – мне не требуется вашего разрешения на спасение человечества Стигии. – Тогда я возьму вас под стражу прямо сейчас, – сухо проговорил Хранитель Законов. Одним движением я захлопнул шлем, одновременно с тем, как стражники вскинули бластеры, и ледяным тоном проговорил, дополнив слова жестом в сторону стоящих у дверей стражников: – И кто из этих доблестных воинов отважится выполнить ваш приказ? – У вас не оружия… – начал было Агилар. Но я не дал ему закончить: – За окном висит боевой флаер Космической Федерации Старой Земли, – напомнил я, – и мне даже не нужно ему приказывать, он сам оценит обстановку и примет решение. В подтверждение моих слов на лбу у каждого члена совета появилась маленькая красная точка. – Но вас я убью и голыми руками, – процедил я, указав рукою в сторону Агилара, – и никакие бластеры меня не остановят… *** – Хороший ход Фрай, ты сам это придумал, с нападением кочевников на торговый городок? – похвалил я Искусственный Интеллект выходя из здания. Несмотря на напряжённую ситуацию ни Агилар ни Отис не осмелились отдать приказ о моём задержании. – Нет, я подключился к телескопам и получил данные с Ковчега – это правда… – В смысле? – не понял я, подходя к уже приземлившейся на шоссе и открывающему люк боевому флаеру. – Я держал передатчики включенными и… – Не-не-не! – я пролез внутрь и направился к кабине пилота. – Ты всё это время мог связаться с Ковчегом напрямую?! – Разумеется, все корабли ковчега связаны общей мультилинией… – Тогда какого хрена я каждый день мотался из городка в Стигай отгружаться данные?! – Мне-то откуда знать, – проговорил Искусственный Интеллект с напускным равнодушием. – Ты сказал, что с Корветом нет связи! – С Корветом нет, а с Ковчегом есть… – ответила машина, – а про Ковчег вы меня ничего не спрашивали… – …ть! …ю! …! – только и смог произнести я. – Ты же прекрасно знал, что мы можем передать данные на Ковчег, а с него – на Корвет? – Конечно, – подтвердил Фрай. – Так какого же … ты мне об этом не сообщил?! – вскипел я. – Вы не спрашивали… – ответ машины был логичным и равнодушным. И биться сердце перестало! Ну тупая же ты железяка! Не пошла модернизация тебе на пользу! Впрочем руганью делу не поможешь, поэтому смягчившись я добавил: – В следующий раз, когда у тебя будут сведения имеющие ценность для воплощаемых мною планов, сообщай мне их без запроса, ты ведь понимаешь что и с какой целью я делаю, – напомнил я Фраю, – как ты понял это во время разговора с Хранителями? – Как прикажите шеф, – согласилась машина. – Ну вот и славно, – успокаиваясь проговорил я, – полетели домой. На самом деле я, конечно, был вне себя от ярости – вместо того чтобы воевать со стигийцами, я вынужден бороться с людьми, да с какими! Которые мне и в подмётки не годятся! Это как аналитики и командование ОЭГ только в сто раз тупее и в тысячу раз некомпетентнее! Выпрыгнув из боевой машины на мостовую возле двери, я повесил флаер на антигравитационном приводе прямо над домом Хранителя Библиотеки и, поднимаясь по лестнице, без предисловий заорал: – Ниса, собирайся! Мы летим в степь к Октин-Хану, заключать мир и спасать человечество! Ниса уже мчалась мне на встречу: – Что случилось? – девушка была в обычном домашнем халате, который колыхаясь при ходьбе открывал её стройные ножки. Ракурс снизу вверх был особенно хорош и я даже на секунду забыл о чём я, собственно, говорю. По лицу девушки невозможно было понять рада она или нет, так что я спросил об этом напрямую: – Ты ведь хотела, чтобы я не играл по их правилам? Она уже стояла рядом, но я старался не прикасаться к девушке в боевом скафандре, особенно в состоянии нервного возбуждения – можно не рассчитать силу. – Ты о чём? – её серые глаза смотрели на меня с интересом и удивлением. – Ну ты говорила чтобы я не доверял Хранителям, и не играл по их правилам, – напомнил я девушке её же слова произнесённые несколько недель назад, – я решил что ты права, поэтому я не оставлю тебя в городе как в прошлый раз, вместо этого ты поедешь со мной… ты же хочешь поехать со мной на переговоры? – Но что случилось? – Агилар хотел арестовать меня… – признался я, – правда желающих выполнить его приказ не нашлось, но это до поры до времени. Я думаю в ближайшие дни он придумает как решить этот вопрос… – А отец… братья? – вдруг вспомнила Ниса. – С ними ничего не случится, – отмахнулся я, – да и в заложники они не годятся, что понятно даже Агилару. – И что? Мы летим прямо сейчас…? – задала она неопределённый вопрос, оглядывая свой домашний наряд и вопросительно глядя на меня. – Да ну, – я снял перчатки и подхватив девушку на руки в несколько секунд оказался наверху, – можешь собраться, думаю сегодня-завтра мы ещё в безопасности… но много вещей с собой не бери, в этом нет необходимости, – добавил я, опуская Нису на пороге её комнаты. – Я могу собраться прямо сейчас… – произнесла она, очевидно опасаясь как бы я не передумал. – Спешки нет, – пожал я плечами, – но и задерживаться особо не стоит, так что давай, почему бы и нет? Мы вошли в комнату и девушка сразу же бросилась к шкафу с многочисленными ящиками. Она наклонилась над ящиками возбуждающе виляя своей аппетитной попкой и мысли о мести совету как-то сами собой отошли на второй план. Я скинул броню и притянул девушку к себе… *** А ночью нас разбудил стук кованных сапог. Мне даже показалось я слышал крик, или выстрел, но окончательно пелену сна с меня смахнула только распахнувшаяся дверь спальни. В нашу с Нисой супружескую обитель ворвались три человека, два из которых были вооружены моими же лазерными винтовками! В лицо мне ударил яркий луч электролампового фонаря. – Вы решили обмануть меня, Р’Глор-с-Неба? – громовым голосом прозвучал в комнате голос Агилара. Спросонок я даже не понял в чём дело. Только что я лежал в обнимку с прекрасной девушкой, и тут ко мне в дверь ломятся какие-то мудаки. – Чё надо? – промычал я, жмуря глаза от яркого светта. – Ты собрался вести переговоры с кочевниками, но вместо того чтобы оставить семью здесь забираешь её с собой! – прорычал Хранитель Законов. Скромность и сдержанность никогда не были моими сильными чертами. Нет, я конечно мог исполнять приказы руководства и даже не скалить при этом зубы, но так то руководство, а не какие-то жирные мудаки. «Фрай? Нужна помощь, на меня напали!» – прошептал я, но в слух сказал другое: – Да пошёл ты на х…, жирный мудак, – я постарался описать предельно чёткий маршрут, которым следует проследовать Агилару, вместе с его наёмниками, после чего обратился к сопровождающим его бойцам, – парни, сложите оружие, забирайте этого гондона и уйдёте отсюда живыми. – Да как ты смеешь… – начал было Агилар, но я снова его перебил. – Я знаю – вам хорошо платят, – продолжил я, – но мёртвым деньги не нужны. – Ты блефуешь! – Всё ещё кричал Агилар, но уверенности в его голосе уже не было. – Кто из вас хочет это проверить? – подбираясь выше на подушке и поглаживая ладонью по волосам напуганную девушку, произнёс я. – Шлем с микрофоном лежит у меня под кроватью. Датчики микрофона крайне чувствительны, они позволяют снимать не только тончайшие звуки, но даже жизненные показатели вроде дыхания, пульса и давления, так что Фрай мой отданный шёпотом приказ, конечно, слышал. Вы прекрасно знаете что машины нет на отведённом ей месте – она висит над домом. На манёвр уйдёт несколько секунд и все вы будете мертвы, – добавил я принимая сидячее положение. Конечно, плохо что на мне нет костюма, но Фрай должен был меня слышать и уже наверняка поджидал за окном. Правда несмотря на винтовки и фонари я не верил что мне угрожает реальная опасность – если бы Агилар планировал убить меня, то уже убил бы прямо в постели, у него была прекрасная возможность. Кстати… и где хвалёная саторийская рабыня выполняющая по совместительству функции охранника? Неужели выстрел мне не приснился!? – Теперь пошёл вон, – обратился я уже к Агилару, – и если у Бога-на-Земле будет время и желание, он удостоит тебя аудиенции когда посчитает нужным. В прошлый раз я слушал твою ахинею потому что не мог отдать приказ флаеру за 200 километров, но сейчас он наверняка уже висит за окном, даже если ты его не видишь. Так что наш разговор закончен – пошёл вон. – Он блефует! – завизжал Агилар обращаясь к своим наёмникам. И тут, как будто в ответ на его слова в тусклом просвете окна вспыхнул яркий холодный белый свет.