Филофоб? Да нет, вряд ли

      Милые парочки, гуляющие по парку, держась за руки, звонко смеющиеся и с яркими улыбками во все тридцать два… Так мило, что аж блевать хочется, да так, чтобы выходило всё, что съел за неделю. Не ну какого хрена? Если б мне предложили выбор между этим соплевытиранием друг другу под названием «любовь до гроба» и бутером с сыром, я бы без колебаний взяла второе и пошла гонять на скейте в подворотне. А что? Вы нет? Ну, тогда сочувствую, ибо первое полная чушь…       — Хён Джи, — прозвучал низкий голос, вырывающий девушку от потока мыслей, — прекрати так злобно пялиться на моих друзей, иначе они подумают, что ты их ненавидишь, — упрекнул парень, подавая блондинке уже хрен знает какую порцию картошки фри, — а они ведь даже ещё не знакомы с тобой, имей хоть капельку уважения, они же старше тебя как минимум. Ты не у себя в стране, это Корея — здесь иначе с этим, ты же знаешь…       — Бла-бла-бла, да знаю я, ты говорил мне это хренову тучу раз, я похожа на склерозную, что ли? Ей-богу, дай поесть нормально, — выпалила девушка, смотря на друга, который улыбался вовсю, ожидая момента, когда познакомит свою подругу детства со своими друзьями. А действительно, парень был очень рад, ведь и та, и другие были очень важны для блондина, и он как никогда хотел, чтобы всё прошло гладко.       После окончания школы Феликс уехал из Австралии, чтобы наконец осуществить свою мечту — дебютировать в какой-нибудь группе, где будет любить всех и каждого, кто попадётся рядом с ним, а как иначе-то, если море позитива и добра, исходящее от солнечного мальчика, просто не было куда направить. Нет, несомненно, все друзья и родные Феликса души не чаяли в этом комке милоты и пушистости, да и сами были не прочь затянуть парня в объятия, пока у того не вылезет ребро или почка, что и собственно делали, но, несмотря на это, у Феликса не было людей, с которыми он и в огонь, и в воду, и если надо, то и в канализацию. Но не суть. Со своей новой семьёй в виде восьмерых парней он отлично поладил и был не разлей вода, как говорится, ну, кроме момента, когда кто-то в шутку решил намазать парня зелёнкой, пока тот спал перед концертом, тогда он был зол не на шутку и готов был поперетыкать горло всем трубочкой из-под мультифруктового сока (ну а что, сами напросились, да и к тому же он отмывал её около пяти дней, а на концерте замазывал лицо тонной шпаклёвки, после чего его стебали ещё пару недель), но, несмотря на это, он любил парней и готов был умереть за них в любой момент. А того придурка так и не нашёл, молчат, как партизаны, ей-богу, даже бутылочку из-под зелёнки выкинули, чтобы конопатый не взял отпечатки на экспертизу, как будто тот детектив мирового уровня… С Хён Джи парень знаком ещё с раннего детства, когда та накостыляла каким-то парням в песочнице, что донимали парня. С тех пор и дружат, друг за друга горой, одним словом, несмотря на столь разные темпераменты. Хён Джи не была девочкой, которая бегала за парнями по стадному инстинкту или ревела в подушку от неразделённой любви… Нет, она не такая, она и сама могла вполне заставить парней плакать одним лишь «ты мне не интересен, я одиночка», и, как ни крути, это так, она действительно никогда не встречалась с парнями, Феликс было как-то подумал, что она по девочкам, после чего сводил её с милыми, по его мнению, девочками. Но, отхватив смачного пинка под зад и «ты идиот, я не лесби», понял, что надо оставить как есть и не лезть к фурии по этому поводу.       Эти двое дружили, даже родители думали, что покупать на свадьбу, ибо были уверены, что что-то тут не то и эти двое явно что-то скрывают, ну не может быть просто дружба. Но после шестнадцатого для рождения парня кинули эту идею и пустили всё на самотёк, ну нет, так нет, что ж поделать.       И вот спустя несколько лет юная восемнадцатилетняя Хён Джи приехала в Корею, дабы навестить друга, по которому офигеть как скучала, но при встрече почти виду не подала, будто бы и не расставались. А Феликс же, наоборот, очень эмоциональный и открытый человек, чуть все костяшки не сломал девушке от радости. Нет, он не обиделся на подругу, он знал, что она любила его всем сердцем и очень рада видеть его, просто строила из себя каменную гору. Да, в стиле этой малявки, он привык.       Эта божья коровка с веснушками, не дав отдохнуть после тяжёлого перелёта, сразу же повёл девушку знакомить со своими, по словам мальчика, «сносными друзьями, на которых даже ты захочешь позалипать», а что Хён Джи, она и не сомневалась, что они сносные, но слова о том, что она захочет позалипать, её очень повеселили, так как уверенность парня найти подруге рыцаря на коне не исчезла с тех пор, как они виделись в последний раз.       И вот они сидели на лавочке в парке, смотрели на идущих парней и какого-то чёрта на девушку рядом с ними, что явно являлась чьей-то возлюбленной. От волнения у Хён Джи потели ладони, но виду-то показывать не надо, «Держи себя в руках, не распускай нюни, Хён Джи, ты же не из тех, кто смущается при виде парней, тряпка». Но, к сожалению, так оно и было, хоть девушка являлась из тех, кто не подпустит к себе никого и типа «крутая», в новых компаниях она не была такой, она была с точностью наоборот — краснощёкий пушистый хомячок, который при любом действии противоположного пола смущался и терялся, как сопливая школьница. Это единственное, что бесило в себе девушку, потому что, ну блин, какого хрена, кому такое понравится. Но как бы она не старалась, ничего с этим поделать не смогла. Ну и пофигу, зато у неё есть Фел, который будет смеяться при виде краснеющий от стыда «каменной горы», и это единственное, от чего девушке станет хорошо. Радостный смех Феликса, и не важно, по какой причине.       Нет, вы не подумайте, она не влюблена в него, просто любит его как друга или брата, ни больше, ни меньше, вот и всё.       Смотря на такое перевоплощение подруги в стесняшку, Феликс улыбнулся и кивнул ей, что знатно успокоило беловолосую.       — Парни, ну наконец-то вы пришли, — радостно завизжал Феликс, подбегая к друзьям. — Мы уж заждались вас, правда, Хён Джи? Знакомьтесь, это Пак Хён Джи, моя лучшая подруга, — протараторил парень, посматривая на друзей.       — Здравствуйте, — промямлила девушка, смотря на семерых красивых парней, которые рассматривали их новую знакомую, — я — Хён Джи.       — Приветики, Хён Джи, — послышался голос одного из красавчиков, который явно чем-то смахивал на бурундука, подумалось Хён Джи. «Ой, наверно, не стоит ему об этом говорить, да? Ну, по крайней мере, не при первой встрече-то». — Я Хан Джи Сон — то, на чём держится эта группа, — с гордостью заявил парень, после чего послышались смешки со стороны парней, они явно не ожидали услышать такое от Белки. — Ой, они просто не понимают, что я тут батя, вот и всё. Если бы не моя упругая жопа, которую так настойчиво бьёт Мин Хо на выступлениях, он бы запутался в руках и испортил танец, так что я очень даже важен в команде, не так ли? — грозно посмотрев в сторону Ли Но, заявил Хан.       — Нет, — со взглядом типа «ты чё совсем двинутый?» посмотрел тот, — я просто отбиваю её, чтобы потом сделать отбивную, говорят, так вкуснее, — съязвил парень, вид которого давал понять, что он тут сученька. — Я Ли Мин Хо, или Ли Но, как тебе удобнее. Феликс рассказал о тебе как об грозе района, не знаю, почему он так сказал, но на вид ты няшка, — ухмыльнулся мэмбер, а Хён Джи тем временем лупила Феликса по руке, давая понять, что паренёк попал очень даже крупно.       — Это Сын Мин — милашка нашей компании, рядом с ним его девушка — Лим Джи На, — ткнув пальцем в пару, сказал высокий парень рядом с Ли Но. «Так вот чьё это слащавое чудо, от которого буквально минуту назад меня воротило», — подумала Хён Джи.       — Возле него Уджин и Чан Бин, — парни дружно помахали девушке, — вот там вот Хёнджин, — показав на парня с красивой родинкой под глазом, заявил тот, — меня зовут Бан Чан, я лидер группы и по совместительству их мамочка, особенно его, — указав на милого парня, сказал Чан, — это Чонин, он же Ай Эн — он наш макнэ, самый младшенький и самый шустрый собственной персоной, — улыбнулся тот сам себе, — ну, вроде, всё, надеюсь, мы поладим.       — Конечно, поладим! — крикнул темноволосый с родинкой. — Феликс же поубивает нас к чертям собачьим, если этого не случится, — улыбнулся тот, от чего полился звонкий смех ребят.       — Мне очень приятно познакомиться с вами всеми, — мило улыбаясь, промолвила Хён Джи. — Феликс так много рассказывал о вас и о том, как вы важны ему, я надеюсь, вы примите меня в свою компанию и…       — Оу, вы это слышите, ребята? — перебил Чан Бин. — У неё такой же милый акцент, что и у Феликса был, когда он только-только приехал, как я скучаю по этому, вы не поверите, — вздохнул Со. — А его эгъё? Ну что-то с чем-то, реально, жаль, акцента почти нет уже, но ничего… Хён Джи, будешь делать со мной эгъё ведь, да? — с искрой в глазах посмотрел Бинни.       — Эм… я не по этим делам, ребята. Простите, но милашничать явно не по моей части, — чуть ли не засмеялась девушка, вспоминая то, как совсем недавно посылала трёхэтажным матом какого-то парня в клубе, потому что тот явно слишком многое позволял себе, и вообще, как показалось, был под какими-то наркотиками и позже вышел с чуть подбитым глазом. — Да, думаю, не моё.       — Куда пойдём? — с интересом спросил Феликс. — Я думал, может, в общежитии посидим, возьмём еды и выпивки, поболтаем, познакомитесь хорошо, — повернул голову на лидера. — Нет, совсем чуть-чуть и Ай Эну не дадим, ты же знаешь.       — Айщ… Да почему это опять? Я уже не самый младший уже, Хён Джи наверняка и семнадцати нет, а мне уже девятнадцать, что за хрень?..       — Ты, придурок, — выпалил кто-то из команды, давая младшему смачный подзатыльник. — Во-первых, так некрасиво возмущаться, переводя стрелки на человека, которого даже не знаешь, а во-вторых, это что за «хрень», смерти хочешь? Ещё одно плохое слово услышу из твоих уст, и вообще никогда пить не будешь, понял? — пригрозил старший.       — Ой, да понял я, понял, — выдохнул младший, — но она ведь и правда младше меня, — ткнув пальцем в девушку, нервно накручивающую волосы на палец, сказал Ай Эн-ни. — Сколько тебе?       Все дружно переглянулись и уставились на иностранку, не ну, как не крути, она действительно младше макнэ, но, блин, что ей, пить теперь нельзя? Да и вообще, почему нельзя Чонину, так не справедливо ведь, он тоже человек, ему тоже надо выпить.       — Мне восемнадцать… — прошептала девушка, от чего у младшего натянулась довольная лыба по самые уши. Не ну а что, он теперь не малыш, а она, и возможно, ему позволят алкоголь, это не могло не радовать, в конце концов. Не сказать, что Чонин не пил алкоголь, нет, конечно, пил, втихаря все немного подливали тому что-то, пока Чан не видел, ну а что поделаешь, если тот смотрит со щенячьими глазами так, словно не кушал три дня, даже у Сын Мина так не получалось, а он ещё та собачонка, уж они-то знаем.       — Оу, да ты маленькая ещё совсем, девочка, — ухмыльнулся Хёнджин, кидая взгляд на объект обсуждения. Не ну так-то да, не поспоришь, ибо в свои восемнадцать лет девчонка хоть и могла дать в челюсть кому надо и постоять за себя в любой ситуации, являлась ещё совсем юной и неопытной в общении с людьми. Но такое замечания со стороны новых друзей явно разозлило девчонку, ибо кто любит, когда тебя называют ребёнком. Вот тут-то она и поняла Ай Эна, ведь к тому так относились мальчики всю жизнь. «Наверное, он не будет относиться ко мне как к малявке и мы будем лучшими друзьями», — подумала Хён Джи.       — Во, видите, ей восемнадцать, я на год старше её, так что я тоже выпью сегодня вместе с вами, и кстати, Хён Джи, можешь называть меня оппой, хг-гы… — довольно промычал младшенький.       «…Нет, всё-таки будет».       — Эй, — прозвучал низкий голос, — она не будет так тебя называть.       — Это ещё почему? Я старше, почему нет-то?       — Потому что она не из Кореи, а из Австралии. Там так не говорят вообще, умник.       — Айщ… Так не честно, — надулся младший. — Вот почему так? Но я сегодня же выпью да, да, хёны? — умоляюще посмотрел тот на лидера, который явно был в замешательстве. Ну а что делать-то, против аргумента не попрёшь, он не самый младший, да и к тому же совершеннолетний, так что пить имеет полное право уже год как. Заставить не пить девушку, которую он не знает, нельзя, что это за заявление, совесть-то иметь надо. Командовать младшими из группы он мог, но не чужим человеком-то…       — Один стакан вина и не больше, — выпалил Чан и посмотрел в сторону деревьев, — и чтобы не ныл мне.       О-о-о, эти довольные глазёнки надо было видеть, да они, мать его, сияли так, что любая звезда в космосе позавидует, ей-богу.       — Спасибо, спасибо, спасибо большое, хён, — буквально запрыгнул Ян на лидера, — я не подведу.       Конечно, конечно, не подведёт, иначе этому малому больше не увидеть алкоголь до конца жизни.       — Ну, тогда договорились. Мы с Чаном пойдём за выпивкой, Ли Но, Чан Бин, пойдёте за едой? — спросил Уджин.       — Да, конечно.       — Мы скоро вернёмся, — выпалила улыбающиеся девушка, таща за собой своего парня, — надо кое-что прикупить, раз намечается такая движуха, — хихикнула та и поволокла куда-то смущённого Сын Мина.       Сын Мин, конечно, любил свою девушку всём сердцем, но когда она выдавала что-то подобное, явно намекая на непристойности при его друзьях, он немного смущался, потому как не привык обсуждать свою личную жизнь и тем более отношения с девушкой в таком плане с парнями.       — Да ладно, Лим Джи На, — выпалил Джи Сон, — не смущай так парнишу, он же ещё не привык к такому, — на что та лишь хихикнула, скрывшись за деревом.       — О чём это он? — покосившись на лучшего друга, спросила Джи. — Они вернутся?       Н-да, смышлённости Пак Хён Джи хоть тазиком черпай.       — Конечно, — улыбнулся Фел. — Не переживай, им просто надо… кое-куда, вот и всё, — смущённо ответил парень, не зная, что сказать.       Несомненно, Джи взрослая девочка и знает про секс и прочее баловство, но когда что-то касалось этой темы, она как будто не понимала, о чём речь и, конечно же, выглядела самой тупой или самой скромной, чёрт его знает. Поэтому Фелу не раз приходилось объяснять некоторые моменты девчонке, от чего тому становилось неловко.       — Да ладно, будто бы ты не поняла?! — хмыкнул Хёнджин девушке. Он явно не ожидал, что можно не понять такого явного намёка и настолько тупить. — Они же пара, не строй такую невинную мордашку, — ухмыльнулся тот.       — Я ничего не строю, просто спросила, что такого-то? — ответила девушка и молча потопала дальше за парнями.

* * *

      — Думаю, тебе уже хватит, — послышался голос старшего, наполняющего стакан макнэ, — а то потом будешь вести себя как придурок, не дай бог блеванёшь, а мне потом убирать за тобой ещё.       — Ой, да ну тебя.       За минут сорок совместных посиделок в большой гостиной ребята довольно-таки сплотились. Нет, это не алкоголь ни в коем случае… За это время Бан Чан успел три раза поднять макнэ с пола, ибо того совсем ноги не держали. Как и предполагалось, выпил он не только тот стаканчик вина, великодушно обещанный ему лидером, а ещё где-то ровным счётом бутылочку соджу, что парни дружно подливали младшему в сок. Но хрен с ним, Бан Чан привык, что тот чудесным образом становится в стельку после бананового сока, и почему же, интересно.       Две минуты назад наша парочка отправилась после фразы «нам надо поговорить, скоро вернёмся» в спальню. Ну да, поговорить, конечно. Так или иначе, было весело. Особенно когда выпивший Уджин пел матерные частушки (и откуда он только их знает), да ещё и Джи Сон начал подпевать, все знатно так охренели тогда.       После выпитых двух стаканов вина Хён Джи немного привыкла к компании и вела себя более раскованно, ну а что, красное полусладкое на пустой желудок оставляет след. Все веселились, даже когда Чан Бин пытался сделать на слабо поперечный шпагат, потому что умнику Ли Но пришло в голову сказать что-то типа «да ну, если ты сделаешь шпагат, я перестану называть тебя свинохвостым, но ты ведь не можешь». А Бинни что? Он не слабак, ему не слабо. Вот и корячился минут десять, после чего джинсы мэмбера не выдержали такого позора, чётко треснув по шву прям на заднице. Но это не было проблемой, это только повеселило остальных. После чистосердечного признания младшего, что он в стельку пьяный, а то они великие и слепые, Бан Чан с Уджином пошли укладывать маленького дебошира спать. И им это удалось. На пять минут, пока тот с явным приливом сил выбил дверь ногой с криком «Самбади-и-ие-е-е… Эй, Джи, твой хён снова с тобой, скучала?», от чего все повалились в хохот.       Хён Джи с младшеньким очень даже сдружились, никто не знал даже, то ли от выпитого, то ли просто. Они вполне себе хорошо ладили.       — Думаю, тебе не стоит больше пить, мой хён, — икая, стебала девушка мальчика, — а то Бан Чан-хён позвонит твоей мамочке и тебе влетит по самые не балуй.       — Ой, да ну вас всех, — выпалил тот, смотря на хохочущих мембэров.       Спустя ещё час некоторые парни ушли по комнатам со словами «у нас рано утром дела, надо встретиться с менеджером и тому подобное», ну и ладно, ну и пусть. Сын Мин со своей пассией так и не вышли, чего и следовало ожидать, этим уже никого не удивишь. Лишь лежали, целующиеся в обнимку, когда Хён Джи искала туалет, а случайно нашла их, в самом разгаре, скажем так, прелюдий.       О-о-о, вы бы видели, с какими красными ушами и с какой молниеносной скоростью она оттуда вылетела, как ошпаренная, ей-богу. Прижалась к дверям и спустилась к полу, дабы это всё вылетело хоть немного из головы. Не ну а что? Вы бы хотели застать на интиме своих друзей и видеть лишь голые целующиеся жопы? Думаю, нет. Однозначно нет.       — Эй, малявка, ты что, привидение увидела? — послышался звонкий смех сверху. — Всё хорошо?       — Эм… Да, наверное… — промямлила красная как рак блондинка, — просто… Да ничего.       — Что, — медленно спускаясь к девушке, сказал мэмбер, — увидела Сын Мина с Джи На в позе собачки? — засмеялся парень, показывая яркие ямочки на щеках.       — Хёнджин-а, ты чего, — ударив парня по плечу, возмутилась та, — не смейся… Может, у меня стресс от увиденного.       — Воу, серьёзно? — удивился парень. — В позе собачки? О-о-о, а наш Сын Мин не перестаёт меня удивлять.       — Эй, да нет же, — быстро возразила Хён Джи, — не в такой позе, извращенец. Я просто застала их на этом самом… Ну, ты понял, короче.       — А-а-а, тю, а я-то уже было обрадовался за щеночка, — повернулся Хёнджин к девушке. — А ты-то чего, секса никогда не видела, что ли? — шутканул так шутканул, что сказать.       Девушка немного помялась и смутилась от такой-то шутейки, ведь той не часто доводилось наблюдать подобное. Не ну а что, ей восемнадцать, а не двадцать пять, и она вполне себе может позволить смутиться от такого, что жутко бесило внутреннее «я» девчушки, которая, если бы могла, то продала бы всё на свете за возможность не краснеть и быть уверенной в себе в присутствии мужчин. Но дьявол-то хорош собой и смог воплотись всё, что зеленоглазой не нравится в ней же самой, круто же, правда?       — Что, правда девственница? — спросил парень, принявший молчание девушки и красные от стыда уши за «да».       — Что? Да нет, придурок. Просто не хочу видеть своих друзей голыми и пыхтящими над кем-то. Господи, Хван, это неловко, не находишь? Или ты не против попялиться на голые жопы и не только своих друзей?       — Мне приходилось, — засмеялся парень, — когда через стенку от тебя кто-то вроде Сын Мина с девушкой, издающих характерные звуки, то уже привыкаешь к такому, знаешь ли. Да застукать кого-нибудь за этим делом становится уже обычным «здрасьте».       — Соболезную.       — Ха-ха… Да нечему, мы же все люди, как-никак, занимаемся сексом.       О-о-о, да. Конечно, все люди, бла-бла-бла. Хён Джи и слышать не хотела подобного. Она то и делала, что избегала подобного рода контакта с кем-либо. Вы могли бы подумать, что она какая-то асексуалка или что-то подобное, но нет. Она не прочь посмотреть на красивых парней, возможно, даже представить что-то с кем то, но когда дело доходило до чего-то большего, нежели дружить, она тут же, сверкая пятками, бежала куда подальше, дабы её личное пространство не было заполнено кем-то, кроме неё.       — М-м-м… — «…как-никак, занимаемся сексом». Как? В пьяной голове девушки полезли непонятные фантазии от слов парня. Как? Как он это делает? Нежно или, быть может, так, что все скулят как ненормальные, прося о пощаде. Как он наматывает волосы на запястье и… о, а если он по мальчикам? Девушка перевела взгляд на парня, смотря прямо в глаза. Так вот почему он спрашивал про позу собачки, тогда, наверное, по-другому… Чёрт возьми, фантазия, успокойся, ты же девочка, алло…       — Эй, вы чего там дверь подпираете? — прозвучал голос Феликса. — Хёнджин, не заставляй мою невинную подругу слушать стоны по ту сторону двери, извращуга, она же совсем дитя, господи, — взяв девушку под руки и потащив за собой, проговорил Фел.       — Ты чего, дурак, — притащив друга в какую-то комнату и закрыв дверь, выпалила девушка, — совсем очумел, что ли? Сколько раз я говорила не называть меня «дитя», эй? Да и ещё и невинной прозвал, что он подумает, придурок, не порть мне репутацию. Я и так из-за своих красных щёк создаю впечатление пай-девочки с милой мордашкой, хотя бы ты не подводи.       — Ой да чего ты так всполошилась-то? Ты и так сможешь исправить себе репутацию, как только подружишься с ними нормально, да и к тому же все пьяны и не вспомнят ничего, стопроцентно.       Да, точно, так и будет. Конечно. Кто же знал, что после этого Хёнджин будет её стебать за её типа «неопытность», шутя, конечно, ведь он и вправду думал, что Феликс подшучивал над Хён Джи, что она «невинная», друзья и всё такое. Поэтому и стал «следовать примеру», так сказать, а почему бы и нет, когда да, собственно да, да?       — Ладно, но если ты ещё раз такое сделаешь, то я захлопну твою жопу мышеловками, — дав парню щелбан и захлопнув дверь, сказала девушка.       — Узнаю свою подругу.

* * *

      — Эй, малявка, ты чего здесь одна? — прозвучали слова после стука в дверь. — Надеешься, что придёт кто-то и лишит тебя девственности? — залился громким смехом парень.       — Ой, господи, да ладно, вот так шутка. Ха-ха, — съязвила девушка, — мне просто надо полежать немного       — Ладно, давай недолго, а то твой «хён» ждёт тебя, — изобразив макнэшку, сказал старший. — Может, он и лишит тебя девственности, всё-таки он уже вроде как делал это и наверняка поопытнее тебя, — выпалил парень, закрывая дверь.       — Чёрт бы тебя побрал, грёбаный Хёнджин.