Неожиданные события, или как не надо обращаться с детьми

Что ж, слово «плохо» не описывало всë, что пришлось пережить Доктору, когда он с Лордом возвращался обратно в Алагадду. По правде говоря, навряд ли даже слово «ужасно» могло бы что-то поведать. Здесь приходило на ум какое-нибудь смачное ругательство, которое образованный человек не позволит себе сказать прилюдно. Тем более перед ребëнком, который выклевал ему все мозги своими частыми переменами настроения. Но перемены настроения — это ещë половина проблемы. Чëрный Лорд, уставший долго сидеть на руках (а «долго» для него это минут пять максимум), трогал маску Доктора, стучал коготком по ней, выбивая простейшую мелодию, изучал кожу на неприкрытом подбородке, пытался насильно заставить улыбнуться. Наконец, он забирался ему на плечи и, подобно ковбою, устраивал скачки без правил. Кошмар! Доктор, будучи нерелигиозным совершенно, внезапно взмолился хоть какому-то божеству, потому что его бедная человеческая психика не выдерживала всех этих мучений, которые создавал для него Носитель Маски Страдания. Сам же Лорд, полностью игнорируя состояние Доктора (мучитель!), в один момент спустился на дорогу, когда они уже были в Алагадде, и засеменил своими маленькими ножками за ним. Существа в масках, гулявшие по улочкам в своих изящных одеяниях, растерянно оглядывались на придворного врача и, невероятно, на Лорда, умудрявшего показывать абсолютно всем неприличные жесты. Если бы у него был язык, он бы высунул и его. Откуда он вообще узнал про всякие гадости, тем более с интеллектом ребëнка, — загадка века, но Доктор, пожалевший миллион раз, что не пошëл тайным ходом, уже глубоко плевал на такие незначительные детали. Он просто нервно вздыхал и выдыхал, проводил, иначе говоря, дыхательную терапию, которая отказывалась ему как назло помогать. Он думал о чëм-то отдалëнном, прекрасном, милом и увлекательном. О медицине, о трупах, о своëм любимом скальпеле. Но все мысли возвращались сначала к Чëрному Лорду в нормальном обличие, а потом и к Чëрному Лорду ребëнку. Чëрт возьми, он очень успел соскучиться по Носителю Маски Страдания, который шутил над ним и придумывал всякие невероятные приключения на задницу, от которых у всех Лордов поднимались волосы… Стоп. А у них вообще были волосы или это были парики? Или вовсе — иллюзия? Задумавшись над столь сложным вопросом, он упустил из виду Чëрного Лорда. Очень вовремя. Панически оглянувшись, он, к своему счастью, наткнулся на него, но тот вместо того, чтобы вести себя как послушный советник Короля, тянул на себя одежду своего поданного, который не мог даже отбиться и издавал странные беспомощные звуки. Ну что за напасть! Быстро подойдя к ним, Доктор учтиво поклонился. — Прошу прощения, — он протянул Лорду руку. — Милорд, пожалуйста, пойдëмте со мной. — Не хочу-у! Не бу-уду! — Милорд… — он страдальчески глянул на существо Алагадды, уже представляя во всей красе, какие пойдут слухи. — О-о-о! — Лорд неожиданно захихикал. — Доки, смотри! Он указал пальцем на небо, и Доктор, как наивный дурак, повернулся в ту сторону. Не заметив ничего примечательного (подумаешь, небо жёлтое и облака чëрного цвета), он развернулся обратно, но увидел только испуганного поданного. Носитель Маски Страдания умчался на всех парах, буквально бросив в глаза Доктора пыль. — Извините, милорд сегодня… болен. Он помчался за Лордом, которого это только больше завело. И почти догнал этого мелкого негодяя, но тот, сделав ловкий пируэт, проскользнул мимо придворного врача и оказался за его спиной. Поздно поняв подвох, Доктор постарался остановиться, но не справился, запутался в ногах и проехался по асфальту. Было, откровенно говоря, больно. Если откровенничать ещë сильнее, то очень больно. Максимально. Невыносимо. Катастрофично! — Я не вынесу этого… — простонал он. Лорд, прыгнув на его спину, опять засмеялся. Он схватился за одежду, прижал плотнее ножки к телу Доктора и чуть подскочил вверх. — Но, Доки! Но! Лети! Кар! — Милорд, нам нужно во дворец… — Лети! — Я не умею летать. — Скачи! — И скакать я тоже не умею, — раздражëнно сказал Доктор. — Я умею ходить. — Ты тако-о-ой ску-учны-ый! — Потому что я пытаюсь исправить ситуацию, милорд. И я прошу от вас чуточку понимания. Пожалуйста! Лорд, немного подумав, ударил Доктора по бокам. — Но-о! — Дайте мне кто-нибудь сил. В общем, Доктору пришлось изображать из себя лошадь, птицу, осла, козла отпущения — и всю земную живность, поскольку Лорд, быстро уставая от одного образа, настойчиво требовал другой. А, чтобы все знали, когда бьют по бокам и чуть не душат — аргумент убедительный, чтобы стать посмешищем. С горем пополам оказавшись во дворце, Доктор испытал невиданное облегчение. Нет, Лорд не стал внезапно снова взрослой личностью, он по-прежнему оставался заносчивым проказником, но в привычных стенах было как-то спокойнее. И, несомненно, здесь могли повстречаться другие Лорды, но это в данный момент было последним, что волновало Доктора. Ему необходимо было найти владения Чëрного Лорда и обсудить план действий с Серафимом, поскольку он не представлял, как можно при таких обстоятельствах думать одному. В новой обстановке Носитель Маски Страдания чуть присмирел. Он с любопытством всë изучал, будто прежде никогда это не видел, дëргал Доктора за подол его платья и показывал на то, что его больше впечатляло. А впечатляла его всякая ерунда. Тем не менее, это была чудесная передышка, которой придворный врач в полной мере наслаждался. Он даже смог вдохнуть воздуха полной грудью и придумать в своей голове математическую формулу. Развлекался как умел. Оказавшись во владениях Носителя Маски Страдания, он смог наконец-то почувствовать себя в безопасности. Сюда навряд ли сунутся другие советники, здесь сложно что-либо разрушить, а ещë здесь было комфортно. Не так комфортно, как в его импровизированной лаборатории, но лучше, чем на улице. Однако, не успев перевести дух, Доктор услышал длинное восклицание на неясном языке, закончившее лаконичным: — О какой кошмар! Серафим, ростом чуть выше нынешнего Чëрного Лорда, эмоционально размахивал руками, носился по кругу, смотрел на своего милорда и хватался за свою голову. Доктор никогда не видел его таким живым. Он толком и не знал, что тот умел испытывать какие-либо эмоции. — Что… что ты сделал с ним?! О милорд! Мой милорд! — Я ничего с ним не делал. Теоретически, он сам это с собой сделал. Уточнять, что он лично привëл его в то злосчастное место, лично попросил воспользоваться своей силой, Доктор не стал. Лишние подробности навряд ли улучшат его шаткое положение. Серафим подбежал к Лорду и принялся его вертеть, проверяя на целостность и сохранность. Когда дитë устало крутиться, оно схватило поданного за маску и весело потянуло на себя. — М-милорд! Что вы делаете! Доктор почти злорадствовал. Серафим отстранил от себя Носителя Маски Страдания, но тот, игнорируя все запреты (для него они попросту не существовали), толкнул его. И ещë. И ещë. И ещë. Серафим, поняв, что это не закончится, с криком побежал, а Чëрный Лорд, смеясь, рванул за ним. Только что он крупно усложнил себе жизнь. — Так держать! — подбодрил Серафима Доктор. — Пока у вас тут всë… налаживается, я схожу в библиотеку. Благодарю за понимание! И улизнул, пока его никто не заметил, прочь.

***

Библиотека как всегда отличалась редкостной тишиной и особым спокойствием. Бесконечные стеллажи с книгами вызывали в душе Доктора трепет, он рвался к ним, жаждал впитать каждый кусочек знания. Время здесь теряло всякое значение, и ему это нравилось. Нравилось сидеть допоздна, узнавать новое и недоступное его сознанию прежде. А ещё, хоть он и отрицал это всячески, ему нравилось, когда Чёрный Лорд приходил ради него в библиотеку и вытаскивал его наружу. «В свет», — как он любил выражаться. Доктор тактично кашлянул в кулак. Время, как говорится, деньги. В его случае — спасённые нервные клетки. Пробегая пальцами по корешкам книг, он доставал наиболее любопытные экземпляры, быстро изучал их и ставил обратно. Доктор хорошо помнил, где оставил ту книгу, которую поспешно решил сжечь, но ему так сильно хотелось остаться здесь подольше, чтобы не встречаться с очередными проблемами. И с одним ребёнком. С ним — особенно. Но его серьёзная миссия не требовала слабости, и Доктор, взяв себя в руки, добрался до того стеллажа, где была книга с описанным амулетом. Он несколько раз подумал, прежде чем вытащить её, открыть на нужной странице и испытать культурный шок. — Что за бред? Бред действительно был. Редкостный и отчасти смешной. Истерически. В книге было сказано, что амулет, конечно, очень могущественный, каждый, кто будет им обладать, сможет завоевать чуть ли не все миры. О побочных эффектах было ни слуху и духу, что вызвало в Докторе негодование. Вечно о них не пишут, а потом читатели, загоревшись идеей, страдают! А могли бы и не страдать, если бы сразу обо всём знали. Но помимо этой будоражащей надписи было указано, что разрушить это могущество можно, дословно: «Теплотой и любовью». Мол, это противостояние способно не только создать невероятный союз, но и избавит того, кто воспользовался амулетом в корыстных целях, от обретённого зла. Какая, чёрт возьми, сладкая чушь из бульварного романчика! О каком зле шла речь, Доктор так и не понял. Собственно, он и не рвался это понимать. Огорчённый всеми сюжетными поворотами, он агрессивно поставил книгу обратно на место, вытащил другую, огорчился и в ней и тоже убрал от себя подальше. Библиотека резко стала гнусным местом, что ещё сильнее опечалило придворного врача. Он впервые, без помощи Чёрного Лорда и на добровольной основе, ушёл оттуда и ни капельки об этом не пожалел. Объяснил это Доктор для себя тем, что он просто не нашёл никакого ответа и, останься он там, навряд ли бы добился какого-то успеха. А зачем тратить драгоценные минуты? Незачем! К тому же и Серафим, наверное, навряд ли справлялся с Лордом. Да и вообще… не хотелось ему читать сегодня. Не было настроения. Унылый Доктор приплёлся обратно во дворец, во владения Чёрного Лорда. Ожидая увидеть разгром, апокалипсис и просто безумие, он снова разочаровался. Ничего из перечисленного не наблюдалось и в помине. Без всяких сомнений, он не желал, чтобы вся Алагадда превратилась в детскую площадку для Лорда, но если здесь спокойно, значило ли это то, что Серафим справлялся с милордом намного лучше, чем сам Доктор? Тогда понятно, почему ему позволяли выходить на улицу. Серафим, появившись из ниоткуда, запыхавшись, пополз к Доктору. Он был почти на слезе, по крайней мере, это состояние выдавал его голос: — Милорда… нет… Я… я его потерял! Обнаруженное Доктором спокойствие приобрело зловещие оттенки. Если Лорда не было здесь, то где он тогда мог быть? Его самооценка резко повысилась. Когда Носитель Маски Страдания был с ним, то он никуда не пропадал, был здоров и невредим. В случае с Серафимом всë пошло по одному не шибко приятному месту. — В смысле потерял? — Я отвлёкся. На минуту совсем. А потом смотрю — и его нет. Нигде! Я и под троном смотрел, и на потолке… Что нам делать? — Наверное, стоит смириться, — трагично сказал Доктор. — Смириться и жить дальше. — Как?! Нельзя! Он загоготал на своëм языке, полностью обескуражив человека. — Разумеется, нельзя, — недовольно ответил придворный врач, опечалившийся из-за того, что не поняли его сарказм, которому он, между прочим, учился. — Надо искать. — А где? — Везде. — Везде? — переспросил Серафим. — Везде, — повторил он. Итак, маленький Чёрный Лорд благополучно исчез из поля зрения, Серафим, оказывается, плохая нянька, а Доктор… а Доктор просто Доктор, и ему теперь это всё расхлёбывать. Ситуация, которая должна была (в мыслях) разрешиться быстро и безболезненно, сильно обострилась. И это было скверно.