Flowers from 1970

Джордж лежал на кровати с закрытыми глазами, в наушниках. Он слушал "Flightless bird", "American mouth in iron and wine", и хотя обычно он предпочитал песни совершенно другого жанра, чем этот, но продолжал ставить песни на повтор. Он почувствовал, как эмоции, которых он никогда не испытывал раньше, внезапно захлестнули его, когда он услышал мелодичные звуки. Для мальчика, чья жизнь была подчинена сосредоточенности и поставленным целям, он не привык к тому, что его сбивают с курса события, которые он не мог объяснить. Он верил, что во всем есть наука. Он знал, что если постараться, то все, что он когда-либо знал, можно решить с помощью чисел и спокойного гения. Он твердо верил в то, что все, что он знал, было просто еще одним числом. Жизнь - это данные. Все, чему он когда-либо посвящал себя, было данными. Его работа, распорядок дня и вся его жизнь были просто еще одним алгоритмом, который, как он знал, можно было решить на бумаге и ручке. Так почему же телефонный звонок внезапно сбросил все его убеждения в водопад безумия? Он мог бы просто цепляться за единственного человека в своей жизни, которому было на него наплевать, но он чувствовал нечто большее. Среди невозможности и диковинных обстоятельств была эмоция, которая была сформирована простым обменом словами на устройстве, связанном разрывом во временной шкале. Он не собирался бежать к ученому, чтобы получить объяснение, или писать о чуде, которым был этот старый телефон, и показать всему миру, что он открыл какую-то магию. Как будто он хотел, чтобы Дрим принадлежал только ему. Что эта связь была создана исключительно для них, и что миру не суждено об этом знать. Голос Дрима швырнул его логику в канализацию вместе со всей его чепухой о научных доказательствах и алгоритмической бессмыслице. Он был магнетическим притяжением, которое требовалось ему, чтобы понять, как сильно он испортил свою жизнь, свои отношения и все решения, которые он когда-либо принимал, все, чтобы помочь себе. Поэтому он лежал и размышлял, почему единственное существо в его жизни, которое, казалось, исправляло его, было тем, кого он не мог иметь. Каким он хотел видеть Дрима? Он не был уверен. У него никогда не было такой дружбы, в которой он мог бы безопасно излить своих внутренних демонов в обмен на слова утешения и честной критики. Джордж и Дрим составили расписание, по которому Дрим будет звонить. Каждый вечер в 8, а по выходным даже раньше. Джордж взглянул на часы и прищурившись, увидел, что ему, к счастью, осталось ждать еще две долгих минуты, прежде чем он услышит спасительную милость - телефонный звонок. Прошло три минуты, и хотя Джордж знал, что не все звонки будут точными, он чувствовал себя немного одиноким и встревоженным. Прошло десять минут, потом тридцать, потом полтора. Он услышал стук в дверь как раз в тот момент, когда собирался бросить ожидание и приготовить ужин. Он положил на телефон маленькую фигурку, чтобы, если она зазвонит, телефон затрясся и фигурка упала, а если Джордж вернется и фигурка окажется на полу, он узнает, звонил ли Дрим, пока его не было. Он заставил себя быстро спуститься вниз, не желая пропустить звонок на случай, если кто-нибудь придет. Он открыл дверь и увидел Уилбура с его обычным карманным блокнотом в руке и Ники с бутылкой яблочного сидра. - Уилбур, Ники, - поздоровался Джордж - Что привело вас сюда в восемь вечера? - Он жестом указал на них и на бутылку сидра. Уилбур записал в блокнот и сунул его в карман. - Ну, у нас давно не было друзей, с которыми можно было бы поболтать и выпить, поэтому мы решили постучать в дверь нашего приятеля британца, чтобы узнать, свободен ли он. Джордж немного поколебался, немного устал оставлять телефон на случай, если Дрим позвонит, но Уилбур и его семья были так добры, что трудно было сказать "нет". - С удовольствием. - Какая прелесть! - Ники улыбнулась, прежде чем парочку пригласили внутрь - Я обожаю ваш дом, в нем такая винтажная атмосфера. Джордж огляделся вокруг. Если бы только она знала. - Я полагаю, здесь ничего не изменилось с 60-х или 70-х годов. Уилбур кивнул. Он огляделся вокруг, прежде чем заметил картину - "Рождение Венеры", - сказал он. - Я не знал, что вы поклонник искусства. - Это не то, что я купил, - поправил его Джордж - На самом деле так и было внутри дома, но это здорово, что ты знаешь его название. Уилбур повернулся к нему. - У нас в старом семейном доме был такой. Мои родители восхищаются художниками. Они сели на диван и Джордж включил для них фильм. - Так кто же заботится о маленьком Томми? - Спросил Джордж. - Сначала мой отец и Дэйв, но Дэйв хотел поехать с нами сюда. - Уилбур объяснил. - Ему здесь рады, если он хочет, ты можешь позвонить ему и пригласить, чем больше, тем веселее. Джорджу казалось, что он начинает увлекаться, но ему нравилась идея иметь друзей. Даже достаточно, чтобы его беспокойство об отсутствии телефонного звонка Дрима на ночь утихло. Ники открыла бутылку сидра и вытащила подставки и стаканы из сумочки, которую сама принесла. - Надеюсь, мы вам ни в чем не помешали. Джордж покачал головой. - Мои планы на ночь были отменены, так что это действительно хорошая замена. Уилбур склонил голову набок. - Каковы были ваши первоначальные планы? - Спросил он, принимая от Ники стакан сидра и делая глоток, не забыв подложить подставку под подбородок, чтобы ничего не пролить в доме Джорджа. Джордж неловко почесал затылок. - Я собирался поговорить со старым другом, но оказалось, что у него есть планы на последнюю минуту. - Он изо всех сил старался быть правдивым, но не до конца. Уилбур медленно кивнул. Он сделал еще глоток сидра и принялся лихорадочно щелкать ручкой, выискивая что-то на своих куртках. - Дорогой, - Ники коснулась его плеча - Я видела, как ты положил его в карман джинсов. Уилбур порылся в кармане джинсов и вытащил записную книжку. Джордж наконец набрался смелости. — А что в блокноте? Можешь мне ничего не говорить, я просто все время вижу тебя с ним. Уилбур, казалось, на секунду задумался над своим ответом. - Я думаю, что это лучший способ описать его. Джордж понял. - В этом есть смысл. Извините, если это был навязчивый вопрос. - Нет-нет, - замахал руками Уилбур.- Мне тоже любопытно. Я никогда не выпускал его из виду. Уилбур казался простым человеком. Отец со стабильной семьей и казалось бы, хорошей работой, но глубоко внутри был таинственным человеком, который, как он чувствовал, скрывал что-то более глубокое. Конечно, это было у всех, но Уилбур, казалось, использовал эту энергию больше всех, кого знал Джордж. С другой стороны, он мало кого знал. В дверь постучали. - Это, должно быть, Дейв. - Предположил Уилбур, и Джордж направился к двери, чтобы открыть ее. Там стоял Техно, с траншейным берегом и своими обычными сапогами и кольцами. Он действительно был пугающим человеком, и если бы он был Томми, он бы тоже боялся его. Он вошел. - Уил, Томми спит. Он заснул под рассказ отца о своих приключениях, помнишь? Уилбур задумчиво посмотрел на него. - Мы умоляли его рассказать еще что-нибудь, а он говорил, что не будет продолжать, если мы не будем спать, и на следующую ночь у него была следующая часть. - Хорошо, но некоторые из них, очевидно, были неправдой. Кстати, привет, Джордж, - сказал Дейв, усаживаясь. - В чем дело, Дейв? - Поздоровался Джордж, наблюдая, как Техно помахал Ники. - Конечно, все они были правдой, - усмехнулся Уилбур. - Он не очень хороший актер или лжец, и по тому, как он рассказывал эти истории, я понял, что он пережил их. - Уилбур, ты веришь в эти истории, и ты взрослый человек? - Он покачал головой, явно разочарован. - Я знал, что это выдумка, когда мне было 6 лет. Уилбур посмотрел на Джорджа. - Он просто неверующий. - Прошептал он. - Я всё слышал - Он ругал Уилбура, а Ники и остальные смеялись, а Уилбур смерил его смертельным взглядом и поправил очки. - Что это были за истории? - Спросил Джордж, обращаясь не к одному из братьев, а к тому, кто ответит. Техно поднял руку, пересчитывая пальцы. - Один прыгал через забор в городском зоопарке и гладил леопарда, другой боролся с аллигатором, которого нашел в канализации, и Уилбур, ты просто не поверишь— Уилбур внезапно остановил его. - Ладно, - он неловко рассмеялся, - Техно, мы поняли. - Я серьезно. - Техно поднял руки. - Просто говорю, что это абсурд, как ты можешь быть 36-летним и верить, что эта история правдива. Даже Томми мог бы пойти к папе и сказать ему, что это неправда, а ему шесть. Джордж не хотел задавать лишних вопросов, поэтому не стал расспрашивать, что это за история. Вместо этого он попытался разрядить напряженность между двумя братьями. - Значит, Томми и он сейчас довольно близки, не так ли? Уилбур кивнул, подняв большой палец вверх. - Томми любит его, - ответил он, а потом вдруг что-то вспомнил. - О, Дейв, представь, если бы он встретил папиного лучшего друга, они бы так хорошо ладили. Дейв посмотрел вниз, на его лице было незнакомое выражение печали, когда он повернулся к Джорджу. - Тот друг, с которым наш отец учил нас сражаться, он умер пару месяцев назад. Папа называл нас абсолютно опустошенными, они были очень близки. Томми с удовольствием поспорил бы с ним. Джордж все понял. Они, казалось, росли так счастливо, среди друзей и семьи, которые делали жизнь достаточно веселой, чтобы иметь истории, которыми можно было поделиться. Джордж боялся, что они спросят о его детстве, а ему нечего будет ответить. Они досмотрели фильм, обменявшись еще несколькими историями, прежде чем Уилбур подумал, что было бы неплохо, если бы они все разошлись по домам. - Это была хорошая ночь, Джордж. Спасибо, что впустили нас, когда мы, по сути, пришли к вам без приглашения. - О, нет, пожалуйста, не начинай, - улыбнулся Джордж - Приятно, когда через некоторое время у тебя появляется компания. - В любое время. - Уилбур ухмыльнулся, прежде чем написать на листке блокнота и вырвать его. - Вот наш номер телефона, если вы когда-нибудь захотите снова потусоваться, просто позвоните нам, и мы будем здесь. Техно подошел к Джорджу, тяжело ступая сапогами по твердому полу. - Оставайся спокойным, бро - Он похлопал его по плечу и вышел. Ники любезно убрала все стаканы и подставки (которые, благодаря ей, даже не превратились в настоящий беспорядок) и попрощалась с Джорджем. Когда Джордж закрыл дверь, он побежал наверх и проверил телефон, но маленькая игрушка, сидящая на телефоне, все еще была идеально сбалансирована. Было уже почти полночь, и он решил, что лучше всего пойти спать и надеяться, что Дрим позвонит на следующий день. Отсутствие отвлечения в виде Уилбура и его семьи открыл его разум для бесконечных мыслей, которые он думал раньше. Он еще раз прослушал "Flightless bird" и "American mouth" в наушниках и заснул, занятый воображением всяких "что если" и "а вдруг" в своей полной мыслей голове.