Disarmed

Как правило, побег от одного из сильнейших мужчин Тейвата не является мудрым решением. Скорее, любой бы свернулся калачиком и ждал своей надвигающейся и очень болезненной кончины. Однако побег от своего бывшего - это совсем другое дело. Люмин решила посмотреть на свое положение с субъективной точки зрения. Чайльд не был Предвестником Фатуи (он был), он являлся ее бывшим — с которым она провстречалась один день, и то не полный (рыжий был ее парнем). Каким-то образом, это сделало побег Люмин намного проще. Она ощущала легкость в ногах, пока бежала вниз по лестнице Банка Северного Королевства и перепрыгивала через ограждение. Ей не стоило самой приводить детей сюда. Город кишел Фатуи - она могла с лёгкостью схватить одного и вынудить его стать их сопровождающим. И хоть это было очевидно в ретроспективе - любая вещь, связанная с Чайльдом возводила ее на новый уровень тупости, заставляя принимать решения, которые были совершенно не продуманными. Она ругнулась про себя, пока проскальзывала сквозь суетящуюся толпу и оглядывалась через плечо, дабы удостовериться, что за ней никто не следит. Прекрасная черта Ли Юэ - это постоянно шумные улицы. Шок от девушки, спрыгнувшей с высоты через ограду, продлился всего пару секунд, прежде чем народ двинулся дальше — все-таки у них есть дела поважнее. Даже когда Чайльд призвал Осиала, некоторые прилавки были всё еще открыты. Люмин выгодно использовала толпу, исчезая среди людей, когда Тарталья внезапно появился снаружи Банка. Ее ближайшей целью был переулок, заполненный ящиками, за которыми можно было укрыться. Удачно, что их было здесь в достатке. Расстояние оказалось слишком большим, чтобы видеть выражение лица Предвестника, но очевидно, что он был подавлен. Тевкр висел на его руке, ни сном ни духом о тревоге своего брата. Его невинности можно только позавидовать. Но чем дольше она смотрела, тем больше ее воля ослабевала. Было бы неразумно мешкать.

___________________________

При обычных обстоятельствах, Люмин было бы совестно из-за того, что она оставила троих детей в логове Фатуи одних, да и будь это любым другим местом, она бы тоже переживала. Чайльд был хорошим старшим братом. Предвестник он или нет - она просто должна была в это поверить. Возвращаясь обратно к теме побега от одного из сильнейших безжалостных мужчин Тейвата, у Люмин было ощущение, что внезапное нашествие Фатуи в Ли Юэ было его работой. Возможно, в ее отсутствие, Чайльд избавился от своей привычки тянуть волынку с доставкой приказов подчиненным, кроме случаев, когда это было срочно. Или, может быть, он нашел себе нового секретаря. Это было бы прекрасно и совсем не оставляло горького послевкусия. Как же ему повезло. Эта "эпидемия" представляла собой черные, красные и серые группки мужчин и женщин, что бродили по улицам и останавливали каждого прохожего. Люмин наблюдала с утеса сверху, как торговец нехотя отвечал на каждый вопрос. Такая же ситуация была и на севере. Маг Цицин была замечена за тем, что пыталась быть нормальной единственный раз в жизни. Она не ударила током загнанного в угол мужчину, а лишь задала ему несколько вопросов и отпустила без каких-либо проблем. Типа, она даже говорила. Странно. И застрельщики на востоке, тоже. Только вчера Паймон доложила о том, что видела нечто странное пока собирала ягоды. Гидро фатуист разговаривал с путешествующим историком, опять же, задавая вопросы. Никто не умер. Очень подозрительно. Это была Снежанская Инквизиция, хоть и намного менее жестокая, чем те, которые Люмин могла перечислить. — Я просто хочу услышать, что они говорят, — девушка скользнула к краю обрыва и вытянула шею, игнорируя руки Паймон, что тянули ее за волосы, будто этого могло хватить, дабы удержать ее от падения. — Они увидят тебя! — запищала фея, что было достаточно громко для привлечения внимания Фатуи. Она задержала дыхание на секунду, две секунды… Безопасно. Со вздохом Люмин выпрямилась: — Все Фатуи считают, что я в Инадзуме. Они перестали искать меня в Ли Юэ, поэтому сомневаюсь, что они вообще смогут узнать меня. — Точно, потому что тебя так легко забыть, — фыркнула Паймон и потянула путешественницу за волосы еще раз, утаскивая ее назад в скрытное место позади дерева. Внизу Фатуи все еще допрашивали расстроенного торговца. Разместившись, путешественница легонько шлепнула свою подружку. — Видимо, меня легко забыть, раз Чайльд не заметил никаких сходств между Ин и мной. Будто его воспоминания о Люмин полностью пусты. — Он просто был слишком занят, пялясь на твои титьки в беленьком платьишке! Девушка в ужасе ахнула, и руки машинально дернулись, чтобы прикрыть вышеупомянутый бюст. — Нет, не пялился! — Пялился! Паймон заметила, как он кидал на тебя взгляды, пока ты занималась всеми теми делами с похоронами Рекса Ляписа! — Э-этот извращенец! Прямо на похоронах? — Он мерзкий! Люмин не была уверена, почему это ее так удивило. Она псведо-встречалась с ним несколько месяцев и официально меньше одного дня. Его увлеченность и наслаждение ее телом не были ей в новинку. Но намекать на то, что он не узнавал в Ин Люмин, потому что был слишком занят, пялясь на грудь Люмин, было совершено не тем, что она хотела услышать. — Он был сосредоточен на миссии, — в его защиту настаивала она, — мы практически не пересекались, большинство разговоров происходило во время битвы, плюс я постоянно была в крови да пыли, и не виделась с ним много месяцев после всего произошедшего... Конечно же, он не узнал меня. Мы фактически не знали друг друга. Паймон хмыкнула и скрестила руки, вяло паря перед своей компаньонкой, будто бы проплывающее облако. — Ага… скорее он заблокировал твое лицо в своем мозгу, потому что ты так хорошечно надрала ему зад. — Звучит правдиво. Наступила тишина. Инквизиторы Фатуи оставались неслышимыми внизу, их манящая беседа была скрыта шумом шелестящих листьев на дереве прямо над ней. Люмин взглянула через плечо, чтобы пронаблюдать за ними. — Это так странно, — прошептала она. — Что происходит? — Может они проводят исследование? Насмешка: — Исследование? — Как исследование об удовлетворенности клиентов, — Паймон кивала с важным видом, будто очень гордясь собой. Люмин очень сомневалась, что Фатуи проводили какие-то исследования, что уж говорить об «удовлетворенности клиентов». Они даже не предоставляли стоматологическое страхование - она знала об этом, так как новые рекруты постоянно доставали Ин по поводу отправки писем верхушке. Девушка должна была вечно напоминать, что она не отдел кадров и, скорее всего, у них даже не было такого отдела. Звуки торговца, толкающего свою телегу опять привлекли ее внимание. Группа Фатуи обсуждали свои находки, перешептываясь между собой, пока готовились к отходу. Люмин ожидала, что они свернут на восток и направятся обратно в гавань Ли Юэ, но они продолжили двигаться на запад. Обычно за пределами Ли Юэ их днём с огнем не сыщешь. Подобно застрельщикам и магам цицинам, их тип занимался тем, чего она не видела ранее. Эти Фатуи были карандашными войсками и охранниками - они приносили дипломатам напитки и обслуживали передние стойки банков. Редко можно было встретить их путешествующими в группах по дорогам. Их вообще редко можно было увидеть за пределами города. Люмин поднялась на ноги, чтобы незаметно двинуться вдоль линии деревьев. — Это длится уже три дня. Мне нужно выяснить, что здесь происходит. — Ага, с того момента, как Мистер денежный мешок попался тебе на глаза… — Паймон в раздумьях умолкла. Поджав губы, она подлетела к плечу Люмин прежде, чем плюхнуться вниз, используя ее шарф в качестве веревки. — Ты думаешь, что это всё связано с ним? — Не думаю. Если бы он искал Ин, то уже предпринял бы подобные попытки за последние несколько месяцев. Это… что-то другое, я не видела ничего подобного, — Люмин нахмурилась. — Но разве Лиза не сказала, что он рвет и мечет, чтобы найти тебя? Люмин напряглась от раздражения. Она ненавидела, когда фея застигала ее врасплох, приправляя это тем самым высокомерным и всезнающим тоном. Они пререкались как родные сестры, что никогда не происходило с Итэром. — Ну, Лиза склонна драматизировать. — Разве он не выступил против Нин Гуан и не потребовал узнать где Ин? — Очевидно, что он просто напрашивался на драку. — Конечно, — взор и тон Паймон имели нулевой эффект. — Можешь думать так, если хочешь. Она хотела. Правда ранила, и Люмин не была уверена, хочет ли она ее принимать. Забавно, что ещё на прошлой неделе девушка была решительно настроена быть настоящей собой в Ли Юэ. Она честно обещала Лизе, что снова станет прежней Люмин, и даже если встретится когда-нибудь с Чайльдом, то ему просто придётся «смириться с этим». Что бы это ни значило. Так или иначе, она пересеклась с Чайльдом, будучи облачённой в униформу Фатуи. Дети называли ее Ин прямо перед ним. Это был огромный шаг назад (или даже больше), в то время всё, что она хотела — двигаться вперед. Но прямо сейчас ей нужно было понять, почему Фатуи расползлись по Ли Юэ словно полчище тараканов. Игнорируя недовольный взгляд Паймон, Люмин продолжила следить за офисными работниками сквозь деревья. Группа направилась к избушке в горах. Она могла только надеяться, что старик починил бумажные стены, сквозь которые она провалилась давным-давно. И кровать, которую они с Чайльдом сломали, и дверь, и весь остальной ущерб, что принес его заведению немыслимый ураган их отношений. Наверное, этой темы стоило избегать прежде всего. Как только Люмин выбежала из-за скалы, то сразу спрыгнула вниз, чтобы использовать лес как прикрытие. Именно эта группа, право слово, клерков, не была натренирована для разведки и не подавала никаких признаков понимания того, что происходит вокруг. Она уловила конец разговора про то, как же их раздражает работать под началом Тартальи. На ее лице засияла улыбка - Ин сама участвовала в подобных разговорах, в большинстве своем, во время попоек с коллегами. Вот по этому она действительно скучала. Фея витала у нее за спиной: — Паймон всё еще их не слышит! — Как думаешь, ты сможешь подлететь незаметно поближе? — И отхватить по шапке? Ни за что! И хоть Люмин была полностью уверена, что Паймон не отхватит — эти представители карандашных войск не смогли бы попасть в самую явную цель — она бы не посмела поставить свою подругу в неудобное положение. Задумчиво вздохнув, девушка мельком взглянула на группу за деревьями. — Я просто должна пойти на контакт каким-то образом. — Паймон уверена, что они безобидны, — фея легонько дернула Люмин за волосы. — Ты сказала, что Чайльд видел Ин, да? И скорее всего дети рассказали о вашей встрече. От воспоминания Люмин скорчила гримасу. Она стояла в дверном проёме Банка Северного Королевства, со знакомой стесненностью ее униформы, что облегала у талии. Голубые глаза, рыжие спутанные волосы, что торчали еще сильнее были тем, чем она прекрасно помнила. Выглядело так, будто он постоянно ерошил их от стресса. Предвестник пристально посмотрел на нее. Она пристально посмотрела на него. Мир треснул словно тонкий лёд. Несмотря на это, факт того, что он искал блондинку в униформе Фатуи не обязательно значил, что это как-то относилось к последним передвижениям Фатуи в Ли Юэ. — Не думаю, что это связано. — Ты упертая, — пробормотала Паймон. Люмин знала это, но ей не особо хватало энергии на переживания. Она уже шевелила извилинами, дабы найти хоть какую-нибудь маскировку в своем инвентаре. — Может, если я оденусь как простолюдинка, то они и меня опросят? — Хорошая идея! Может, это действительно исследование! «Как вы оцениваете свою удовлетворенность призывом Осиала по шкале от одного до десяти?». Сейчас Люмин могла это представить. За моментом размышления последовала горькая правда. Внутри нее всё сжалось. — Единственная одежда, что у меня есть - это униформа Фатуи. Думаю, что я могу пойти и в своем обычном платье, скорее всего они меня не узнаю- — Даже если так, они сразу поймут, что ты не обычная прохожая! — прервала ее фея. — Паймон всё еще считает эту затею слишком рискованной. Твоя одежда чересчур приметная! Что есть, то есть - ее платье и в правду привлекало нежеланное внимание. В качестве единственного варианта у девушки оставалась униформа Фатуи. — Может, у меня выйдет лучше влиться в этом... — она призвала пальто и платье, и с неким отвращением схватила их в охапку. Люмин надеялась, что ей больше никогда не придётся носить это вновь. Тень леса скрыла ее торопливую смену одежды. После нескольких минут возни с застежками — Паймон помогла — и жалоб на потенциальные мозоли от кошмарных кожаных ботинок, Люмин была готова. Ин вернулась на неопределённый срок. Группа Фатуи отдыхала у дороги, пока она, ковыляя, вышла из леса. Каждый взгляд из-под маски был прикован к ней. И Люмин, не изменяя себе, выбрала именно этот момент, чтобы споткнуться об выбоину на дороге, в попытке вытащить листья из своих волос. К счастью, там было всего пятеро Фатуи, но все они явно напряглись при ее появлении. Очевидный лидер группы выступил вперёд, когда она подняла руку в качестве приветствия, пытаясь оправиться от недавнего падения перед ними. — Хэй, как жизнь? Как жизнь? Она агент под прикрытием, что исследует аномалию, касающуюся ее врага и она спрашивает, как жизнь. Люмин задалась вопросом — не потеряла ли она хватку за эти три месяца. Лидер приподнял бровь так, что она стала видна из-под маски. Последовало молчание. — Эмм, в любом случае, — продолжила она, — я патрулирую эту местность и увидела, как вы, ребята, тут ходите, поэтому решила узнать, чем вы заняты. Если это конфиденциально, тогда я всё пойму. Она утратила хватку, официально. — Сэр, — прошептал лидеру один из младших рекрутов и подступил ближе к его плечу, — посмотрите на фото, это она. Выглядит в точности одинаково. Люмин даже не заметила парня, держащего фото. Она могла с трудом видеть из-под такого угла обозрения, но казалось, что это была одна из сотен ее фотографий, что Чайльд сделал в несчетных попытках выбесить девушку. Чудесно. Интуиция Паймон была в ударе. — Так что насчет Тартальи? — она фыркнула и пустила фальшивый смешок. — Он отвратительный начальник, правда же? Такой эксплуататор. Капитан кинул взгляд на нее и на фото еще несколько раз. Люмин мельком увидела знакомые светлые волосы и свою размытую руку на фото. Она вспомнила этот день. Чайльд продолжал фотографировать ее, а она была решительно настроена уничтожить его камеру. Да катись это всё к чертям. — Ее волосы короче, но это определенно она, — вынес вердикт лидер. Его взгляд пробежался сверху вниз, прежде чем он поднял руку, чтобы сравнить ее рост. — Да, она подходит под параметры. Паймон была права. Люмин ненавидела, когда Паймон была права. Всё, что могла сделать путешественница в этой ситуации это то, что у нее выходило лучше всего: бежать. — Лорд Тарталья говорил, что она тот еще бегун. Ловите ее сейчас же. Люмин была быстра, но сейчас на ней были не особо удобные сапоги. Тяжёлое пальто и духота Ли Юэ тоже не помогали ситуации. Каким-то образом, совершенно ей неведомым, звуки запыхавшихся вздохов и бежавших ног приближались сзади. Люмин продолжала выжимать из своих ног всё возможное. Как только у нее появилась возможность прыгнуть в ближайший ров, скатиться по склону к реке и позволить течению унести ее к морю, словно кусок мусора, тело, что весило куда больше чем ее, врезалось ей в спину. Она взмахнула руками и споткнулась. Крики испуганных птиц доносились из леса, а Люмин осознала, что впечаталась лицом в грязь уже после того, как могла воспрепятствовать этому. Облако пыли поднялось вокруг возни. Ее нос болел от удара, и колени нападающего по обе стороны ее тела, прижимающие ее к земле, делали всё еще хуже. Они не давили на нее всем своим весом, но вес ее задетой гордости давил куда сильнее. Представитель карандашных войск обогнал ее, схватил и прижал к земле. Люмин никогда не оправиться от этого. Итэра бы парализовало от смеха, если бы он увидел это. — Капитан! — закричал Фатуи. — Я поймал ее! Я поймал Ин! Донеслись улюлюканье и крики. Она застонала, когда несколько из них захлопали и восторженно закричали, будто бы поймали редкую зверюшку. Судя по звукам, кто-то даже танцевал. — Слушай, — Люмин удалось заговорить, не смотря на то, что ее рот и горло были полны пыли, — я без понятия, что здесь происходит, но слезь с меня прежде, чем я вырву твои глаза и надену их в качестве сережек. Молчание мгновенно накрыло радостные возгласы. Тот, кто прижимал ее, прошептал: — Она точно его девушка. Это оно, это была последняя капля, что вернула путешественницу: — Ничья я не девушка! — она расположила руки параллельно земле и начала подниматься с полной решимостью атаковать. Ноги зашевелились в попытке избежать ее гнева. — Хватайте ее! — закричал кто-то. Приказ был сразу же приведён в исполнение двумя ладонями, что подхватили ее под руки и подняли с земли. Ноги девушки болтались в воздухе, а перед ее униформы был покрыт тонким слоем грязи. Скорее всего, это было не особо модно. — Мы должны действовать быстро, — приказал другой. Люмин милосердно позволила этому парню держать ее словно тряпичную куклу, терпеливо выжидая момент для нападения. Ему повезло, что ей было любопытно настолько, что она могла и подыграть им. Она бы убила этих людей, не будь они простыми офисными работниками. Лидер зычно раздавал приказы своим подчинённым: — Возьмите веревк- Нет, не эту веревку, другую! Они понятия не имели о том, что делают. Тот, что держал Люмин, наконец опустил девушку на ноги, пока рекрутка неуклюже обворачивала веревками ее талию, заключая запястья в свободный узелок. Она даже не сумела сделать правильный узел, что было даже мило. Путешественница была бы очарована, не закипай она от ярости. Люмин сумела вздохнуть, скрепя зубами: — Что вообще тут происходит? — Мисс Ин! — гордо выпятил грудь лидер. — Лорд Тарталья приказал каждому Фатуи в городе найти и доставить в его комнату в отел- — Его комнату? — прервала она в ужасе. — Это уж слишком. Возможно, я бы и пошла к нему в офис, но я отказываюсь идти в его будуар. — Его что? Она тяжко вздохнула: — Продолжай, рекрут. — Х-хорошо, — капитан прочистил горло и восстановил самообладание. — Команда, что доставит вас, получит две недели оплачиваемого отпуска и значок в форме звездочки. Люмин ахнула: — Две недели отпуска? Это безумие. — Я очень хочу значок, — кивнул парень сзади. — Нацеплю его себе на пиджак. Несколько кивнули в поддержку. Должно быть, это очень интересный значок. Она действительно сочувствовала рабочему классу после пребывания в их рядах чуть ранее. Несмотря на то, что это была миссия под прикрытием ради получения информации и нахождении брата, ей не была далека идея капитализма. И более лаконично, Люмин очень вжилась в роль секретарши. Она бы убила за две недели оплачиваемого отпуска. Также она хотела, чтобы Фатуи перестали шнырять по закуткам Ли Юэ. Если тут есть еще группы магов цицинов, которые загоняют в угол бедных туристов и задают им по двадцать вопросов, тогда природный баланс вещей может нарушиться. — Думаю, я не могу избавиться от того факта, что Тарталья знает о моем существовании, — размышляла она, в ее голосе не было намека на эмоцию. Рекруты бросили на нее странные взгляды, которые она нарочито проигнорировала. — Он видел меня, и я никак не могу это изменить. Мне придется встретиться с ним рано или поздно. Если бы Паймон показалась тут, то закричала бы. Лиза советовала ей никогда не возвращаться в образе Ин, но что же в итоге: она связана и стоит здесь в форме Фатуи, маршируя обратно в Ли Юэ прямиком к Предвестнику. Как забавно жизнь работает. Три месяца без Чайльда, проводя каждый день в монотонности своих мыслей. Люмин пыталась занять себя поручениями, битвами и исследованиями, но только в Мондштадте. Единственным более-менее интересным событием был визит Дайнслейфа для расследования дела с магами бездны. Девушка вспомнила тот день, как она остановилась, чтобы внимательно разглядеть раздавленный одуванчик, что поник от неизвестной силы. В тот миг всё стало расплывчатым и размытым. Люмин забыла об этом на следующий день. Меланхолия была незнакомой эмоцией для путешественницы. Она всегда была слишком занята для осмысления печали и горя - неведение ощущалось так здорово. Но после ухода от Чайльда и трехмесячного перерыва, у нее оказалось слишком много времени на раздумья. Впервые в жизни, Люмин была совсем не занята. Праздный мозг — мастерская дьявола, как однажды сказала Барбара. Люмин не знала, кто такой этот дьявол, но звучало интересно. Если уж об этом зашла речь, она бы тоже не отказалась от своей мастерской. Но Люмин не могла позволить себе мастерскую, и возвращение в Ли Юэ только из вредности казалось хорошей идеей в тот момент. Девушка не могла предположить, что окажется в такой ситуации. Она провела следующий час со связанным за спиной руками и веревкой, натирающей ее запястья. Ее предсказания насчёт мозолей от кожаных сапог оказались правдой, а Фатуи, что поймали ее, не затыкаясь болтали о лыжном отпуске, на который планировали потратить свой двухнедельный отгул. Если она услышит еще один спор по поводу различий между сноубордингом и катанием на лыжах, она закричит. Ли Юэ приближался с каждым шагом. Его свет достигал бархатного неба, в последствии затмевая свет звезд. Она имела привычку держать обиды на большие города за это, как же жаль, что он скрывает нечто настолько блистательное как небесные светила. Но фонари порта тоже имели свое очарование. По этому аспекту Ли Юэ она особенно скучала в свое отсутствие. Миллелит не уделил ни капли внимания группе Фатуи, входящей в город. Горожане расступились перед ними, взгляды намеренно избегали их. Любой другой бы подумал, что связанная веревками девушка, которую насильно сопровождают по дороге, достаточно громкий звоночек, но видимо нет. Стражи и горожане склонялись к тому, чтобы оставить Фатуи заниматься своими делами, как она выяснила во время работы секретаршей. Люмин даже не была из Снежной, и все же ей хотелось вступать в уличные бои по поводу культурных предубеждений. Но опять же, это могло сделать ее лицемеркой. Ее восхищало то, как же прочно и мощно держался Ли Юэ. Несменный, словно гора, что бросала тень на улицы. Как только группа прошла мимо Банка Северного Королевства, она оглянулась, дабы заметить, что он выглядел в точности таким же, как и три дня назад во время ее побега. Гавань была настолько успокаивающей. И конечно же, капитан проигнорировал ее просьбу встретиться с Чайльдом в его офисе. Они направлялись прямиком в его отель. — Можно мне хотя бы принять ванную перед встречей с ним? — умоляла она. — Я вся покрыта пылью оттого, что кое-кто меня повалил, — острый взгляд в сторону этого самого кое-кого. Он покраснел и отвернулся, дабы от стыда спрятать свое лицо, пока она говорила. — И как бы Чайльду ни были по душе веревки, не думаю, что это уместно для нашего текущего статуса отношений. Это действительно не было уместным. Люмин не уверена, какой конкретно статус был у их отношений прямо сейчас. Она пропала без вести, он послал маленькую армию для ее поисков. Если подобное и имело название, то она точно о таком не слышала. Люмин упростила бы их статус к «несуществующий» — таким образом, веревки в данном случае были явно лишним атрибутом, ведь Люмин не являлась проституткой. Даже если бы она и была таковой, то он не смог бы ее себе позволить, даже с богатством Царицы. Возможно, статус «несуществующий» окажется не столь точным, однако Люмин не была уверена, что ей чувствовать в данный момент. У нее бешено колотилось сердце и в животе все скрутилось в прочный узел. Это был нервный тип предвкушения, словно ты стоишь у края скалы, с которого собираешься прыгнуть. Однажды, в первые недели прибывания Люмин в Тейвате, Эмбер привела ее к одной из многочисленных скал Мондштадта. Скаут не боялась, и девушка ни капли не сомневалась в ней. Только вот это был первый прыжок с такой высоты для Люмин. Она смотрела на воду внизу и была полностью уверена, что Эмбер ее подхватит. Путешественница была бы в безопасности в объятиях подруги, она это точно знала. И всё же, высота заставляла ее сердце трепетать, а желудок болеть, так что Люмин нервно смеялась перед прыжком и продолжала это делать, даже когда плыла в полной безопасности. Почему предвкушение вызывало такое привыкание, она не знала. — Мисс Ин, вы можете использовать мою комнату, чтобы освежиться, если хотите, — мило предложила рекрутка. Ее голос казался приглушенным, несмотря на ее близость. Не разбивай ему сердце. Слишком поздно. Твои коготки действительно впились в него. Лиза никогда не ошибалась. Люмин не знала, как ей это удается, и не то чтобы она сильно старалась. Три месяца безделья, проведенные на вершине башни Ужаса Бури, и размышлений о том, насколько бесполезна была ее работа на Фатуи. Она не нашла ничего, кроме эмоциональной привязанности, которую никогда не следовало бы создавать. — Нет, — прохрипела она. — Я-я думаю, что пойду на встречу с ним прямо так, это не займет много времени. — Мисс Ин? — нерешительно спросил рекрут. Она не сводила взгляд с двери в лобби. — Я действительно не хочу с ним видеться. Но не волнуйтесь, вы получите свои отпускные, ребята. Они поменялись местами и расступились. Выскользнув из плохо связанного узелка, Люмин отдала верёвку рекрутке — она серьезно не знала, как правильно вязать узлы. Со вздохом путешественница развернулась, чтобы, наконец, зайти в лобби. Группа суматошно последовала за девушкой, пытаясь успеть за ее нежданной прыткостью. Всё, чего хотела Люмин - это покончить с этим. Она просто скажет "привет, я жива, так что перестань искать меня. Нет, я не хочу быть больше с тобой. Прости". Прошлое останется прошлым, он будет Предвестником, а она Путешественницей, которая сражается с Предвестниками, и он примет эту жестокую правду. Однажды Чайльд встретит ее во время путешествий и увидит знакомую форму ее лица и губ, блеск пшеничных волос и узнает девушку, которой она притворялась. Это будет больно, но он человек. Люди невероятно хороши в самолечении. В лобби не было ни души кроме двух задержавшихся Фатуи в уголке, красный, золотой и удушающе показушный. Люмин заставила себя пересечь большую комнату и направится к лифту. Она повторяла словно мантру "Привет, я жива, так что перестань искать меня. Нет, я не хочу быть больше с тобой. Прости." Привет, я жива, так что перестань искать- — Этот блондин с косой опять был замечен в руинах. Люмин застыла. Один из рекрутов врезался ей в спину, но она осталась неподвижной. Люмин даже не сдвинулась с места, ее пригвоздило к полу из-за чистой мощи этих слов. Блондин с косой. Слишком уж глупая фраза, чтобы иметь такой вес. Без задней мысли она развернулась к источнику. — Что? — ее неожиданный возглас прогремел в пустом лобби. Двое Фатуи в уголке шокировано подняли взгляд от ее нежданного приближения, пока звук каблуков Ин, стучащих по мраморному полу, захватил всеобщее внимание. Она была единственным звуком в громкой, оглушающей тишине. Фатуи, сопровождавшие Люмин, даже не попытались остановить ее. Один нерешительно протянул к ней руку, но она была остановлена рукой более умного коллеги. Одинокие Фатуи в углу нахмурились: — Прошу прощения? — Вы говорили что-то про парня… с косой? — запыхавшаяся, она остановилась перед ними. — Вы рассмотрели его? Были ли у него серьги, карие глаза и- — Засекречено. Слово было словно плевок ей в душу. Он скрестил руки и кинул на нее хмурый взгляд. Даже маска не могла скрыть его раздражения. Она нахмурилась: — Если это так чертовски секретно, тогда почему вы обсуждаете это в лобби отеля? — Это глупое задание, что поручил нам Лорд Тарталья. Наша группа отслеживает активность бездны, — пожаловался другой Фатуи. — Но все наши лагеря заполнены новичками, собранными, чтобы найти эту глупую девчонку. Эта «глупая» девчонка теряла терпение. Они видели блондина с косой в руинах, это мог быть кто угодно. Скорее всего это какой-то другой парень и никак не Итэр. Скорее всего она надумывает лишнего, и ей не о чем беспокоиться. За исключением того, вдруг это все же Итэр? Люмин глубоко вздохнула, чтобы успокоиться перед тем, как заговорить снова: — Пожалуйста, скажите мне одну вещь, выглядел ли он как… — рискованно, слишком рискованно. Паймон бы накричала на нее, если бы могла. Но все же рука Люмин потянулась к краю маски, сдвигая ее со своих глаз на лоб. — Выглядел ли он как я? К счастью, группа, сопровождающая ее, видела только ее затылок. Двое Фатуи, к которым она была повернута лицом, оценивающе окинули ее взглядом. Ее сердце учащенно билось, а пальцы не переставали дрожать. — Ага, — наконец ответил один. — Исходя из нескольких случаев, когда мы его видели, я бы сказал, что он выглядит совсем как ты. В этот самый момент она была Атлантом, с чьих плеч свалился невероятный груз. Люмин могла дышать. — Спасибо вам, — шепот совсем не узнаваемый как ее, в паре с дрожащими руками, что возвращали маску обратно на глаза, — Большое вам спасибо. Вы понятия не имеете, как много это значит для меня. — Эй, это всё секретно! Его крики были проигнорированы. Со слабостью в ногах и бурей в животе, девушка вернулась к группе, поглощенная своими мыслями. Итэр. Итэр. Итэр. Шаг раз, шаг два, помни как ходить, не забывай. Это не место, чтобы свалиться от облегчения. — Эй, — сумела она произнести в сторону рекрутки. — На самом деле, я бы воспользовалась твоей ванной, если предложение еще в силе. Та оживилась из-за неожиданного внимания: — Д-да, конечно, Мисс Ин. Зайдя в лифт и послушав скрежет больших натягивающихся цепей, Люмин подумала о том, что она узнала. Возможности, нескончаемые пути, которые можно выбрать. Тут было три вещи, которые надо разложить по полочкам. Первое: Итэр каким-то образом связан с Бездной. У нее уже было предчувствие, так что это не было чем-то очень шокирующим. Второе: Фатуи заинтересованы в нем по неизвестным причинам. Они выследили его и были успешны в этом как минимум в половине случаев. Третье: она сделает всё, что угодно, лишь бы увидеть его снова. Что угодно. Рекрутка привела ее в комнату. Люмин кивнула в знак признательности и поспешила внутрь, мгновенно направляясь в ванную, дабы сорвать свою маску. Она должна была поторопиться: близился вечер, а Чайльд редко засиживался допоздна. Ей надо уладить несколько вопросов, если она взаправду собирается сделать это. Девушка начала снимать свое платье, в суматошной попытке расстегнуть все застёжки, когда знакомое мерцание созвездий блеснуло в воздухе. Конечно же, Паймон использовала бы первую возможность вернуться обратно - она не могла подслушивать из ее карманного мирка. — Что ты делаешь? Люмин взглянула на нее широко раскрыв глаза: — Собираюсь принять душ. — Нет! — фея поставила руки в боки. — Паймон имеет в виду, что делаешь здесь? В комнате отеля? С... — шокированный вздох, — тут так хорошо… Это что, ванная того грязного Предвестника? Когда вопрос поставлен таким образом, это делает нервное раздевание Люмин еще более подозрительным. Она только вздохнула: — Это не его ванная. Я действительно просто привожу себя в порядок. — Но ты собираешься увидеть его, не так ли? Паймон все знала, как и всегда. Паймон была с ней в одной лодке последние три месяца, выдерживая тоску и нытье с удивительным терпением. Может это из-за положения с одной рукой, застрявшей в платье, а другой пытающейся разобраться с застёжкой. Люмин чувствовала себя ужасно глупо. Паймон каким-то образом становилась голосом разума чаще, чем девушке хотелось бы это признавать. Фея вздохнула, заметив внезапную паузу своей подруги. Она подлетела, чтобы расстегнуть застёжку и снять с нее платье. — Паймон просто переживает, что тебя ранят. — Что ж, не ранят, — Люмин повернулась к ней лицом. — Пай, Фатуи выслеживали Итэра. Она выглядела так, словно не верила в это: — Об этом не говорилось в письмах Чайльда... — Знаю, они вели в полный тупик. Но я только что разговаривала с двумя из них и- — Они могут врать. — Но что, если нет? — внезапно жар подступил к уголкам ее глаз. Люмин терпеть не могла плакать, она ненавидела то, как ее горло сжималось и в животе появлялось болезненное чувство. Она глубоко вздохнула, чтобы притормозить. — Паймон, это лучшая зацепка насчет Итэра, которую я когда-либо получала. Я столько времени потратила, хватаясь за любую соломинку. Паймон смерила ее взглядом, нахмурив брови. Она медленно подлетела к стойке в ванной и села на уголок. Болтающиеся ноги и плотно сжатые губы - редкий вид для той, что обычно так игрива. — Паймон просто задается вопросом насчет кое-чего… Если это правда, то почему Лиза ничего не нашла об этом в письмах, что ты украла у Чайльда? — Не знаю, — Люмин пожала плечами. — Мне стоит спросить его. — Паймон считает, что тебе не стоит вообще с ним разговаривать. Конечно, она считала так. У феи не было потерянного близнеца, она не могла понять разорванную связь, которую Люмин отчаянно пыталась восстановить, даже если это означало поговорить с Чайльдом. — Я буду в порядке, обещаю. Паймон нахмурилась: — Ты не мыслишь здраво, когда дело заходит об этом глупом Предвестнике, будто он тебя околдовал или типа того. Колдовство - это было что-то новенькое. Люмин уже устала от всех жителей Мондштадта, говорящих, насколько она плоха в выборе парней. Никому не нравилась мысль о ней в паре с Чайльдом — кроме Лизы, но это было из-за ее более широких познаний про их отношения. Она была единственной, кто уделила время изучению того, что Люмин нравится в Предвестнике. Тем не менее, когда 99% людей в ее жизни недолюбливали ее парня — даже не встречая его — это должно было говорить о чём-то. Люмин стоило увидеть этот гигантский красный флаг. К сожалению, красный был ее любимым цветом. — Паймон, я потратила столько времени, работая секретаршей и достигая ничего. Я отравила Чайльда и украла его вещи с намерением собрать информацию об Итэре, и куда это меня привело? — пауза, ее грудь вздымалась, пока девушка пронзительно смотрела на фею, у которой не было ответа. Несмотря на это, Люмин продолжила. — В никуда. Это первая зацепка, которую я получила и я не собираюсь ее отпускать. — З-знаешь, ты можешь последовать за ней сама… — Я пыталась выследить его! — огрызнулась она, повышая голос. — У меня никогда не получалось это выяснить, но у Фатуи это вышло. И на данный момент Чайльд не знает, что я Люмин. У меня есть прямая линия доверия с Фатуи, и мне нужно это использовать. —Так…— пауза, во время которой Паймон вновь взлетела в воздух, — ты собираешься вернуться назад? Это звучало так жалко, когда она говорила таким тоном. Но: — Мы уже пробовали простое проникновение и кражу - это не сработало. — Думаешь, в этот раз сработает? Люмин выпрямилась и глубоко вздохнула: — Я глубоко убеждена, что это правильный выбор. На самом деле, это единственный выбор, Паймон. Мне придется опять стать Ин. Паймон пристально глядела на нее. Люмин ненавидела это выражение лица феи, это безэмоциональное и пустое лицо, что ничего не скрывало. Это заставляло ее опять чувствовать себя ребенком. Наконец-то, Паймон произнесла: — Однажды он захочет увидеть тебя без маски. Что ты тогда сделаешь? Однажды он задаст больше вопросов о твоём прошлом, может он даже захочет встретиться с твоей семьей. Что, если он захочет жениться? Ин собирается выйти за него замуж? Или Люмин? Замуж, этого слова было достаточно, чтобы пригвоздить ее к месту. Нервный смешок грозился вырваться из ее рта, пока она переваривала слова Паймон. Ин и Люмин, и все схожести между ними. Паймон была права, опять. (Она бы сделала что угодно для нахождения Итэра) Тем не менее, она путалась в словах под ее критикующим взглядом: — Нам не обязательно состоять в отношениях- — Он захочет быть с тобой. Она знала. Все знали. Небо голубое и вода мокрая, а Чайльд любит Ин. — Паймон, я знаю, что всё паршиво, но… — это сложно сказать. Люмин приходилось цедить слова сквозь зубы. — Я хочу, чтобы ты пожила с Сян Лин или рыцарями, хорошо? Лицо Паймон осталось таким же безэмоциональным. Не было ни проблеска эмоций, ни одного намека, ни одной искры. Слезы высохли, их отсутствие было более мучительным, чем присутствие. Люмин ощущала, будто часть ее сердца распадается словно древний, осыпающийся камень. Что угодно. Что угодно значит никаких исключений, никаких стандартов и никаких ограничений. — Хорошо, — Паймон отлетела назад, избегая ее взгляда как огня. — Паймон будет… где-нибудь. Ну, знаешь, где угодно. Найди Паймон когда закончишь с Фатуи. — Н-найду. Пай, я буду ску- Она исчезла, прежде чем Люмин закончила фразу.

_________________________

Душ был прекрасным изобретением. Внутренний водопровод, какая великая идея. Пока Люмин плакала в душе, она осознала, что это единственное здание в Ли Юэ, где есть такая система. Если всё пойдет хорошо, то она могла бы остаться с Чайльдом тут. И это совсем не звучало, как мысли охотницы за деньгами. Как только ее волосы высохли, а вся грязь была смыта, девушка переоделась в недавно выстиранную униформу. Рекрутка ждала Ин в коридоре, готовая отвести ее к Лорду Тарталье. Но. Паймон была права. Однажды Чайльд захочет снять с нее маску. Паймон была также права насчёт многих вещей. Люмин нужно будет приготовить ей ужин в качестве извинений… После того как она найдет Итэра. А сейчас надо разгладить морщины. Она открыла окно и осмотрела окружающий вид. Было еще не слишком темно, ночной рынок Ли Юэ кишел активностью. Осторожно, не пачкая одежду, девушка потянулась к ветке дерева, высовываясь наружу. Свежий воздух служил приятным облегчением после душной комнаты отеля. Никогда в своей жизни Люмин не беспокоилась о том, чтобы не вспотеть перед встречей с парнем, а сейчас, то как она старалась не перенапрягаться, казалось жалким. Но это было ради Итэра. Что угодно ради Итэра. Она осторожно забралась на ветку, слезая на другую, пока не оказалась достаточно близко к земле, чтобы безопасно пропасть в ночи. Позитивная сторона ношения униформы Фатуи заключалась в невидимости. Люди либо глумились над тобой, либо полностью игнорировали. Она прошмыгнула мимо ночных магазинчиков и прилавков, будто была приведением среди них. Вниз по улице и далее по переулку, знакомой дороге, по которой она проходила сотни раз. Разум Люмин блуждал между Итэром и Паймон. Итэр и Паймон. Куда вообще Паймон могла пойти? Скорее всего не к Моне, может к Сян Лин. Точно не к Кэйе или Дилюку. Ее цель была впереди, маленькая и незаметная. Приближаясь, Люмин замедлилась. Проходя мимо, девушка ощутила аромат лаванды и ромашки. Ин Эр не узнала ее. Хорошо. — Прошу прощения, — Люмин плавно подошла к ней, — если вы не заняты, то я бы не отказалась от вашей помощи. Продавщица бросила на нее неуверенный взгляд. Ее рот чуть приоткрылся, а затем закрылся без единого звука, когда она захлопала глазами: — Ох, эм, дорогая, даже не знаю… Еще одна местная колеблющаяся, чтобы иметь дело с Фатуи. Девушка не могла тратить время зря: — Ин Эр, это Люмин, — она сдернула с себя маску и засунула ее себе в карман пальто. — Мне действительно нужна твоя помощь. Бедная девушка выглядела так, будто увидела привидение, но она быстро опомнилась, выдыхая с облегчением. Продавщица приложила руку к своей груди: — Путешественница, ты так испугала меня! Я уже собиралась позвать сильного мужчину, чтобы он спас меня и унес отсюда. Флирт вернулся. Прекрасно. — Мне нужна твоя помощь, — умоляла она. Улица вокруг них была пуста, хотя группа торговцев приближалась с соседнего квартала. Если она собиралась вернуться к Фатуи, ей стоило быть осмотрительней, чем ранее. Никаких промахов, никакой лени. Может быть, ей даже придется заказать Анемо Глаз Бога, ведь Чайльд мог вскоре заметить его фактическое отсутствие. Несомненно, в Тейвате должен быть тот, кто сможет создать подобный. Чтобы избежать приближающейся толпы, Люмин проскользнула мимо Ин Эр внутрь магазина, закрывая за собой дверь, как только владелица последовала за ней. — Это долгая история, и ты должна молчать. Мне нужно лишь чуть-чуть подправить свою внешность. Ин Эр перенесла вес на другое бедро и скрестила руки: — И поэтому ты пришла в парфюмерный магазин? — Нет, я пришла в магазин, который существует, чтобы дать женщинам почувствовать себя уверенно. Минута молчания. Они сверлили друг друга взглядом, одна аналитическим, другая умоляющим. Люмин наконец вздохнула, признавая поражение: — Я видела как ты меняла девушке имидж несколько месяцев назад, я знаю, что у тебя припрятаны вещи для такого. Ин Эр просияла: — Так ты хочешь сменить имидж? — Не совсем, я хочу маскировку. — Это плохо - не любить свои природные черты. Ты и так красивая. Она совершенно не уловила суть. Не то, чтобы Люмин могла углубиться в детали про этот чересчур сложный, идиотский сюжет. Так что она остановилась на коротком пути. — У меня секретная миссия, где мне нужно слегка подправить черты моего лица, до той степени, чтобы отбросить все мысли о схожести с Путешественницей. Я носила маску, но теперь этого недостаточно. Это как ношение очков. Дилюк однажды носил очки в Доле Ангелов. Ни Люмин, ни Венти не узнали его, пока он не вырвал бутылку из их рук и не начал читать им нотации. И даже если вино могло повлиять на путаницу, она клянется всеми архонтами, что очки изменили его кардинально. У людей удивительно плохая память на лица. Ин Эр проанализировала ее: — Я могу сломать тебе нос, чтобы он выглядел деформированым. — Ох, это хорошая идея! — она осмотрелась в поисках чего-то тяжелого и жесткого. — Может котелок для готовки? Или молоток? — Люмин, нет, мы не будем ломать тебе нос. — Я не против, серьезно. — Нет, — прорычала Ин Эр, напоминающая мать, затыкающую своих детей. Зыркнув, она вздохнула и потерла подбородок. — Ты всё это время носила маску Фатуи как маскировку? Если так, то она прикрывает часть твоего носа, так что нам не нужно ничего делать с этой частью лица. А что еще тут менять? Она явно не могла изменить свои скулы или размер лба. Надежды Люмин быстро начали гибнуть, пока Ин Эр откапывала свою косметичку. — У меня на уме были контактные линзы, как вариант. Он не может увидеть цвет моих глаз сквозь маску, — Люмин лениво подняла ее для рассмотрения перегородки для глаз. Девушка привыкла к фильтрам, которыми они располагали, на деле это очень даже хорошо работало для того, чтобы скрыть свои глаза от ранящих солнечных лучей. Заметил он янтарный цвет ее очей или нет - оставалось загадкой. Ин Эр поддакивала: — У меня есть несколько пар в закромах. Зелёный бы тебе подошёл. Это было бы одним из самых больших изменений. Люмин всегда считала золотые глаза своей красивейшей чертой. Как жаль, что приходится скрывать их, но и зеленый тоже был хорош. Все что угодно для Итэра. Что угодно. — А, — Ин Эр подняла коричневый карандаш, — вот, я научу тебя, как этим пользоваться. Ты ведь сейчас не накрашена? — Люмин покачала головой. Владелица магазина снисходительно улыбнулась: — Ладно, это не так уж сложно и будет выглядеть так, словно на тебе нет косметики. Но если нанести карандаш определенным образом, то он изменит форму твоих глаз. Она подошла к Люмин, словно держа кинжал в руке. Коричневый, слегка блестящий кинжал. Ее сердце екнуло. В ту ночь в парфюмерном магазине путешественница узнала несколько интересных фактов. Первый: благодаря коричневой подводке и опасному приспособлению под названием «щипцы для завивки ресниц» ее глаза казались намного больше. Это было чудо. Она чувствовала себя большеглазым кроликом. Второй: консилер очень хорош. У нее больше не было темных кругов под глазами, словно она соблюдала нормальный режим сна — магия. Третий: выщипывание бровей это не весело, но их форма значительно сильно меняет лицо. Интересно. Люмин бы пожертвовала своей горящей кожей ради маскировки. Четвертый: она выучила много нового. Контактные линзы ощущались не очень приятно, и видеть себя с зелеными глазами было странно. Пятый и последний секрет шпионажа: Контуринг. Люмин научилась мастерству мягкой кисточки той ночью. Это не сильно отличалось от мастерства клинка. Когда она вернулась в отель, Фатуи были в полнейшем смятении. — Мисс Ин, — ее атаковали пронзительными визгами. За этим последовали торопливые шаги и приближающиеся руки в размытом потоке черного и красного. Она отступила назад к закрытой двери. — Мисс Ин! Вы здесь! — Я здесь, — вяло согласилась она. Рекрутка, чью комнату она использовала, держала руку Люмин, будто она была святой. Она даже прижала ее к своей щеке, нашептывая милости ее пальцам. Рекрут, что повалил ее снаружи Ли Юэ, тяжело дышал от волнения: — Мисс Ин, вы такая… Такая красивая. Я и не знал что вы настолько привлекательны. Парни, как думаете, у меня выйдет стать Предвестником и заполучить красивую девушку? — Да, — другой медленно кивнул, — конечно, Предвестники получают всех девчонок. Если верить в себя, то сможешь что угодно. — Ты серьезно так считаешь, братан? Несмотря на этот восхитительный братанский разговор про мужскую силу Чайльда, Люмин сменила тему: — Мне нужно было встретиться с другом, простите, что вам не сказала. Это было срочно. Заходить в отель без маски было ошибкой. Это заставляло чувствовать себя уязвимой, почти голой. Она просто хотела проверить эффективность маскировки Ин Эр, и она сработала, пока Люмин гуляла по знакомым улицам Ли Юэ. Униформа Фатуи эффективно сдерживала внимание местных жителей, которые в ином случае узнали бы ее. Если бы люди взглянули на нее чуть внимательнее, то просто увидели бы девушку, которая вроде как выглядела, словно более красивая и собранная версия путешественницы. Волосы похожи, но пробор и стрижка были разными, глаза зеленые, а не золотые — этих небольших различий вполне достаточно. Тем не менее, Люмин знала, что ей не стоит испытывать судьбу, ведь макияж способен не на всё. Она ступала на опасную территорию. Однако Чайльд не видел путешественницу почти год. Несомненно, его воспоминания были расплывчатыми. Она надеялась на это. Капитан группы, у которого было достаточно достоинства, чтобы удержаться от попытки ее захвата, сказал: — Всё в порядке. Но когда мы не смогли найти вас, нам пришлось доложить Лорду Тарталье, что мы вас потеряли. — Он угрожал забрать наши отпуска, — ахнула женщина, — и наши значки. Он сказал, что, если мы не найдем вас, нам придется месяц чистить туалеты в лагерях Драконьего Хребта. Она не могла не съежиться от этого наказания. Это было сурово, Чайльд редко присуждал его. Эти переносные туалеты часто замерзали, и как долго их надо было драить, уму непостижимо. Прежде чем она смогла ответить, другой Фатуи заговорил: — Но потом его младший брат расстроился, потому что мы прервали их игру в Уно. — Ясно, — кивнула Люмин, — уно это очень важно. Его братья и сестра все еще были здесь, они пробыли в Ли Юэ почти неделю. Получить лодку в Снежную, должно быть, непросто даже для Предвестника. Она была рада снова увидеть Тоню. Девушка думала, что было бы неплохо провести с ней больше времени, если это возможно. Но прямо сейчас наступило время столкнуться с чем угодно, которое она пообещала брату. Во внезапной тишине, путешественница прошмыгнула мимо группы и провела пальцами по маске в своем кармане. — Мне стоит встретиться с Чайльдом прямо сейчас. Я замолвлю за вас словечко, ребята. Шепот благодарности последовали за ней словно плащ. Люмин размышляла о маске. Она могла показаться у его двери без нее, сразу открыть свое лицо и убрать все преграды. Или же ей стоит вести себя с ним как обычно. Люмин могла притвориться, будто бы совсем не скучала. Она могла быть только его секретаршей. Возможно, Паймон ошибалась и Чайльд не хотел быть с ней. Как самонадеянно для Люмин было бы сразу же поцеловать его? Может, она была на самом деле хорошей секретаршей, и поэтому он искал ее столь рьяно. Рекрутам хватило ума оттарабанить этаж и номер комнаты Чайльда, прежде чем она ушла. Он сменил комнаты с того момента, как она в последний раз была здесь, скорее всего из-за инцидента с отравлением. Люмин повторяла цифры в голове, пока лифт все поднимался и поднимался, а цепи стонали да стонали от работы. Ее живот скрутило. Предвкушение. Утёс, с которого она точно готова спрыгнуть. Вода поймает ее, она знала, но всё еще было немного страшно. Почему люди подвергают себя такому? Она просто действительно нравилась ему как секретарша. Она была настолько хороша, делая свою работу. Вот и все. Люмин надела маску на свою голову и крепко натянула резинку вокруг своих волос. Это было правильным решением, он не был готов увидеть ее лицо. Паймон ошибалась - он никогда не захочет знать ни о ее семье и доме, ни жениться. Небо не всегда голубое, вода не всегда мокрая, и Чайльд не любит Ин. Последний этаж. Лифт пошатнулся от резкой остановки. Час истины. Она нашла его дверь. Внутри всё еще было тихо, никаких звуков уно, домино или какой-либо другой любимой детской игры. Один стук и всё. Только раз. Постучать один раз. Она подняла руку, прижала ее к двери и… постучала. (На самом деле дважды). Люмин ждала. Сдержанные вдохи и звон в ушах. Она опять рассматривала вариант побега - девушка всегда так поступала, когда всё становилось слишком сложно. Плохая привычка. Но дверь распахнулась быстрее, чем Люмин могла ожидать. Ее лбу повезло, что открылась она внутрь, представляя владельца, что хватался за ручку, словно это было единственной вещью, которая держала его на ногах. Вздымающаяся грудь, широко раскрытые голубые глаза. Его волосы были в полнейшем беспорядке. Чайльд. Слова, что она репетировала, больше не работают. Слишком поздно придумывать какую-то другую речь. И миллион вещей, что могли бы быть сказаны. С таким же успехом она может прыгнуть в воду. — Так- Холодные руки, длинные пальцы покрытые знакомыми мозолями. Она знала каждую, в то время как его руки прижимались к обеим сторонам ее лица. Он был без перчаток, и во всей вселенной не было ощущения прекрасней. Предвестник впился своими губами в ее. Машинально, Люмин встала на цыпочки, чтобы дотянуться быть с ним примерно одного роста. Всё было так естественно, беззвучно, и происходило спустя пару секунд после ее прибытия. Руки Чайльда на ее щеках, Люмин на цыпочках и его губы, впивающиеся в ее — всё было на своих местах. Они встретились спустя три месяца и сразу же начали целоваться. Люмин лишь могла задаться вопросом, с каких пор она стала настолько слабой. Тем не менее, она ответила на поцелуй не с меньшей пылкостью. Одна из его рук переместилась на ее талию. Пальцы Тартальи прижимались к ее коже сквозь ткань униформы и зажигали огонь, который она не ощущала вечность. Одно прикосновение, и она уже тает. В отместку, девушка схватила ворот его красной рубашки и дернула вниз, вызывая вздох удивления — первый звук, что он издал кроме тяжелого дыхания. Но Чайльд, не изменяя себе, прервал поцелуй, наклоняясь ниже, чтобы ухватить ее бедра обоими руками. Люмин сразу же попыталась отпрянуть: — Пожалуйста, скажи, что дети не рядом. — Они уже спят в других комнатах, — его голос практически переходил в мурлыканье. Прежде чем она могла ответить, хватка на ее талии усилилась и ощущение устойчивости исчезло. Он подхватил ее на руки со знакомым хохотом, тем самым, что она слышала во время спаринга. Он всегда смеялся так, когда побеждал. Люмин неожиданно вспомнила, каким же мудаком он был. Но прижимающихся к ее коже пальцев было достаточно, чтобы отвлечься. Девушка замкнула свои ноги за его спиной и дернула за волосы, хотя Чайльд был слишком занят ее шеей в тот момент. — Ты считаешь, что можешь просто взять и целовать меня, когда тебе вздумается? Что, если я уже занята? Что, если я замужем? Он разгоряченно прошелся по линии от ее шеи до уха. — А ты занята? Она не была в отношениях, но просто так сдаваться было бы не так весело. — А что, если да? Всё еще держа ее под контролем, он ногой захлопнул дверь. Как только парень вернулся на место, он прижал ее спиной к холодному дереву. Было очень неудобно носить маску, когда занимаешься с кем-то подобными вещами. В прошлые разы они целовались либо из-за полной гормонов ярости, либо когда Люмин пыталась обмануть его. Несмотря на то, что сейчас это тоже считалось в каком-то смысле обманом, сами поцелуи являлись чем-то большим. Это чувствовалось как нечто большее. — Ин, — он пристально посмотрел на нее. Чайльд редко выглядел по-настоящему злым, скорее просто игривым или недовольным, но она знала, каким собственником он может быть. — Скажи мне, если ты уже с кем-то. Если бы она ушла от него ради другого, нашла кого-нибудь между тем или… возможности остались невысказанными, потерялись в дыхании, смешивающемся между ними. Но девушка могла задать тот же вопрос, хотя парень с новой девушкой не пошлет команды Фатуи для поиска старой. Только если ее теория о том, что она была невероятно хорошей секретаршей всё-таки окажется правдой. Она уже поцеловала его. Она была в его объятиях, проводя пальцами по его волосам. Девушка отчаянно желала целовать его еще — Чайльд заслуживал большего, чем Люмин планировала ему дать. — Нет, не волнуйся, — она вздохнула и потянулась к маске на лице. Напряженность спала с его плеч и он сразу же вернулся к поцелуям ее шеи, пока Люмин копошилась с резинкой в ее волосах. — Хорошо, — невнятно сказал он. — Я искал тебя. — Наслышана. Чайльд мог и не кусать ее за плечо, но он сделал это. Конечно же, он сделал это. Это вызвало у нее мерцающее, как бы электрическое чувство и ей нужно было действительно сфокусироваться, дабы держать рот на замке. Люмин опять вздохнула - эту чёртову маску так сложно снять. Был шанс, что он узнает ее как Люмин, и что тогда делать? Был ли это риск, на который она готова пойти? Она пробежалась пальцами по его волосам, пока не наткнулась на колтун, что тот час вызвал у нее смешок: — Ты давненько не причесывался. — Я забыл, — пробормотал он у ее ключиц. Мило. Эти маленькие вещи, эти качества, которые никто не замечал, кроме нее. Нечто в них подкупало ее еще больше. Он целовал ее так, будто пытался выучить наизусть каждый сантиметр ее тела. Люмин скучала по этому. Она мечтала об этом. Она никогда не позволит себе признать, что желала происходящего. Предупреждения Паймон и всех жителей Мондштадта растворились в тумане. Да ну нахрен, этот план был чудесен - в конце всего она получит Итэра и парня. Резинка была сорвана. Маска мгновенно выскользнула из ее рук, шумно ударяясь об пол. Показать своё лицо было намного более пугающим, чем должно было быть. Прежде, чем он мог взглянуть на нее, девушка приподняла подбородок и опять впилась своими губами в его. — Ин, — прошептал Чайльд между поцелуями, и сколько же было смысла в одном слове, было практически жаль продолжать предложение, но он это сделал. — Куда ты ушла? Как ответить на такой емкий вопрос? Ее спина покинула опору, стоило ему подхватить ее поближе к себе - теперь уже он носил ее на руках, пока они целовались. Она была рада, что оставила свое тяжелое пальто рекрутам, сейчас оно бы только мешалось. Даже когда Чайльд опустил ее на кровать, у нее не было ответа. Просто продолжай целовать его и может он вообще забудет, что спрашивал это. Если она сможет отвлекать его достаточно долго, расстегнуть его рубашку и стереть любой проблеск мысли из его разума. — Ин, — более серьезный тон, он отпрянул и сел возле нее на кровати. Она почувствовала холод без него, накрывающего ее, распластанная на его одеяле с кучей волос повсюду и без всякой маски. Может ей стоит симулировать сердечный приступ. Медленно, она кинула мельком взгляд на Предвестника. Он смотрел на нее пустым взглядом, ожидая ответа про ее бывшее месторасположение. — Мне нравилось больше, когда ты целовал меня, — пожаловалась она, надувшись. Его выражение лица не изменилось. — Ин, где ты была? И он звучал так серьезно, будто сама жизнь зависела от этого бесполезного факта. Зачем тратить всю эту энергию на разговоры, когда они могли бы целоваться? Люмин не была уверена, что стерло ее способность мыслить связно, было ли это томительное тепло его рук или страх этой встречи, но никакая правдоподобная, водонепроницаемая ложь не приходила в голову. Разве что, когда Мона однажды пошла на свидание с парнем, чтобы получить бесплатную еду. Чтобы порвать с ним, она притворилась напуганной, говоря о том, что боится того, что он причинит ей боль. В следующий раз она возжелала торта и сказала, что осознала, что он не навредит ей. Это было слащаво — игра слов — но если Люмин подберет правильные слова, это может сработать. Она села прямо. Со вздохом и паузой для предвкушения, история стройно сложилась: — Я не уходила в какое-то определенное место, по правде говоря, я даже не знала, что ты искал меня. — Я думал, что ты мертва, — сорвался Чайльд. — Я проверял дно каждого озера, чтобы найти твое тело. Пока что он верил в ее ложь, и, хотя для нее это было хорошей новостью, она не могла избавиться от укола вины, вызванного его резким ответом. Люмин знала это чувство. Эта неуверенность и неумолимый страх, было совсем не здорово. Она наблюдала, как он повернулся, чтобы сесть на край кровати, даже не смотря в ее сторону. Прежняя романтическая атмосфера была полностью испорчена. Парад залитый дождем. И он вообще не заметил, как красиво она выглядела без маски! Или даже то, что она сняла ее! Всё, что Люмин могла сделать - это вздохнуть. — Мне жаль, правда. Я испугалась, — она пододвинулась, чтобы сесть рядом прямо за ним, заключая его пояс в кольцо собственных рук и укладывая подбородок на его плечо. — С отравлениями и всем тем, что так быстро происходило, я не чувствовала, что достаточно хороша для тебя. Медленно Чайльд поднял голову, чтобы уставиться на стену: — Ты всегда говорила, что ты слишком хороша для меня. Тоже правда. Тем не менее, она шлепнула его по плечу и отпрянула, чтобы скрестить руки. — Ты сомневаешься в моих чувствах? У девушки не может быть экзистенциального кризиса без мужика, что сомневается во всём, что она делает? Вот в чем проблема патриархата, мужики с властью думают, что они знают как лучше для- — О, Архонты, помолчи, — застонал он. — Нет! — фыркнула она. — И ты, ты один из худших. Как только я пришла, ты начал сексуализировать меня и обьективизировать мое тело, будто я кусок мяса. Это отвратител- Чайльд сделал выпад. В мгновение ока, его губы накрыли ее, а ладони столкнув ее на кровать, потянули ее руки вверх, чтобы ухватить ее за запястья. Она обвила своей ногой его пояс и толкнулась навстречу, дабы стереть расстояние между их телами. — Мы поговорим об этом с утра, — произнес он между поцелуями, переключаясь на ее шею и щеки, челюсть и ключицы. С каждым прикосновением губ, жар поглощающий ее, увеличивался. Люмин не могла не улыбнуться. Маленькой тирады хватило, чтобы раздраженный Чайльд заставил ее умолкнуть — таким образом, больше никаких вопросов, хотя бы на время. Она рада, что это сработало и что ей не пришлось симулировать сердечный приступ. — Также… — ее голос оставался приглушенным. — Мне бы хотелось, чтобы ты дал той группе три недели оплачиваемого отпуска взамен. — Ммм… хорошо. — Оплатил лыжный отпуск. — Сделано. Мило. Поцелуи тотчас продолжились, очень мало расстояния осталось между ними. Люмин была рада, что прыгнула в воду, поверила ей и позволила поглотить ее. Она всегда ловила ее. Чайльд все еще любил ее шею, он не изменился. Она подвинулась, чтобы дать ему лучший доступ к ней и уставилась в потолок, пока ее разум блуждал, а в комнате были тишина и покой. Удовольствие. Люмин провела пальцами по его спине, пока он не вернулся к ее губам. Парень улыбнулся, целуя ее так, что сердце затрепетало. — Мне жаль, что я ушла, — приглушенный шепот. — Я ничего не достигла, я не нашла ничего и ни на каплю не приблизилась к тому, чего желаю. Мое место тут, с тобой. Голубые глаза открылись. Он нежно соприкоснулся своим лбом с ее, но его ухмылка полна коварства. — Я рад, что ты опомнилась. Я готовился к твоему возвращению. — Звучит немного пугающе. — Не беспокойся об этом. По правде говоря, предложение не беспокойся об этом делало всё только хуже. Чайльд отстранился и оперся на свои локти, наконец уделяя время тому, чтобы исследовать ее лицо в первый раз в их отношениях. Она ждала этого с момента падения маски на пол. Девушка отчаянно надеялась, что он не увидит Люмин под маской. — У тебя зеленые глаза, — прошептал он. Редкая, искренняя улыбка расцвела на его лице. — Они красивые… Надеюсь, у наших детей будут такие же. — Н-наших детей? — Уугууум. — Так беззаботно, может даже надменно. Он прильнул обратно, чтобы поцеловать и пресечь любые жалобы, что она готовила. Со временем Люмин отпустила собственное недовольство и обратно зарылась пальцами в его волосы — ее любимое место. Это, прямо тут, с ним, было ее любимейшим местом в целом мире и сейчас она знала это. Да. Это хорошо. Это решение приведёт к хорошим результатам. Она надеялась.