Звёзды с балкона, увидимся позже

Это утро Антону дается особенно нелегко, потому что всю ночь он провел с чашкой кофе и ноутбуком: просматривал социальные сети Арсения. Под боком все это время сопела Белка, время от времени потявкивая во сне. В конце концов Антон для себя интересного ничего не выделил, только зацепился за несколько деталей. На одной из фотографий, что нашел в ночи Антон, у Арсения были длинные волосы. Вдобавок к этому, он был в пиджаке. Антон тогда ухмыльнулся, подметив, что подобная стрижка на мужчине смотрелась неплохо, но нынешняя смотрится так же хорошо и даже лучше. Еще Антон обратил внимание на то, что фотография датировалась 2011 годом. «Арсений Сергеевич, вы, случайно, не вино?» Потом Антон в глубинах интернета нашел еще одну фотографию и, если честно, он об этом жалеет. На ней Арсений, слегка выгнув спину, стоял в воде — по всей видимости, с другом — и улыбался. Голый и подкаченный торс не остался незамеченным юношей, но это тоже была старая фотография. Шастуна она ночью напугала — ну или его собственные мысли насчет нее. Она была слишком… странной? Нет. Она его привлекала? Или отталкивала? Юноша закрывает ноутбук, когда стрелка на часах останавливается на 6:33. Антон пытается вспомнить хоть раз, когда час сна заставлял его чувствовать себя лучше, а не обострял ощущение усталости. Стрелка часов доходит до 6:42, когда он приподнимается с кровати, протирая глаза, ощутимо болящие из-за бессонной ночи за монитором, и направляется к шкафу. Вытаскивает оттуда излюбленные черные джинсы, отнюдь не торопливо их натягивает и зовет Белку гулять. Ну хоть кого-то. Снова чуть не захлопывает дверь в квартиру так, что потом возможности ее открыть не было бы, ругается на ебаный замок и мысленно ставит себе пометку о том, что нужно его поменять. Он быстро преодолевает препятствие в виде ступенек и вскоре уже неспешно идет вдоль тротуара; зажимает губами сигарету и проезжается пальцем по колесику зажигалки, потом затягивается привычно глубоко: это помогает справиться с усталостью и тяготящими мыслями и настраивает на прогулку. Арсений Сергеевич чуть не роняет свой айкос, когда видит Антона под балконом. Тот курит себе в удовольствие, явно витает в облаках и ждет, пока собака закончит свои дела. На улице слегка моросит сентябрьский дождь. На Шастуне темная толстовка с зелеными завязками, которая ему велика, но, несмотря на это, Арсений считает, что она ему очень идет. Антон в это время грустно вздыхает, потому что сигарета по его неосторожности только что выпала из рук, блять. «Хуйня. Ёбаная, причём», — думает он. Попов издает смешок. Интересный этот парень, такое ощущение, что Арсений таких раньше не встречал. Неуклюжий и привлекательный. Эта мысль остается на задворках сознания и глубоко в душе Арса, а сам он, пребывая в приподнятом настроении, удаляется с балкона. Его сосед и по совместительству студент заходит в подъезд.

***

Антон со спокойной душой направляется в сторону метро. В наушниках играет что-то достаточно драйвовое, иногда пробивая на мурашки, так, что в конце концов юноша чувствует себя чуточку более бодрым. Он иногда пользуется этой хитростью — специально включает громкую, ритмичную музыку, чтобы быстрее проснуться — но сейчас это происходит по чистой случайности. В метро на него снова косятся, а Антон закрывает глаза: сегодня у него крайне хорошее настроение. Он прибавляет громкость на телефоне и, вбежав в вагон метро, успевает занять свободное место, удобно на нем усевшись. Арсений Сергеевич стоит в утренней пробке, попивая любимый утренний кофе.

***

Антон заходит в колледж, антураж которого до сих пор кажется ему очень необычным. «Привыкну», — промелькивает в голове у юноши. До начала первой пары остается примерно полчаса, поэтому до поры до времени Антон сидит в аудитории совершенно один. Однако его идиллию прерывает Арсений, который все же смог выбраться из давно ставшей обыденной утренней пробки. Юноша долго сомневается, думая, как лучше поздороваться, и в итоге принимает решение. — Привет, — он стреляет в Арсения глазами и утыкается в телефон. — Привет, — улыбается Арсений. На этом их диалог, к несчастью Антона, обрывается, потому что Арсений сразу достает из сумки кипу бумаг и принимается что-то заполнять. Первой парой у них история, а еще по иронии судьбы вскоре приходит Ирина. Антон мило беседует с девушкой, впрочем, как и накануне. Арсений молчит, наблюдая за тем, как девушка невесомо касается парня. Было бы это во время лекции, он бы точно сделал замечание, но сейчас перемена, так что — увы и ах, Арсений. В какой-то момент парочка покидает помещение, на что Попов вопросительно и с чистым интересом изгибает бровь, глядя им вслед. Антон уговаривает Иру сходить с ним до местной курилки (запасного выхода), а там парочка встречает того самого армянина-одногруппника. Зовут его, как выясняется, Сережа, и еще выясняется, что Сережа и Ира неплохо друг с другом знакомы. Начало пар все близится, и все трое решают встретиться и познакомиться поближе (по большей части именно с Антоном, конечно): планируют время, место для этого, — прежде чем вернуться в аудиторию под все тем же вопросительным взглядом преподавателя. Следующие пары тянутся ужасно долго, потому что везде, кроме истории, Антона преследуют нудные преподаватели, монотонно читающие с листка или вообще книги. Скука, да и только. Его спасением становится последняя пара — пара Павла Алексеевича, который сразу говорит студентам тихо валить.

***

— Блять, Ира, какая же ты ебанутая, — оглашает свой вердикт Сережа, и хвостик у него на затылке подергивается. — Терпеть тебя не могу. — Может, я Антону нравлюсь? — девушка стреляет глазками и улыбается. — Мне напомнить, как ты, блядь, на первом курсе клеилась к Арсению Сергеевичу? — Если ты не можешь найти собственное счастье, то это не значит, что все вокруг в этом виноваты, — бить девушек нельзя, поэтому низкорослый парень звонит в квартиру, пока Ирина держит в руках несколько бутылок алкоголя. Пока Белка топчется на пороге, радуясь гостям, Антон открывает друзьям (хорошим знакомым) и принимает из рук Сережи пакет с собачьей амуницией для своей девочки, тут же отдавая однокурснику деньги. «Бля, спасибо, Серег», — радуется он. Арсений слышит шум в квартире соседа, но не придает ему значения, потому что полностью посвящает себя отчетам по работе. Сережа с самого начала всей этой затеи считал, что будет глупо выпивать с девушкой, которую ты ненавидишь. Вроде она классная, но Матвиенко не одобряет ее похождения от одного парня к другому. Только спустя несколько стаканов пива становится уже все равно, они забываются и громко смеются, слушают музыку — в общем, просто веселятся. Сережа отбрасывает свою давнюю неприязнь и садится неприлично близко к девушке. Плевать. А вот Арсению, который сейчас находится прямо за стенкой, не плевать. Музыка бьет по барабанным перепонкам. Бумажные дела так и остаются недоделанными, потому что в душе нарастает тревога, а в голове — боль. Ближе к четырем утра шум прекращается. Ира засыпает на коленях у Сережи. Сказать, что они сблизились за эту ночь, — ничего не сказать. Их общение в такой обстановке прошло более чем удачно. Веселая пьянка напоминает о себе, стоит только проснуться: бардак, ни о каком будильнике и речи нет, похмелье и прочее. Антон, пораскинув мозгами, насколько это возможно в таком состоянии, и решает больше никогда не пить. Ирина тем временем приходит в себя и достает из дамской сумочки блистер с аспирином: она знала, куда шла и чем это могло закончиться. Она проходит на кухню, дабы налить из фильтра прохладной воды. На балконе мелькает знакомый ей силуэт преподавателя, но она не придает этому значение, спихнув все на свое состояние. К ней подтягиваются Шастун и Серега. Последнему достаточно тяжело дается это утро. Он тоже задумывается о том, что пора прекращать участвовать в таких вечерах, которые всегда быстро и незаметно перетекают в ночи, а иногда и в утра. Он вливает в себя стакан воды. — Почему у тебя на балконе кто-то стоял? — интересуется Ира, пока Сямсис думает, что делать. Антон предпочитает промолчать, потому что он понимает, что это был Арсений Сергеевич. — Серый, — Сережа поворачивается на оклик, — почему тебя Сямсисом прозвали? Сережа улыбается, и выдает: — Я на первом курсе жестко опечатался в курсаче, — Антон тоже слабо улыбается. — Я, наверное, сегодня не пойду никуда, — заключает Сережа. — И я тоже, — соглашается Ирина. Антон предлагает, чтобы они с Ирой приготовили завтрак. У Шаста находятся яйца, помидоры и чай. — Ладно, неплохой набор, — говорит Ира, доставая сковородку, — что-нибудь сварганим. Маленькая компания остаётся у Антона до вечера.

***

Арсений заходит в аудиторию и оглядывается. «Не понял», — вслух говорит Попов, когда понимает, что все до одного студенты на месте, кроме Иры, Антона и Сережи. У него есть догадка, что эти трое действительно успели подружиться за прошедшие сутки. Будучи добрым человеком, он решает не отмечать их как отсутствующих и забивает на это.

***

Под вечер Серега уходит, и Ирина провожает его объятиями. Самое главное: они больше не являются друг другу врагами. — Ир, — произносит Антон, присаживаясь за кухонный стол, — ко мне скоро должен приехать мой друг из Воронежа. Как думаешь, ему понравится? — Хм, — девушка садится напротив и задумывается, наклонив голову и подперев ее рукой, — мне кажется, ему не может не понравиться Питер… Слушай! Может, я за вином схожу? Внезапное предложение Ирины чуть не заставляет Антона упасть со стула. Он хочет сначала отказаться от этой авантюры, но, поразмыслив, соглашается, внеся правки: — Давай лучше завтра, в четыре часа дня, у меня. Я думаю, так будет лучше, — Шастун слабо улыбается, ведь еще чувствует тяжесть последствий предыдущей ночи. — Хорошо, — соглашается Ирина и хищно улыбается. Как только девушка собирается, Антон провожает ее до двери, а та оставляет влажный след теплых губ (и губной помады) на щеке Антона.

***

Ровно в четыре часа следующего дня Шастун стоит у входной двери, вытянувшись по струнке. Широкие пижамные штаны он сменил на зауженные джинсы, но домашние рубашку с футболкой оставил на себе, предварительно проверив на наличие пятен. Еще раз скользнув взглядом по своему отражению в зеркале, Антон все-таки замечает на рукаве небольшое белое пятнышко от зубной пасты и безуспешно пытается его соскрести. Звонок в дверь заставляет юношу подорваться ее открывать, но он вовремя останавливается. Будет подозрительно, если Ире откроют через секунду. Антон выжидает, потом подходит к двери вплотную и, натянув на лицо максимально доброжелательную улыбку, открывает девушке. Ира выглядит восхитительно как никогда: она завила локоны, накрасилась, кажется, даже в салоне, надела светлый комплект из брюк и жакета с голубой блузкой. Она сияет так ярко, что по сравнению с ней Шастун с пятном от пасты на рукаве выглядит… не очень. Завидев на пороге хозяина квартиры, девушка издает ультразвук, щебеча что-то, и тянется к щеке юноши, оставляя на ней след от помады. Антон из вежливости, а не из-за необходимости провожает ее до гостиной, отправляется на кухню с купленной по скидке бутылкой вина и возвращается с бокалами и сыром. Формальности. Такие же, как дешевенький ситком, играющий на фоне, пока Шастун разливает вино по бокалам и параллельно шутит, заставляя Иру хохотать чуть ли не на весь подъезд. В стенку раздается стук, и девушка отвлекается на шум. — Ой… — неловко почти шепчет она и встревоженно оборачивается к Шастуну. Тот в ответ лишь машет рукой на стену и ссылается на «вредную бабку, живущую по соседству», а сам мысленно клянет Арса. Ну неужели нельзя проявить мужскую солидарность? Девушка улыбается, понимающе кивает и обещает сбавить громкость. Врет. Через пару минут она снова громко смеется, и Шастун, приличия ради, смеется в ответ, тянется к Ире за поцелуем. Девушка улыбается хищнически и уверенно отвечает, когда чувствует на своих губах горячие прикосновения, спускающиеся к скуле, а потом и шее. Арс за стенкой напряжен до предела, нога то и дело начинает нервно дергаться. Он настороженно прислушивается: сейчас, после громкого смеха, тишина его почти пугает. Раздается глухой стук об пол, следом чуткий слух улавливает хриплый стон, едва слышный через стену. Мужчина подскакивает с насиженного места и почти пролетает спальню, коридор и лестничную клетку, прежде чем вжать со всей силы жалобно скрипнувший звонок соседской квартиры. Ира жмется ближе, трется о щеку Антона, поросшую едва заметной щетиной, кладет руки ему на плечи и, не давая одуматься, усаживается юноше на бедра, с громким стуком роняя на пол пустую бутылку вина. Шастун на секунду впадает в ступор, но потом, ведомый прикосновениями, поглаживаниями, ощущением слегка царапающих его кожу ногтей, подается вперед и прикусывает ключицу Кузнецовой, отодвигая воротник голубой блузки. Девушка довольно громко стонет, и Антон опять тушуется: Арс наверняка услышал. Он выкидывает из головы все мысли, не сдерживает судорожный выдох, когда чувствует, как руки Иры забираются под футболку и ведут вниз. Антон напрягается всем телом и понимает, что это не то. Раздается громкий звонок. Шастун чуть не подскакивает на месте, порывается встать и открыть дверь, пытаясь ссадить с себя Кузнецову. Та капризничает, продолжает целовать, пытается уговорить, но, оказавшись на диване рядом с Антоном, тяжело вздыхает, поправляет растрепанные волосы, застегивает блузку и направляется за юношей в коридор, удивляясь возможностям его звонка. Антон открывает дверь, ожидая увидеть там пустую лестничную клетку, мошенника, работника ЖКХ, потустороннюю хрень, сошедшую со страниц Библии, но никак не Арса. Есть ли у него какие-нибудь причины стоять сейчас под дверью Шастуна? Есть ли у него какая-то цель, кроме как убрать от приглянувшегося парня настырную девушку? Ведь все это время в голове набатом била только одна мысль: не дать свершиться той хуйне, которой он не хочет позволить свершиться больше всего на свете. — Слушай, Шаст, вопрос жизни и смерти. Есть соль? Соль у Антона есть, а вот «вредной бабки» за стенкой — нет. Есть только привлекательный Арсений, который спас ситуацию.