После взрыва

Семь холмов, два креста, Утра серая ртуть. Мне бы просто уснуть, А не это вот всё. А не это вот. mujuice

Я не сварил кофе. Я метнулся к столу и забил его номер во все свои базы. Заодно снёс объявление с хабра. Потом зашёл в систему и стёр все свои следы. Сердце стучало. Как я мог вообще? Что на меня нашло? Я никогда в жизни не допускал столь глупых ошибок. Знала бы Конан, что я сделал 15 минут назад, оторвала бы мне голову. Точно оторвала бы. Он мог быть кем угодно — ищейкой из НАНО, сотрудником киберполиции, кем-то с Побережья. Я назвал ему наш адрес. Я сказал, что мы пишем порно. По телефону. По телефону, блять! Я ёбнулся? Номер его телефона высветился в общей базе Ньютауна. Система безопасности была там так себе, мы давно её вскрыли. Я обрадовался, но зря. Кроме номера, там не было ничего. Ни имени, ни фамилии, ни адреса, ни паспорта. Как будто кто-то специально их стёр. Специально стёр? Я нырнул глубже. Так и есть. Какой-то хакер поработал с его данными. Так поработал, что комар носа не подточит. Но я был не комар. И я шёл по едва заметному следу к тому месту, откуда он проник в Сеть. Ещё чуть-чуть, и я буду знать всё. Вот только… У самого входа в его точку доступа я наткнулся на непробиваемую защиту НАНО. Серьёзно, блять? — С запада едешь? — спросил я его. — Ага, — ответил он. — Прямо из небоскрёба НАНО. Я схватился за голову. Во что я влип? Во что только что втянул своих ребят? Дыхание перехватило. У нас был час. Что можно сделать за час? Я откинулся на спинку кресла. Расслабиться для начала. И сосредоточиться. Я вспомнил, как снял трубку. Как сказал «да». Как услышал его голос. Я не чувствовал тогда ни малейшей опасности. Наоборот. Я был уверен, что он чист. Что он даже с порно-то толком не сталкивался. А ещё в тот момент я знал, что он мне нужен. Именно он. Это была интуиция. А интуиция никогда меня не подводила. Паника пришла позже. Когда в работу включился мозг. Это он вопил, что я совершил ошибку. Всего лишь мозг. Я выдохнул. Он чист. И он хакер. Первое я чувствовал, второе — знал. С остальным разберёмся по факту. *** Он не приехал через час. Через полтора часа тоже. Я наконец сварил кофе, выпил его, заглянул к ребятам, перекинулся с ними парой шуток и вернулся к себе. Я даже решил, что он уже не появится. И тут в дверь раздался стук. — Привет. Я по объявлению. Высокий, гибкий, лет двадцати, наверное. В синей рубашке и чёрных джинсах. На ногах серые кроссовки. Не то что бы офисный вид, но и не распиздяйский. Собранный такой парень. Глаза — тёмные, как беззвёздная ночь. Губы сжаты в ровную линию, нижняя чуть припухла посредине. Чёрные волосы в хвост сзади, две длинные пряди свободно падают вдоль скул. Кажется, из-за этого он выглядит чуть младше, чем есть. Я с любопытством изучал его лицо. Он — моё. На мгновение показалось, что мы уже встречались, но я тут же отбросил эту мысль. — Заблудился что ли, западный мальчик? — спросил насмешливо. — Почти два часа прошло с твоего звонка. Он не улыбнулся. Не стал ничего выдумывать. Сказал, что потерялся, что в первый раз здесь. Серьёзно так сказал. Я понял, что мне нравится его искренность. Что мне вообще всё в нём нравится. Не к месту пошутил насчёт первого раза, предложил сесть и сразу перешёл к делу. — Я знаю, что ты не просто разработчик игр. И ты связан с НАНО. Как? Он даже бровью не повёл. — Уже никак. Меня уволили два с половиной часа назад. Я швырнул в начальника монопанелью. Я улыбнулся. — Дальше. — Что дальше? — Всё, что ты можешь мне рассказать. Всё самое важное. Он кивнул. Задумался на мгновение и заговорил. За десять минут с небольшим я успел узнать, что он никогда не писал порно, в НАНО занимался созданием виртуальных квестов, учился в том же вузе, что и Конан, окончил с высшим баллом по всем предметам (в нашем с Конан одном на двоих дипломе высших баллов не было вообще), до сегодняшнего дня жил в корпоративной общаге, в свободное время занимался мелким хакингом, при этом ни разу не попался, проблем с законом не имел, в киберполиции не светился, в наших кругах, впрочем, тоже, с себе подобными общался только на анонимных форумах. В общем, как я и думал, был чистым. Со всех сторон. — И какого хера ты сюда припёрся такой? — поинтересовался я, когда он замолчал. Он улыбнулся едва заметно. Одними уголками губ. — Глупо менять НАНО на шарагу, которая работает на НАНО. Наверное, поэтому. — Но ты же понимаешь, что я не предлагаю тебе работу? Я беру тебя на срочный контракт. Две недели — и всё. Он кивнул. — Думаю, двух недель хватит, чтобы понять, чего я хочу дальше. Логично. Я потянулся. — Тогда пойдём. Познакомлю тебя… с коллегами. Он поднялся на ноги. Сделал было шаг к двери и вдруг остановился. Внимательно посмотрел на меня. — Можно тебя попросить? Это было неожиданно. Я даже поперхнулся. Дерзкий парень всё-таки. Бесстрашный. — У меня есть 48 часов, чтобы забрать вещи из общаги. И, в общем, мне жить негде. Может, разрешишь оставаться здесь на ночь какое-то время? Я не верил ни глазам своим, ни ушам. Он что всерьёз думает, что я позволю ему тут спать? Совсем не понимает, куда попал? Хотя… почему нет? Если полезет в наши базы, мы поймём. Ну и вылетит отсюда без рук. А так... Пусть остаётся. Я усмехнулся. — Если ты такой смелый, валяй. Мне не жалко. *** Я открыл дверь, пропустил его вперед. Вошёл следом. В офисе были не все. Только Конан, Хидан и Сасори. Шумели моноблоки. Ребята напряжённо смотрели в экраны, пальцы летали по клавиатурам. Я немного полюбовался из слаженной работой. Окликнул: — Эй, народ, знакомьтесь. Это… — понял, что за всё время, пока мы говорили, так и не спросил, как его зовут. Но он тут же пришёл мне на помощь. — Итачи. — Итачи, — повторил я, пробуя его имя на звук. — Он займёт место Джузо. Поможет нам с игрой. — Слава богам! — Хидан вскинул руки к потолку. — А то я хотел валить из этого блядского места нахуй, ибо работать за двоих я заебался! А то и за четверых! — он кинул взгляд на пустые столы Какузу и Кисаме. — И за пятерых! — перевёл взгляд на Конан. — Потому что некоторые кофе жрут сутками, захлебнуться не могут! — потом ткнул пальцем в мою сторону. — А другие, Пейн, целыми днями торчат в кабинете, и клянусь, блять, в чатиках переписываются! Я к тебе в комп залез! Ты весь ебучий день в вирте проторчал! Заебись тут все живут, блять, никому ни хуя не надо! Только мне! Мне одному! Я слегка наклонился к Итачи, прошептал: — Это Хидан. Он классный. В этот момент, как бензиновая зажигалка, вспыхнула Конан. — Да ты не охуел ли, Хидан? С чего ты взял, что Пейн не работает? Да он больше всех тут, блять, работает! — Сууука, — взвыл Хидан. — Ты его бросила! Бросила, так и не защищай! Не хуй! В углу, схватившись за живот, заржал Сасори. Конан размахнулась и швырнула в Хидана бумажный самолётик. Делала она их отменно. Белокрылая остроносая птичка врезалась прямо ему в лоб. Он схватился за голову. — Ты видел? — заорал мне. — Ты видел что она творит? Скажи ей! Я саданул кулаком по столу. — Тише, блять! Если Итачи сейчас развернётся и съебёт отсюда с концами, ты, Хидан, всю игру будешь делать сам! Один! Понял?! — Ой, не стал бы я в неё тогда играть, — подал голос Сасори, — не стал бы. — Ты и в другие не играл, — огрызнулся я. Сасори подпрыгнул в кресле. — А ты, значит, играл? Играл, да? Какая больше зашла? Третья, да? Та, где БДСМ? — По-любому, — подключился Хидан. — Как счас вижу: обнажённый лидер падает в кресло, подключает к соскам электроды и врубает "Эльфа"! — И Эльф приходит! — подхватила Конан. — Прекрасный и невыносимый! — Очень даже выносимый, — поправил Сасори. — Там есть момент, когда его можно взять на руки и вынести. Куда-нибудь. Например, в душ. Помыть во всех местах. Я снова съездил кулаком по столу. Они замолчали все разом и уставились на меня. — Ты чего шумишь, шеф? — в повисшей тишине вежливо осведомился Хидан. — Зачем мебель портишь? — Ебанутые, — простонал я. — Какие же вы всё-таки ебанутые! Развернулся и вышел в коридор. Дверь, впрочем, закрывать не стал. Свою тоже оставил открытой. Хотелось узнать, сбежит Итачи или нет. *** На мониторе мигало синее окно вирта. Сообщение от Какузу. «Мы его взяли. Везём в убежище. Ждать тебя?». Я хлопнул ладонями по коленкам. Получилось! Они нашли ублюдка, который сливал Побережью информацию о подпольном Ньютауне. А это значит, уже сегодня я буду знать о наших врагах чуть больше, чем раньше. Во всяком случае я точно буду знать всё, что известно тому парню. «Ждите». Отправил сообщение, натянул на правую руку отливающий металлом кастет, закинул на плечо рюкзак. Перед тем как уйти, заглянул в открытую дверь, к ребятам. И не поверил глазам. Вся моя бешеная троица сгрудилась вокруг стола Джузо, за которым теперь сидел Итачи. Они подтащили к нему свои кресла, склонились над его монопанелью. Хуже того — Сасори даже на его плечо опёрся. Какого хера? Чтобы мои тренированные волчата вот так легко сошлись с чужим? Да не может этого быть! Я хотел метнуться к ним и растащить в разные стороны. И вдруг понял, что ничего не сказал ни про объявление, ни про контракт. Я просто привел его. На место Джузо. Они решили, что он свой. Надо будет объясниться. Хотя… Я задумался. Если они будут ему доверять — закончат работу быстрее. Потом и разберусь. В тот день в офис я уже не вернулся. *** Наверное, стоит рассказать тебе, что я сделал с тем парнем и что узнал от него. Но до восхода солнца ещё далеко. Я успею. Пока же хочется говорить о другом. О том, каким я был с тобой в самом начале. Я ведь пишу это не потому, что на меня вдруг накатило вдохновение. Я пишу это для тебя. Не хочу, чтобы всю оставшуюся жизнь ты помнил меня только таким, каким я был вчера вечером. Знаю, что если не вернусь, ты вскроешь мой комп. Найдёшь эти записи. И пока будешь читать… вспомнишь, как всё начиналось. И твой первый день в организации, и твою первую ночь на моём диване. Я приехал в офис рано утром. Ввалился в кабинет, бросил рюкзак на стул, включил комп и только тогда заметил тебя. Ты лежал на боку, подтянув ноги к груди, обхватив руками колени. Сомкнутые веки, тонкая голубая венка под бледной кожей, тень от ресниц на щеке. Мятая рубашка выбилась из-под пояса джинс. Длинная прядь волос прилипла к подбородку. Я наклонился и осторожно сдвинул ее. Зачем-то коснулся пальцем твоей шеи. Не удержался и провел по ней рукой. Кожа была тёплой, словно хранила в себе солнечный морок последних дней. Мягкой, податливой, слишком нежной под моей жёсткой ладонью с кровью, не вымытой из-под ногтей. Внутри что-то всхлипнуло и оборвалось. Захотелось с силой сжать пальцы. Сдавить твоё горло. Оставить на нём иссиня-фиолетовый след, впечатать его в твою мраморную белизну. Я сглотнул и отдёрнул руку. Ты открыл глаза. Увидел меня над собой и резко сел. Потёр виски. — Прости, что я тут… Думал, проснусь до того, как ты придёшь, — обвёл комнату растерянным спросонья взглядом, выдохнул припухшими, чуть приоткрытыми губами. Расстёгнутая на три пуговицы рубашка сползла с плеча. Ты неловко потянул её на себя, пытаясь застегнуть, пальцы соскользнули… Кровь ударила мне в виски, алым всполохом разлилась перед глазами, во рту пересохло. Сердце забилось как бабочка об стекло, ломая крылья. Надо было что-то сказать. Перестать пялиться. Начать дышать снова. — Я прихожу рано, — с трудом разлепил губы. С трудом отвёл от тебя взгляд. — У нас там плитка в подсобке, можешь сварить кофе. Вода там тоже есть. Чтобы умыться. Ты кивнул. Одним движением оттолкнулся от дивана, прошептал «Спасибо» и бесшумно скользнул за дверь. … До того, как я попытался силой уложить тебя на этот диван снова,, прошла целая вечность. И ещё одна — до вчерашнего вечера. Ты моя вечность, Итачи. Моя ёбаная вечность, тёмная как ночь, за которой никогда не приходит рассвет.