Секс и окклюменция

Драко ворвался в гостиную Пэнси, плюхнулся в кресло и, вздохнув, откинул голову назад, устало прикрывая глаза. — Всегда рада тебя видеть, Драко, — он ухмыльнулся её тону, зная, что она слишком хорошо воспитана, чтобы наорать на него за вторжение. — Осмелюсь спросить, что привело тебя в состояние такого раздражения? — Тяжёлый день на работе, — он открыл глаза и опустил голову. Пэнси пила чай и смотрела на него с совершенно бесстрастным лицом. — Мне нужно знать, писала ли тебе Грейнджер снова. — Она действительно прислала записку, — Пэнси поджала губы и отставила свой чай, в то время как Драко сдерживался, чтобы никак не реагировать внешне. Она встала, прошла через комнату к небольшому, но элегантному столу и порылась в стопке пергаментов, вытаскивая довольно простой конверт. Протянула для Драко чашку, возвращаясь к чаю. Тот взял её, стараясь не выдавать своего нетерпения. Сжав губы в предвкушении, он открыл записку. Дорогой Q Ваши услуги превзошли все мои ожидания. Я всё ещё удивлена, как вы смогли так точно передать мою особую и необычную просьбу. Возможно, это была какая-то неизвестная мне магия. Пожалуйста, знайте, что я с радостью порекомендую ваши услуги в том случае, если кто-либо из моих знакомых когда-либо начнёт нуждаться в подобном. Г — Абсолютно бесполезно, — Пэнси приподняла бровь и отхлебнула чаю, пока он усмехался над письмом. Малфой поднял глаза и потряс запиской. — Это абсолютно ни о чём мне не говорит. — А чего ты ожидал вообще? — Блестящий трах. Давайте сделаем это снова. В следующий раз включите в пакет услуг и похищение, — Драко бросил записку на небольшой столик и встал, чтобы пройтись, проводя в это время рукой по волосам. — Просто… сообщи мне, если узнаешь что-нибудь ещё, ладно? — Ты до сих пор думаешь, что она тебя подставляет? Драко остановился и повернулся к ней, вспоминая свои действия в конференц-зале. Было что-то определённо восхитительное в том, что Гермиона Грейнджер была полностью в его власти. Дело было не в страхе. Он не хотел, чтобы она его боялась. Но смотреть, как она позволяет ему взять над собой верх, с учётом того, что Малфой знает, какой чертовски помешанной на контроле она была, заставляло кровь в жилах кипеть. — Если бы это было так, я бы уже был в Азкабане. Нет, с золотой гриффиндоркой происходит что-то ещё, — он снова принялся расхаживать по комнате. — Она, вероятно, одобрит проект по единорогам. Может быть, так она пытается вылечиться от Поттера и Уизела… — Ты действительно думаешь, что мир вращается вокруг тебя? — пробормотала Пэнси. — Мы обсуждаем мой мир, Пэнс, конечно, он, чёрт возьми, вращается вокруг меня. Как иначе?

***

Драко ворвался в один из кабинетов министерства и бросил записку на большой стол из красного дерева, занимавший большую часть маленькой комнаты. — Что ещё за чертовщина? Гермиона Грейнджер подняла взгляд от своего стола; глаза её слегка расширились, а выражение лица было непроницаемо. Она тихо закрыла дверь и произнесла множество заклинаний, чтобы заглушить любые звуки. — Присаживайся, Малфой. Он упёрся ладонями в её стол и наклонился, пока его лицо не оказалось на одном уровне с её. — Что. Чёрт возьми. Это. Такое. Когда Малфой прочитал записку, доставленную совой, был ошеломлён. Он знал, что у ведьмы были свои загоны и тараканы в голове, но требовать, чтобы он подчинился полному осмотру как своих земель, так и своего дома, прежде чем его предложение будет одобрено, это было слишком. К сожалению, как это обычно бывало, Гермиона ничуть не испугалась его близости и просто смотрела, как тот насмехается над ней. Драко посмотрел на стол, намереваясь отступить и дать ей немного пространства, но вдруг его взгляд упал на стопку книг, и когда он начал читать их названия, то почувствовал, как его губы изогнулись в ухмылке. Маггловская сексуальность, Мой тайный сад и книга, которую, как он помнил, она читала раньше. Модели сексуального поведения. — Ну-ну, — он ткнул пальцем в стопку, и Гермиона тут же покраснела. — И что же это может быть такое, ты, маленькая девиантка? — Мои, кхм, исследования, — она лгала. А он знал об этом. — Для твоего личного проекта? — он откинул прядь её волос, выпрямляясь. Прищуренный взгляд Гермионы следил за Малфоем, ухмыляющимся ей. — Я согласен на такие условия. Полная инспекция земель и поместья Малфоев представителем из министерства. — Это было слишком просто, — пробормотала Гермиона. — Всё это потому, что я ожидаю, что лично ты проведёшь инспекцию. Она побледнела, и Драко подумал, не зашёл ли он слишком далеко. Её истерика на днях, когда той показалось, что она услышала его тётку Беллатрису в коридоре, была слишком неожиданной. Малфой даже подумать не мог, что когда-нибудь снова увидит перепуганную Гермиону Грейнджер. И ему это очень не нравилось. — Это не моя работа, Малфой. — На этот раз именно твоя, — он провёл пальцем по краю стола, прежде чем сесть в кресло для посетителей и устроиться поудобнее. Поправив пиджак, Малфой приподнял бровь, глядя на Гермиону. — Полагаю, я мог бы сказать министру, что ты не будешь слишком объективна, учитывая нашу с тобой историю. — Какую именно историю ты имеешь в виду? Ту, когда ты пожелал, чтобы я умерла, так громко, что услышала вся школа, или ту, когда я ударила тебя так сильно, что ты увидел звёзды и космос? — Я на самом деле думал о том моменте, когда я был предельно глубоко в твоей сладкой вагине. Мне так нравится твой вкус, Грейнджер, ты бы знала. — Ты… это… — пробормотала она, задыхаясь от возмущения. Малфой был доволен увиденным. Вокруг неё буквально летали искры. Великолепно. — Прекрасно. Я буду в Поместье ровно в восемь во вторник. Я ожидаю полного доступа ко всему дому, — её голос едва заметно дрогнул, — и полной экскурсии по окрестностям. С акцентом на известные места обитания единорогов. — Я рад, что мы понимаем друг друга. — Ты не можешь шантажировать меня вечно, Малфой. Он лишь ухмылялся, наблюдая, как та извивается под его пристальным взглядом, а затем перекидывает волосы через плечо и скрещивает руки на груди. Опёршись локтём на подлокотник кресла, Малфой подпёр ладонью подбородок и окинул Грейнджер взглядом. Густые волосы такие же неопрятные и лохматые, одежда была плохо сидящей и явно утилитарной, но всё это бледнело по сравнению с воспоминанием о её лице, когда она попала под его руку. — Ну что? Разве ты не должен уйти… Ну я не знаю… Может, потирая руки в дьявольском ликовании? — Знаешь, я мог бы найти своим рукам применение гораздо поинтереснее. — Большинство мужчин в твоём положении не стали бы постоянно напоминать о нападении, которое они совершили на жертву. — Так вот кто ты такая? Моя жертва? — он взял одну из её книг, которые заметил раньше, и открыл, начав пролистывать страницы. — Что-то мне подсказывает, что дело не только в этом, Грейнджер. Она потянулась через стол и вырвала книгу из его рук. — Ты ничего обо мне не знаешь. — Напротив, mon petite putain*. Я много чего знаю, — встав, Малфой поджал губы, заметив румянец на её лице. — Увидимся в следующий вторник. Я прослежу, чтобы камины были открыты. Он улыбнулся про себя, выходя из кабинета и не обращая внимания на тихое ворчание, которое последовало ему в спину. Кто же знал, что повторное знакомство с Гермионой Грейнджер окажется таким забавным?

***

Гермиона смотрела, как он уходит, и мысленно проклинала себя. Он назвал её своей маленькой шлюшкой, и от этого её соски затвердели. Что с ней, блять, не так? — Честное слово… — бормоча себе под нос, она встала, пытаясь сопротивляться дрожи во всём теле, которую сдерживала с тех пор, как Малфой упомянул, что его пальцы были внутри неё. Весь разговор был сбивающей с толку смесью сексуального разочарования, раздражения и чистого ужаса при мысли о том, чтобы ступить в поместье Малфоев. Закрыв дверь кабинета, Гермиона повернулась к секретарше. — Джозефина, я скоро вернусь. Пожалуйста, сообщи всем посетителям, что они должны записаться на приём, а не просто входить в мой кабинет так, будто они владеют всем зданием. — Да, мисс Грейнджер. Извините, мисс Грейнджер. Он просто прошёл мимо меня! И он был, ну… Я даже не знаю, как он сюда попал! Гермиона закатила глаза. Если Драко Малфой был таким ужасающим, каким его считала публика, то у неё серьёзные проблемы. К счастью для Гермионы, он никогда не пугал её раньше, да и сейчас тоже. Нет, её пугала мысль о том, что она войдёт в его дом по собственной воле и будет прохаживаться в его гостиной так, будто ничего не произошло. Как будто это не она была почти распростёрта на полу, брыкаясь, крича и кусая язык до крови. Гермиона глубоко вздохнула, прежде чем стряхнуть с себя надоедливые воспоминания и попытаться посадить их в коробку. Вместо этого удалось лишь беспорядочно запихнуть их в помятый пакет. Зайдя в лифт, чтобы отправиться на уровень авроров Министерства, Гермиона поздоровалась с секретаршей и спросила, свободен ли Гарри. Они договорились пообедать сегодня, и, хоть она и пришла рано, Гарри редко отказывался от возможности поесть. Постукивая ногой и стараясь не вспоминать пару серебряных глаз, Гермиона не заметила, как из лифта вышел Рон. — Миона? Она удивлённо обернулась и поморщилась, увидев угнетённое выражение на его лице. — Рональд. Что ты здесь делаешь? — Гарри пригласил меня на ланч. Вот же коварный ублюдок. — Ох, Рон. Ты здесь. Кажется, я просил тебя встретиться со мной в кафе? — Гермиона обернулась и увидела Гарри с немного смущённым выражением на лице, стоящего у двери в свой кабинет. — Чёрт возьми, Гарри, я понятия не имею, где находится кафе, — рыжеволосый переминался с ноги на ногу и переводил взгляд то на Поттера, то на Грейнджер. — Ты пригласил Гермиону присоединиться к нам? — Нет, Рон. Наоборот. Гарри пригласил тебя присоединиться к нам. — Гермиона… — В самом деле, Гарри, что с тобой не так? Он оттолкнулся от двери и подошел к Гермионе. — Я думаю, вам двоим нужно поговорить. Сейчас самое время. Гермиона внезапно пришла в ярость. Резко повернула голову, чтобы посмотреть на Рона, который смотрел себе под ноги, после чего снова повернулась к Гарри. — Ты не имеешь права, Гарри! Не имеешь! Ты не имеешь права знать что-либо, что-то исправлять или что-либо предпринимать, — Гарри потянулся к Гермионе, но она оттолкнула его руку. — Ты понятия не имеешь, что произошло! — Мне всё равно! — он начал выходить из себя, повысив голос настолько, что секретарша, сидевшая неподалеку, внезапно показалась очень занятой. — Вы двое ведёте себя, как дети! Вы друзья, и это всё нужно прекратить. Рон открыл было рот, но Гермиона перебила его: — Нет, Гарри. Мы бывшие, — тот посмотрел на неё в шоке, и она сдалась, опечаленная его неспособностью понять ситуацию. — Знаешь, я вдруг почувствовала, что больше не голодна. Приятного аппетита. Протиснувшись мимо Рона, Гермиона двинулась к лифту, в конце услышав, как Гарри прошептал Рону что-то вроде «просто скажи мне, что случилось». Она напряглась, но, к счастью, Уизли держал рот на замке и просто пробормотал что-то о непримиримых разногласиях. Последнее, в чём она нуждалась, это чтобы двое людей, которым она доверяла больше всего, думали, что Гермиона сумасшедшая из-за своих сексуальных фантазий. Хотя, учитывая, что реализация упомянутой фантазии разрушила её защиту и оставила странно уязвимой для конкретного бывшего Пожирателя Смерти, возможно, они всё-таки имели на это право. Гермиона потёрла виски. Она должна просто арестовать Малфоя и продолжать жить. Но ведь потом он отомстит ей, и внезапно все узнают, что Гермиона Грейнджер, член Золотого Трио, Ярчайшая Ведьма своего возраста и времени, позволила мужчине, который был не на той стороне во время войны, довести её до оргазма в конференц-зале, оскорбляя при этом её родословную. Это только вопрос времени, когда всё станет известно. Мысли о том, что общественное мнение сделает с ней в, по общему признанию, консервативном волшебном мире, были слишком невыносимы. Если Рон, который любил её в течение многих лет, порвал с ней, осудил и бросил, то неизвестно, каковы могут быть последствия для Гермионы, если обо всём станет известно.

***

В то утро, когда Гермиона должна была посетить поместье Малфоев, она проснулась в три часа ночи в холодном поту. У неё даже не было кошмаров, это лишь простое беспокойство, нараставшее в течение недели, предшествовавшей этому событию. Вместо того, чтобы снова заснуть, она скатилась с кровати и сунула ноги в тапочки, после чего, пошатываясь, направилась в ванную, где долго смотрела на себя в зеркало. На Гермиону смотрело то же самое лицо, что и всегда. По какой-то причине она ожидала, что её внешний вид будет таким же неузнаваемым, как и её внутренний мир, как бы тупо это ни звучало. Вздохнув, Гермиона включила душ и скользнула под тёплую воду, желая смыть напряжение. К тому времени, как она приняла душ, приготовила чашку чая, позавтракала и оделась, солнце уже поднималось над горизонтом. Гермиона сидела на подоконнике в своей квартире и смотрела в окно, размышляя о событиях последних нескольких недель. Никаких особых выводов делать не приходилось. Исследование её менее традиционных сексуальных желаний и предпочтений не дало ей никаких ответов. Стены рухнули, и она стала более эмоционально уязвимой, чем была в течение многих лет. Если быть честной с самой собой, Гермиона даже не была уверена в том, что это плохо. Смущённо потирая рукой предплечье, она обдумывала свои следующие шаги. Возможно, пришло время взглянуть в лицо своим страхам.