Сумрачное солнце

На улице темнело, сидел я за столом. Лесник сидел напротив, болтал о том, о сем. Что нет среди животных у старика врагов Что нравится ему подкармливать волков. Будь как дома путник, я ни в чем не откажу Я ни в чем не откажу, я ни в чем не откажу! Множество историй, коль желаешь расскажу Коль желаешь расскажу, коль желаешь расскажу! Лесник (КиШ)

Дождавшись, пока хлопнет входная дверь, старик зашаркал к своей квартире. - Ну что, - с порога встретил его негромкий вопрос, - ушел? - А куда он денется? – сухо ответил хозяин квартиры. Голос его уже не был скрипучим, спина разогнулась, а глаза перестали напоминать две щелочки и стало видно, что в них нет стариковской водянистости, просто они были очень светлыми, руки перестали трястись – мужчина на глазах помолодел лет на десять и уже не выглядел дряхлой развалиной. - Навыки не пропьешь. Уже вполне уверенной и твердой походкой он прошел в комнату, небрежно швырнув на столик деньги, данные ему блонди. - Вот ведь принес Рагон. Сто лет не слышно, не видно, а тут вдруг… - пробормотал его гость, щелкая зажигалкой. - Что ты ему наплел? - А что ты и просил. Мол давно не видел, ничего не знаю. А потом начал на жизнь жаловаться. Люди ведь не любят, когда им нудят над ухом о своих проблемах. А уж когда монгрел жалуется блонди… Катце фыркнул. Фраза сама по себе была забавной. - Денег, однако, ты с него таки стряс своим занудством, - кивнул он на рассыпавшиеся купюры. - А с этих грех не стрясти, - отпарировал старик. В голосе его была застарелая горечь и злоба, - гонору много, всего и счастья, что гордиться своими искусственными мозгами. - Ну мозги-то у них действительно классные, - меланхолично заметил Катце, - иначе я бы не попросил бы тебя выйти и отпугнуть его. С него бы сталось дверь начать осматривать, с его бы зрением мог понять, что я все-таки бываю здесь чаще, чем раз в полгода. - Ну на это его, может, и хватило бы, а вот допетрить, что в Кересе никто просто так, да еще и незнакомца увидев, из своей норы не выползет – тут у него все его извилины хором и отказали. Кстати, а кто это был? Первый раз вживую вижу одну из этих белокурых гнид. Неужто сам Консул? На того, что в головизоре кривляется, вроде не похож… - Ты уверен, что действительно хочешь это знать? – пристально взглянул на старика брокер. Тот осклабился. - Пожалуй, что нет. Меньше знаешь – дольше живешь. Тем более о чужих лярвах. Со своими бы разгрестись. Катце, не ответил, не желая развивать тему дальше. Химик, таково было прозвище его собеседника, элиту ненавидел лютой ненавистью. И было за что. Бывший пет, волею случая и какого-то сбоя, обладал умом и способностями для петов никак не предусмотренными. В результате чего довольно рано оказался там, куда стекались все неугодные хозяевам зверюшки – в Раная Уго. Он не любил рассказывать о данном периоде своей жизни, впрочем, расспрашивать было особо некому, а кто об этом каким-то образом догадывался – исчезал быстро и незаметно. Катце был исключением. Впрочем, именно он, уже став крупной фигурой на Черном Рынке, в свое время, каким-то образом уговорил владельца одного из самых страшных борделей планеты, сидящего на игле, продать безногого раба, много лет радовавшего посетителей Раная Уго и его хозяина широким ассортиментом официально запрещаемых препаратов. Можно сказать, бывшему пету повезло – его таланты в области химии, проявились раньше, чем его успели убить. Это был единственный эпизод из той его жизни, о котором Катце знал все довольно подробно – как из примитивных лекарств и без специального оборудования, будучи еще совсем мальчишкой, он ухитрился создать себе обезболивающее, что и спасло его от стандартной участи тамошних проституток. С тех пор Химик, работая на брокера и, тем самым, снабжая Амой и ее окрестности разнообразной наркотой, успел сделать себе биопротезы, провести химическую кастрацию - секс и желания собственного тела вызывали в нем вполне понятное отторжение, и нажить более чем неплохое состояние. Все свои немалые деньги он вкладывал в то, что разводил воробьев и выпускал их на волю, непонятно почему, проникнувшись идеей населить Керес этими птичками. Откуда он узнал об их существовании и почему именно воробьи запали ему в душу – оставалось загадкой. Ясное дело, что воробьи на Амои так и не появились, но Химика это не останавливало. Катце не возражал, тем более, что за постоянно требующихся ему птиц старик безропотно платил любые деньги, но про себя считал подобное поведение тихим помешательством, радуясь, что оно выразилось в такой вот безобидной форме. Глядя на Химика, Катце понимал, как ему, в сущности, повезло. Ясон сумел оценить его ум и найти ему достойное применение, в отличие от большинства других элитников, которые считали, что наличие непредусмотренного нормой интеллекта, выходящего за стандартный уровень – это непростительный недостаток для фурнитуров и петов, карающийся выбраковкой и, хорошо еще, если только с последующей утилизацией.

***

- Будешь столько курить – рак наживешь, - прервал поток мыслей брокера голос хозяина. Вспыхнул огонек зажигалки, запахло палеными волосами – в задумчивости Катце забыл откинуть челку и кончик медно-рыжей пряди предсказуемо попал в пламя. - Ничего, - ответил он, привычным движением проводя по волосам, отряхивая обугленные кончики, - переживу. - Ну да, каждый развлекается, как умеет. Только учти, уколы очень болезненные, - звякнула дверца очередной птичьей клетки. - Всегда думал – ты так специально стрижешься, а, оказывается, во всем виновата невнимательность, - съязвил он, почуяв запах. - Зато очень удобно, - отпарировал Катце. - Времени на парикмахерскую тратить не надо. Так ты можешь сделать то, о чем я тебя просил? – без перехода добавил он. Химик пожал плечами. - Две недели. - Неделя. Полторы, если уж совсем никак, но не больше. Хозяин задумался. - А тебе надо все и сразу? - Нет, но завтра, максимум послезавтра у меня должно быть хоть что-то. Ты же говорил, что подобные препараты гнали еще на Терре. - Не все. К тому же, если тебе надо быстро, кое-что придется привезти сюда. Потому что реакциям ни бабками, ни пушкой перед носом не помашешь – сколько длятся столько и длятся. - Напишешь мне список и как только – пара часов и будет все, что необходимо. Химик закончил возиться с очередной кормушкой и повернулся к гостю. - Но учти, это может закончиться эпидемией. - Эпидемии в Кересе быстро купируются, - холодно ответил тот, - к тому же это даже кстати, единичные смерти легче затеряются среди нескольких десятков. - Нескольких сотен. - Еще лучше. Хозяин захихикал. - Какое же ты сраное дерьмо, рыжий. Ни своих, ни чужих не жалеешь, лишь бы чистеньким остаться. Уважаю. Катце сжал зубы. - Придержи язык, - сухо сказал он. Бывший пет пожал плечами. - Уж и похвалить нельзя, - неприятная улыбка скользнула по его губам, - только сам не забудь лекарства принимать, а то отправишься эскортом своим приятелям. - Спасибо, не забуду. - Да не за что, в сущности, - Химик поставил на стол две, на слишком чистые чашки, - кофе свой будешь или как? - Буду. - Только учти, рыженький, за тобой должок, - аромат дорогого напитка поплыл по комнате, смешиваясь с сигаретным дымом, - заставить меня общаться с одним из этих вонючих пиздоуебищ, это недешево стоит. - Чего тебе? – тон Катце был рассеянным, он уже явно думал о другом. - Да я вот тут прочел… вроде как новый вид, что ли, - теперь тон Химика невольно стал просящим, он присел за стол рядом с брокером, - я вот думаю… - Так, говоришь, от инфаркта? – внезапно перебил его Катце. Старик обиженно посмотрел на бывшего фурнитура. Он не любил, когда его отвлекали от разговоров о ненаглядном хобби. - Один от инфаркта, один покончит с собой, - раздраженно пробурчал он, - остальные от болезни. Хоть я и не догоняю – какого хера ты так загнался на ассортименте летальных исходов? Тебе не похуй? Катце неопределенно пожал плечами. - Извини. Так что за новый вид? И где оно водится, это твое сокровище?..