Сумрачное солнце

Были демоны наши смешливы - они пощадили нас в наших грехах. Были ангелы наши суровы - они нам читали Фому Аквината, И тогда мы оставили волю В их руках - В белоснежных руках их, что были сильны и крылаты. Inquisitia (Лора Бочарова)

Катце трясло. Да так, что, покинув апартаменты Консула, он был вынужден прислониться к стенке, чтобы хоть немного прийти в себя. Курить хотелось просто до безумия, настолько, что для того, чтобы удержаться, он сжал кулаки, до крови впившись ногтями в ладони. Идиот. Он думал, что может хоть что-то решать в своей жизни… что он хоть что-то из себя представляет. Наивный кретин. И, как и всегда, Консул вновь указал ему его место даже не словами – одним взглядом. Вещь. Вещь, которая никогда не сможет быть чем-то большим. Вещь, которая не вольна даже в своей личном пространстве, до которого, по большому счету, хозяину нет никакого дела. Но если это личное пространство необходимо кому-то другому – его с легкостью отберут, переделают так, чтобы удобно было этому другому. Тому, который вещью не является. Катце показалось, что он задыхается, судорожным жестом брокер потянулся к воротнику водолазки, плотная материя затрещала под пальцами. Он опомнился и опустил руку. Психология раба в общении с высшими… Монгрел закусил губу. И снова Консул сумел все повернуть так, чтобы унизить его как можно сильнее. Высшие… все это было бы верно, если бы речь шла о людях. Но ведь ни Консул, ни его Советник людьми не были. Даже то, что оставалось в них от обычных человеческих существ, было настолько модифицировано, что вряд ли элиту можно было хоть как-то причислять к виду Homo sapiens sapiens. Скорее это было бы непоправимой ошибкой, в чем Катце и убедился, в бытность свою фурнитуром. И продолжал убеждаться сейчас. Беда была в том, что внешне эти создания напоминали людей. Именно что напоминали – ни один человек не смог бы стать таким. Но сходство было столь сильно, что искушение забыть разницу, а то и попытаться дотянуться до параметров элиты в работе и поведении, как до некоего идеала, было слишком велико. На деле же эти существа были воплощением Системы, аватарами Юпитер, верховной правительницы Амой, при помощи которых она управляла планетой. Их разум отличался от разума обычных людей тем же, чем отличался разум компьютера от разума живого. Может быть они и могли понимать побудительные мотивы действий людей, иначе не смогли бы с ними общаться, но принимать и разделять их не могли. Кому, как не ему было знать об этом! Общаться на равных, зная все это, было просто невозможно. Можно было только следовать их указаниям, понимая, что принимаемые ими решения, лишены влияния каких-либо субъективных причин и потому куда более совершенны, нежели решения, принимаемые людьми. Даже если следование этим указанием причиняло боль. Как этой ночью. Как сейчас. Протестовать было бесполезно, просто потому, что нерационально. Катце медленно выпрямился. Заставил себя таки оторваться от стены, чтобы направиться прочь из Эос. Погруженный в свои размышления, он не заметил, как добрел до лифта. Уже хотел было нажать кнопку подземного этажа, в котором располагался гараж, но внезапно в памяти всплыла просьба Рауля. Он кинул взгляд на часы. Начало первого. Их разговор с Консулом затянулся. Мелькнула мысль на этом основании пренебречь просьбой блонди, но он отмел ее. Во-первых, ясно, что Рауль и дальше будет продолжать искать его и не было смысла откладывать неизбежный разговор, во-вторых Минк наверняка тем или иным способом выяснит, состоялась ли их встреча… да хотя бы спросит напрямую у самого Катце. И будет крайне недоволен тем, что его приказ был проигнорирован. Губы брокера исказила усмешка. Воистину, поступать так было… нерационально.